Август, розы и незваный гость

Раскалённое солнце августа безжалостно палило землю. Родственники отбыли за покупками для частной школы Дадли, конечно же, не забыв позаботиться о досуге своего любимого племянника. Гарри, смахивая пот рукавом грязной рубашки, безуспешно пытался прополоть клумбу с дорогими сердцу тёти Петунии розами. "Безуспешно" – потому что это были не просто кусты, а настоящие заросли, каждый стебель которых ощетинился множеством колючих шипов. Гарри так и не понял, любит ли он цветы. На занятиях в теплицах с мадам Спраут ему нравилось копаться в диковинных растениях. Ему нравилось, как цветы выглядят в букетах, украшающих вазы. Но когда дело доходило до сада тёти Петунии, он искренне желал, чтобы все эти розы засохли и превратились в пепел под этим немилосердным солнцем. В дом ему вход был заказан: родственники боялись, что он снова натворит что-нибудь эдакое. Поэтому его нагрузили всевозможными заданиями по благоустройству заднего двора. Сейчас он изнывал, пропалывая эти колючие розы, а затем его ждала покраска забора. Он занимался этим вчера, но дядя Вернон умудрился разглядеть, что краска местами плешивит. Гарри пытался спорить, ведь он покрыл забор уже тремя слоями, но увесистая оплеуха заставила его признать, что ему пора сменить очки, раз он не видит столь очевидных вещей. Письма больше не приходили. Ни от Гермионы, ни от близнецов Уизли, ни от Рона. Гермионе он сам перестал писать после того, как в её последнем письме прозвучало, что Рон во всём винит Гарри. Он боялся, что и Гермиона возненавидит его. Рон и Гермиона были его первыми настоящими друзьями. Только сейчас Гарри осознал, что за весь первый год он так ни с кем по-настоящему и не сблизился. То проблемы в учёбе, то погоня за философским камнем… Выпрямив ноющую спину и потерев поясницу, Гарри окинул взглядом проделанную работу. Клумба выглядела безупречно, но он знал, что тётя Петуния непременно найдёт к чему придраться. Да и Дадли наверняка скоро всё испортит: пнёт куст мячом или зальёт водой во время игр с друзьями, кидаясь водяными бомбочками. При мысли о воде Гарри облизнул пересохшие губы. Сегодня было невыносимо жарко, а родственники, похоже, забыли, что волшебники тоже нуждаются в воде. Он уже собирался встать, когда услышал неясный шум за спиной. Обернувшись, он столкнулся взглядом с человеком, которого надеялся увидеть как можно позже, в идеале – никогда. – Здравствуйте, мистер Поттер. – Произнёс Снейп с явственной брезгливостью в голосе. – Здравствуйте. – Мужчина приподнял бровь. – Сэр… – Неохотно добавил Гарри. Он меньше всего на свете хотел контактировать с этим сальноволосым типом, особенно сейчас, когда он сам выглядел как побитая собака: грязный, мокрый от пота. Наверняка сейчас он отпустит какую-нибудь ядовитую колкость насчёт его внешнего вида. – Где ваши родственники? – мужчина огляделся, словно удостоверяясь, что поблизости нет маглов. – Мне необходимо обсудить с ними наш с вами поход за школьными принадлежностями. – – Их нет… сэр. – – И где же они, мистер Поттер? Я полагал, после вашей выходки вас и из дома выпускать не станут. – В глазах Снейпа вспыхнуло нескрываемое ликование. Змею явно доставляло удовольствие сложившееся положение. – Они уехали за покупками для Дадли. – Гарри попытался выпрямиться, показать, что он контролирует ситуацию, но под этим пронизывающим взглядом чёрных глаз, излучавших презрение, вся его храбрость таяла. – И, как я погляжу, вы решили воспользоваться моментом и покинули свой дом. Что у вас с внешним видом? Неужели во время прогулки вы не могли уследить за своим состоянием? – – Разумеется, сэр. Откуда же мне, нахалу, знать, как следует соблюдать чистоту. – Пусть этот гад думает, что хочет! Уж лучше быть неряхой в его глазах, чем домашним эльфом. – Не дерзите, мистер Поттер! – Северус снова окинул мальчишку презрительным взглядом. Он и сам был не в восторге от указания директора. Возиться с этим мелким Поттером… Этой жалкой копией Джеймса. Один взгляд на этого ребёнка вызывал желание бежать куда подальше. А ему предстояло сводить это недоразумение на Косую аллею за учебниками и формой к новому учебному году. – Надеюсь, вы помните, что профессор Дамблдор упоминал, что для совершения покупок к новому учебному году за вами придет один из учителей. – – Ох, ну как же мне помнить о таком, я только сегодня утром вспомнил, как ходить. – Саркастично протянул мальчишка. Он сам не понимал, зачем старается вывести из себя этого мрачного человека. – Вы ходите по тонкому льду, мистер Поттер. Я не ваши родственники и потакать вашим выходкам не намерен. И, как вы уже, к своей радости, поняли, директор попросил меня сопроводить вас за покупками. – В его голосе звучало нескрываемое ликование и превосходство. – Но для начала приведите себя в порядок. У меня нет ни малейшего желания, чтобы окружающие лицезрели ваш неряшливый вид. – Я бы с радостью, сэр, но я не могу войти в дом. – – Неужели во время вашего очередного неудавшегося побега вы не озаботились о том, чтобы у вас была возможность попасть обратно в дом? Хотя, чего стоит ожидать от вас такой предусмотрительности… – Он подошёл к двери, ведущей с заднего двора на кухню. – Алохомора. – Дверь с небольшим скрипом отворилась. – У вас тридцать минут. – Гарри уже было прошёл мимо профессора зельеварения, но остановился. – Вы не хотите зайти? – Пусть он и не любил этого человека, но ему предстояло отправиться с ним на Косую аллею, а значит, Снейп потратит на него своё время. Будет невежливо оставлять его под палящим солнцем. (Вдруг эта летучая мышь ещё в кучку пепла превратиться). – Даже не думайте задобрить меня, мистер Поттер. – Но мужчина всё равно прошёл в гостиную. – Я подожду вас здесь. – Он опустился в кресло, а Гарри, бросив на него быстрый взгляд, поднялся на второй этаж. За тридцать минут он успеет ополоснуться в душе и переодеться. День обещает быть долгим.