11

      — Я не знаю, кем мне быть на Хеллоуин, — откусывая кусочек батончика, выразила свои опасения Карен.              — Почему бы тебе не одеться, как в прошлый раз? Майкл тогда отметил, какой у тебя хороший бюст, — с улыбкой подметила Виннерс.              — Это да… но я не хочу надевать второй год подряд костюм Джессики Реббит. Это будет глупо.              Реджина бы сказала, что действительно было глупо, но её больше занимал сельдерей в контейнере, который она никак не могла засунуть в рот.              На самом деле она не так давно сама не могла определиться, что надеть в этом году. Она предпочла простой, но довольно откровенный и красивый наряд зайчика. Девушка будет выглядеть в нём просто отпадно. Осталось сбросить ещё килограмм.              Они собираются в доме Карэн в этот раз. Здесь Реджина не особо контролировала сброд людишек, которых можно позвать, да и несильно хотела в это лезть. Это не то событие, над которым нужно было заморачиваться.              А этот… придёт?              Её взгляд сразу же метнулся в сторону стола отбросов.              Она наколола вилкой дольку овоща и поднесла к своим губам, пока незаметно рассматривала это чучело.              Сегодня на нём была чёрная футболка с надписью его группы, на лице были подведённые глаза, а на голове полный беспорядок. Ей хотелось фыркнуть от того, насколько же он был похож на бездомного.              Вот только, Реджина не могла понять, в чём было дело. Ведь каждая вещь в аутфите этого фрика ему шла. Возможно, это была работа его поведения и самолюбия, что в таких шмотках парень ощущал себя увереннее некуда.              А она ценила в людях качества, которые могли выбить их из толпы. Она либо поддерживала общение с такими, либо уничтожала.              И раз не получилось его уничтожить…              Что?! Приди в себя!              Джордж перевела зрачки на остатки салата. У неё урчал живот от голода, но она ничего не могла поделать. Ей просто нельзя было прикасаться к еде в ближайший месяц. Проще простого.              Периферийным зрением она заметила, как к Хэффли подсела какая-то девка. Это была не лесбиянка Иан и не какая-то…              Что. За. Шмара.              Реджина не смогла не повернуть головы на эту сцену. Какая-то кучерявая шлюха села рядом с Хэффли и смеялась над его шутками.              — Гретхен.              — М-м? — отрываясь от бесполезного разговора с Карен, спросила приятельница.              — Что это за сучка за столом никчёмышей?              Брюнетка тут же обернулась, чтобы проанализировать фигуру, которую Джордж уже хотелось прижать к стенке ногтем.              — Это Спаркс?              — Это ты мне скажи.              — Спаркс. Она вроде бы ходит с тобой на литературу.              Так вот, где она видела эту убогую стрижку и совсем безвкусный выбор одежды.              — И что? Почему она села рядом с школьным мусором?              — Не знаю.              — Так узнай, — требовательно произнесла Реджина, под звук закрывающегося контейнера.              — Да, конечно, — послушно промямлила та, испугавшись подступающего гнева Джордж.              Её взгляд снова напоролся на это отродье из фильма «Кудряшка Сью». Что за мешковатые юбки? Она что, хиппарка? Господи.              Блондинка пыталась запомнить каждую деталь, но, к сожалению, её отвлекало восторженное лицо сучки, которое внимало каждую реплику Хэффли, словно он был Буддой или типо того. Что за нахуй.              

***

             Нет, она не искала с ним встречи. Она не искала его глазами.              Просто так выходило, что эти двое будто специально ворковали перед ней.              Нет. Он ведь не мог. Ему нравилась только Реджина. Правда ведь?              Конечно. Хэффли же так долго завоёвывал её внимание. Ублюдок.              Это было какое-то проклятие. Ей было непонятно, почему Родрик мог ошиваться с этой дрянью, которая даже нормальный маникюр себе сделать не в состоянии. Это даже смешно!              Нет, этому панкушнику всегда нравились птицы высокого полёта. Но почему тогда этот придурок зависал с Моникой Спаркс так часто? Реджина видела, как он сам подходил к ней, как та улыбалась в ответ на его слова.              Полная херня. Он ведь специально пытался заставить её ревновать, правда ведь? Стоп. Чтобы Джордж ревновала хоть кого-то?! Что за брехня?!              Дело было не в этом. Просто эта шмара позарилась на то, что принадлежит ей. Да, возможно этот рокер совсем ей был не нужен, но он всё равно лежал в её коллекции достижений. Собственность Реджины Джордж. Не иначе.              Это продолжалось ни один день. Джордж должна была думать о проекте, сочинениях и новых журналах “Vogue”, но точно не о том, почему Хэффли так редко стал донимать её. Если быть точнее, он будто… забыл её.              А ей ведь и проще. Теперь этот клещ присосался к другой. Проблема, которая зудела в её голове пару месяцев – исчезла. Вот только принесла какую-то неприятную сыпь, которая чесалась не меньше, чем это грёбанное насекомое на её груди.              Нет. У этого должно было быть объяснение. Это может быть его даунский план, который совершенно не работал! Не работал, да!              Хэффли, я ненавижу тебя.              

***

      — Значит, в субботу мы развлечёмся! Мне уже не терпится!              — Да!              Карен и Гретхен переговаривались между собой о предстоящей тусовке на Хэллоуин, которая должна была состояться на выходных.              — И я придумала, кем я буду, — радостно провозгласила Смит.              — И я! — ответила ей Виннерс. — Реджина, а ты придёшь туда с Аароном?              — Конечно. Хотя мне и понравились пару парней, которые хотят поступить со мной в один универ, но… пока что с Сэмюэльсом пойдёт.              Девушки говорили пока шли на выход из школы. Из-за подготовки к празднику, они задержались до вечера и украшали чёртовы коридоры здания. Это было обязательное занятие, поэтому отвертеться от подобного было просто невозможно. Любые просьбы директора с помощью школе теперь у неё ассоциировались с наказанием и мячами. Оказалось, что преподаватель только их пугал насчет тысячи отработок с Хэффли в субботу. Чему она была несказанно рада.              И, словно прочитав её мысли, в коридоре объявилась сладкая парочка, которая никак не хотела разъединяться. Кудрявая выходила из репетиционной, приторно-мило прощаясь с панкушником. Мерзость.              — Девочки, идите без меня. У меня похоже… месячные начались. Нужно вставить тампон.              — У-у… — Гретхен и Карен тут же скривили свои лица в омерзении, словно у них самих ни разу не было месячных. Идиотки. — Ладно. Я тебе позвоню вечером.              — Конечно.              Она встала за углом, ожидая, когда эта хиппи-курица скроется. Не прошло и двух минут, когда девушка зашагала по коридору с мечтательным личиком. Сучка.              Дверь в комнату с музыкальными инструментами захлопнулась, но двери пришлось сделать это ещё раз, ведь блондинка проскользнула в репетиционную сразу же после этого.              Хэффли обернулся, вопросительно вглядываясь в гостью.              — Реджина?              — Что за херня, Хэффли? — ядовито бросила девушка, даже не пытаясь завести какой-либо смолл-ток.              — О чём ты?              — Спаркс. Я вижу, вы проводите много времени вместе.              — А ты следишь, милая? — лисья ухмылочка завладела его губами.              — Не сходи с темы.              — Какой?              — Что у вас с этой сукой?              — Ауч. Что она тебе сделала, что ты так говоришь? Она очень даже милая девушка.              Реджина сцепила свои челюсти, чтобы удержаться от ещё одного острого комментария, который так и норовил вырваться из её рта.              — То есть, у вас с ней что-то есть? А как же твои речи о том, что…              Видимо, вся эта сцена безумно распаляла Хэффли, потому что он прислонился поясницей к синтезатору и наслаждался каждой репликой, которая вылетала из девушки.              — Хватит смеяться.              — Реджиночка, что ты хочешь услышать?              — Ты чуть ли не на коленях сидел передо мной всё это время с августа, доставал меня, а теперь якшаешься с этой дурой. Твоя преданность настолько дёшево стоит?              — Так ты хочешь, чтобы я снова встал на колени?              Она открыла рот, чтобы ответить, когда осознала, что он только что сказал.              — Ты самолично захотел быть моей игрушкой. Ты принадлежишь мне.              Реджина заметила недобрую искорку в его взгляде, которая заставила её сердце отбивать ритм чаще обычного. Парень встал и медленно стал продвигаться в её сторону, не обращая внимания на её лицо, которое выражало небольшое замешательство.              — Ты ревнуешь меня, — как-то слишком уверенно сделал выводы Хэффли, не разрывая зрительного контакта с блондинкой. — Ревнуешь меня к Монике, да?              — Ты двинулся головой, Хэффли. Не будь идиотом, — она пыталась звучать твёрдо, но получалось так себе.              — Ты ревнуешь.              Блять.              Он подошёл к ней вплотную, затапливая её легкие своим мерзким запахом, который уже снился ей во влажных кошмарах. Теперь она могла разглядеть парочку родинок на его лице, чуть размазанные черные линии на веках и еле видную щетину.              Девушка схватила его за воротник футболки, сжимая ткань в кулаке.              — Ты – моя собственность. Я ревную тебя, как ревновала бы свой телефон в руках другой.              Это должно было поставить его на место, оскорбить. Задеть за живое. Потому что он являлся сродни предмету, с которым она иногда любила играться. Но Хэффли… его ухмылка переросла в оскал.              — То есть… — он осторожно заправил пальцем локон идеально ровных блондинистых волос. — я должен тебе подчиняться?              — Да.              — Так приказывай.              В этой крошечной коморке слышалось только их дыхание. Эта пауза встормошила нервов Реджины больше, чем должна была.              Она могла бы отомстить ему. Уйти сейчас. Ведь девушка знала, что для него значило бы её слово. Парень добивался её внимания так долго, что Джордж могла бы просто скрыться сейчас в коридоре школы, оставляя его наедине с этим напряжением.              Но…              — Поцелуй меня.              Пауза в пару мгновений.              Ему хватило глупых слов, которые слетели с её языка, чтобы впиться в её губы, словно они являлись болоном с кислородом на глубине сотни метров в открытом океане.              Ей хотелось не отвечать, наказать и отрезвить. Это желание было фундаментальным, вшитым в подкорку её личности. Девушка должна была искоренить гнусные мысли, которые затапливали её грудину теплом. Вот только Реджина была физически не в состоянии остановить этот манящий гвалт голосов в её голове, кричащих о большем. О ещё одной секунде с его руками на её лице и ещё одной секунде, когда он пригвоздил её спиной к стенке, совсем срывая все предохранители, стоявшие на Хэффли у неё внутри.              Она окунула пальцы в его волосы, таявшие от её прикосновений – настолько они были мягкими. Девушка сжала их так, чтобы ему стало неприятно, чтобы он отдалился. Она надеялась на свой последний шанс.              А Хэффли только сильнее прижался к ней, голодно исследуя её рот.              Их языки слились в какой-то невероятном ритуале, от которого у неё пошли мурашки по всему телу. Ей стало не хватать воздуха и терпения.              Если его можно было описать на вкус – это были бы терпкость травы, мятная жвачка, которая никак не клеилась с его образом, и что-то пьянящее. То, что управляло ей, когда она тянулась к нему ближе, чтобы не упустить ни одного выдоха парня.              Она кусала его за губы, ей нужно было клеймить его, чтобы он понимал, с чем связывается и знал, кому принадлежал. Реджина мечтала, чтобы Родрик отдалился от неё и сбежал, чтобы отрезвить их. Потому что сумасшествие, которое сейчас искрилось в полумрачной комнате – совсем ей не нравилось. Или…              Парадокс их отношений был таким – чем сильнее Джордж отталкивала, тем рьяней Хэффли притягивался обратно.              Поэтому она услышала его стон, когда она вновь уколола его своими зубами.              Это выдернуло чеку из её надежд на спасения.              Похер.              Если этот ублюдок был таким вкусным, она готова была пожертвовать многим, чтобы ощутить ещё.              Девушка склонила голову, чтобы пустить свой язык по артерии на его шее, а затем оставить свою метку на мужском теле. Мой. Не этой хиппарьской шлюхи, а мой. Только мой.              Засосы идеально смотрелись на его коже. Эта картина вызвала в ней спазм внизу живота, который хотелось растворить побыстрей. Но, если падать в грешный ад, то только медленно. Смакуя каждое мгновение падения.              — На колени, — проговорила Реджина, надеясь, что это прозвучало различимо между их дыханием.              Они вновь встретились взглядами. Радужки рисовали только одно ощущение – томление. Им не терпелось увязнуть в пиздеце по горло.              Он медленно опустился, смотря на неё дикими глазами снизу вверх.              Девушка ухватилась за его патлы и сжала посильней.              Родрик чуть слышно зашипел, но не смел отрываться взглядом от того, кто так приятно говорил ему, что делать.              Второй рукой Джордж чуть подняла свою юбку, под которой виднелись концы чулок, из-за которых парень чуть приоткрыл рот, смачивая горло слюной чаще, чем раньше.              Она потянула его за волосы, ближе к ляжке.              Парень послушно исполнял её желание. Он ласкал языком кожу, пальцами спуская один из чулок вниз, открывая большее пространство для слюны. Хэффли старательно вылизывал периметр на внутренней стороне бедра. Девушка откинула голову на стену позади себя от симбиоза всевозможных чувств, которые возникали в ней в бесконечном периоде.              Она понятия не имела, где этот девственник этому научился, но он, блять, имел смелость дразнить её. Подходя всё ближе к белью, Родрик возвращался к поцелуям около её колена.              — Хэффли, — это обязано было звучать грозно, но стало позорной просьбой.              Она нутром почуяла, что он усмехнулся, продолжая оставлять поцелуи на её ноге.              Но вскоре он всё-таки добрался до разгорячённого места, которое просило о разрядке. Парень ещё раз посмотрел на девушку перед тем, как провести языком по ткани её кружевных трусиков.              — Блять, — на выдохе произнесла Реджина, чувствуя приток крови к клитору. Она мечтала, чтобы напряжение спало.              А Хэффли продолжил, наблюдая за тем, как её грудь вздымалась от сокращения легких. Он издевался так, словно знал, как сильно это тормошило внутри неё возбуждение.              — Стой, — несмотря на огонь, который она видела в его глазах, он сразу же остановился.              Реджине потребовалось пара движений, чтобы снять с себя бельё.              В её голову пробрались неприятные мысли, которые начали нашептывать ей слишком бесячие картинки, которые ей бы хотелось опровергнуть. Но для этого нужно было узнать наверняка.              Когда он потянулся к промежности, она задала вопрос, который почему-то казался важнейшим из когда-либо существовавших для Реджины:              — Ты спал с ней?              Родрик усмехнулся, окунаясь языком в её вагину. Это тут же вызвало стон, который могли бы услышать люди за дверью, если бы школа не была пуста к этому времени.              — Ты… — парень двигался верх-вниз, не достигая самой чувствительной точки. — ответь…              Однако, даже не доставая до клитора, девушка чувствовала, как поднималась её температура. Горло становилось всё больше сухим из-за частых вскриков и сладких звуков, издаваемых ей.              — А что? — он оторвался от своего занятия, чтобы посмотреть в лицо Джордж.              — Отвечай, Хэффли! — его пальцы для удобства впивались в её ляжки, что совсем не играло на руку её здравому уму. Около его рта виднелась влага, что делало ситуацию ещё более невыносимой.              Его руки как-то подозрительно зашерстили по её ноге вверх, приближаясь к половым губам.              Она требовательно глядела на него в ответ, стараясь унять рваное дыхание.       — Какая разница, Реджиночка? — парень чуть склонил голову в бок, а указательным пальцем проскользил по влажным складочкам, заставляя девушка прикрыть веки от резкого кайфа.              — Мне есть разница!              — Почему?              — Потому что я не хочу тебя делить с кем-то, доволен?! — сразу после реплики она вскрикнула, когда он случайно задел клитор.              Он помедлил пару секунд, а затем с улыбкой ответил:              — Доволен, любимая.              — Ублюдок! — девушка резко потянула его за футболку вверх, меняя позу так, что теперь Хэффли стоял у стенки, ожидая следующих действий девушки.              Она без промедления стала вытягивать его ремень из петли, а затем расстёгивать ширинку.              Теперь он дышал так, словно бежал час без остановки.              Девушка чуть спустила его штаны, чтобы было удобно достать его член из трусов, но остановилась, оценивая рисунок на них.              — Ракеты? Хэффли, ты шутишь? — она не знала, какую эмоцию использовать: смеяться или опплеваться от позора, что она выбрала переспать с этим тюфяком.              — Мне мама подарила, — неловко ответил Родрик. — Я не знал, что ты…              — Закройся.              Реджина сжала его орган через ткань. Зря он решил её дразнить. Нужно всегда выбирать соперника, с которым можно потягаться. Она ощущала влагу, которая просачивалась сквозь мужское бельё.              — Спал с ней? У меня были девственники. Ты ведешь себя слишком уверенно, — прошипела она, прикусывая после этой речи мочку его уха.              Он медлил с ответом, поэтому она засунула руку под резинку и обхватила член пальцами. Неплохо, Хэффли… Совсем не крюк… Ей нравился размер.              — Не спал, — сдался парень, начиная открыто стонать от фрикций девушки, которые она творила руками.              Её настроение сразу же улучшилось, на щеках появились ямочки от улыбки.              — Хороший мальчик.              Родрик заскулил от приятных слов в его адрес.              Пока его глаза оставались закрыты от фейерверка ощущений, Джордж решила его добить. Он заслужил. Сохранил себя специально для неё. Её собственность.              Она села, чтобы было удобней взять его эрегированный, весь в смазке член и сделать его ещё более влажным.              Кончик языка опустился на уздечку, вызывая крошечную конвульсию у Хэффли, который не мог предположить этого блаженства ещё тридцать минут назад. Она знала, что ему понравится. Потому что Реджина была в этом профессионалом. Каждый парень, даже малочувствительный кончал после её рта.              Положив кружок своих губ на головку, она услышала резкий вдох, который только раззадорил её. Девушка наслаждалась контролем над неуправляемым Хэффли, который весь семестр вставлял ей палки в колёса. А сейчас… он следовал ей беспрекословно, превратившись в шелкового.              Она начала делать медленные движения своей головой, слушая, как Родрик не в состоянии сдерживаться. Его пятерня легла на её макушку, находя хоть какой-то якорь в бесконечном потоке экстаза.              Слюна и смазка делали приятное пространство для работы, Реджина пользовалась этим, чтобы издавать мокрые звуки, которые вызывали и в ней приятные потягивания внизу живота. О, она была уверена, что это был его первый раз. Он точно не врал. Парень не понимал, как себя вести, стоило ли дальше стонать и куда девать такие ненужные сейчас руки.              — Реджина… я…              — Что? — томно проговорила Джордж, зная, к чему он клонит.              — Я сейчас…              Усмешка нарисовалась на её лице.              Хорошо, что он её предупредил. Видимо, ему правда было важно что-то кроме собственного удовольствия. Странный он парень.              Реджина встала с колен и ждала, пока он откроет глаза, чтобы встретиться с ней взглядами. Было ясно, как день, какие роли были у них в этой схватке. Она хищник, он её добыча. И это устраивало каждого. Но ей нужно было увидеть его подчинённые радужки, которые готовы были дальше следовать приказаниям девушки.              Он разомкнул веки, смотря на неё туманным взглядом, сознание которого находилось где-то очень далеко отсюда. На границе сна и реальности.              Девушка уже хотела оставить следующий приказ, как он притянул её за лицо к себе, захватывая в новый поцелуй. Это было так неожиданно для Реджины, что она опешила. Обычно её ухажеры не особо любили лизаться после минета, они говорили, что это не особо гигиенично, но Хэффли… Да и вообще, это же грязный панк Хэффли. Какая ему разница?              Его язык ловко переплетался с её собственным, приятно оставляя в её рту привкус табака и сладкого вожделения.              Ладони Родрика изучали её талию и задницу, робко сжимая последнюю. Вся спесь парня исчерпалась на словесную перепалку в начале.              Реджина же решила наконец-то избавиться от его уродской футболки. Вещь упала куда-то вглубь репетиционной.              Через пару минут Джордж разорвала поцелуй и указала ему пальцем на место рядом с синтезатором со словами:              — Ложись.              Видимо, во время прелюдий Хэффли не нужно было повторять дважды.              Парень послушался её и сделал всё так, как она сказала. Теперь он смотрел, как девушка снимала с себя брендовую водолазку, оставляя на себе только бюстгальтер и юбку. Также, она не была дурой, поэтому быстро достала из своей сумочки, которая давно была брошена у стены, пачку презервативов.              Его взволнованный взгляд очень смешил Реджину, которая еле сдержалась от комментария. Ей бы не хотелось, чтобы его член упал тогда, когда был ей так необходим.              Джордж села совсем рядом с его пахом, вынимая из синего квадратика резинку. Он с долей страха смотрел на то, как она надевала презерватив на его орган. Разобравшись с этим, девушка приподнялась, оперевшись руками о его грудь, чтобы опуститься на член во всю длину влагалища.              Он тут же прикрыл глаза, когда Реджина стала неспеша двигаться на нём верх-вниз.              — Нравится, Хэффли?              Но в ответ последовало лишь его тяжелое дыхание.              — Говори, когда я спрашиваю.              Через время послышался тихий ответ:              — Нравится…              — Умница, — она чуть увеличила скорость и сменила угол проникновения, чтобы член внутри задевал точки, которые пронзали её тело приятным током.              У него был идеального размера. Не слишком большой и явно не маленький. Он подходил превосходно для того, чтобы тереться о стенки влагалища в местах расположения клитора.              Честно, ей стало легче во всех планах, когда она наконец-то избавилась от этого всеобъемлющего напряжения, которое следовало за ней по пятам. Оно было везде после их короткого поцелуя у неё дома.              Она была рада наконец-то совершить эту ошибку, чтобы затем выбросить это всё из головы. Просто. Выбросить.              В какой-то момент она уже начала снова замедляться, потому что почувствовала, как ноги устают от такой физической нагрузки.              Её брови взметнулись вверх, когда парень внезапно схватил её за ягодицы и начал ей помогать в этом. Его инициатива породила в девушке ещё большее возбуждение.              — Ещё, Хэффли.              Он прикусил губу и последовал её приказу. Она стала ощущать приятное покалывание в клиторе, когда он случайно задевал кожу на паху парня.              Затем случилось то, что она вообще никак не могла ожидать.              Родрик Хэффли резко сел, обхватывая её талию в объятия, чтобы начать делать интенсивные толчки. Блять…              Это было невероятно вкусно.              — Научи меня, — рвано проговорил парень ей на ухо. — Скажи, как тебе сделать приятно.              Вместо тысячи слов девушка просто взяла его руку и направила к месту клитора.              — Играй пальцами.              Сначала он не совсем понял, что она имела в виду, но, когда он прошёлся по бугорку нервов и услышал вскрик девушки, принял условия игры.              Мокрые звуки от движения его члена в её вагине, пальцы, которые так старательно выполняли свою работу, доводили Реджину до исступления.              — Ещё, Хэффли… Ещё… — не контролируя свои слова, просила девушка, царапая ногтями его спину от переизбытка чувств.              И Родрик подчинялся. Так правильно и лакомо, что ей хотелось вылезти из собственной кожи. Она ощущала, как уже была на чёртовой грани от резких толчков и его блядского запаха.              — Как же ты вкусно пахнешь… — продолжала нести какую-то чушь Реджина. — Ненавижу тебя…              — Скажи ещё…              — Ненавижу тебя, Хэффли…              — Ещё.              — Ненавижу-ненавижу-ненавижу…              — Какая же ты… блять… — его горло пересохло. —...сладкая.              Она не знала, какого хера вообще произошло, но…              Реджина продолжала стонать ему в рот, когда её матка стала сокращаться от оргазма. Она не ощущала этого ни с одним парнем. И сука это было… это было явно лучше мести, которую Джордж так всё время мечтала устроить.              Наверняка на его спине ещё долго будет видно следы от её ногтей. Как и на шее.              Парень чмокнул её в щёку напоследок и лёг на пол обратно.              Они стали восстанавливать дыхание.              Девушка быстро подбирала свои вещи и надевала на себя. Она оглядела пространство в поисках чего-то, что могла забыть.              Внутри неё происходило что-то совсем недоброе. Ей хотелось выблевать остатки своего завтрака в туалет, и как можно быстрее.              — Не хочешь сходить куда-нибудь?              Реджина обернулась, встречаясь глазами с парнем, который смотрел на неё глазами оленёнка.       Блять, неужели он на что-то надеется после этого… ахуенного секса, лучше которого у неё ни с кем не было? Цыц.              — Нет, Хэффли. Это уже совсем не смешно, — язвительно бросила Джордж. —Ты правда думаешь, что это что-то значило?              Она заметила, как его кадык дёрнулся. Парень обнял себя.              — Это был просто секс в репетиционной. Ты думаешь, что чем-то отличаешься от всех остальных, которых я трахаю? — она притворно сочувствующе изогнула брови. — Я не сомневалась в том, что ты полный идиот.              На её губах появилась злая усмешка, с которой она победно вышла из комнаты, оставляя придурка разбираться со всем этим дерьмом в одиночестве.              Пока она шла к машине в груди начала ныть какая-то рана. Она ей напоминала ту, которую Джордж чувствовала в пятнадцать, когда ей воспользовался старшеклассник, никогда не смотревший после в её сторону.              И как бы она не пыталась выкинуть это из головы, осадок неприятно жёг горло.              Однако, главное было здесь то, что теперь Хэффли не будет проблемой. Они в расчёте.