Глава 7. Подготовка к пиру и правда

      Перо лежало на полу, отражая тусклый свет люстры. В небольшой комнате стоял запах чернил и бумаги — воздух был сухим и тихим, будто само время затаило дыхание. Эндрю сидел на полу, облокотившись на кровать, и лихорадочно вписывал строчку за строчкой в дневник. Уже три дня прошло с момента, как он оказался в этом странном месте. Три дня белоснежных коридоров, песнопений, чужих улыбок и той неестественной тишины, от которой иногда звенело в ушах.       Он немного привык. Рене — добрая, мягкая, с глазами цвета мёда, — всегда помогала с вопросами. Нил… Нил был особенным. Близость этого человека казалась чем-то большим, чем просто дружба или покровительство. От его голоса тело отзывалось лёгким теплом, а душа — странным покоем, будто рядом с ним мир был под контролем.       Иногда Эндрю замечал в толпе другого — высокого монаха с чёрными, как смола, волосами и изумрудными глазами. Кевин.       Он появлялся редко, но взгляд его был слишком осознанным. Слишком понимающим.       Мысли прервал лёгкий стук в дверь. Раз, потом снова — настойчивей. Эндрю нехотя поднялся, откладывая перо и дневник. Щёлкнул замок — и за дверью стоял он. Нил. — Раннего утра, брат Эндрю, — раздался бархатный голос. Блондин на мгновение будто забыл дышать. Этот голос… Он вызывал в нём калейдоскоп эмоций — странных, тёплых и опасных. — Утра, Нил. Что тебя привело так рано? — Я пришёл забрать тебя. Сегодня начинается подготовка к Пиру Высших Звёзд. — Пир… Высших Звёзд? — переспросил Эндрю, немного растерянно. — Всё расскажу по пути, — с лёгкой улыбкой ответил Нил.       Сборы заняли не больше семи минут. Они вышли в сад, где всё казалось ещё прекраснее, чем прежде: свет преломлялся на листве, воздух пах медом и солнцем. Но Нил не повёл его привычной тропой — наоборот, потянул за руку в другую сторону. Рука в руке. Кожа к коже. На секунду Эндрю подумал, что слышит биение двух сердец — в унисон. — Сейчас мы движемся в сторону Зала Предков, — произнёс Нил, словно рассказывая древнюю тайну. — Это место, где мы проводим все священные собрания. Сегодня ты узнаешь больше о нашем мире и о самом Пире Высших Звёзд. — Это великое торжество в честь прародителя — Аирсонха. Мы благодарим его за покой и свет, что он дал миру. — Каждый монах приносит свой дар. В этот раз тебе и Кевину предстоит выполнить особое поручение.       Эндрю хотел спросить — какое поручение? — но встретился взглядом с Нилом и не осмелился. Что-то в этих голубых глазах будто говорило: пока не время.       Они продолжили путь в молчании. Белые стены мерцали вокруг, как свет, отражённый от воды. Всё казалось слишком идеально, чтобы быть настоящим. Слишком. ****       Аарон сидел в больничной палате. На старом, скрипучем стуле, уткнувшись взглядом в экран монитора, что мерно бил по нервам равномерным пик… пик… пик… Четвёртые сутки.       Эндрю был в коме.       Всё началось после того, как братья пошли туда — в ту чёртову церковь. Говорил же Никки им не ходить туда. Но, конечно, они не послушали.       Аарон нашёл брата без сознания в правом крыле здания. Когда прибежал Хэмик, они вдвоём вытащили Эндрю, еле дышащего, и довезли до больницы. Диагноз — кома неясного происхождения. Врачи только разводили руками.       Белые стены больничной палаты давили на разум. От слабого света ламп казалось, что весь мир выцвел. — Ты ведь слышишь меня, да, Эндрю? — тихо сказал Аарон, опуская взгляд на руку брата, безжизненно лежащую поверх одеяла. — Просто моргни. Или… хоть как-то дай знак.       Ответом ему стало всё то же холодное пик… пик… пик… Механическое дыхание аппарата и ритм, чуждый живому человеку.       Он закрыл глаза, сжав кулаки. Всё бы отдал, чтобы вернуть его обратно.

Но внутри где-то глубоко жил страх — что, возможно, тот мир, в котором сейчас находится Эндрю, слишком реален, чтобы быть просто сном.