Глава 16. Утренняя оптимизация

      Первым ощущением было тепло. Глубокое, всепоглощающее тепло, исходящее от тела рядом. Драко открыл глаза, и мир медленно проплыл в фокус. Свет раннего утра пробивался сквозь занавеску, окрашивая комнату в серо-золотистые тона.              И тогда он вспомнил всё.              Его дыхание перехватило. Он лежал на боку, а Елена спала, прижавшись спиной к его груди. Его рука была закинута через её талию, ладонь лежала на её плоском животе. Он чувствовал каждый её вдох, каждый мягкий изгиб её тела. Её волосы пахли его шампунем и чем-то неуловимо её собственным.              Он не смел пошевелиться, боясь разбудить её, боясь разрушить этот хрупкий мираж. Это было слишком прекрасно, чтобы быть правдой. Слишком мирно. После вчерашней бури страсти это спокойствие казалось почти святотатственным.              Он наблюдал, как солнечный луч медленно ползёт по её плечу, освещая мелкие веснушки на её коже. Он видел след от шва простыни на её щеке и почувствовал приступ такой нежности, что у него заныла грудь. Это была она. Та самая Елена Романова. И она была здесь, в его руках.              Она пошевелилась. Сначала едва заметно, потом потянулась, как кошка, её мышцы напряглись под его рукой. Она перевернулась на другой бок, чтобы лицом к нему, и её глаза медленно открылись.              На секунду в них промелькнуло недоумение, быстро сменившееся осознанием. И затем — та самая лёгкая неловкость, которой он бессознательно ждал и боялся. Её взгляд скользнул по его лицу, по его обнажённому плечу, и она слегка отодвинулась, создавая между ними небольшую, но ощутимую дистанцию.              — Привет, — её голос был хриплым от сна.              — Привет, — он ответил, и его собственный голос прозвучал сипло.              Они молча смотрели друг на друга. Воздух в комнате был наполнен невысказанными вопросами. «Что теперь?», «Что это было?», «Что изменилось?».              Первой нарушила молчание Елена. Она села на кровати, откинув волосы с лица. Простыня сползла, обнажив её спину. Драко невольно проследил взглядом за линией её позвоночника.              — Итак, — сказала она, глядя прямо перед собой. — Это случилось.              — Да, — согласился он, тоже садясь. — Случилось.              Она повернула голову, и в её глазах читалась привычная ему решимость, но теперь в ней была и тень неуверенности.       — Это не должно повлиять на работу. В лаборатории всё останется по-прежнему. Я — твоя наставница. Ты — мой стажёр.              Его сердце ёкнуло. Так вот как она это видит. Утреннее охлаждение страсти. Возвращение к суровой реальности.              — Понятно, — кивнул он, стараясь, чтобы в его голосе не дрогнула ни одна нота.              — Но… — она сделала паузу, словно подбирая слова. — Здесь, за пределами лаборатории… правила могут быть другими.              Он посмотрел на неё, пытаясь понять. Она смотрела на него с тем же научным интересом, что и всегда, но теперь в её взгляде была капля чего-то нового. Признания.              — Какими? — спросил он осторожно.              — Мы выясним это эмпирическим путём, — ответила она, и в уголке её губ дрогнула та самая, едва заметная улыбка. — Как и всё в нашей жизни. Методом проб и ошибок.              Она потянулась к нему, и её пальцы коснулись его щеки. Прикосновение было лёгким, почти невесомым, но оно сожгло его дотла.              — Сейчас, — сказала она, и её голос приобрёл властные нотки, но теперь они были окрашены новой, интимной интонацией, — ты пойдёшь в свою комнату, примешь душ и переоденешься. А через сорок минут мы встретимся в лаборатории. У нас сегодня важный день. Мы оптимизируем протокол секвенирования.              Он кивнул, не в силах вымолвить ни слова. Это был не отказ. Это была отсрочка. Новый протокол. Но на этот раз — для них самих.              Он оделся под её пристальным взглядом, чувствуя себя одновременно уязвимым и сильным. Когда его рука легла на ручку двери, она окликнула его.              — Драко.              Он обернулся.              — Ты… — она снова запнулась, что было для неё несвойственно. — Ты был неплох. Для первого раза.              И, прежде чем он успел что-то ответить, она отвернулась, как будто снова сосредоточившись на своих мыслях.              Он вышел в коридор, и дверь закрылась за ним. Он прислонился к стене, позволив волне облегчения и счастья накрыть себя с головой. Она не оттолкнула его. Она не отрицала случившееся. Она просто… оптимизировала процесс.              И он с нетерпением ждал, чтобы изучить с ней все новые протоколы. Как в лаборатории, так и за её пределами.