Calmness

138 год от З.Э Красный замок. — Тётя, проснитесь… — раздался робкий голос. Рейнира медленно открыла глаза. На ковре у её кровати стоял Мейлор в руках он сжимал свиток. — Что случилось? — спросила она, приподнимаясь на подушках. — Лорды шепчутся, что что-то случилось в порту, Деймон ушёл туда. Рейнира нахмурилась, малыш тихо шевельнулся, будто чувствуя её тревогу. — Деймон попросил, чтобы я вас разбудил. Рейнира устало опустила ноги на пол. — Хорошо, — тихо произнесла она. — Иди и позови, пожалуйста служанку… Деймон стоял перед троном, глядя на острые клинки. — Никогда не любил эту груду железа, — буркнул он, опускаясь на ступень. Корлис стоял чуть поодаль, опершись на трость, сдержанно наблюдая. — Ваша милость, сегодня я бы хотел обсудить вопросы казны и продовольствия. После войн многое разрушено, но торговцы с Ланниспорта готовы предложить поставки... Деймон не был политиком — он был войном. — Возможно, стоит позволить королеве самой решить вопрос с... — Королева сейчас отдыхает. И не смейте ее беспокоить. Он встал и прошёлся вдоль стола. — Рейнира дала нам новый мир. И я заставлю вас помнить цену этого мира. Деймон на мгновение задержался у окна — оттуда был виден сад, где Рейнира сидела в кресле, в окружении служанок и Мейлора, держащего книгу. Рейнира спала беспокойно. Во сне она стояла посреди огромного зала, вымощенного мрамором. Из глубины к ней вышла женщина — в белом платье, с глазами цвета льда. — Мама... Эймма улыбнулась, мягко, как будто не прошло ни дня с того страшного момента, когда жизнь покинула её тело. — Дитя моё, — прошептала она, коснувшись щеки дочери. — Ты стала сильной. Жаль, что я не верила в тебя при жизни. Рейнира едва сдержала слёзы. — Я скучаю. Эймма погладила её по волосам, так же, как делала когда-то в детстве. — Не предавай своё сердце... безумие ведет королевство к упадку. Рейнира хотела ответить — всё исчезло. Деймон проснулся, не сразу поняв, где находится. Он сидел в у стола, а за окнами клубился туман. Ему тоже снилась мать. Та, что когда-то защищала его от гнева отца, единственная, кто видел в нём свет. Она сидела в саду, под цветущим деревом, и улыбалась. — Мой мальчик, — сказала она. — Убавь свои амбиции, ты сам вознёс на неё корону. — Я не могу допустить слабости. — Так ты останешься в одиночестве. Береги её. И не дай закончить, как твой брат. Деймон пошёл к Рейнире. Он был взвинчен. — Ты снова не послушала меня! — его голос эхом прокатился по спальне. Рейнира вздрогнула, подняв взгляд. — О чем ты? — ответила она резко, но в голосе дрогнула нотка усталости. Он подошёл ближе, почти навис над ней. — Да что ты? — прошипел он. — Всё, что ты делаешь касается не только тебя! — Конечно, я это знаю! Я не могу сидеть в башне и ждать, пока кто-то решает дела моего государства! — Сейчас ты должна думать о ребенке! — Каждый день, каждую ночь! Я понимаю, что это будет твой первенец, но для меня это уже не так страшно. В её глазах стояли слёзы, но голос был твёрд. Он хотел сказать что-то ещё, но слова захлебнулись в горле. Злость взяла верх. Он ударил ладонью по столу — пергаменты взлетели в воздух, кубок покатился по полу, расплескав содержимое. — Ты упряма до безумия! Он развернулся и вышел, хлопнув дверью. Рейнира не выдержала — слёзы потекли по щекам, тяжёлые, горячие. — Почему ты не можешь меня понять... — прошептала она. — Я делаю это ради нас. Она прижала руку к животу — там, где билось крошечное сердце. — Прости его, малыш. Он просто переживает за тебя. Деймон стоял в саду, под проливным дождём. Ливень хлестал по лицу, но он не двигался. «Береги её, Деймон...» Он ненавидел себя за то, что поднял голос. За то, что сделал больно ей. К рассвету он вошёл в спальню, опустился рядом на подушку. — Я — дурак. — Ты не должен был кричать, — сонно прошептала она. — Знаю. — Ты — моя упрямая королева, ненавижу, когда мы ссоримся. Деймон прижал её к себе. — Прости, моя королева. Рейнира сидела у окна, расправив свитки. Снаружи послышался знакомый звук шагов — Снова за бумагами?  — Надо урегулировать недовольства в Староместе. Деймон подошёл ближе, опёрся о край стола. — Государство не развалиться, если ты сделаешь перерыв и уделишь мне внимание. Рейнира улыбнулась краешком губ, но тут же положила руку на живот — толчок заставил её вдохнуть чуть глубже. —Думаю, у него будет твой характер . Деймон поймал её ладонь, поцеловал. Снаружи послышался гул. — Что там? Деймон поднялся, бросил короткий взгляд в окно. — Сиракс и Караксес. Королеа сидела в кресле, наблюдая, как Мейлор, старательно выводил на пергаменте изогнутые знаки. — “Vezof” — мягко подсказала она, касаясь его плеча. — “пламя”. Повтори. — Везоф, — пробормотал он, сосредоточенно глядя в буквы. — Отлично, — одобрительно кивнула она. — “Vezof hen drēje se vōrzia” — “Из огня рождается сила.” Мейлор попытался произнести слова, запнулся. — Ты говоришь лучше, чем я в твоём возрасте, — подбодрила его Рейнира. — А зачем мне учить этот язык? — Потому что это язык драконов, и он хранит великую память . Она приложила ладонь к груди. — Вот здесь. Этот язык у нас в крови. — Если бы мой отец не сделал всего этого, ты бы оставила его в живых? — Да, я бы изначально стала королевой по завещанию моего отца и никогда бы не пошла против брата. Мальчик кивнул, не задавая больше вопросов. — “Drakon hen rȳbagon…” — начал он снова и вдруг заметил, что Рейнира побледнела. Она едва заметно вздрогнула, уронила перо, которое держала. — Тётя? Рейнира опустила взгляд — по полу медленно растекалась прозрачная жидкость. Мейлор вытаращил глаза. — О, боги. Она сжала зубы, схватившись за край стола. — Позови кого-нибудь… Мейлор метнулся к двери, но за ней — тишина. Дежурные ушли на пересменку, коридоры пусты. Он растерянно обернулся. — Никого нет! Рейнира опустилась на пол, дыша часто и прерывисто. Пот выступил у неё на лбу. — Возьми простыню. Быстро. И чистую воду — в кувшине, там, у окна. Мальчик побежал, цепляясь за мебель. — Молодец… не бойся. Сказала она так, будто сама не боялась. — Я… я могу что-то сделать? — Попытайся кого-нибудь найти. — Я не оставлю тебя. Она слабо кивнула. И снова крик, короткий, пронзительный, срывающий дыхание. Внизу, в коридорах, наконец послышались голоса. Стража, служанки. Мейлор выскочил в дверь и закричал. Рейнира легла на постель, простыни спутались. Служанки заметались вокруг. — Где мейстер?! — Идет, ваше величество !  Снаружи, в небе, драконы заволновались — их рёв перекликался, отражая её страдания. — Сейчас… сейчас. Дверь распахнулась, и вбежал мейстер Герард. — Ваше Величество… простите. Деймон почти бежал по лестнице. Его шаги гремели эхом, меч бился о бедро. — Рейнира, — только и повторял он. Когда он вошёл в покои, запах крови и трав ударил в нос. Рейнира увидела его — и улыбнулась, как будто от этого боль стала меньше. — Ты пришёл. Он подошёл, схватил её руку, опустился рядом. Рейнира почти не говорила. Её глаза затуманились от усталости. В руках мейстера появился ребёнок. Рейнира прижала его к себе. Слёзы покатились по щекам. — Мой малыш. Деймон осторожно прикоснулся к крохе. Он не мог оторвать взгляда от ребёнка. Мейлор тихо спросил: — Тётя…теперь у нас настоящая семья? — Да, Мейлор. Теперь мы семья.