Страх и Кровь

      Первое, что она ощутила, проснувшись, была невероятно мягкая кровать. Такая, из которой совершенно не хочется выбираться. Лотти перевернулась с тихим стоном, утопая в мягкой перине. Именно тогда до нее дошло осознание, что ее нога больше не болела. Она передвинула ее – не больно. Потянула – не больно. Она села и потянулась, зевнув. Что произошло?       Комната, в которой она проснулась, была залита светом, проникающим в комнату через узкие окна. Интерьер был выполнен из темного дерева, в Готическом стиле. Не то чтобы Лотти умела различать стили архитектуры, просто подобный интерьер веял стариной. Она потерла лодыжку. Она совершенно не болела, словно она ее и не подворачивала, но что-то там все-таки было. Пока она разглядывала свою ногу, в комнату бесшумно зашли.       – О, Госпожа Шарлотта! – голос принадлежал милой старушке, в фартуке и чепчике. – Наконец-то вы проснулись! Давайте, давайте, поднимайтесь, сколько можно заставлять милорда ожидать вас!       – Милорда..? – протянула Лотти, в то время как старушка вытащила ее из кровати, помогая одеться.       – Да, да! Я слышала, что вы так крепко спали, что ему пришлось нести вас на руках! Неслыханно! – Она на скорую руку причесала Лотти, прежде чем ловко заплести ее волосы в тугую косу.       Лотти чувствовала себя какой-то принцессой, когда ее одевали, причесывали и делали макияж. Она осмотрела свою ногу еще раз. Она заметила что-то вроде шрама на лодыжке. Так она ее подворачивала или нет? Может, ей это лишь приснилось, и из машины она и не выходила? Но если так... Может, она ударилась ногой в машине? Пока спала? Но этот шрам был таким странным...       Служанка надела аккуратные сапожки на ее ноги.       – Другое дело! Ну, как вам нравится ваш новый наряд?       Лотти осмотрела себя через зеркало и покрутилась. Русые волосы заплетены в тугую косу, высокие сапоги, теряющиеся под пышной темно-красной юбкой платья – она не была подобной красавицей даже на выпускном. Она никогда не считала себя особенно красивой, но в тот момент из зеркала на нее смотрел идеал. Она почувствовала всплеск гордости и уверенности в себе.       – Ну хватит, хватит, – старушка засмеялась, смотря, как она вертится перед зеркалом. – Давайте, идите, не заставляйте его ждать вас еще дольше!       И вот так Лотти оказалась в коридоре. Она не привыкла вставать так скоро. Обычно она ставила будильник за несколько часов до того, как ей нужно было выходить, чтобы у нее было предостаточно времени на то, чтобы проснуться и спокойно начать свое утро, прежде чем она войдет в более торопливый ритм. Когда она вставала и одевалась быстро... Это заставляло ее нервничать. Словно бы ей нужно было быть где-то, и что-то плохое произойдет, если она опоздает. Она понимала, что парой минут больше, парой минут меньше – разницы не было, да и было не страшно, если бы она задержала их поездку немного. В конце концов, они не были ограничены по времени, верно?       Она ступала уверенно и неторопливо, отвлекаясь от навязчивых мыслей на гобелены на стенах. На некоторых были изображены какие-то события, о которых она ничего не знала, но тот, что привлек ее внимание, изображал Натаниэля. Он не только идеально передавал его красоту, но и еще заставил Лотти в очередной раз задуматься – а он на самом деле был просто «проводником»?       В конце коридора она услышала голос Руби, как всегда громкий и живой, и пошла навстречу ему. Она нашла ее вскоре, болтавшую с высоким мужчиной, напоминавшим типичного дворецкого – в черном костюме, белых перчатках, с полотенцем, повешенном на согнутой руке, словно он материализовался прямо с экрана какого-нибудь сериала. Руби тоже выглядела необычно, но вполне вписывалась в их окружение. На ней было небесно-голубое платье, которые выглядело почти невесомым по сравнению с платьем Лотти – казалось, будто Руби парила в нем. Ее волосы были убраны в пару хвостиков, завершая образ, идеально дополнявший ее веселый характер.       – Утречко, – Лотти помахала ей рукой, улыбаясь.       – Ого, какие люди! – Руби тут же обернулась. – Засоня! Ты проспала всю дорогу и потом еще, когда мы приехали! Ты так всю жизнь проспишь!       – А я и не против, если спать я буду в той кровати.       – Беру свои слова назад, ты права! Это настоящий замок! Таааак жаль, что я не могу утащить даже одну фоточку! Здесь столько проходов, как думаешь, сколько у нас уйдет времени, чтобы все тут–       – Сколько бы времени у вас ни ушло, у вас его будет предостаточно, – низкий голос Натаниэля ворвался в помещение, едва не сбив Лотти с ног. Ее сердце забилось чаще от одного осознания, что он был рядом. Она повернулась на звук, но до этого заметила, как дворецкий кивнул в его сторону. Когда она, наконец, увидела его, он медленно направлялся в их сторону. – Сейчас же, мне кажется, самое время показать вам город. Вы же за этим прибыли, верно?       – Да! – взвизгнула Руби в предвкушении. – Пойдем, пойдем, пойдем!       Лотти захихикала. Натаниэль прошел между ними, в сторону выхода.       – В таком случае, следуйте за мной.       Лотти даже не поняла, как ее тело инстинктивно сдвинулось с места, словно запрограммированное слушаться любого его слова. Но ей было совсем не до этого, когда она могла следовать каждому его движению, словно была полностью очарована им.       – Ты так палишься... – Руби тихонько рассмеялась, идя рядом с ней.       – Ты его видела?! – Лотти сказала так, чтобы ее слышала только Руби. – Мы уже женаты и у нас пятеро детей.       – Агась... – Руби рассмеялась, после чего показала, словно застегивает губы на замок. – Я ничего не видела и ничего не слышала!       – Спасибо... наверное... – Лотти захихикала. После этого она, наконец, обратила внимание на то, что происходило вокруг них.       Они вышли на улицу. Было темно, лишь свет луны и звезд высоко в небесах. Это показалось Лотти странным, она почему-то была уверена что должно было быть светло, но она никак не могла вспомнить, что именно ее на это натолкнуло. Посчитав, что она просто что-то перепутала, она пожала плечами и огляделась, так как ее глаза уже привыкли к полутьме.       Здание, из которого они вышли, и в самом деле было больше прочих в округе, но едва ли его можно было назвать замком, особенно после того, как она увидела очертания оного вдалеке. Возможно они были в местном отеле – как бы его тут ни называли. Возможно, Натаниэль был его хозяином? Нет, что-то все же было не совсем так... Может он был местной знаменитостью? Многое сделал для местных или вроде того? Эта мысль звучала для Лотти достаточно убедительно, поэтому она на том и успокоилась. Конечно, она могла просто спросить его, но ей не хотелось прерывать его так скоро.       – Наша история берет свои корни более двух тысяч лет назад, – Натаниэль завел свой рассказ, начав свое движение по широкой улице, махнув девушкам следовать за ним, что они и сделали.       Стоило им двинуться с места, улица озарилась огнями. Один за другим, фонари вдоль дороги загорались, вместе с окнами домов, мимо которых они проходили. В окнах виднелись танцующие фигуры. Теплое освещение окрашивало дорогу и дома красноватым оттенком, словно в сказке, и это чувство только усиливалось тихой музыкой. Словно бы они шли не по улице, а по карнавальной площади. Лотти совершенно не слушала о чем говорил Натаниэль, очарована его голосом и атмосферой вокруг, чувствуя себя словно бы в волшебном сне.       От ее внимания ускользнуло, когда именно они остановились, когда его голос растворился в шуме ее собственных мыслей, когда он исчез из виду. Когда же она это заметила, ее охватила паника, и мир вокруг словно перестал существовать, пока ее глаза не ухватились за то, что ей нужно было, чтобы продолжать дышать: она видела лишь его руку, протянутую для нее. Тихая музыка вновь зазвучала, и красноватый свет вновь заключил ее в свои теплые объятия. Она протянула свою руку, и ее сердце забилось чаще от предвкушения нежного прикосновения их рук–       – ЛОТТИ, НЕТ!!! ЭТО НЕ ОН!!! – отчаянный крик пронзил ее, мгновенно разрушив сладкую иллюзию.       Она знала голос Руби, но в тот момент он прозвучал так, как Лотти никогда не ожидала его услышать. Под каким бы заклятьем она ни находилась, услышав истошный крик подруги, полный отчаяния и беспомощности, она мгновенно очнулась.       Музыки не было. Как и света. И перед ней точно не стоял Натаниэль– Нет, это вообще что?! Она отшатнулась, не в силах даже осознать, что за существо находилось перед ней, пытаясь схватить за руку. В его лице не было ни капли человеческого. Оно ухватилось за ее руку, и послышалось тихое шипение от места соприкосновения. Ужас не позволил Лотти почувствовать боль сразу. Она не могла двинуться, скованная страхом, но только до тех пор, пока не услышала еще один крик.       – ЛОТТИ, БЕГИ!!!       Этот крик заставил мурашки побежать по коже, выбив ее из этого состояния оцепенения, и ее тело двинулось прежде, чем мозг мог осознать происходившее. Она вырвала руку из ледяной хватки и рванула, так быстро и так далеко, как ее тело могло ей позволить.       Если бы не ужас, застлавший ее разум, она бы удивилась, сколько сил было в ее ногах. Она не видела, куда бежит, преследуют ли ее, она просто бежала и бежала, пока хватало сил, а потом еще столько же. Пока ее ноги не отказались повиноваться, и она не упала на брусчатку плашмя. «Беги», слышала она голос в голове. Она попыталась подняться, чувствуя боль, разливавшуюся по всему телу. Но ей это не удалось. «Беги!» закричала она на саму себя в своей голове. Но тело не слушалось. Тогда она перекатилась на траву и заползла в нишу между домами.       Сложно было сказать, сколько времени прошло. Глаза жгли, когда уже не осталось слез. Боль накатила внезапно, со всех сторон. Тело болело, рука болела, лицо болело, пальцы болели. Она едва оставалась в сознании, не цеплялась за мысли или то, что ее окружало.       До нее донеслась тихая мелодия. Это тут же вернуло ее душу в тело. Пытаясь не обращать внимание на боль, она выглянула из своего укрытия. Поодаль, она увидела, как уличные огни загорались один за другим знакомым красноватым светом. И посреди всего этого она увидела знакомую фигуру. Первым делом, ее сердце радостно забилось, но страх все еще держал ее в своих цепях, заставив ее быть осторожной. Она нырнула обратно в свою нишу, обхватив себя руками и пытаясь осознать, что с ней произошло.       Разложить произошедшее по полочкам было непросто. Где заканчивались иллюзии и начиналась реальность? И как она вообще оказалась в подобной ситуации? Она жалела, что согласилась покинуть комфорт своего дома. По крайней мере там все было стабильно. Теперь же... Она не знала, кому она могла доверять и где могла спрятаться... Что, в принципе, не сильно отличалось от того, как она обыкновенно себя чувствовала, если не брать в расчет вполне реальную физическую боль– Которая не была значительно сильнее, чем боль, которую она порой чувствовала дома. Что вообще было иначе? А, ну да. Каждое ее действие могло повлечь за собой ее смерть. Но, в более широком смысле, не была ли жизнь полной выборов между жизнью и смертью..? Просто последствия не всегда были незамедлительными...       Как ни странно, подобные мысли смогли успокоить Лотти. Не слишком сильно, но достаточно, чтобы она могла начать мыслить хоть сколько-то логически. Она не знала, был ли Натаниэль ее спасением или погибелью. Ее сердце разрывалось в противоречивых чувствах, и она не знала, что же ей делать. Тем временем, она слышала стук его каблуков по брусчатке, становившийся все отчетливее. Ей было страшно. Свет снаружи становился все ярче, пока его нога не ступила в ее поле зрения . Он резко остановился. Дыхание перехватило.       Ожидание длилось мучительно долго. Она не видела его лица, не знала, что он делал, но ей было страшно. Она хотела подать голос, дать ему знать, что она была здесь, но страх не давал ей даже пошевелиться, и она молилась, чтобы он прошел мимо. Так было бы проще, верно? Тогда она не будет больше бояться, что еще один человек, к которому она привязалась, причинит ей боль. Казалось, что прошло несколько часов, прежде чем она услышала его голос.       – Госпожа Шарлотта..?       Лотти почувствовала, словно цепи, державшие ее в своем заключении до тех пор, разом спали. Она услышала тон озадаченности в его словах, и этого было достаточно, чтобы страх отступил.       – Я здесь, – она пролепетала, и вздрогнула, услышав, каким слабым и хриплым был ее голос.       Мгновения не прошло, и Натаниэль был перед ней на коленях, и она впервые увидела чистейшую эмоцию на его лице – беспокойство.       – Почему вы здесь? Вы же должны быть–       Он тут же смолк, когда его глаза, дрожа, пробежались по ее фигуре. Грязное ободранное платье, содранные в кровь колени, соленые следы на щеках... И окровавленная рука. Его ноздри на мгновение раздулись, и в этот раз сомнений быть не могло – его глаза загорелись алым во мраке.       Сердце остановилось. Столько всего произошло, и она не знала, чему могла верить, но она знала одно – боль, которую она чувствовала, была настоящей. Поэтому было глупо отрицать реальность происходившего. Это не была игра, или чья-то глупая шутка. А если это и была шутка, она зашла слишком далеко. А ее жизнь и без этого была жестокой шуткой. Потому, у нее не было ни сил, ни причин отрицать очевидное – Натаниэль был вампиром.       – Мне очень жаль, – выражение его лица изменилось вновь, когда он нахмурился, смотря на ее руку. Его голос прозвучал так тихо, что у Лотти екнуло в груди. Расстегнув пиджак, Натаниэль оторвал кусок красной материи от своей рубашки. Затем он крепко обмотал его вокруг руки Лотти и прижал ее к груди девушки. Боль не исчезла совсем, но стало значительно легче. – Позвольте мне сопроводить вас туда, где вы будете в безопасности и где о ваших ранах позаботятся, – он сказал, спокойствие в его голосе едва способно скрыть шторм на душе. Лотти кивнула, сложив руки на груди, не в силах оторвать взгляд от его беспокойных, но таких прекрасных алых глаз.       Натаниэль помог ей встать на ноги и вывел на дорогу. Ноги заплетались, каждый шаг отзывался болью во всем теле и особенно – в руке. Однако, она все же нашла в себе силы улыбнуться в ответ на его беспокойство, силясь не показать, на сколько сложно ей было даже просто идти. Но что-то внутри все же рделось от гордости – она никогда не думала, что могла быть такой сильной в подобных обстоятельствах.       Они шли рядом, его рука придерживала ее за бедро. Это не показалось ей пошлым – у нее не было сил на подобные глупости. Свет зажигался на их пути и гас там, где они проходили, как и прежде, и Лотти думала о том, не было ли это именно из-за Натаниэля. Ее взгляд лег на его безэмоциональное лицо, полностью доверяя ему вести ее куда нужно. Это позволило ей поймать момент, когда он внезапно нахмурился и остановился. Он не взглянул на нее, но она все равно почувствовала, как он напрягся.       – Госпожа Шарлотта. Мне нужно, чтобы вы делали так, как я скажу. – Он отпустил ее, и сделал шаг вперед. Словно повинуясь естественному инстинкту, Лотти спряталась за ним, спина к спине. Черный плащ взметнулся над ее головой, пряча ее в своей тени. – Что бы ни произошло, не ступайте из моей тени. В ином случае, я не могу гарантировать вашу безопасность.       Лотти перехватило дыхание. Но у нее не было времени даже предположить, в чем было дело, потому что она услышала голос за своей спиной.       – О, Лорд Натаниэль! Какая неожиданность, встретить вас здесь!       От этого голоса у Лотти побежали мурашки. Он прозвучал так наигранно сладко, и она не могла отпустить чувство, словно слышала его прежде.       – Боюсь, твои чувства не обоюдны, Леон. Позволь поинтересоваться, что ты делаешь в подобном месте? Если память мне не изменяет, я просил тебя позаботиться о наших гостях.       Голос Натаниэля прозвучал максимально холодно. Это был тот самый тон, дававший ясно понять – он знал, что ты сделал, и если ты не сознаешься сейчас, последствия будут только хуже.       – Да, да, было дело. Срочные дела, все такое, помню. Но я сделал все, что мог! Правда, похоже, я пришелся им не по душе, – и он залился истеричным смехом. В этот момент Лотти поняла, что она уже слышала этот смех. И даже вспомнила где. Она слышала его вслед, когда убегала, словно ее преследователь получал наслаждение от ее страха. Она вновь ощутила тот страх, который не дал бы ей сдвинуться с места, даже если бы она того захотела. – Я едва поздоровался, а они разбежались кто куда!       Лотти почувствовала слабое облегчение. По крайней мере теперь она знала, что Руби была в порядке. Она чувствовала вину за то, что убежала, оставив ее одну, но, вероятно, это было лучшим решением в тот момент...       Она более-менее понимала суть ситуации. Что-то произошло, что внезапно заставило Натаниэля уйти, и он попросил кого-то подменить его, но... Произошло то, что произошло. Лотти некого было винить за то, что она не заметила столького, произошедшего прямо у нее под носом.       – Что ты ожидаешь услышать? – Натаниэль двинулся с места, и Лотти осознала, что ее тело тоже двинулось, само по себе, так, чтобы она оставалась в его тени. – Я приказал не прикасаться к ним. Но ты, видно, все же решил ослушаться.       Она оказалась перед ним, прямо между Натаниэлем и тем, другим. Он выглядел более человечно, чем в прошлый раз, но она все равно узнала его. Он тоже был вампиром? Было сложно поверить, но реальность была известна тем, что отличалась от сказок.       Похоже, он не видел Лотти до тех пор, пока та оставалась в тени Натаниэля, но ее сердце все равно готово было выпрыгнуть из груди. Но она держала себя в руках, крепко сжав губы, чтобы не издать ни писка.       – Не будь так наивен. Еда сама пришла ко мне, и ты ожидаешь, что я не сомкну зубы?       Лотти чувствовала подступающую тошноту от слов этого чудовища. Кроме того, ей снова захотелось плакать.       – Они тебе не еда, – отрезал Натаниэль, и твердость его тона слегка успокоила Лотти. – Я уже говорил, но повторюсь, если должен: мы не станем заманивать сюда людей ради их крови.       – Тем не менее, кто привел этих двоих сюда?       Натаниэль ответил не сразу.       – Вы не оставили мне выбора. Если бы я не взял все в свои руки, такие как ты–       – Вы размякли, Лорд Натаниэль! – взвизгнул Леон, и он сказал что-то еще, но Лотти этого уже не услышала, потому что в следующее мгновение в ее глазах потемнело и она поняла, что задыхается.       Она попыталась поймать воздух ртом, но лишь увидела, как последние остатки воздуха пузырьками покидают ее рот. Она поняла, что тонет. В ужасе, она попыталась всплыть, предполагая, что то, куда поплыли пузыри воздуха – верх. Она оказалась права, и ей удалось всплыть над поверхностью темной воды. Она жадно глотнула воздух, обжегший ей горло, и она закашлялась. Она попыталась оглядеться, но единственный, что она искала, был Натаниэль. И она увидела его, неподалеку от арки, сидевшего в углублении в здании, около которого они оказались. Он был в сознании, но явно уставший и раненый. Одной рукой держась за стену, Лотти поплыла к нему.       Натаниэль поднял на нее глаза, когда она забралась к нему, мокрая, но энергичная. Не в силах дать ей большего, он вновь улыбнулся ей одними лишь глазами. Лотти почувствовала радость и облегчение.       – Я рад, что вы в порядке, – сказал он тихо, его голос слаб.       – Я в порядке, да. Но... – Лотти протянула, оглядев его.       – Не беспокойтесь обо мне... – Но что бы он ни пытался сказать, Лотти его слушать не собиралась. Он выглядел так, будто вот-вот умрет, и она не могла не попытаться сделать хоть что-то, если могла. Так что она наклонилась к нему, обхватив руками его шею и прильнув к нему. – Что вы–       – Тебе ведь станет лучше, если ты выпьешь мою кровь, верно? Так приступай.       Взгляд Натаниэля застыл на ней, и сложно было сказать, о чем он думал в тот момент. Он продлился долго, или ей так лишь показалось, но в конце концов, Натаниэль прикрыл глаза и сказал, тихо, так, что у нее побежали мурашки:       – Благодарю.       Лотти почувствовала резкую боль, когда острые клыки пронзили тонкую кожу на ее шее. Кровь хлынула из раны, стекая на холодный язык. Постепенно, ее рассудок уносило прочь, пока она не потеряла сознание окончательно.       Когда она вновь открыла глаза, она лежала в кровати. Эта была та самая невероятно мягкая перина, и так же свет лился в комнату сквозь узкие окна где-то наверху. Лотти чувствовала невероятную слабость. Все тело болело. Она подняла руку. Она была покрыта плотными белыми бинтами. Другой рукой она нащупала необычный шрам на шее. Проснувшись, наконец, она вспомнила, что произошло. И как только воспоминания наводнили ее разум, она тут же вскочила.       Даже не осознавая, что на ней нет ничего, кроме тонкой ночнушки, она летела по коридору на одной силе своих чувств. Ее тело пыталось ее остановить острой болью в ответ на каждое движение, но ей совсем не было до этого дела. Распахнув одну из дверей, в которую, как ей казалось, она выходила в прошлый раз, она наткнулась на Руби.       – Лотти! Слава Богу, ты жива! – Руби обхватила ее лицо руками, осматривая со всех сторон. – Я так волновалась!       Голос Руби и в самом деле звучал обеспокоенно – каким Лотти до этого дня его никогда не слышала – но ей было не до этого. Она схватила Руби за плечи, крепко сжав их.       – Натан! Что с ним?!       – Он в полном порядке, – услышала она голос позади, и он едва ли не заставил ее подпрыгнуть на месте. Но она тут же почувствовала легкость на сердце. Это был его голос. Все ее страхи тут же улетучились.       – Ой... – она отпустила Руби и обернулась, неловко улыбаясь и краснея под его взором. – Я имею в виду... Натаниэль... Я рада, что ты в порядке...       Он вновь улыбнулся ей одними лишь глазами, к чему она уже так привыкла, что это делало тепло на душе, и она тоже улыбнулась ему. Но тогда его лицо вновь приняло нейтральное выражение.       – Мне ужасно жаль, что вы двое оказались втянуты в дела, которые не должны вас касаться. Позвольте мне со всем разобраться, пожалуйста, и чувствуйте себя как дома.       Сказав это, он направился к дверям. Лотти ничего не ответила, лишь смотрела ему вслед, пока он не скрылся за закрывшимися дверьми. Тогда к ней подошла старушка-служанка.       – Госпожа Шарлотта... Вам стоило бы приодеться.       – Нет, – покачала головой Лотти, отведя, наконец, взгляд от дверей. – Я лучше вернусь в постель. Я не очень хорошо себя чувствую...       – Верно, вы ведь потеряли много крови. Вам стоит отдохнуть. Вы хотите, чтобы я–       – Все хорошо! Я отведу ее в комнату! – влезла Руби, утаскивая Лотти к двери в коридор. Лотти улыбнулась служанке, которая так же ответила доброй улыбкой. Когда же они остались наедине по пути в ее комнату, Руби спросила, наконец. – Итак? Что там произошло между вами? Приходит он значит такой, несет тебя на руках... Правда, оказалось, что ты потеряла много крови и умирала?! Не волнуйся, тебе перелили мою, не благодари! Хотя нет, благодари, а в качестве благодарности я хочу услышать все!       Лотти была словно не здесь, будто не слышала ее. Но в этот раз она все прекрасно слышала, однако ее нужно было о многом подумать. Когда они пришли в ее комнату, она забралась в кровать и села, обхватив колени, словно гремлин какой. Она потерла шею вновь, очертив пальцами шрам. Он не был похож на шрам от укуса, больше на... метку? Она вспомнила, что уже чувствовала похожий шрам. Она перевела руку к ноге, очертив пальцами тот шрам. А затем, наконец, посмотрела на него. Кусочки пазла начали, наконец, вставать на свои места. Она откинулась назад на мягкую подушку. Руби сидела на краю кровати, в ожидании.       – Во что ты нас втянула..? – вздохнула Лотти.