Глава 3: Тени прошлого и отголоски настоящего

Дни текли, перетекая в недели. Хогвартс, этот вечный организм, медленно, но, верно, затягивал раны, нанесённые трагедией. Имя Драко Малфоя всё реже произносилось в коридорах, а его пустое место за столом Слизерина постепенно перестало быть зияющей дырой, превратившись в нечто привычное, почти незаметное для большинства, но не для Снейпа. Его ночи стали пыткой. Сон, если он и приходил, был не спасением, а полем битвы. Образы Драко преследовали его: то нахальный мальчишка, гордо демонстрирующий свой первый полёт на метле, то бледный, испуганный подросток, дрожащий под взглядом Тёмного Лорда, то, наконец, этот ровный, почти безжизненный почерк на пергаменте. Снейп просыпался в холодном поту, с ощущением удушья, и единственным его спасением был дневник и тишина кабинета. * 3 октября. Бессонница. Они говорят, время лечит. Ложь. Время лишь наносит новые шрамы поверх старых, не давая им затянуться. Оно не лечит. Оно заставляет привыкать к боли. К этой ноющей, тупой боли, что сидит где-то под рёбрами, как осколок стекла. Сегодня ночью я видел его. Не во сне. Наяву. Он сидел на краю моей кровати, бледный, почти прозрачный. Смотрел на меня своими серыми глазами. Не укоризненно. Просто… смотрел. И я не мог ничего сказать. Потому что всё, что я мог бы сказать, было бы ложью. Или слишком поздно. Я пытался сварить усыпляющее зелье. Самое сильное. Чтобы хоть на несколько часов забыться, но руки дрожали. Мысли путались. Капля ведьминого звона упала не туда, куда нужно, и зелье зашипело, превращаясь в едкую, бесполезную жижу. Я не смог даже этого. Я не могу даже уснуть. Мир продолжает существовать. И я в нём. Как ржавый механизм, который продолжает скрипеть, хотя давно должен был сломаться. В чём смысл этого существования, если каждая минута — это напоминание о том, чего больше нет? Сегодня я поймал одного из гриффиндорцев, Лонгботтома, за тем, что он подкладывал жалящие заклинания в мантию слизеринца. Мелкая, пакостная месть. Я наказал его. И вдруг… вдруг я увидел в глазах этого слизеринца, совсем ещё мальчишки, тот же страх, ту же покорность, что видел в глазах Драко. И в этот момент я понял. Я не могу молчать. Я не могу пройти мимо. Я не могу вернуть его. Но я могу не дать этому повториться. Какая ирония. Мне, человеку, который всегда держался в стороне, придётся теперь вмешиваться. Грязно. Неудобно. Но… * На следующий день Северус Снейп изменил свой обычный маршрут. Вместо того чтобы идти прямо в кабинет, он задержался в коридоре третьего этажа. Там, у окна, стоял тот самый слизеринец, которого вчера травил Лонгботтом. Мальчик, по имени Теодор Нотт, был бледен и явно напуган. Рядом с ним стояли двое старшекурсников из Гриффиндора, их голоса были низкими и угрожающими. - Ну что, Нотт? Слизеринская мразь, да? Думаешь, раз Малфоя нет, то тебе всё сойдёт с рук? - прошипел один из них, высокий, с рыжими волосами. Снейп вышел из тени. Его шаги были бесшумны, но воздух вокруг него, казалось, сгустился. Гриффиндорцы вздрогнули, когда его голос, холодный и отточенный, прорезал тишину. - Мистер Финниган. Мистер Томас. Вы, кажется, забыли, что Хогвартс — это не арена для ваших мелких, грязных разборок. Или вы полагаете, что отсутствие одного студента даёт вам право терроризировать другого? Гриффиндорцы побледнели. Финниган попытался что-то промямлить, но Снейп не дал ему и шанса. - Минус пятьдесят баллов с Гриффиндора. Каждый. И отработка. Ежедневная. В течение месяца. У меня. В кабинете. Вы будете чистить котлы. Руками. Без магии. И если я хоть раз услышу, что вы снова пытаетесь запугивать кого-либо, я лично позабочусь о том, чтобы вы запомнили последствия на всю оставшуюся жизнь. Я ясно выразился? Оба кивнули, дрожа. Нотт смотрел на Снейпа широко раскрытыми глазами, в которых читались и страх, и что-то похожее на… удивление. И, возможно, облегчение. Когда гриффиндорцы поспешно ретировались, Снейп повернулся к Нотту. - Мистер Нотт, если у вас возникнут проблемы, вы знаете, где меня найти - голос его был всё ещё холоден, но в нём не было привычной едкости. Нотт кивнул, не говоря ни слова. Снейп развернулся и пошёл прочь, оставляя мальчика одного. Это было не спасение. Это был лишь маленький, незначительный акт. Но что-то внутри него, что-то, что было заморожено долгие годы, слегка оттаяло. Вечером того же дня он получил сову. Письмо было от Нарциссы Малфой. Короткое, но пронзительное. Она просила о встрече. Не для обвинений. Для разговора. * 5 октября. Неожиданность. Сегодня я вмешался. Не так, как должен был раньше, но вмешался. И это… это было странно. Неудобно. Но в глазах этого мальчишки я увидел нечто, что не дало мне пройти мимо. Страх. И что-то ещё. Не знаю, что. Но это заставило меня действовать. Нарцисса. Она хочет встречи. Что она хочет? Обвинить меня? Утешиться? Или… или она тоже ищет ответы? Она потеряла сына. Я потерял… ученика, крестника, человека, которого я поклялся защищать, но не смог. Я должен пойти. Я должен услышать, что она скажет. Возможно, в её словах есть тот кусочек головоломки, которого мне не хватает. Возможно, она расскажет мне то, что я не хотел видеть. Или то, что я не мог видеть. Мир не остановился. Но, возможно, я могу изменить его. Хотя бы чуть-чуть. Хотя бы для одного мальчишки. Хотя бы для того, чтобы этот ужас не повторился. Это не ради него. Не ради Драко. Это ради… ради меня. Ради того, чтобы я мог смотреть на себя в зеркало. Ради того, чтобы этот камень в моей груди не раздавил меня окончательно. * Снейп закрыл дневник. Впервые за долгое время он почувствовал не просто опустошение, а что-то похожее на… цель. Маленькую, хрупкую, но всё же цель. Он не знал, куда приведёт его эта дорога. Но он знал, что больше не может просто стоять в стороне.