Глава 2. Белоснежное одеяние

      Эндрю стоял неподвижно, не веря своим глазам. Мир вокруг был слишком чётким, слишком настоящим, чтобы быть сном, и слишком невозможным, чтобы быть реальностью. Холод проходил по венам, превращаясь в липкий страх, от кончиков пальцев до макушки. Каждое дыхание отдавалось эхом в груди, а сердце билось неровно, будто подражая звону колоколов, доносящемуся издалека.       Страх. Паника. Неверие. Словно эти слова тянулись чередой гулких ударов в голове: страшнострашнострашнострашно... — Мистер, вам помочь? — тихо, почти мелодично, раздался женский голос.       Эндрю резко обернулся. Карие глаза расширились — перед ним стояло нечто настолько прекрасное, что у него перехватило дыхание. Девушка. Или, возможно, не совсем человек?       Белоснежное одеяние окутывало её тело мягкими складками, переливаясь золотистыми нитями вышивки. На шее — кулон, похожий на знак веры, неведомой и странной. Волосы — длинные, белые, с лёгким голубоватым отливом на концах, словно они впитали свет зимнего утра. А глаза… яркие, глубокие, медово-жёлтые, будто в них отражалось само солнце.       Её присутствие было как дыхание ветра — лёгкое, но ощутимое. Оно проникало внутрь, заставляя тревогу таять. Мысли Эндрю рассыпались, уступая место странному чувству покоя. — Вы мне так и не ответили, мистер, — произнесла она снова, чуть склонив голову. — Вам требуется помощь? — Я… — начал он, но осёкся, заметив, как её взгляд опустился на его шею.       Мгновение тишины. Её лицо смягчилось. — Ах, простите! Вы, должно быть, новый служитель, — с лёгкой улыбкой произнесла она и почтительно поклонилась. — Добро пожаловать в монастырь святого Аирсонха. Меня зовут сестра Рене. — Монастырь святого… кого? — переспросил Эндрю, чувствуя, как его голос дрожит. — Аирсонха? — Да, — спокойно повторила она, не замечая его смятения. — Святого Аирсонха, покровителя света и очищения.       Она снова улыбнулась — тепло, по-настоящему, но в этой мягкости таилось что-то искусственное, будто каждая эмоция отрепетирована. — Пойдёмте со мной. Отец Ваймак наверняка ждёт вас. Он должен принять нового монаха.       Она протянула ему руку.       Эндрю замер, разглядывая символ, вырезанный на её предплечье. Перевёрнутый крест, обведённый полукругом, перечёркнутый мечом. Символ выглядел древним и тревожным, как будто сам камень, на котором он был выгравирован, шептал о вещах, которых лучше не знать.       Он колебался, но всё же вложил свою ладонь в её. И в тот же миг мир словно смягчился. Все звуки стали приглушёнными, дыхание выровнялось, а внутри расцвело странное ощущение покоя, словно само место принимало его — не разумом, а чем-то глубже.       Страх растворился, уступая место притуплённой тишине. — Прошу, мистер, — мягко сказала Рене, чуть сжав его руку. — Пройдёмте за мной.       Она повернулась и пошла по длинному коридору, залитому мягким золотистым светом. Тени вдоль стен двигались, будто живые, повторяя их шаги.       Эндрю последовал за ней, чувствуя, как под его кожей дрожит неведомое. Всё в этом месте было слишком совершенным. Слишком чистым.

И в глубине души он понял — покой, который дарит это мес

то, не естественен. Он не отпускает. Он поглощает.