Часть 3

«Ненавижу!»       Этот шёпот вырывался из самой глубины души.        Очередное светское мероприятие, полное притворных улыбок, взглядов, от которых хочется спрятаться, и пустых разговоров. Меня тошнило от одной мысли об этом. Я не хотела возвращаться в этот блестящий, фальшивый мир. Снова надевать маску «идеальной леди» – холодной и недоступной.        У меня были дела куда важнее: проведать феечку Фантик в приюте, работать над новым целебным эликсиром.       Или снова искать его.       Единственного, кому я когда-то обещала своё сердце. Эльфа, который видел во мне просто меня.       Я прижалась лбом к холодному стеклу, чтобы остудить свой яростный пыл.       За окном тихо сияли Луна и звёзды, темнел сад.       Но это были не те звёзды, не та Луна, а сада вовсе не было. Всё было другим. Потому что тогда был он.

***

      Под ветвями старого дуба рождалась наша тайная дружба.        Маленький эльф с волосами цвета летних сумерек смотрел на меня умоляюще. — Ну, скажи, как тебя зовут? Пожалуйста! — А зачем тебе? — с улыбкой пробормотала я, отводя свой взгляд от этого милого солнышка. — Потому что ты мне не безразлична! — выдохнул он, и его щёки залились ярким румянцем.       Эти слова на первый взгляд были простыми, но они отозвались в моём сердце тёплым, нежным эхом. Я никогда не слышала ничего подобного.        Но как я могу сказать ему правду?        Родители строго-настрого запретили называть своё имя кому бы то ни было, особенно – из простых эльфов. Тем более он испугается, узнав чья я дочь. Тогда, в его глазах, появится не та робость, что сейчас, а холодная пропасть, разделяющая нас. Его улыбка испариться, а он исчезнет навсегда, словно сладкий сон. — Ты мне тоже не безразличен, — прошептала я, чувствуя, как подкашиваются ноги. — Но я боюсь, что после этого ты перестанешь со мной дружить.       Он видел, как дрожат мои плечи, как сжимаются крошечные пальцы. И вдруг его лицо озарилось. — Тогда давай придумаем себе новые имена? — предложил он, и в глазах вспыхнули искорки. — Совсем новую жизнь!       Он сделал шаг вперёд, опустился на колено и его пальцы бережно сомкнулись вокруг моей ладони. — Меня зовут Великий и Непобедимый Рыцарь, — объявил он с торжественной серьёзностью. — И я прибыл из далёких краёв, чтобы найти самую верную подругу.       Его губы коснулись моей руки – лёгкие, как прикосновение ветерка. И моё сердце растаяло. — А я Леди Звёздочка, — ответила я, и по лицу разлилось счастье. — Я спустилась с самого неба, чтобы найти доброго и смелого рыцаря на этом свете. И, кажется, моя мечта сбылась.

***

      Милый мой рыцарь.       Как же я скучаю по нашему с тобой беззаботному миру, по нашим маленьким приключениям.        Я закрываю глаза, пытаясь воскресить в памяти твои черты, звук твоего голоса.        Но время оказалось беспощадным. Оно медленно, день за днём, стирало тебя, оставляя лишь размытый силуэт и смутное эхо.        От этой безысходности сжималось горло, а на глаза наворачивались предательские слёзы.       Внезапный стук в дверь вырвал меня из водоворота тоски. — Леди Дрёма! Ваши родители просили передать, чтобы вы спустились. Ждут вас. — Я услышала, Лилия. Сейчас буду.       Спустившись с подоконника, я машинально подошла к зеркалу. В нём стояла незнакомка в тёмно-синем платье, усыпанном бусинами, словно звёздами. Безупречная причёска, изящные украшения с лунами и звёздами.       Всё это было красиво, холодно и абсолютно чужое. В зеркале смотрела на меня не я, а застывшая кукла, и её ледяной взгляд пронизывал душу на сквозь.       «Ненавижу», — снова прошептала я, хватая со стула отрез бархата и набрасывая его на зеркало, чтобы скрыть это прекрасное, бездушное привидение.

***

      Дворец. Сколько простолюдинов мечтали сюда попасть – полюбоваться на позолоту и мрамор, поразиться его величию. Эх, если бы они знали, сколько предательств и интриг повидали эти роскошные стены.       Родители шли впереди, гордо неся себя среди этого великолепия. Я, как подобает дочери, следовала за ними, стараясь не отставать.       К отцу подбежал слуга королевы и, взволнованно жестикулируя, начал что-то быстро объяснять. Отец почтительно кивал, а мать делала вид, что не обращает внимания.       Мы остановились перед огромными дверями. Слуга подал знак, и створки медленно распахнулись, впуская нас в сияющий бальный зал, полный гостей.       Феи и эльфы в дорогих нарядах застыли в изящных позах, словно актёры перед началом спектакля.        И в этот миг раздался нежный звон колокольчика, ставший сигналом.   Замершая картина ожила: все ринулись к подножию трона, подобно стае верных псов, жаждущих внимания своей повелительницы.       И вот, среди этой пёстрой суеты, моё внимание привлекло необычное зрелище.       На узком выступе высокой стены, почти невидимый в полумраке, притаился эльф. Он спасался от неистового потока гостей, и в его позе читалось отчаянное желание остаться живым и невридимым.       Но меня поразила ни его положение на тот момент, а его волосы.       Цвет был тот самый, что и в памяти – оттенок вечернего неба. Но в моих воспоминаниях он был мягче, приглушённее, словно выцветший от времени шёлк. А эти волосы были густыми, насыщенными, почти кричаще-синими, как будто их окунули в дорогие чернила.       И всё же моё сердце дрогнуло. Что-то ёкнуло внутри, знакомое и далёкое, будто эхо из детства. Перед глазами на мгновение возник образ: тёплый смех и синеволосый мальчик, протягивающий руку. Тот самый, что исчез из моей жизни так же внезапно, как и появился.       Дежавю. Острое, пронзительное, от которого перехватило дыхание.  Ощущение было мимолётным, как вспышка света, но оставило после себя щемящую тоску.       Мне захотелось рассмотреть его подольше, но неумолимая толпа увлекала меня прочь, заслоняя обзор нарядными спинами.       «Кто же этот эльф?» — пронеслось в голове, и сердце снова сжалось – на этот раз от смеси любопытства и тревожной надежды.