Выбор, Которого Я Тебя Лишил

      Слабые блики танцевали на столетних стенах. Он медленно ступал вниз по полуразрушенным ступеням, лишь свеча в руке разгоняла тьму. В его движениях не было ни капли колебаний, но он не был в восторге от встречи, что ожидала его. По правде говоря, его тоже одолевала тревога, хоть он и знал, что Шарлотта была в безопасности в его особняке, под защитой его слуг. Было нечто, что не давало его сердцу успокоиться. Этого должно было быть достаточно, чтобы он заподозрил неладное, ведь никто прежде не мог оказать такое сильное влияние на него, но Натан уже знал причину. Он сделал свой выбор, когда обнажил свои клыки вновь. Он знал, чем это обернется для них обоих. Единственное, что еще грызло его, так это то, что он так и не получил ее полного согласия... С одной стороны, а был ли у него выбор? С другой же, даже при том, что она настаивала, она не могла до конца понимать, чем именно это обернется. А он знал. И даже если выбор он сделал осознанно, у него не было права делать этот выбор в одиночку.       Вот, что тревожило его на самом деле. Он должен был быть подле нее, должен был объясняться... Едва ли можно было переоценить то, как потерянно она, должно быть, себя ощущала, и где находился он в такое время? Было ли это настолько важно? Он не был уверен. Он не был уверен, был ли его выбор верным. Тем не менее, это был выбор, что он сделал. Пресечь это бессмысленное восстание на корню, и стало бы меньше причин для тревоги. Тогда он мог бы посвятить все свое внимание той, что действительно стоила того. Вот, что он выбрал, и ему не оставалось ничего, кроме как пройти с этим выбором до конца и увидеть, был ли он верным.       Натан остановился. Его внимательные глаза приметили фигуру в тенях на другом конце коридора, через который лежал его путь. Было глупо пытаться использовать тени против их хозяина, и фигура показала себя.       – Лорд Натаниэль, – поклонился старик.       – Не пристало вам следить за мной, Старейшина. Что же стало с Собранием, если даже вы опустились до подобного?       – Собрание решило, что ваши действия негативно влияют на всех нас, милорд, – старик поклонился вновь и его губы расплылись в отвратительную ухмылку. Должного эффекта на Натана, однако, это не возымело.       – У Собрания нет права что-то решать в мое отсутствие, – он ответил холодно, буря Старейшину взглядом. – Полагаю, та марионетка также ваших рук дело?       – Марионетка... Как холодно... А я помню то время, когда вы звали его своим лучшим другом.       – Ваша память, должно быть, начала вас подводить. Я никогда не стал бы звать Леона моим лучшим другом, но в ваших словах есть истина – было время, когда я считал его своим другом. Я полагаю, не я один. Но тем временам пришел конец, когда он ослушался моего приказа. В моем сердце нет и никогда не будет места симпатии к предателям – будь то друг или старейшина. – Натан особенно выделил эти два слова, а вместе с его тяжелым взглядом, намек был ясен. Но он знал, что будет непросто повлиять на Старейшину.       – Вы говорите, что тем временам пришел конец... Однако призрак тех времен пришел к нашим дверям, и вы не только не убили ее – вы ее защищаете! – Что-то сверкнуло во взгляде Натана в тот момент, и это придало Старейшине уверенности продолжить свой напор. – По ее венам течет кровь наших убийц! Она должна умереть, и тогда мы–       – Достаточно, – Натан оборвал его, алые глаза полны гнева. – Она всего лишь юная девушка, ей даже не известно о том, что за кровь течет в ее венах. Повторюсь, те времена остались в прошлом, и вам также стоит о них позабыть. Охотников больше нет, а эта девушка никак не связана с нашим прошлым.       – Такие, как она, убили много наших друзей, тех, кого мы любили, тех, кого вы любили. – Старик медленно отступил в тени, но его отвратительная ухмылка еще долго не исчезала. – Не смейте забывать об этом, Лорд Натаниэль.

~*~

      Что за... Что это вообще было..?       Теперь-то Лотти точно не суждено было уснуть. Она едва закончила рассказывать Руби о том, что произошло, и та только закрыла за собой дверь, чтобы дать подруге отдохнуть, она даже не успела глаза прикрыть. Она не знала, как описать то, что с ней произошло, единственное, что она понимала, так это то, что она вся дрожала, пока вновь бежала по коридору в одной ночнушке. Она была в полном шоке, но, к счастью, дворецкий нашел ее прежде, чем она сотворила что-то глупое.       – Я– Я не знаю... Не уверена... Это было словно... Словно я слышала его голос у себя в голове... Словно я стояла там рядом с ним... Я знаю, как это звучит, но это точно не было сном! Я клянусь–!       Вокруг нее собрались слуги. Несколько девушек окружило ее, укрыли ее теплой шалью, усадили на диван, и пытались успокоить ее.       – Вы имеете в виду Лорда Натаниэля? – Лотти кивнула. Собравшиеся начали перешептываться, словно знали что-то, чего она не знала. Наконец, дворецкий подал голос. – Прошу простить нас, Госпожа Шарлотта, мы в таком же смятении, как и вы. Не в том смысле, что мы совсем не понимаем, о чем вы говорите. Однако, это не должно с вами происходить. Не должно, если только Лорд Натаниэль не вкушал вашу кровь прежде.       Лотти моргнула несколько раз, медленно осознавая, что дворецкий имел в виду. Она опустила взгляд вниз, на свою ногу, а потом подняла вновь.       – Возможно..? – Слуги, что ее окружали, разом охнули. Они вновь зашептались, в этот раз их голоса звучали почти в унисон, «О чем только милорд думает!» – Может мне кто-то объяснить, что со мной происходит?! – Лотти вскрикнула, заставив всех замолкнуть разом. Они переглянулись, но никто не решался заговорить.       Наконец, дворецкий прервал молчание:       – Мы думаем...       – ...что будет лучше, если вы услышите это от меня. Благодарю.       Толпа быстро рассосалась, когда за голосом Натана появился и он сам, позволив ему подойти и сесть рядом с Лотти. И вновь она забыло обо всем, когда ее глаза упали на него, с благоговением следя за каждым его движением. Он взял ее руки в свои и поднес к губам, нежно коснувшись ими ее пальцев.       – Прошу, простите меня, что покинул вас в такой момент. Мне не стоило так поступать, и я понимаю, что вина лишь на мне. Я исправлю свою ошибку. Нам о многом стоит поговорить. – Он бросил взгляд на слуг, и те быстро разбежались, оставив их наедине. Лотти не сдержала улыбки. И тогда она увидела, как он улыбнулся в ответ. Впервые она увидела его искреннюю улыбку, и ее сердце упорхало куда-то за пределы этого бренного мира, дальше бесконечности. Но затем его улыбка спала. – Я буду краток. Хоть я и поступил так, как поступил, с ясным пониманием последствий, я осознаю, что с моей стороны было неправильно не спросить вас прежде, чем я это сделал. Поэтому я хочу спросить теперь, пока еще не слишком поздно. Вы хотели бы быть моей невестой?       Лотти совершенно не ожидала подобного вопроса, и в воздухе повисла бы долгая пауза, если бы не громкий удивленный возглас, послышавшийся со всех сторон, который выбил ее из состояния шока. Натан бросил грозный взгляд в оба дверных проема, заставив слуг попрятаться вновь, что снова вызвало смешок у Лотти.       – Я... Не ожидала подобного вопроса... – она уткнулась глазами вниз, на свои руки, краснея.       – Я прекрасно понимаю, и мне ужасно жаль, что я сваливаю на вас так много и так внезапно...       Лотти кивнула, отодвинувшись от него и убрав руки, словно стараясь спрятаться от стыда.       – Столько всего произошло, и у меня столько вопросов...       – Я понимаю–       Но Натан не смог закончить свою мысль, потому что прямо перед его лицом возникла рука Лотти, повернутая ладонью вниз.       – Но на это у нас будет полно времени. Я согласна.       Она смотрела на него снизу вверх, на губах едва заметная улыбка, длинные ресницы отбрасывали тень на розовые щеки, когда она взмахивала ими, словно крыльями, и это было так невыносимо мило, что даже вечно серьезный Натан не смог сдержать смешок в груди. Он взял ее руку и нежно поцеловал тыльную сторону ладони. Губы Лотти расплылись в улыбке, а ее щеки стали еще краснее, если это было вообще возможно.       – Я вас не разочарую, – Натан уверил ее.       И в этот момент, слуги повыпрыгивали из своих укрытий с радостными криками. Натан вновь зыркнул на них, но в этот раз его полностью проигнорировали.       – Ой, будет вам, Молодой Господин, – рассмеялась служанка, – не так часто вы рассматриваете кого-то в качестве потенциального партнера, да еще и с таким предложением! Чувствуете? Пахнет Настоящей Любовью.       Лотти еще сильнее смутилась, с трудом принимая тот факт, что все это происходило на самом деле. Но когда Натан заговорил, она изменилась в лице.       – Шарлотта... она другая, – сказал он. – Не потому, что она человек, и дело не в ее крови. Я понял это сразу же, как мы встретились. Я никогда не встречал кого-то такого... – Он посмотрел на нее. Лотти смотрела в его глаза, не дыша, лишь бы не пропустить ни слова, что вот-вот сорвутся с его губ. Он улыбнулся ей. – Не слушай их. Может, я и достаточно молод для вампира, но для вас, людей, я уже прожил куда дольше, чем кто-либо из вас. И за все это время мне еще ни разу не посчастливилось встретиться с кем-то настолько настоящим, как ты. Многие желали место в моем сердце, но никто не смог его забрать. До тебя. – Лотти чувствовала, как сильно бьется ее сердце, всем телом. Она не могла двинуться, лишь смотрела на него с широко раскрытыми глазами. Натан вновь взял ее руки в свои, опустив их между ними. – Мне очень жаль, что у нас не было шанса раскрыть наши чувства медленнее и методичнее. В том лишь моя вина, но я надеюсь, ты найдешь в себе простить мне мою эгоистичность.       Наконец, Лотти закрыла глаза и выпрямилась. Даже если ей хотелось прыгнуть ему на шею и закричать, что она любит его... На удивление, в ней еще осталась капля рассудка. Она вновь взглянула на него, ни тени улыбки на лице.       – У меня слишком много вопросов, на которые все еще нет ответа. Пока я не получу эти ответы, я не могу сказать большего.       Натан отпустил ее руки. Его выражение лица также изменилось, обратно к его обычному нейтральному виду.       – Спрашивай. – Он положил руку на сердце. – Клянусь ответить честно, не утаив ничего.       Лотти кивнула.

~*~

      Она нашла Руби в комнате, где было еще больше гобеленов, а также оружие и броня, словно в музее. К тому времени она уже оделась, так как сон как рукой сняло. Ей нравилось это платье, хотя она бы не носила подобное обыкновенно. Слишком уж вычурно оно выглядело для обыденной одежды, но раз уж она могла – почему бы и нет? Ее волосы не были заплетены, волнами падая на оголенные плечи. Она подумывала покраситься, просто потому что могла. Она чувствовала себя... живой. Это звучало глупо, но она на самом деле никогда себя так хорошо не чувствовала. И в целом, и насчет себя – в частности.       – Вот ты где, – сказала она, оторвав Руби от созерцания гобелена на стене.       – Привет! – Руби резко повернулась к ней. – Я думала ты спишь..?       – О, да ты пропустила все. – Лотти ухмыльнулась. – Пока ты тут бродила... С чего бы начать... – Она подошла поближе, и осмотрела гобелен, которым была увлечена Руби. – А, это же...       – Удивительно, да? – сказала Руби, нетерпелива ерзая. – Здесь куча всякого старого барахла. Например... Смотри. – Она подошла ко столу и взяла в руки нож. Хотя это скорее был кинжал, сделанный будто из серебра, но то ли ржавый, то ли покрытый запекшейся кровью. – Тут сказано... «Серебряный кинжал, мастерства Охотников». Звучит зловеще, да?       Лотти кивнула, окидывая взглядом комнату. На гобеленах были вышиты бои, а на том, что был перед ней, был Натаниэль в окружении нескольких разбитых гербов, с разрушенной башней позади. Помимо гобеленов, здесь было еще несколько шкафов со старыми книгами, а еще несколько стоек и столов с множеством старых и поломанных орудий. Рядом с каждым была записка, на большинстве из которых была надпись, «мастерства Охотников». Значит, это все, что осталось после войны трехсотлетней давности, о которой говорил Нейт?       Она взяла в руки книгу, сдув пыль. Как она и думала, это были хроники. За комнатой явно давно перестали следить, видно Натан и в самом деле хотел похоронить прошлое и больше о нем не вспоминать. Однако, тот, кто не помнит своего прошлого, обречен пережить его вновь. А теперь, когда Лотти знала, что связана со всем этим, она хотела узнать как можно больше.       – Поможешь мне прибраться тут? – она повернулась к Руби.       Пока они убирались, Лотти рассказала подруге о странной связи, которая у нее была с Натаном теперь, о его предложении, о том, что она, похоже, была потомком этих Охотников, и что охотились на нее не только из-за того, что она человек, а из-за ее предков тоже.       – Фига... Не знала, что твои предки с вампирами дрались, – рассмеялась Руби.       – Не поверишь, я тоже! Никогда ничего подобного о своих предках не слышала... Я всегда думала, что у меня самая обычная семья, никогда не слышала даже о ком-то особенном в моем роду. Даже ветеранов у нас в семье нет. А теперь я узнаю, что мои предки с вампирами дрались?! Серьезно? Почему я всегда узнаю все последней?!       – И? Что там твой жених думает на этот счет?       – Нейт? Звучит так, словно ему на это плевать, и похоже все здесь его поддержат. Но... Понимаешь, я-то хочу узнать больше! Если мои предки и правда сражались с вампирами, я должна знать все об этом! В смысле... Мне правда очень, очень нравится Нейт, но... И все здесь тоже очень классные! Но вот другие...       – Я знаю о чем ты... Тот чувак был пипец каким стремным! То есть... ТТы думаешь, что у твоих предков были причины убивать вампиров? Ну, помимо... ну знаешь...       – Слово, которое ты ищешь – ксенофобия. Да, это звучит очень по-человечески. Но да, есть у меня такое чувство, что не все тут так просто... Вопрос в другом, не разозлится ли Нейт, если я попытаюсь узнать больше?       – Думаешь... мы в опасности..?       Лотти не ответила. Ей не хотелось сомневаться в Натане, но в то же время... Пока они разбирали книги, повисла тяжелая тишина.       Закончив, наконец, они проголодались, поэтому спустились в зал, где дворецкий сказал им, что обед уже ждал их. Найдя столовую, они увидели стол, ломившийся от вкусной еды. Вампиры не ели то же, что и люди, но оказалось, что один из них увлекался человеческой едой, потому был только рад, когда Натаниэль попросил его покормить девушек. Пока они кушали и болтали, Натан самолично зашел убедиться, что все было отлично. Особенно для Лотти, на которую он только что сбросил тонну весьма тяжелой информации разом. Было логично ожидать, что ей потребовалось бы время, чтобы усвоить все, что он наговорил ей, но прошло всего несколько часов, и она уже беззаботно болтала с подругой, словно ничего и не произошло за этот день. Однако, увидев его, она переменилась в лице, и он сразу понял, что что-то ее беспокоило. Потому он кивнул ей, и она оставила Руби на время, выйдя в коридор вместе с Натаном. Его лицо тут же выразило беспокойство:       – Ты в порядке?       – Да... – Лотти кивнула. – Просто... Кое-что не дает мне покоя...       – Могу я помочь?       То, с какой теплотой он говорил с ней, заставляло ее сердце таять. Она подняла на него глаза, в своем сердечке надеясь, что он поймет ее, будет любить и поддерживать, словно это и в самом деле была ее идеальная сказка.       – Скажи... Ты же любишь меня, верно? – Натан медленно кивнул. – И ты все еще будешь меня любить, если я сделаю то, что ты не хотел бы, чтобы я делала..?       Натан ответил не сразу, сперва долго смотря ей в глаза, словно искал там что-то. Потом он все же улыбнулся, смотря на нее с теплотой.       – Удовлетворишь мое любопытство? Что же такое ты хочешь сделать, что тебе кажется будет мне не по нраву? Боюсь, мне не хватает фантазии... – Эти слова заставили Лотти опешить. Ей казалось, что она уже понимала его, но в тот момент она в этом усомнилась. Тем временем Натан нежно коснулся ее лица, проведя пальцем по щеке. – Разве я не говорил уже? Ты моя Чаровница, а это значит, что я выбрал тебя своей партнершей на века. А партнеры, по своей сути, равны. Я никогда не стану указывать, как тебе поступать, до тех пор пока это не навредит тебе или кому-то еще. Ты все еще чувствуешь себя гостьей здесь, но скоро ты освоишься и станешь такой же равноправной хозяйкой, как и я.       Его речи звучали сладко, обволакивая Лотти в комфорт, но этого не было достаточно. Она должна была убедиться, что он понимал, что она имеет в виду.       – Значит, ты не будешь против, если я захочу узнать больше о своих предшественниках?       Повисла пауза.       – Понятно, – сказал, наконец, Натан. – Ты боишься, что я не захочу, чтобы ты знала прошлое? – Лотти осторожно кивнула. Натан закрыл глаза и глубоко вздохнул. Затем он сделал шаг вперед, приблизившись так, что их лбы соприкоснулись, и обнял ее. – Я не могу сказать, что ты неправа, – прошептал он, и Лотти четко услышала слабость в его голосе. – Я обещал быть честным с тобой, и я не стану увиливать: мне страшно. Если кто-то захочет забрать твою жизнь, я тебя защищу, это не проблема. Но что если... Что если правда изменит то, каким ты меня видишь..? Что если прошлое разделит нас? Этого я боюсь куда больше.       Сердце Лотти заболело.       – Значит, в прошлом есть то, что заставит меня посмотреть на тебя иначе?       – Этого я не знаю. Но война, что шла тысячи лет... Я не настолько глуп, как некоторые другие, чтобы не понимать, что у обеих сторон были причины сражаться. Мне известна только одна часть истории, и ты не найдешь другой в наших книгах. Но мне известно, где ты можешь найти что-то еще. И ты права – часть меня не хочет, чтобы ты отправлялась туда, не хочет отпускать тебя...       – Но ты мне поможешь..?       – Верно, – кивнул Натан, отстраняясь и смотря ей в глаза. – Именно потому что люблю. И потому, что ты заслуживаешь знать правду о себе. А я просто буду верить, что ты все еще будешь меня любить после.       Лотти чувствовала, как слезы подступают к горлу. Она прильнула к Натану, обнимая его.       – Спасибо. И... Я верю, что никто, кроме тебя самого, не в силах изменить то, каким я тебя вижу. Что бы там ни произошло между нашими предками, нас это не касается, ведь так?       – Спасибо, – ответил Натан коротко и поцеловал ее в макушку. – Твое доверие для меня ценнее всего, и я сделаю все в моих силах, чтобы тебя не разочаровать, моя милая Шарлотта.       Лотти чувствовала, как влюбляется в него только сильнее.