Часть 4

      Бескрайние спальни и коридоры мэнора сегодня сузились до размера крошечного чулана. Все вокруг давило, отчего-то жгло в груди, а перед глазами то и дело стояли босые аккуратные ножки и запачканное в земле белое платье.       «Уму непостижимо! Для чего она наняла меня? Куда смотрит ее муж?» — такие и подобные мысли крутились в голове Драко.       Он буквально оскорбил ее, смутил, а она вернулась обратно и даже предложила помощь! Что не так с этим миром? С ее миром?       Почти разрывая свою рубашку, Драко торопился снять ее, надеясь, что так станет легче дышать. Стоя перед зеркалом большой ванной, он смотрел на свое отражение, и видел там не только себя.       Астория. Всегда собранная, изящная, с ровной осанкой и на каблуках. Волосы затянуты в тугой идеальный пучок, а платье отглажено — ни одной складки.       Его мама. Статная, с высоко поднятой головой, убранными заколкой волосами, мягко улыбающаяся. Все в тех же платьях, туфлях, с бесконечными рюшами. И безусловно идеальными, чистыми руками, несмотря на работу в саду.       И опять она, Гермиона. Не впервые босиком — будь то крыльцо, веранда или усыпанный сорняками и мусором сад. Буйные кудри, часто спадающие на лицо, широкая искренняя улыбка и звонкий смех. Дочь той самой миссис Грейнджер, о которой говорили на каждом углу. Разве могла у такой прекрасной леди вырасти такая дочь? И разве могла быть такая девушка в доме Виктора Крама?       И разве могла она засесть так скоро и так глубоко в сознание Драко?       Смывая с себя странное наваждение холодной водой, Драко еще раз взглянул на себя в зеркало и вышел в спальню. Он только собирался раздеться, как раздался короткий стук, и почти сразу дверь отворилась.       — Ты рано, — голова Люциуса появилась в узком проеме, а после мужчина вырос в комнате Драко в полный рост, — что-то случилось?       Драко запутался пальцами в своих волосах и прикрыл глаза. Он не знал, что ему ответить отцу.       — Миссис Крам не оправдала твои ожидания? — хмыкнул Люциус и прошел к креслу, следом деловито в него опускаясь, — тебя уволили?       — Эльфы зовут ее «мисс Грейнджер», — словно в пустоту проговорил Драко, — в письме она обозначила себя точно так же.       Драко обернулся и посмотрел на отца.       — Ты помнишь, что говорили и писали о миссис Грейнджер? — спросил Драко, и Люциус кивнул, — так вот эта девчонка полная противоположность своей матери. Я не знаю почему, но мне кажется, я схожу с ума. Астория…       — Астория не была такой, — перебил сына Люциус, — она была точной копией всех этих шаблонных леди, именно поэтому вы никогда и не стали бы нормальной парой.       — Но… а мама, — поджал губы Драко, — она тоже была леди, никогда не занималась грязной работой.       Люциус хрипло рассмеялся, и Драко вскинул брови в немом вопросе.       — Твоя мама только на виду у других была такой, — мечтательно улыбался мужчина, — но именно наедине с собой она была точно такой же, какой ты видишь мисс Грейнджер. Со мной она была такой же.       Драко смотрел в глаза отцу и не понимал, что только что услышал. Не понимал нахлынувших внезапно чувств и эмоций, как и не понимал почему миссис Крам мисс Грейнджер так притягивала его и одновременно заставляла убегать.       Возможно, именно потому, что ему было совсем ничего не понятно?

***

      Проснуться в пустой постели было сродни вернуться в прошлое, где целая спальня, а иногда и целый дом, был только для Гермионы.       Медленно потягиваясь, она поднялась на локтях и осмотрелась. Глаза упали на пустое, но еще теплое место рядом и зацепились за маленькую записку.       Поднимая ее пальцами, Гермиона придерживала одеяло на груди свободной рукой.       «Камин открыт. Ты можешь забрать книги. Я буду поздно. Люблю тебя.       В.»       Вздыхая, Гермиона упала обратно на постель и закрыла лицо ладонями. Она улыбнулась, думая о том, что ее муж позаботился о ней, не стал будить, заранее подумал о том, что бы она смогла отправиться в родной дом без него.       И в то же время мысли закрутились в сторону отца и его новой… женщины.       Дэвид, после того как отдал ее Виктору у алтаря, больше ни разу не приблизился. Все вещи Гермионы были переданы уже к моменту, как они появились в новом доме. Отец будто избавился от нее, как от ненужной безделушки. Ох, знала бы мама…       Лениво поднимаясь, Гермиона встала с постели, отбрасывая одеяло. Она потянулась еще раз, прикрывая глаза, и протяжный стон заполнил пространство большой спальни.       Минуя высокое напольное зеркало, Гермиона остановилась и засмотрелась. Она обвела взглядом изящный силуэт своего тела и подняла одну руку на уровень груди. Коснулась соска кончиками пальцев и втянула воздух через нос. Гермиона прикрыла глаза, а когда открыла, то оба ее соска были сильно напряжены, а между ног сладко потянуло. Очень сильно захотелось ощутить руки Виктора на своем теле. Увидеть взгляд его темных глаз сейчас, при утреннем свете, а не в ночи.       Время до вечера будет тянуться очень долго…

***

      Переступая невысокую решетку камина, Гермиона воровато оглядывалась, будто не зашла в свой родной — когда-то — дом. Она прислушивалась к тишине, но все, что слышала — это стук каблуков своих туфель.       Минуя гостиную, Гермиона вышла в коридор. Она наконец-то услышала хоть что-то, и это что-то отдаленно напоминало ее ссору. По мере приближения к крылу, где была расположена ее комната и комната отца, голоса становились громче. Это точно была ругань.       Поджимая губы, Гермиона подошла к закрытой двери и остановилась. Она слышала голос отца и голос этой самой… Клариссы? Все еще не помнила и не считала нужным.       — Ты… клялся, — кричала женщина, и Гермиона хмурилась все сильнее с каждой минутой, — твои долги… все по-прежнему.       Долги?       — Ты отдал ему девчонку! — расслышала Гермиона и прикрыла рот ладонью, отшатываясь, — почему… долги?       Фразы долетали обрывками, но Гермиона перестала пытаться услышать все.       Отец отдал ее в самом деле как вещь. За какие-то долги. Выдал замуж не потому, что хотел счастья для дочери или… в конце концов, для Виктора. Он ее продал.       Вбегая в свою комнату, Гермиона вытянула из волос свою волшебную палочку, позволяя кудрям рассыпаться за спиной. Она сметала книги со всех стеллажей в маленькую сумочку, увеличенную заклинанием незримого расширения. Слезы текли по щекам, а осознание происходящего било по голове.       Ее продал родной отец.       Закрывая рот, чтобы не всхлипывать вслух, Гермиона схватила последнюю книгу со своей прикроватной тумбы и замерла.       Ее колдография с мамой. Ей семь. Мама сидит рядом на корточках, обнимет, а Гермиона резко тянется поцеловать ее в щеку и смеется.       Вытирая мокрую дорожку со щеки, Гермиона забрала и рамку. Она положила ее поверх книги и обернулась. Взглядом девушка обвела свою спальню и поспешила на выход, когда поняла, что забрала все, что хотела.       Вылетая из комнаты, она сразу же устремилась обратно к камину. Каблуки звонко стучали по деревянному полу, но теперь было плевать, услышат ли ее или нет.       Поднимая платье, Гермиона вбежала в камин, хватая по пути горсть пороха из чаши. Она обернулась и в эту секунду увидела отца и его женщину с округлившимися глазами.       Бросая порох себе под ноги, Гермиона зажмурилась, мечтая поскорее снять ненавистные туфли и оказаться в теплой постели, все еще не застеленной.       Спрятаться там от осознания, что единственный человек, который ее по-настоящему любил, умер.

***

      Драко был в особняке семьи Крам в то же время, что и вчера. Первым делом ему захотелось встретиться с хозяйкой дома, обсудить все-таки условия его работы. Да и по-человечески познакомиться. Ему хотелось этого больше всего.       Минуя ступеньки, Драко оказался на крыльце и медленно подошел к двери, ведущей в дом. Он постучал несколько раз и ждал, что кто-то встретит его.       Дверь отворилась, но Драко никого не увидел перед собой. Он нахмурился и не сразу догадался опустить взгляд вниз.       — Здравствуйте, мистер Малфой, — поздоровалась маленькая эльфийка и шагнула из дома на крыльцо.       — Здравствуйте, — поздоровался Драко и присел на корточки, чтобы быть на одном уровне с существом, — а кто-нибудь есть дома?       Малютка закивала, округляя глаза, быстро обернулась через плечо и снова вернула взгляд Драко.       — Флори нужно сказать хозяйке, что вы пришли? — уже не так уверенно спросила эльфийка, и Драко вдруг широко улыбнулся.       Он обвел теплым взглядом маленькое волшебное существо, облаченное в красивое платье, и в этом он увидел отражение хозяйки дома. Даже эльфы этой юной миссис ходили в платьях.       — Если можно, я сам найду ее, — с улыбкой проговорил Драко, и крошечная эльфийка кивнула ему, соглашаясь.       Она отошла назад и пропустила Драко в дом, чему он тоже, безусловно, удивился. Дверь за его спиной закрылось, и Драко дернулся, оборачиваясь. Позади уже никого не было.       Медленно ступая, Драко осматривался, словно вор. Он чувствовал себя неуютно внутри чужого дома, от стен веяло чем-то странным. В саду он не ощущал себя так, потому что был в своей стихии. А здесь он ощущал присутствие другого мужчины, того, кто ему даже на подсознательном уровне не нравился.       Минуя поворот за поворотом, Драко не обнаружил до сих пор ни одного признака присутствия в доме его хозяйки. Он сразу вспомнил ее звонкий смех, лепет, словно пение птиц, шелест шелка ее платья. Ничего.       Воровато заглядывая в разные комнаты, Драко нахмурился. Неужто ее здесь нет?       Закрывая очередную дверь, Драко уже хотел было позвать Флори, чтобы она помогла ему, но за спиной послышались какие-то звуки.       Он быстро обернулся и увидел, как прямо перед его глазами появилась дверь и отворилась.       — Выручай-комната? — пронеслось у него в голове, но Драко сам не понял, как озвучил свои мысли.       Повинуясь зову голоса в голове, он сделал шаг навстречу открытой двери — другой и третий — пока не настиг ее и не коснулся дверной ручки, распахивая дверь шире.       Все еще стоя в темном коридоре, Драко заглянул внутрь волшебной комнаты. Его глаза округлились, а рот приоткрылся. В груди что-то больно сжалось, и, кажется, это было его сердце.       На полу, разбросав вокруг себя пышные юбки, сидела Гермиона. Возле нее валялись разные книги, чуть поодаль лежали туфли, а в руках девушка сжимала рамку с фотографией. Драко чувствовал себя так, будто подглядывал за чем-то очень личным. Но отвести взгляд не мог, впиваясь все сильнее в хрупкие плечи, мелко подрагивающие. Она плакала.       Сжимая одну руку в кулак, Драко опустил вторую, которой сжимал дверную ручку. Ноги понесли его вперед, и он резко остановился, стоило переступить порог. Вот теперь Драко чувствовал ее.       Огромная библиотека была пропитана энергией и магией юной мисс Грейнджер, и Драко был уверен, что только она в этом доме знает про это место.       И теперь он.       Интересно, знает ли мистер Крам, что его жена отчего-то горько плачет в его отсутствие?       Сдвигаясь с места, Драко сделал еще шаг, и половица под его ногой скрипнула. Он снова замер.       Резко встрепенувшись, Гермиона расправила плечи и быстро вытерла слезы с лица. Она спрятала рамку в складках платья. До чего же она боялась быть пойманной за чем-то подобным.       Оборачиваясь, девушка с каждой секундой все больше округляла глаза. Ее припухшие губы приоткрылись, и взгляд Драко тут же опустился на них.       Мерлин…       — Мистер Малфой! — вдруг воскликнула Гермиона и резко поднялась на ноги.       Так же быстро она стала приближаться к нему, ступая босыми ногами по полу, и Драко не мог не улыбнуться.       В эту секунду Драко понял, о чем ему говорил отец.

***

      Дольше, чем на что-либо, Драко мог смотреть в карие блестящие глаза, кажется. Возвышаясь над девушкой, он заставлял ее немного задирать голову, и оттого ее глаза казались еще больше.       — Почему вы плакали? — не моргая спросил Драко, наблюдая за реакцией девушки.       Она сглотнула и спешно коснулась щеки снова, будто пытаясь стереть слезы, которых там не было. Следом она облизала губы, и Драко разомкнул свои.       — Как вы нашли меня? — вопросом на вопрос ответила Гермиона, и Драко понял, что ответа не дождется.       А еще он понял, что она была уверена, что ее не должны найти здесь.       — Я искал вас, чтобы поговорить, и дверь в библиотеку, очевидно, была последней, которую я открыл, — соврал, чтобы посмотреть за реакцией.       И она не заставила себя долго ждать. Отвела взгляд и зажевала губу, а затем вдруг резко повернулась к Малфою, хлестнув себя своими же кудрями.       — Может, вы хотите чай? — вдруг спросила Гермиона, и Драко опешил, но она продолжила, — эльфы сделали пирог из черешни, которую я собрала в саду. Получилось очень вкусно.       Драко кивнул, соглашаясь, но не успел и рот раскрыть, как девушка обогнула его и двинулась по направлению к выходу. Но вдруг присела, будто подняла что-то, и развернулась к Драко.       — Вы обронили в саду вчера, — протянула руку с перчатками вперед девушка, и Драко наконец-то шагнул ей навстречу, — а я, видимо, обронила их здесь.       — Спасибо, — ответил Драко, забирая перчатки из рук девушки.       Он вздрогнул и одновременно с тем услышал рваный вдох, когда его пальцы коснулись нежной кожи Гермионы. Она снова посмотрела на него своими большими глазами, а затем вдруг резко развернулась и зашагала прочь.       — Я попрошу эльфов подать чай на веранду, — услышал Драко, когда миссис Крам уже почти вышла за дверь.       Он поспешил за ней, и ему все еще было интересно, что же все-таки стало причиной ее слез.       — Мне конец, — сам себе под нос буркнул Драко, выходя из библиотеки.       Он понимал, что теперь больший вес имела хозяйка дома, нежели ее сад. Но еще куда больший вес имел ее муж, который явно не чист на руку… и на душу.       И он уж точно не будет рад их чаепитию на веранде. Но разве это может остановить Малфоя, раз он уже решил добраться до истины?

***

      Как заколдованный, но в то же время боязливый мальчишка, Драко вышел на террасу, обойдя длинные коридоры. Он ни разу не увидел Гермиону, не услышал ее тихих шагов или мелодичного голоса — она словно испарилась.       Поэтому ему оставалось только ждать.       Легкий ветер обдувал его лицо, трепал тонкую рубашку, расстегнутую на несколько верхних пуговиц.       Сердце колотилось, как бешеное, пока Драко замер в ожидании хозяйки дома. Его взгляд, устремленный на все еще безобразный сад, провалился в пустоту. Мысли уходили далеко от кустарников и деревьев, возвращаясь то и дело к девушке, которая сама была похожа на прекрасный цветок.       Может, ему казалось, и его подсознание рисовало ему ошибочные картинки? Все могут плакать, быть расстроены чем-то, растроганны. Не в каждой семье все гладко, и даже родители Драко когда-то ругались, после чего мама тихо поняли слезы в саду. Но отец всегда приходил и утешал ее, после чего они улыбались друг другу, целовались и обнимались, забывая о ссоре.       Почему тогда Гермиона плакала в одиночестве, и ее никто не успокаивал?       Встряхивая головой, Драко тяжело вздохнул и развернулся к двери, ведущей в дом. В эту же секунду перед ним появилась девушка, и сердце Драко пропустило еще один удар.       Снова в туфлях, с аккуратно убранными волосами и все в том же платье, она вышла к нему, держа в руках пергамент и перо. Перед ней шла эльфийка — та самая Флори — и по воздуху несла большой поднос с чайным сервизом и посудой.       — Мистер Малфой, — выдохнула Гермиона, — вы… почему застыли?       Он даже не понял, что она обратилась к нему. Не понял, что пялился. Но не мог оторваться, потому что перед ним была не она. Та самая шаблонная, собранная, статная миссис Крам, с ровной осанкой и идеальной прической. Не мисс Грейнджер с буйными кудрями и босыми ногами, а кто-то другой.       — Да… — стал часто моргать Драко, — прошу прощения, задумался.       Он подошел к маленькому столику и отодвину стул возле Гермионы. Она, смотря на него снизу вверх, села и разложила салфетку на коленях.       Драко подошел ко второму стулу и сел напротив, следуя ее примеру и разложил салфетку на коленях.       — Попробуйте пирог, — снова засуетилась Гермиона, — я вчера собрала столько черешни, и…       Она замерла, когда Драко руками потянулся за кусочком пирога, не используя приборы. Он сразу же поднес кусочек ко рту и откусил, прикрывая глаза и наслаждаясь вкусом.       — …там могут быть косточки, — закончила девушка, когда Драко уже проглотил сладость.       Он вновь открыл глаза и облизал пальцы, смотря на девушку. Улыбка растянулась на его лице, и тогда глаза Гермионы округлились еще больше.       — Ничего страшного, — мягко улыбаясь, проговорил он, — даже магия не всегда способна уследить за такими мелочами. Как с садом, помните? Эльфы умеют не все.       — Откуда вы знаете, что пирог готовили эльфы? — спросила Гермиона, склонив голову и все-таки потянулась за заварником, чтобы налить себе чай.       Драко пожал плечами и забрал из рук девушки заварник, продолжая смотреть ей прямо в глаза.       — Догадался, — он не стал озвучивать, что ему, черт возьми, очевидно, что ей нельзя заниматься в этом доме ничем, кроме как быть украшением.       Девушка поджала губы, а затем сделала глоток чая. Она держала чашку как истинная леди, отставляя мизинчик и придерживая под чашкой блюдце. Драко казалось, будто он наблюдает за фарфоровой куклой.       — Я хотела обсудить с вами условия вашей работы, — снова включилась Гермиона, наконец отцепляя взгляд от сада и переводя его на Драко, — когда вы будете приходите, в какие дни и сколько нужно платить за то, что вы…       — Я не возьму с вас денег, — вдруг сказал Драко, оставляя чашку на блюдце, и вновь потянулся за пирогом.       — Но… как? — Гермиона покачала головой и тоже отставила чашку, складывая руки на коленях.       — Я буду ухаживать за садом взамен на… чай, — Драко откусил кусок пирога и стал быстро жевать, — и на вашу помощь.

      Переваривая услышанное, Гермиона не могла прийти в себя. Она видела перед собой насмешливый взгляд садовника, и внизу живота неприятно скручивало. Ощущения были странные, новые.       Пергамент и перо так и остались лежать в стороне, ведь записывать ничего не пришлось: условия работы Драко Малфоя в ее саду были… понятны.       Гермиона согласилась.       Одно единственное условие, которое родилось в ее голове, так и осталось не озвученным — ее муж не должен знать об этом.       Зависая еще на какое-то время за столом, девушка провела взглядом мистера Малфоя. Он поблагодарил ее за чай и пирог, а затем быстро встал из-за стола спустился по лестнице с террасы. Останавливаясь у ступеней, он развернулся и посмотрел на девушку через плечо:       — Вы идете?       Нахальная ухмылка разрезала его лицо, и теперь узел внизу живота стал совсем не болезненным. Гермиона приоткрыла рот и втянула воздух через нос, а затем согласно кивнула.       Она встала из-за стола и приподняла юбку платья, сразу же опуская взгляд вниз. Туфли на каблуке буквально насмехались над ней, точно как и шелковое платье, слишком дорогое для того, чтобы пачкать его в грязи.       — Мне… нужно переодеться, — неуверенно проговорила Гермиона, бросая короткий взгляд на мистера Малфоя, а затем спешно стала перебирать ногами, скрываясь в доме, уже не выдерживая насмешки в блестящих серебром глазах.       Она забежала в большую гостиную и сразу же сбросила туфли. Ступая босыми ногами, все еще держа пышную юбку в руках, Гермиона спешила в свою спальню. У нее был подходящий наряд!       Врываясь в комнату, девушка тяжело дышала. Пальцы потянулись к корсету платья и стали быстрее растягивать ленты в стороны, чтобы избавиться от шелка. Шумный выдох сорвался с губ Гермионы, когда платье упало на пол, и она осталась только в тонкой полупрозрачной комбинации.       Устремляя взгляд в большое зеркало напротив, Гермиона прикоснулась к лямкам на плечах и стянула сразу обе. Еще един вздох сорвал с ее губ, стоило ей остаться обнаженной.       Вспоминая о том, что ее внизу ждут, Гермиона спохватилась, переступила через одежду на полу и подбежала к комоду. Она присела на пол и открыла самый нижний ящик, в котором было то, что ей нужно.       Вынимая большую коробку, Гермиона произнесла почти шепотом специальное заклинание и услышала щелчок — крышка открылась.       Поставив коробку на пол, Гермиона сняла с нее крышу и с широкой улыбкой достала все содержимое этой коробки.       То, что напоминало ей о том, кто она.       То, что напоминало ей о маме.       Возвращая пустую коробку на место, Гермиона встала на ноги и вновь подошла к зеркалу.       Минута — и на нее смотрела та самая девочка, которой мама позволяла наряжаться во что-то, кроме платьев за закрытой дверью своей спальни.

***

      Ебанные.       Узкие.       Джинсы.       Мерлин милостивый.       И тонкий вязаный джемпер на пуговицах.       Без белья.       Хорошо, прямо в данную минуту Драко пожалел о том, что попросил миссис Крам о помощи. Он ненавидел себя и свое мужское начало сейчас всем сердцем, проклиная вместе с тем и маглов. Кто придумал это одеяние? И кто в здравом уме любил женщин в платьях?       Драко, кажется, не дышал, не моргал и вообще не соображал ни черта, пока Гермиона Грейнджер спускалась по немногочисленным ступенькам с террасы, подпрыгивая на каждой. Ее крошечные ножки были облачены в красные кеды с белыми шнурками, стройные ноги обтянуты денимом светлой варки, а плоский животик и аккуратную грудь прикрывала красная приталенная кофточка.       Истинный Гриффиндор, если бы миссис Крам училась в Хогвартсе. А где она училась, интересно?       Драко тряхнул головой и поднял взгляд выше. Он зацепился глазами за косынку на ее волосах, которая сдерживала пышные кудри и не давала им лезть в лицо. Она тоже была красного цвета.       — Я… готова, — с мягкой улыбкой проговорила девушка, останавливаясь в шаге от Драко.       А вот он не был готов. Вообще, блять, ни к чему не был готов. Ни к ней, ни к ее наряду, ни к тому, что ему будет рвать башню там, где он, между всем прочим, должен заниматься работой.       — Отлично, — едва выдавил Драко и протянул девушке вторую пару перчаток, которые заведомо уменьшил, — возьмите.       Гермиона кивнула и закусила губу, принимая перчатки из рук парня. Она покрутила их в пальцах, прежде чем надеть на аккуратные ладошки, и Драко усмехнулся. Все еще велики.       Он взмахнул рукой, и тогда садовый аксессуар сел ровно по рукам Гермионы. Он кивнул, будто похвалил сам себя, а следом надел и на свои руки перчатки.       — Нам нужно убрать весь мусор для начала, — Драко схватил рукой крепкий корень чего бы то ни было, лишь бы отвлечься, — вы можете начать… оттуда, — он указал рукой в сторону заросшей сорняком арки, ведущей в следующую часть сада, — там не такие крепкие корни.       — Хорошо, — снова кивнула девушка, а затем прошла мимо Драко прямо туда, куда он показал.       Она соглашалась удивительно легко. На все. Как…       Блять.       Как та самая шаблонная миссис, которой позволено было только кивать головой и смотреть в пол.       Только вот чертовы магговские джинсы, которыми была обтянута ее аккуратная круглая попка, здорово отличали ее от других.

***

      Пальцы рук жгло от долгой работы в саду, которая до сегодняшнего дня была совсем незнакома для Гермионы. Но тем не менее она с удовольствием разобралась с каждым ненужным растением, которое попусту вилось вокруг арки. Радостный визг слетел с ее губ, а следом Гермиона резко развернулась в сторону мистера Малфоя.       Который в это мгновение стоял неподвижно и смотрел прямо на нее. Как утром на террасе.       Она улыбалась ему, а затем закусила губу, понимая, что ее эмоции, скорее всего, не слишком уместны. Но когда мистер Малфой улыбнулся на один бок, Гермиона вдруг отвернулась, почувствовав, как смущение обожгло ее щеки.       Следом за аркой был очищен заброшенный высохший фонтан, и все это время они с… Драко не разговаривали. В своей голове Гермиона называла его все же по имени. У них была попытка перейти на “ты”, точнее, в самом начале это было волеизъявление парня, но Гермиона все равно сопротивлялась. Было что-то неправильное в этой… фамильярности.       Но что удивительно: рядом с ним ей было спокойно. Она вообще не должна была быть рядом с ним, но то, что ей не приходилось держать лицо при нем, не могло не радовать.       Возможно, она не воспринимала его как мужчину? Как эльфа, прислугу… как кого?       Отбрасывая эти размышления, Гермиона вновь обернулась на Драко. Она увидела, как чисто стало в саду, вокруг него, и ахнула. Затем перевела взгляд перед собой и вновь широко улыбнулась, ведь она проделала огромную работу. Они оба.       — У вас здорово получилось, мисс Грейнджер, — он снова назвал ее так, и Гермиона вздрогнула, оборачиваясь, — думаю, на сегодня достаточно.       Она кивнула ему, закусив губу, и двинулась по направлению к парню, стягивая по пути перчатки. Стоило оказаться рядом с Драко, как девушка вновь подняла на него взгляд и заглянула в серебряные радужки. Только открыла рот, как вдруг мистер Малфой опередил ее:       — Вам пора отдыхать, — сказал он и протянул руку, чтобы забрать у нее из рук перчатки, но Гермиона прижала их ближе к себе и нахмурилась, — спасибо за помощь, Гермиона.       Ее ломало, выкручивало все органы внутри, а снаружи был полный штиль. Все же, она воспринимала его как мужчину, потому что в противном случае она не плавилась бы, как шоколадная конфета под солнцем. Это было неправильно.       А разве ей объясняли это?       — Спасибо вам… Драко, — запнулась Гермиона и стала обходить парня, чтобы скорее вернуться в дом и переодеться, ведь Виктор может появиться в любой момент, — до завтра?       — До завтра, — ответил он с легким кивком и провел ее взглядом.       Гермиона взбежала вверх по лестнице слишком быстро, еще быстрее она вернулась в большой дом, чтобы скорее скрыться от взора пытливых глаз.       — Флори! — позвала Гермиона, и эльфийка тут же появилась перед ней. Малышка округлила глаза и ждала распоряжений, сложив руки спереди в замок, — у нас осталась черешня?       Малышка кивнула, поджав ушки.       — Ты… поможешь мне приготовить еще один пирог? — спросила миссис Крам, слегка наклоняясь, и тут же получила утвердительный ответ — кивок головой, — сейчас я быстро переоденусь и приду на кухню.       Гермиона выровнялась, эльфийка исчезла — обе разошлись по своим делам.       Через час пирог был готов. Гермиона, снова в платье, держа горячую форму полотенцем, спешила снова прочь из дома, на террасу, чтобы поблагодарить мистера Малфоя еще раз за его работу. Мягкая, застенчивая улыбка растянулась на ее губах, когда она босиком выбежала на улицу, и сразу же сменилась легким недоумением на лице.       Мусора в саду больше не было, только засохшие, увядшие растения, высохший фонтан и ветхий парник. Все вокруг все еще требовало внимания, умелых рук и ножниц, но сад уже был совсем другим.       Руки Драко действительно были умелыми.       А вот его самого в саду уже не было.