Глава 3. «Ведьмак, чародейка и контракт»

      Кое-как совладав с собственным телом, которое в этот раз совершенно отказывалось ему повиноваться, Ламберт выбрался из «клоповника» (видимо, давать обычным вещам уничижительные имена стало его новым увлечением) и спустился на первый этаж таверны. Там, как обычно, кипела жизнь. Снова кто-то дрался, кто-то выпивал, играл в кости и гвинт. Пахло свежей похлёбкой, жареным мясом и дешёвым алкоголем. Как вчера.       Подойдя к барной стойке, Ламберт выложил на неё пару монет и обратился к трактирщику.        — Водки.       Тот замер на секунду, смотря на ведьмака с сомнением и ещё чем-то неясным, похожим на отвращение, но кивнул. Бросив монеты в карман на фартуке, он поставил кружку на стойку, налил водки. Воняла она всё так же отвратительно. Но Ламберту сейчас было не до этого, главное, что этим можно опохмелиться. Наблюдая за копошением перед собой, ведьмак вдруг заговорил:        — Вчера здесь была рыжая женщина?       Трактирщик с недоумением посмотрел на него прежде, чем толкнуть кружку в сторону ведьмака.        — Была, а как же ж. Вы с ней и ушли. Не помните что ль?       Ламберт заинтересованно наклонился к трактирщику, прожигая прямым взглядом. Вопрос он проигнорировал. Даже если забыл, не его это ума дело.        — Как она выглядела? Говорила? Может, в ней было что-то необычное? — спросил ведьмак, чувствуя, что наконец может что-то узнать. Трактирщик, всё ещё выглядя сбитым с толку, ответил:        — Ну как… мелкая, тебя на полголовы ниже. Волосы рыжие растрёпанные. Да она вся растрёпанная была, чего уж. Лицо не разглядел, зато глазищи — большущие, серые что ли, — всё продолжал и продолжал он, кивая самому себе, и вдруг добавил: — Фигуру толком не рассмотрел: она зачем-то одёжку мужскую напялила. Зато сиськи у неё — что надо, это я тебе точно скажу! Такого добра ничем не спрячешь!       Ламберт закатил глаза, делая глоток водки. Ну да, эта деталь, конечно, поможет ему в её поисках. И, что самое обидное, хотел бы он сказать, что лучше его знает, что у неё за «добро», так ведь не помнит!        — Больше ты ничего не заметил? — тихо спросил ведьмак, смотря на трактирщика поверх кружки. Тот мотнул головой.        — Не-а, — ответил он. — А, ещё язык у неё острый был. Вы с ней погрызлись и наверх пошли.        — Мило, — буркнул Ламберт. — Это всё?        — Всё, — трактирщик кивнул. Ламберт сам себе недовольно вздохнул. Ну да, самое важное-то мужик запомнил…       «Опрос» других посетителей, которых Ламберт отдалённо помнил со вчера, тоже ничего не дал, кроме того, что эта рыжая не только на словах дерзкая, но ещё и дерётся. Идеально. Угораздило же его…       Поняв, что больше тут ловить нечего, ведьмак собрал пожитки и думал было уезжать отсюда, как почти у конюшни его остановил какой-то мальчишка.        — Господин ведьмак! — раздался робко его звонкий голос. Ламберт обернулся, устало смотря на мальчугана.        — Чего тебе? — отозвался он на выдохе.        — Вас ищет милсдарь Ботвик. Я вас проведу!       Ламберт пару секунд тупо смотрел на ребёнка.        — Подожди, мелкий, — осадил он мальчишку. — Этот твой Ботвик, это кто?        — Барон тутошний! — проговорил ребёнок, на секунду скуксившись. Ламберт вскинул бровь, после хмыкнул.        — Ну веди.       Идти пришлось достаточно долго. Настолько, что Ламберт едва сдерживался, чтобы не спросить бегущего впереди ребёнка: «Долго ещё?». Зато как дошли, ведьмак вскинул брови, а следом — и голову, чтобы осмотреть представший перед ним особняк взглядом. Дом был не сколько красивым, сколько массивным. Каменная громадина лепилась на холме почти нелепо, как гриб-переросток. Да, видать, барон местный — большая шишка, раз вона какой дом отгрохал.       Потрепав мальчугана по голове, Ламберт с бормотанием поплёлся ко входу. Он неосознанно вдохнул глубже; здешний воздух пах иначе: не навозом и пылью, а чем-то свежим. Хотя навоз, конечно, тоже присутствовал — рядом точно была конюшня. Стражники, лишь взглянув на него, тут же отвернулись, но ворота открыли. Ламберт ухмыльнулся с иронией. Интересно, от чего они воротили нос больше: от того, что он ведьмак, или от последствий вонючей водки?        — Милсдарь ведьмак, — послышалось откуда-то сбоку.       Ламберт обернулся. К нему подошёл немолодой мужчина, поправил пенсне на носу и коротко кивнул, приветствуя гостя. Ламберт кивнул в ответ.        — Спасибо, что нашли время посетить нас, — проговорил мужчина. Ламберт снова кивнул. — Позвольте, я отведу вас к барону.       Ещё один кивок — и управляющий засеменил ко входу в дом, Ламберт — за ним. Тяжёлые двери со скрипом открылись, ведьмак ступил внутрь первым. Взгляд инстинктивно скользнул по помещению, словно сразу ища опасности и пути отступления. Но в глаза первым делом бросилось другое: чрезмерная яркость. Всё вокруг было в позолоте, сверкая так, что на секунду стало больно на это смотреть.       Интерьер просто кричал о том, что денег было потрачено много, неприлично много. Тут тебе и ковры, да с пятнами в самых неудачных местах, и стулья с бархатной обивкой. И люстра настолько уродливая, насколько сложная. Ламберт чуть скривился, ощутив новую смесь запахов: что-то приторно-сладкое вперемешку с густым ароматом духов, которого было слишком много. В общем, даже на его не очень-то утончённый вкус было так себе.       Когда они проходили через большой зал, где толпились гости, Ламберт безразлично окинул взглядом и их. Странно, как в этом неуклюже пафосном месте смогло собраться так много людей в приличных одеждах. Сквозь большие окна на них лился яркий дневной свет, играя бликами на поцарапанном кое-где паркете. И снова ведьмак хмыкнул сам себе, безразлично отводя глаза, когда кто-то его заметил и шепотки разнеслись по залу. Ну да, не очень-то он вписывался в атмосферу.       За залом последовала большая лестница на второй этаж, видимо, к кабинету хозяина. Ламберт скептично взглянул на перила, щедро натертые воском. Проверять, насколько, он не захотел: испачкает. Перила или перчатки — это уже другой вопрос.       И вот наконец управляющий остановился перед дверью. Дождавшись, пока Ламберт, неторопливо шагающий позади него, подойдёт достаточно близко, мужчина открыл дверь.       Комната была просторной и такой же светлой. Пылинки танцевали на солнечных лучах, освещая многочисленные книжные полки, заставленные книгами, которые, очевидно, никто не читал, и хозяина кабинета. Ботвик сидел за столом, заваленным бумагами (создавал видимость бурной деятельности?), и беседовал с девушкой. Хотя, пожалуй, беседовал только он: девушка не заинтересованно смотрела в окно. Она сдержанно сидела на бархатном диване, опираясь о подлокотник и закинув ногу на ногу, и лишь иногда кивала, подперев подбородок рукой. Ламберт невольно скользнул по ней взглядом: тёмно-бордовое платье с чёрным кружевом, закрытое, почти строгое. На руках — перчатки, скрывающие молочную кожу под кружевом, на груди — отдалённо знакомый медальон с красным камнем. Где же Ламберт видел его? Услышав какие-то звуки, девушка перевела серые глаза на дверь. Ламберт на секунду замер. Рыжие волосы, убранные в элегантную причёску, холодные серые глаза, медальон… у него было стойкое чувство, что он где-то это видел.       И он почти связал эту девушку с той, что была в таверне. Но тут же отбросил эту мысль: та ведьма была просто оборванкой. Носила мужскую одежду, дралась, как мальчишка, пахла мёдом, пылью и потом. А эта… эта держится высоко. Спина прямая, подбородок чуть приподнят, осанка, будто она здесь королева. И пахнет от неё вовсе не мёдом. Какой-то противный парфюм… хотя ему на секунду как будто бы почудилась сладкая нотка мёда, но он тут же отмёл эту мысль. Ему просто показалось. С похмелья и не такое можно унюхать.       Ещё раз окинув девушку взглядом, Ламберт фыркнул сам себе. Типичная чародейка.        — Ваша светлость, — послышался голос управляющего. — Ведьмак прибыл.       Ботвик наконец отвлёкся от своего одностороннего диалога с ведьмой и посмотрел на Ламберта. Тот стоял с кислой миной, переводя взгляд с барона на ведьму. Собравшаяся тут компания ему явно не понравилась.        — А, милсдарь Ламберт, — наконец протянул барон удивительно добродушно, хоть и с некоторой тревогой. Расслышать её было нетрудно. — Вы прибыли быстро.        — Угу.       Ламберт всем видом показывал, что не настроен на светскую беседу.        — Что у вас случилось?        — Беда, — выдохнул барон в ответ, складывая пальцы домиком и отводя глаза. Бровь Ламберта дрогнула.        — Обычно, меня по другому поводу и не зовут, — проговорил он, пытаясь сдержать язвительный тон. — Конкретнее, если можно.        — Да, конечно, — барон вздохнул, почти театрально взмахнув рукой. — Дочка моя… в общем, у неё месяц назад жених умер. И ей с тех пор нездоровится. Ведёт она себя странно.       Ламберт вздохнул. И для этого здесь нужны ведьмак и чародейка? Видать, в дочурке души не чают.        — Позвольте уточнить, — начал Ламберт, потерев переносицу от очередного приступа головной боли, — если у молодой девушки погибает жених, для неё нормально нездоровиться. Подождите пару месяцев, и всё пройдёт.       Барон возразил, снова махая руками, как возмущённая птица.        — Милсдарь ведьмак, ну точно тут что-то нечисто! Мы сначала думали, что она из ума выжила. Но милсдарыня Вия сказала, что на сумасшествие это не похоже.       «Да, потому что она молодая девка, нахуебесится и успокоится, какое к чёрту сумасшествие?» — сам себе возмущался ведьмак в мыслях. Вия хмыкнула, почти демонстративно громко, и покачала носком сапога в воздухе.        — Каким бы ни было горе и какой бы ни была чувствительной юная дева, милсдарь ведьмак, но бросаться на людей или наносить себе увечья она не станет, — проговорила чародейка, смотря на Ламберта из-под густых рыжих бровей. — Я уже осмотрела её. И там проблема по вашему профилю.        — Какая же? — уже с явным сарказмом поинтересовался Ламберт, чуть не враждебно глянув на чародейку. Та стойко выдержала его взгляд, не поведя и бровью.        — Она одержима. Некой потусторонней сущностью, которая заставляет её чувствовать вину и бесконечно терзать себя из-за этого. Мы оба знаем, что это значит.       Ламберт посмотрел на ведьму с удивлением. На что она намекает? Неужели, на то, что девка на самом деле одержима не просто какой-то сущностью, а…        — Поэтому милсдарыня Вия предложила попросить вашей помощи, — каким-то плаксивым голосом прервал его мысли барон. — Мол, ведьмак тут справится лучше, а она, в случае чего, подсобит.       Этот день удивлял Ламберта всё больше. Чтобы чародейка и предложила работать вместе? Вздор.        — Я работаю один, — отрезал ведьмак. Вия снова хмыкнула.        — Брось, ведьмак. Никто не сомневается в твоей силе, но всё может оказаться куда более опасным, чем мы предполагаем, — таким же холодно-спокойным голосом проговорила она в ответ. — Помощь тебе не помешает. Просто прими её — и нам обоим будет легче.       Ламберт сжал челюсти, желваки выступили под кожей. Он застыл на пару секунд, прожигая девушку взглядом, а после повернулся к барону, полностью игнорируя её присутствие.        — Ладно. Где ваша дочь?        — В соседней деревеньке, в крайнем доме. Мы подумали, что там спокойно и это ей поможет, — ответил барон, заламывая пальцы. — Милсдарь ведьмак, вся надежда на вас. Прошу, помогите ей.        — Да-да, — хмыкнул он, разворачиваясь на пятках к двери. Но в последний момент бросил через плечо, остановившись: — А ты, ведьма, если хочешь быть полезной, для начала можешь сделать что-то, чтоб у меня башка не раскалывалась. Или для твоего уровня это слишком мелкая задача и ты занимаешься только…       Он в последний момент прикусил язык, бросив взгляд на барона. Вия же снова хмыкнула и встала на ноги, поправив платье. Кивнув на прощание Ботвику, она размеренно подошла к ведьмаку, сложив руки на груди.        — Так и быть, спасу я твою голову. Подожди меня на улице, я заберу свои вещи и принесу тебе лекарство.        — Небось, такое ядовитое, что я там и окочурюсь? — фыркнул Ламберт, уже идя по лестнице. Вия терпеливо смотрела на его затылок, как на капризное дитя, идя чуть позади. — И барахло своё будешь сама таскать.        — Можешь не пить, если не хочешь, — ответила она небрежно. — У тебя голова болит, а не у меня есть острая необходимость опоить тебя сомнительным зельем. К тому же, у ведьмаков иммунитет к большинству токсинов. Ничего с тобой не будет.        — Кто вас, ведьм, знает, — буркнул Ламберт в ответ, быстрым шагом проходя через злополучный зал. Сзади он слышал цокот каблуков по паркету: чародейка легко поспевала за ним, но не спешила обгонять.       Но вдруг она свернула в какой-то коридор сбоку. Ламберт хмыкнул сам себе и пошёл на улицу. Вот ведь… и вынесет она сейчас, вероятно, тридцать три сундучка и шкатулку. Чёртовы чародейки…