Глава 17 Под красивым небом

Я шел по незнакомой местности. Под ногами хрустел вереск, впереди, в серой дымке, угадывалось море. Воздух был соленым и холодным. Как я сюда попал? Сон? Для сна ощущения были слишком четкими: влажность на коже, запах йода, тяжесть мантии. «Самайн», — мелькнуло в голове. Весь вечер в гостиной Когтеврана только об этом и жужжали. Старшекурсники с важным видом рассуждали о теории «истончения границ», о том, как миры касаются друг друга, особенно в этот день. Я слушал вполуха, пытаясь отвлечься от событий последних дней, но в итоге мне это надоело, и я ушел спать. Видимо, зря я игнорировал эти разговоры. Ближайшее строение выглядело странно даже для магического мира. Черный, словно обугленный, цилиндрический особняк, напоминающий гигантскую шахматную ладью, забытую кем-то на пустоши. Спросить, где я? Неужели меня снова «забросило»? Хотя нет, внешне я не изменился. На мне всё та же школьная мантия с гербом Когтеврана, палочка в рукаве, винтерхолдская сумка на поясе. Значит, это проекция сознания либо очень качественная иллюзия. Из окна «Ладьи» вылетела птица. Сипуха. Она сделала круг и мягко спланировала на покосившуюся калитку, уставившись на меня немигающими янтарными глазами. Странное поведение. Почтовые совы так не смотрят. В их взгляде обычно читается: «Где письмо?» или «Дай еды». Здесь же был интеллект. Я активировал магическое зрение. Так и есть. Аура плотная, человеческая. Характерное плетение трансформации, которое я замечал у МакГонагалл. — Не нужно так смотреть, — произнес я спокойно. — Сканировать кого-то в анимагической форме — дурной тон, но и притворяться птицей передо мной не стоит. Я тоже вижу. Сова моргнула, спрыгнула на землю и в вихре смазанного движения превратилась в человека. Передо мной стоял парень лет двенадцати. И он был подозрительно похож на… меня. Впрочем, судя по его ошарашенному взгляду, он пришел к тем же выводам. — Ты мне кого-то напоминаешь, — медленно произнес он, отряхивая мантию. — И я просто не мог не засмотреться на твою ауру. Как такое возможно? Она словно… слоеная. Несколько видов энергий — и не конфликтуют между собой. — Очень долгая и непростая история, — уклончиво ответил я, — но если коротко: я не принадлежу этому миру. Я подумал что таиться перед ним смысла нет. — Кто ты? — он прищурился, разглядывая мой герб.— Ты с Когтеврана? Странно. Я знаю всех на потоке, но не помню там никого, похожего на… — Тебя? — усмехнулся я. Тот кивнул, не сводя с меня настороженного взгляда. — Не уверен, что всё это вообще происходит в реальности. Всё-таки сегодня Самайн. Границы миров, духи предков и прочая мистика. Хотя для сна детализация слишком высокая. — Знаю. У нас в гостиной сегодня только это и обсуждали. — Ну, вы, умники, вечно всё обсуждаете. Не то что грифы, у которых в головах один квиддич, — фыркнул он — Как тебе удалось попасть на Когтевран? Мне вот так не повезло… Хотя я дважды пытался. — Видимо, в моем мире у Директора нет такого влияния на Шляпу, как в твоем, — пожал плечами я. — А может, Шляпа просто зависла от того, что увидела в моем разуме, и забыла инструкции. Она говорила туманно. Я пытался её заболтать… Но, по-моему, она мне не поверила. И отправила туда, куда я захотел. — Все возможно. Я как-то видел похожий сон про другого «меня», правда слизеринца. Так что почему не существовать Поттеру-когтевранцу? Может и пуффедуец еще найдется. — Слушай… — я решил вернуться к насущному. — А где я нахожусь? И чей это дом? — Как? Ты не знаешь? — Не знаю чего? Мой двойник (альтернативная версия? параллель?) уставился на меня с искренним изумлением. — Ты пришел не к ней? — Да к кому?! Я вообще не знаю, как я здесь оказался, и просто хотел спросить дорогу. — Тебе не нужно спрашивать дорогу. Ты уже пришел куда нужно. — Голос был тихим, с легкой поволокой, но странно знакомым. Я обернулся и… замер. На крыльце стояла девочка с длинными светлыми волосами. — Луна? Кто это? И откуда он? — спросил парень, переводя взгляд с меня на неё. — Он тот, кто проживает похожую с тобой судьбу, Саргас. Саргас? Я вспомнил тревожный, монотонный голос моей Луны Лавгуд в кафе: «Тебя могли звать и Саргас. Но я вижу, ты слышишь это имя впервые». — Погодите! — я напрягся. — Ты — Луна Лавгуд? — Ты про неё еще не слышал? — удивился Саргас. — Ну, вообще-то, встретил… — я запнулся. — В первую неделю Флитвик организовал поездку в Косой переулок. И там, у Фортескью… Я замолчал, вспоминая тот случай. Безумный взгляд, странные речи, ощущение липкого сумасшествия. — Он оттолкнул меня, — тихо проговорила Луна. В её голосе звучала печаль. Не обида, а именно глубокая, вселенская печаль. — Не захотел со мной говорить. Попросил, чтобы я ушла. Очень попросил. — Что? — Саргас посмотрел на меня как на умалишенного. — Ты оттолкнул… её? Его тон подразумевал, что я совершил святотатство или выбросил лотерейный билет с джекпотом. — Вы просто не видели её! — я начал оправдываться, чувствуя себя неуютно под их перекрестным огнем. — Она… Та Луна вообще не похожа на… тебя. Я посмотрел на стоящую передо мной девочку. У этой Луны был осмысленный, глубокий взгляд, хотя и направленный куда-то вдаль. Речь была ясной, хоть и загадочной. Никаких «мозгошмыгов», пожирающих мозг через уши. Только спокойная мудрость. — Удивительно, — Луна подошла ближе, её серебристые глаза, казалось, видели меня насквозь, минуя все ментальные щиты. — Ты напуган. Хотя, наверное, в этом мире нет вещи, способной тебя напугать по-настоящему. — Он настолько бесстрашный? — усмехнулся Саргас, скрестив руки на груди. — Ты не видишь всего, Саргас. Он старше, чем выглядит. Много старше. Он прожил несколько жизней, и каждую из них помнит, будто это было вчера. Он прошел через такое, куда я не решаюсь смотреть. Он устал, но его снова призвали на путь героя. — Это верно, — тяжело вздохнул я. Отрицать было бессмысленно. — Меня снова пытаются втянуть в «геройскую» историю. Я вижу нити, вижу, как передо мной разыгрывают спектакль… Но до конца не понимаю цели постановки. — Знакомая история, — протянул Саргас, и в его глазах мелькнуло понимание. Видимо, у этого Гарри-Саргаса были свои счеты с судьбой. — Ты оказался здесь не просто так, — продолжила Луна. — Ты здесь, потому что не было другого способа донести мои слова. Ты уже слышал их, но тогда ты был глух. Всё же вокруг тебя нет мозгошмыгов… Чужие опасаются подлетать к тебе. Они боятся сгореть или увязнуть в твоей силе. Она положила руку мне на плечо. Её ладонь была теплой и настоящей. — Не отталкивай меня. Ту, другую меня. Я не враг тебе. Я чувствую, что могу помочь. А помощь тебе понадобится. Саргас молчал, наблюдая. Видимо, он уже привык не до конца понимать происходящее вокруг своей Луны, но доверял ей безоговорочно. — Наверное, уже поздно, — я покачал головой. — Всё же я тогда поступил жестко… — Нет, — твердо сказала она. — Не поздно. Эта дверь не закрыта. И не стоит сразу захлопывать все двери, Спектр. Кто знает, в какую тебе еще придется постучать, когда оружие окажется бессильным. Слово «Спектр» резануло слух. Откуда? — Но… вы не видели её! Луна из моего мира — это совсем не ты! — я попытался объяснить. — Я всегда я, — она улыбнулась, и эта улыбка была светлой и грустной одновременно. — Просто… она до сих пор переживает. Ей пришлось сложнее, чем мне. Чтобы её взгляд прояснился, нужен кто-то, кто осветит путь. А в тебе есть свет. И много. — Ты уже и свет видишь… — грустно усмехнулся я. — Обычно во мне видят только угрозу. — Она Видящая, — весомо сказал Саргас. — Она видит истину. Послушай ее. — Просто разреши подойти к тебе — теперь уже Луна смотрела мне прямо в глаза. Но… я не чувствовал никакой угрозы. Это был просто взгляд и ничего более. И хоть я, по старой подозрительности выставил очередной покров силы — его никто не пытался пробить. Это была просто просьба. — И все? — спросил я. Луна кивнула. — Хорошо. Но… Как это именно сделать? И когда? Письмом или… — Главное, что я знаю… и теперь она знает. Я смотрел на них. На другого Гарри Поттера, который откликался на имя Саргас. На Луну, которая была мостом между реальностями. Хотелось о многом спросить. О том, через что прошли они. Но чувство завершенности нарастало. Я получил послание, ради которого мироздание устроило этот сеанс связи. Луна, пусть и из другой реальности, искренне пыталась помочь. Мир вокруг начал подергиваться рябью, как вода от брошенного камня. — Это небо твоего мира? — внезапно спросила Луна, глядя куда-то вверх. Я, не понимая, к чему вопрос, поднял голову. И застыл. Вместо привычной земной луны на бархатном черном небе висели две исполинские сферы: кроваво-красный Массер и пепельно-серая Секунда — спутники Нирна. Знакомые созвездия — Воин, Вор, Маг — сияли холодным светом. Но было что-то еще. На фоне этих древних лун, в недосягаемой вышине, мерцали огни. Гигантская конструкция в форме раскрытого цветка. Пять лепестков-кварталов, вращающихся вокруг Президиума. Не знаю, возможно ли такое, но я отчетливо видел Цитадель. Она висела там, среди звезд и магии, как напоминание о том, кем я был. — Ты тоже живешь под красивым небом, — тихо сказала Луна. — Вот тут не совсем верно, Видящая, — я не мог оторвать взгляд от станции, где решались судьбы Галактики. — Я не живу под таким небом. Я обернулся к ним, чувствуя, как сон начинает таять: — Я жил на этом небе.