Разговоры

      Мы приземлились в коридоре на втором этаже площади Гриммо. Ноги подкосились, и если бы не хватка Снейпа, я бы рухнула на пол.       — Гарри… Где… Он? — пропыхтела я.       — Скоро будет. А пока… — Снейп схватил меня за локоть и поволок по коридору.       — Куда вы меня тащите? — возмутилась я. Мужчина затолкал меня в первую попавшуюся открытую комнату. Ей оказалась небольшая кладовая. Он вогнал меня в угол, отрезая пути к отступлению.       — А теперь говорите! — грозно приказал профессор.       — Что я…       — Что вас связывает с Тёмным Лордом?! — его вопрос выбил весь воздух из лёгких. Я открыла рот, не в силах найти слов.       — Я… Я не понимаю вас.       — Мисс Грейнджер, перестаньте притворяться идиоткой! Вы прекрасно поняли мой вопрос! — взгляд Снейпа стал суровее.       — Ничего. Он держал меня в плену. Издевался. Унижал. А потом я сбежала.       — Это будете рассказывать Поттеру, но не мне. Знаете, меня изначально удивило, что Лорд сохранил вам жизнь. С другой стороны, вы заинтересовали его своими новыми способностями, а ему всегда нравились загадки. Я полагал, что вы просто его научный эксперимент. Но потом я увидел его рядом с вами, в человеческом обличье и под другим именем. Тогда я понял, что Лорд хочет втереться к вам в доверие, чтоб выведать нужную информацию, и я очень надеялся на ваши хвалёные мозги. Что вам хватит ума не сболтнуть ему ничего лишнего и догадаться, кто он.       — Я и не сказала ему ничего, что могло бы навредить Ордену или Гарри! Я же не идиотка! — разозлилась я, отталкивая мужчину от себя, чтоб добраться до выхода, но профессор схватил меня за локоть.       — Не сомневаюсь. Но отдали ему кое-что ценное.       — О чём вы?       — О вас!       — Я не… Вы… Вам надо лечиться. — Я попыталась вырвать свой локоть из его хватки, но Снейп держал крепко.       — Том. Так вы его назвали. Я всё слышал, мисс Грейнджер. — Снейп впился в меня взглядом, и я поняла, что у него нет и тени сомнения. Его глаза, обычно непроницаемые, сейчас горели холодным, стальным огнем. Он не отстанет.       — И что из того? — мой голос прозвучал жестче, чем я ожидала. — Я знала его как Тома. Томаса. Это было его имя. Он лгал.       — Лгал? — Снейп усмехнулся, и это была отталкивающая, злая усмешка. — Он лгал, а ты… ТЫ верила?       — Я была наивна, да! — признала я, чувствуя, как внутри закипает злость и стыд. — Он был убедителен! Он не выглядел, как… как тот, кто он есть на самом деле.       — Он никогда не выглядит так, как есть на самом деле, — прошипел Снейп. — Но ты позволила ему приблизиться…       — Я знаю! — крикнула я, и слёзы обиды брызнули из глаз. — Да, я идиотка! Не поняла, не хотела понимать… И я ненавижу себя за это! Что вы хотите от меня?! Что бы вы не сказали, я согласна со всеми обвинениями… — тихо сказала я, опуская плечи. Снейп знает… Значит, вопрос времени, когда о моём стыде узнают все… Снейп опустил мой локоть и тяжело вздохнул.       — Ты ещё слишком молода, Гермиона. Тебе простительно быть… Невнимательной. Главное, чтоб ты не забывала, на чьей ты стороне.       — Я никогда не забывала! Никогда! Я не предам Гарри и Орден! Я лучше умру!       — Ты готова умереть, чтобы защитить Гарри. Я верю. Но готова ли ты убить Того-Кого-Нельзя-Называть — когда он придёт за тобой не как монстр… а как Том?       Вот это был удар. В самое сердце.       Слово сорвалось прежде, чем я успела его осознать.       Глухое, жёсткое, как рвущийся канат.       — Да.       Снейп резко выпрямился, будто я ударила его. В его глазах промелькнуло что-то, похожее на потрясение — такое редкое, что я едва поверила, что увидела это.       — Вот как… — произнёс он медленно, почти шёпотом. — Значит, всё настолько серьёзно…       — О чём вы?       — Я спросил это как проверку, — сказал он наконец. — А ты… ответила как приговор. Себе, — Он вышел из угла, будто давая мне пространство, и на секунду я увидела в нём не учителя, а уставшего человека, который отчаянно пытается предотвратить катастрофу.       — Прошу вас, никому не говорите… Я… Разберусь со всем сама.       — Я не собирался никому говорить. Запомни, Грейнджер, — сказал он тихо. — Чувства — роскошь на войне. А твои чувства к нему… кем бы он ни притворялся… могут убить всех нас. — Я облизнула пересохшие губы. — Что самое удивительное, ты ему тоже не безразлична.       — Не правда. Тёмный Лорд не способен что-то чувствовать…       — Он пожертвовал змеёй, чтоб тебя спасти.       — Не думаю… Скорее, это было решение Нагайны…       — Ты думаешь, она бы осмелилась на это без его разрешения? — я промолчала. Поступок Нагайны никак не укладывался в моей голове… Она погибла из-за меня. Я должна была её освободить, а в итоге она отдала за меня жизнь… Неужели, он и правда потерял часть души, чтоб меня спасти… Это безумие.       — Думаю, и весь этот спектакль с нападением был из-за твоего побега, — тихо сказал Снейп.       — Я в этом уверена. Белла вызвала своего Хозяина, когда заметила меня. Он в ярости. Наверно бесится, что его игрушка сбежала раньше времени…       — Не думаю, что вы только игрушка… — повисло тягостное молчание. Каждый из нас был погружён в свои мысли.Снейп нахмурился и снова стал жестким, его взгляд вернул свою обычную проницательность.       — Отлично. Хватит самокопания и слёз, Грейнджер. Ты — не жертва. Ты — выжившая. И теперь ты — наш самый ценный актив. Раз уж он к тебе… Привязался, — это слово Снейп выплюнул, — значит этим можно воспользоваться. Будешь приманкой.       — Супер…       — Это наш шанс, Гермиона. Покончить с этим… Пока ты будешь отвлекать его, Поттер уничтожит диадему.       — И как мы объясним этот план остальным? Я не хочу чтоб…       — Предоставь это мне.       — А Гарри? Вы сказали ему, что он крестраж… Если мы уничтожим диадему, то останется только он…       — Это уже ваша забота, мисс Грейнджер, — снова перешёл на официальный тон мужчина. — Найдите способ. А теперь пойдёмте, не хватало ещё, чтоб нас хватились и стали переживать, — мужчина открыл дверь, мы вышли из кладовой. И надо же было такому случиться, что мы тут же сталкиваемся с Джинни, Джорджем и Гарри. Троица ошеломленно на нас посмотрела.       — Гермиона?! — голос Гарри был резким, взволнованным. Он замер в коридоре, глядя то на меня, то на Снейпа. — Что происходит?       Снейп мгновенно вновь превратился в холодную, непроницаемую стену.       — Профилактическая беседа, Поттер. Вроде тех, которыми Дамблдор так славился, — я кивнула, подтверждая слова профессора. Снейп невозмутимо двинулся дальше, а я осталась в коридоре с друзьями.       — Ты цел?! — я внимательно осмотрела друга на предмет увечий. Не считая разбитой губы, он выглядел нормально.       — В полном. А ты? — Гарри изучающе на меня посмотрел.       — Да. Всё хорошо. Профессор Снейп помог мне аппарировать сюда.       — И о чём вы разговаривали с профессором… В чулане? — спросила Джинни, подозрительно на меня смотря. О, Мерлин! Только этого не хватало! Она же не думает, что мы…       — Ничего важного. Просто получила нагоняй за то, что разделились с Гарри на миссии, — ответила я, но щёки загорелись. Пресвятая Моргана! Это же только подтвердит их подозрения!       — Да, Снейп и меня часто ругал, запираясь со мной в чулане, — сказал Джордж, и уголки его рта дернулись. Я послала в друга уничтожающий взгляд. Джинни и Гарри переглянулись.       — Ничего не хочу знать! — наконец заявил друг, подняв руки вверх и быстро зашагал прочь. Джинни последовала за ним.       — Да правда, ничего такого! — закричала я им вслед, прежде чем они скрылись из вида. Просто блеск! Спасибо, профессор! Теперь они будут думать, что между нами что-то есть… Хотя, это конечно, лучше, чем если бы они узнали правду… Я стояла посреди коридора, поражённая тем, как ловко мой уважаемый профессор подставил меня под взгляды, недоумение и будущие сплетни…       — Ну хоть ты понимаешь, что их домыслы — бред? — спросила я, обращаясь к хихикающему Джорджу.       — Конечно, Грейнджер. Но согласись, ситуация двусмысленная. Хотя, кто тебя знает… Ты всегда тянулась к знаниям, а Снейп — умный мужик. И с Роном ты рассталась. О! И я тут неожиданно вспомнил, как часто ты задерживалась после уроков зельеварения…       — Джордж! — взвизгнула я, и парень громко расхохотался так заразительно, что и я не смогла сдержать улыбку.       — Клянусь, если ты это кому-то скажешь, я тебя прибью! — сказала я ему.       — Я уже давно не боюсь смерти, Всезнайка. — уже горько ухмыльнулся парень.       — Да… Я тоже.       — Идём, пока мама не начала волноваться. Кингсли собирает всех, чтоб обсудить произошедшее, — я кивнула. Джордж похлопал меня по плечу, и мы пошли с ним вниз по лестнице, в гостиную. Там всё уже были в сборе и сидели за столом. Увидев меня, Кингсли выдохнул и кивнул. Я поймала на себе подозрительный взгляд Джинни. Ладно, с ней поговорю потом. Я села рядом с Люпином. А на свободный стул рядом со мной сел Снейп. Просто замечательно! Не мог сесть в другое место?! Джордж, сидевший напротив меня, сжал губы, сдерживая улыбку. А вот Гарри сильнее нахмурил брови и смотрел на стол, всячески игнорируя мои взгляды на него.       — Здесь куча свободных мест. Зачем вы сели именно сюда? — зло зашептала я Снейпу.       — А что не так, мисс Грейнджер? — невозмутимо спросил профессор. — К тому же… Мне надо вас контролировать. Это легче делать, когда я рядом.       — Меня не надо контролировать! — зашипела я.       — О, я так не думаю…       — Мы вам не мешаем?! — раздался громкий голос Кингсли. Видимо, собрание уже началось, а из-за склоки мы не заметили. Джордж прыснул в кулак. Снейп с невозмутимым видимом посмотрел на Кингсли, а я залилась краской. Да… Пока я только сама даю повод для слухов… Бруствер выдержал паузу, долгую и убийственно красноречивую. Его тяжёлый взгляд по очереди пронзил Снейпа, потом меня.       — Если вы двое закончили обсуждать… ваши оперативные вопросы, — подчеркнул он, — я бы хотел перейти к делу.       Снейп едва заметно дёрнул плечом — жест, который у него, вероятно, заменял извинение. Я быстро закивала, чувствуя, как уши горят.       — Итак, как мы все понимаем, нападение на Косой Переулок не было простым актом вандализма. — начал Бруствер. — Я думаю, они выманивали Поттера, чтоб схватить.       — Дело не только в Поттере. Лорду была нужна мисс Грейнджер, — подал голос Снейп. Все глаза тут же были направлены на меня. «Ты же обещал ничего не говорить им про нас с…» мысленно заорала я на Снейпа.       — Зачем ему наша Гермиона? — спросила обеспокоенно Молли.       — Как зачем? Она сбежала от него. Тёмный Лорд очень властолюбивый, и её побег очень сильно ударил по его самолюбию, — пожал плечами Снейп. Я заметно расслабилась. Он не рассказал… — это можно использовать. Сыграть на его гордыне.       — Что вы предлагаете? — спросил Билл.       — Тёмный Лорд сейчас весьма. Импульсивный. Это делает его опасным и в то же время это его слабое место. Мы можем использовать мисс Грейнджер как приманку, пока он отвлечется на неё, Поттер займётся крестражем.       — Исключено! — воскликнул Гарри, вскакивая со стула. — Я не собираюсь рисковать Гермионой!       — Да никто ей не будет рисковать, Поттер. Просто направим фокус внимание на неё. Разумеется, у неё будет прикрытие. — устало сказал Снейп.       — Нет, найдём другой способ. Гермиона и так много пережила…       — Гарри, я в порядке. Это хорошая идея. Это даст тебе время найти диадему.       — О, я вижу, что вы уже всё решили с ПРОФЕССОРОМ! — возмутился друг.       — Поттер, сядьте! — скомандовал Бруствер. Гарри сел на стул, кидая испепеляющие взгляды на Снейпа, которого, впрочем, это никак не трогало.       — Надо обдумать этот вариант, — сказал Кингсли. — В любом случае, надо найти способ проникнуть в поместье в Албании, и выяснить, где именно хранится диадема. Её поиски могут занять и не один час. Северус, ты там был много раз. Нужно, чтоб ты составил подробный план поместья со всеми потайными ходами. Всё, что тебе известно. Тёмный Лорд потерял крестраж, а значит, он слабее. Нам нельзя терять много времени.       — Но и нападать сейчас — равно самоубийству, — подал голос Артур. — Пьер серьёзно пострадал. Французы без него и пальцем не пошевелят, чтоб нам помочь.       — Мне больше интересно, как крестраж был уничтожен? — задал вопрос Билл. Внутри меня всё скрутило от волнения.       — Беллатрикс убила Нагайну своим фамильным клинком. Тем же, что и… Тем же, что и вырезала надпись на мне, — я задрала рукав, показывая уродливую надпись «Грязнокровка» на руке. — Видимо, это особая гоблинская работа… Шрам мой никак не убрать, значит, он способен уничтожать крестражи, как и меч Гриффиндора.       — Но зачем ей это делать?! Она же без ума от своего Хозяина! — спросила Джинни.       — Боюсь, нам этого никогда не узнать, — пожал плечами Снейп. — В любом случае, она нам оказала услугу. Остался всего один крестраж, — сказал мужчина, многозначительно посмотрев на Гарри. Дальше последовала долгая дискуссия о том, что делать дальше. Я слушала вполуха. Все мои мысли были направлены в Косой Переулок. Я прокручивала в голове момент с Нагайной. Она спасла меня, когда это я должна была спасти её… Неужели Лорд ей пожертвовал ради меня? Он что-то крикнул змее на парселтанге… Это был приказ защитить меня? Или он, увидев, что хочет сделать подруга, пытался её остановить? И его взгляд, когда погиб крестраж… Столько боли и злости. И глаза… Такие человеческие, такие знакомые, такие… Родные? Нет… Явно с моей головой что-то не так.       — Гермиона? — я вздрогнула. Стол уже был пуст. Я так погрузилась в мысли, что не заметила, как все разошлись.       — Что? — я посмотрела на Джинни. Подруга села рядом со мной и взяла мою руку в свои тёплые ладошки.       — Ты в порядке?       — Конечно!       — Поэтому не заметила, что собрание закончилось и всё разошлись? — подруга вскинула бровь.       — Я… Просто задумалась. Столько всего произошло… Надо было обдумать, что и как лучше сделать дальше.       — Ясно, не хочешь говорить, — подвела итог Джинни.       — Послушай…       — Нет, это ты послушай, Гермиона! — перебила меня девушка. — Я понимаю, что ты через многое прошла, и это травмировало тебя… Но, пожалуйста, не закрывайся от нас. Мы твои друзья, твоя семья. Мы беспокоимся о тебе!       — Да… Я знаю…       — Тогда, пожалуйста, будь с нами откровенна. И не обращай внимания на реакцию Гарри, дай ему свыкнуться, что вы со Снейпом близки, и он обязательно примет твой выбор…       — Боже, Джинни! Нас ничего с ним не связывает! Как вы вообще такое могли подумать?!       — Вы оба странно себя ведёте. Ты была в плену, и он был единственным из Ордена, кто имел доступ к тебе. Именно он рассказал, где ты и как… Мы подумали, что, может быть, тогда вы… Сблизились.       — Вы всё неправильно поняли! Нас ничего не связывает, кроме общего дела! Правда! Он… Не в моём вкусе.       «В моём вкусе больной психопат, притворяющийся тем, кем не является», — горько усмехнулась про себя я.       — В любом случае, мы желаем тебе счастья. И мы поддержим твой выбор, даже если это будет Снейп…       — Между нами ничего нет! — крикнула я. — Но… Спасибо за беспокойство, я это ценю, — уже спокойнее сказала я подруге. Джинни улыбнулась и кивнула. «Мы поддержим твой выбор… Знала бы ты, Джинни, какой ад творится внутри». Я устало выдохнула и прислонилась лопатками к спинке стула. Казалось, что тишина, оставшаяся после суеты и голосов, давит на уши сильнее, чем сам гул собрания.       — Пойдём, — мягко сказала Джинни, — ты выглядишь так, будто вот-вот упадёшь.       — Я в порядке, — привычно отозвалась я, но голос прозвучал слишком глухо, слишком неубедительно.       Джинни взглянула на меня так, будто видела сквозь кожу и мысли.       — Пойдём, — повторила она уже без просьбы, и я подчинилась. Мы шли по коридору, и каждый наш шаг отдавался в ушах гулким эхом. Орденовский дом, полный людей, сейчас казался пустым — все разошлись по комнатам обсуждать свои страхи и планы. Или просто не думать.       Мы дошли до моей комнаты. Джинни отпустила мою руку, но прежде чем уйти, тихо сказала:       — Если захочешь поговорить… я рядом. Не нужно справляться со всем одной.       Я кивнула, и только когда дверь закрылась, позволила себе выдохнуть так, словно держала воздух в лёгких с момента нападения. Комната была тихой, но внутри меня бушевал хаос. Я опустилась на край кровати, упёрлась локтями в колени. Ладони дрожали. Почему? От усталости? От страха? Или… от того, что я вспомнила взгляд Тома в ту секунду, когда разрушился крестраж?       Отражение в зеркале бросило на меня обвиняющий взгляд. Взгляд человека, который боится признаться хотя бы себе, что внутри него зародилось то, чего быть не должно.       Почему он… спас меня?       Почему приказал змее защитить? И приказал ли? Почему смотрел на меня так…?       — Боже, Гермиона, приди в себя! — закричала я на своё отражение. — Он пользовался тобой! Он обманом заставил тебя… Соблазнил! Он издевался над тобой, пытал, проводил эксперименты… Он чудовище! Не человек… — но воспоминание всё равно возвращалось. Его глаза — не змеиные, не искажённые магией — а… почти человеческие. Почти тёплые. Такие пронзительные…       Я резко встала. Холодный пол остановил дрожь в ногах.Надо успокоиться. Надо думать о деле.       О диадеме.       О Поттере.       О плане.       — Гермиона? — в дверях стояла Луна. — Можно войти?       — Да, конечно, — я опустилась обратно на кровать. Луна, подпрыгивая, приблизилась ко мне и села рядом.       — Как ты? — спросила девушка.       — Отлично. А ты?       — Тоже, — повисло молчание. Луна смотрела на меня так внимательно, что я почувствовала, как внутри становится… чуть менее жутко. Она всегда умела создавать рядом с собой странный покой. Будто её присутствие само по себе — мягкий плед, которым накрывают дрожащие плечи.       — Гермиона… — наконец сказала она, глядя куда-то поверх моего плеча. — Сегодня вокруг тебя слишком много шумных мыслей.       — Ты… слышишь мысли? — устало усмехнулась я.       — Нет, конечно, — Луна замотала головой, волосы её подпрыгнули. — Но я слышу тишину, которая появляется, когда кто-то пытается их спрятать. Она звенит. Очень громко. Прямо как сейчас у тебя.       Я прикрыла глаза ладонью.       — Луна… у меня просто… тяжёлый день.       — День был тяжёлый у всех, — мягко ответила она. — А тьма летает только вокруг тебя.       — Не знаю даже, что на это сказать… — тихо сказала я, смотря на свои ладони.       — Да. Иногда слова — слишком узкие для того, что мы хотим сказать. Иногда истина не помещается в язык. Но она всё равно остаётся правдой внутри нас, — мечтательно ответила Луна. Я взглянула на девушку. Порой мне казалось, что она находится в другом мире и заходит в наш иногда погостить. И в том, другом мире, видно гораздо больше, чем здесь.       — Я тоже надломилась, когда была в плену у Малфоев. Хотя, ко мне достаточно сносно относились. Особо не пытали, и Драко с мамой давали мне лекарства. Но это всё равно ломает. Я надеюсь, ты сможешь починить свои трещины или найдёшь того, кто поможет. Мне… Помог Рон.       — Я рада за вас. Правда! Надеюсь, я скоро приду в норму, — ответила я, слегка улыбнувшись. Луна смотрела поверх моей головы, потом её взгляд опустился на моё тело и взгляд задержался где-то в районе сердца.       — Тьма не уничтожает тебя. Она укрывает. Баюкает, словно маленького ребёнка, — Луна произнесла это так спокойно, будто говорила о том, что на улице идёт дождь. Но её слова ударили в меня, как ледяная вода.       — Что? — голос мой сорвался. Луна мягко коснулась моей руки — лёгкое, почти невесомое прикосновение.       — Она вокруг тебя, — продолжила она тем же ровным, мечтательным тоном. — Не такая, что хочет разорвать. Не голодная. Она… грустная. И она тебя держит, чтобы ты не упала. Это странно. Очень странно.— Я сглотнула. Сердце забилось быстрее.       — Луна… Ты… Что ты имеешь в виду?       — Иногда тьма — это просто место, куда падает свет, когда ему больно, — сказала она и тихо улыбнулась. — Но если слишком долго держаться за неё… она перестаёт быть укрытием, — девушка посмотрела мне прямо в глаза. — Она становится домом.       Воздух застыл. Казалось, стены комнаты придвинулись ближе.       — Я… не держусь за тьму, — шёпотом сказала я. — Я борюсь с ней. Я хочу забыть всё, что там было.       — Я знаю, — кивнула Луна. — Поэтому ты и боишься смотреть туда. Не потому, что там ужас. А потому, что там… что-то важное для тебя.       — Ничего важного там нет, — слишком быстро произнесла я. — Там только ложь. Обман. И…       «И он».       Я сжала зубы.       — Тьма не бывает одна. Кто-то её приносит. Кто-то живёт в ней. Иногда даже — ради нас. Или… вместе с нами… — слова Луны били точно в цель. Меня пробрала дрожь.       — Хватит! Пожалуйста… — взмолилась я. Луна кивнула — легко, без обиды. Она направилась к выходу. Уже взявшись за ручку, добавила:       — Но иногда… тьма привязывается только к тем, в ком видит свет. И это делает мир… Многогранным. Не стоит этого бояться.       Дверь закрылась.       А я осталась сидеть на краю кровати, с руками, дрожащими не от страха, от понимания, то Луна почувствовала то, что я сама боялась назвать.