Глава 17. Возвращение в Хогвартс

— Ну что же, сынок… Удачи тебе там, не забывай писать. — Обязательно! Все, я побежал! Пока! Чарли подхватил сумку с вещами, поспешил к магическому проходу между платформами девять и десять, оглянулся, убедился, что на него не смотрят, и, осторожно прислонившись к стене, просочился сквозь нее без всяких сложностей. Он посмотрел на часы, которые висели на одной из колонн. — Десять тридцать… Нормально. Так, где тут пятый вагон? Вообще, в Хогвартс-экспрессе все ездили как попало. Но как-то так получилось, что за два дня до конца каникул Терри узнал, что он будет в Лондоне чуть ли не в семь утра — его отцу надо было куда-то там наведаться, так что он брал Терри с собой. Тот, чтобы не слушать несколько часов взрослых разговоров, вызвался сразу отправиться камином на вокзал Кингс-Кросс, а затем написал друзьям, что раз уж он будет на вокзале так рано, то сразу займет им места в пятом вагоне, купе номер три. Так все и получилось. Чарли прошелся до пятого вагона — и почти сразу увидел Падму и Парвати, которые оперативно прощались с родителями, а затем увидел и Терри, который высунулся в окно как раз напротив третьего купе. — Чарли! Привет! — Привет-привет! — Чарли с удовольствием пообнимался с близняшками. — Добрый день, сэр, мадам… — Добрый день, — кивнул Чарли мистер Патил, облаченный в традиционные индийские одеяния и даже с тюрбаном. По-английски он говорил с жутким акцентом и порой выражался несколько неправильно, хоть и вполне разборчиво. — Полэгаю, вы есть местер Уилсон? — Да, сэр. — кивнул Чарли. — Рад знакомству. — Я тоже, счастлив вас видать, — мистер Патил пожал Чарли руку. — Ваджра Патил, к вашим юслугэм. Это есть моя жена, Дивья Патил. Ну, а наших девочек вы, конечно же, и тэк уже знать… Падма и Парвати смутились, опустили взгляды в пол. Однако прежде, чем Чарли успел как-то спасти ситуацию, это сделал Терри: — Ребята! Спасайте! Из купе выгоняют! Простейший маневр сработал. Или, по крайней мере, мистер Патил сообразил, что детям следует пообщаться, ведь они давно не виделись. Он наскоро попрощался с дочерьми, напоследок еще раз пожал Чарли руку и пообещал быть в его полном распоряжении, если Чарли вдруг потребуется какая-нибудь помощь индийских волшебников и ведьм. Чарли пообещал, что обязательно к нему обратится и поспешил вместе с близняшками в поезд. Чарли втолкнулся в купе следом за Падмой и Парвати — и сразу застыл, уставившись на Терри. Тот уже сидел развалившись на сиденье так, будто жил здесь уже неделю, а перед ним на столике эффектно, почти театрально сверкала высокая стеклянная вазочка с двумя огромными шариками мороженого, политого карамельным сиропом и утыканного вафлями. Причем мороженое было свежее, не растаявшее, с инеем на вазочке, как будто его только что достали из морозильной камеры. Терри, заметив их взгляды, поднял голову и с невинным видом спросил: — Что? — Терри… — медленно произнес Чарли, ставя сумку на пол. — А откуда у тебя мороженое? Парвати прищурилась, сложила руки на груди. — Да! И почему у нас его нет? Терри величественно взмахнул ложкой. — Девочки… Чарли… Есть вещи в этом мире, которые лучше не знать. Источники истинного волшебства, ради которых следует пробивать мистические пути сквозь пространство и время в поисках особенно темных тайных связей. Изящные договоренности с высшими силами и жуткими демонами подземного мира… — А если без лишнего пафоса? — перебила Падма. — Я купил его у тетки на платформе, — буркнул Терри и быстро засунул ложку в рот. — Нетающее мороженое миссис Фростингс. Рекомендую. Парвати захихикала, Падма покачала головой, а Чарли тихо хмыкнул: — Великая и ужасная тайна раскрыта. — Это все равно нечестно, — пробормотала Парвати, завистливо глядя на мороженое. — Могу поделиться, — торжественно объявил Терри, отодвигая вазочку на середину стола, как дипломат перед подписанием мирного договора. — За небольшую плату. Принимаем галлеоны, чеки, фунты, души и капли драконьей крови по грабительскому курсу… — Терри! — Ладно-ладно! Шучу! Щас, — он полез в сумку. — Я купил еще семь упаковок, только не распаковывал. Чарли, тем временем, поднял сумку и закинул ее на багажную полку так, чтобы удобно было, если что, достать оттуда мантию. Потом, оглядев верхние полки, спросил у близняшек: — Девочки, чемоданы сюда? — Да, пожалуйста, — почти синхронно ответили они. Чарли достал палочку: — Вингардиум Левиоса. Два заклинания — и два чемодана по очереди разместились на багажных полках. Терри посмотрел на Чарли с обидой: — А что — их и заклинанием можно было?! — Ну да, — удивленно посмотрел на него Чарли. — А что? — А я полчаса его руками туда запихивал! — Ну, сам дурак, — пожал плечами Чарли. — Давай сюда свое мороженое. Стоило Терри только достать мороженое, как поезд резко дернулся и медленно, неторопливо, начал набирать ход. — Поехали! — радостно объявила Парвати, открывая упаковку мороженого. — Наконец-то, — улыбнулась Падма. — Второй курс. Некоторое время они просто болтали «ни о чем»: вспоминали поездку в Косой Переулок, жаловались на домашние задания, смеялись над тем, как Терри перепутал «Скотоложнообразные туманные сущности» с «Каталогом туманных сущностей» и потом, красный как индеец, возвращал ржущему до слез продавцу крайне своеобразный журнал для взрослых волшебников. Потом, просмеявшись, переключились на Чарли, которому вспомнили его историю с сумасшедшей соседкой и с домовиком. Время шло легко и быстро. Затем заполнилось сладким запахом карамели и ванили, равномерным стуком колес, мягким светом летнего — ну, фактически уже осеннего, но все еще летнего, да — утра. — Так вот, — продолжил Чарли в очередной раз пересказывать свою историю с домовиком. — Я, значит, ему таким стремным замогильным голосом: «И зачем домовику понадобилось мое зелье?», а он такой… Дверь купе вдруг отъехала в сторону. На пороге стоял Драко Малфой, как всегда — в сопровождении Крэбба и Гойла, которые были у него то ли друзьями, то ли телохранителями, то ли вообще — конвоирами. У Малфоя было то самое выражение лица, которое Чарли про себя называл «ну же, спросите, почему я сегодня такой красивый?». — А вот и вы, — протянул Малфой, напуская на голос как можно больше жеманно-ядовитой важности. — Ну что, Уилсон, где твой друг Поттер? Чарли поднял бровь. — Драко, ты че — перегрелся? С каких пор он мой друг? — Опустим мелкие детали! Не друг, так сосед, без разницы! Раз уж его нет в поезде, — он прищурился. — Что с ним случилось? Заблудился? Заперт где-нибудь в подвале? Упал в мусорный бак? Свалился с моста? Крэбб и Гойл разразились похожими на падающие кирпичи смешками. Чарли выдержал паузу. Потом медленно, с самым серьезным видом и жутко важным голосом, произнес: — Я заблокировал ему проход! И поэтому он не попал на платформу! Бу-га-га-га! Малфой завис. — Чего? — Чего? — повторил его вопрос Чарли. — Он слишком долго топтался перед стеной, я устал ждать. Ну и… Заблокировал. Падма прикусила губу, Парвати уткнулась лицом в ладони, Терри отвернулся и принялся рассматривать пейзажи за окном, пытаясь не рассмеяться вслух. — И… что теперь? — спросил Малфой, не до конца понимая, издеваются над ним или нет. — Ну как что? — важно произнес Чарли, поднимая ложку для мороженого как указку. — Полетит он. Прям на метле. Он же ловец… Да и вообще: свежий воздух, чистое небо, осень золотая… Романтика! — На метле? — распахнул глаза Малфой. — Да. На метле. — Чарли кивнул. — Прямо сейчас, наверное, летит где-нибудь вместе с Уизли и… Чарли замолчал, услышав позади какое-то странное жужжание, обернулся. Именно в этот момент за окном пролетел старенький автомобиль, выкрашенный в голубой цвет. Причем летел он как-то странно, накренившись. Одна из его дверей была открыта и на ней, вцепившись в ручку, висел бледный и вопящий во все горло Поттер, которого пытался поймать одной рукой, высунувшийся из машины Рон Уизли. Спустя пару секунд орущая парочка на летающем автомобиле скрылась из виду, а Чарли, обернувшись к странно бледным друзьям и не менее бледному Малфою, честно сказал мгновенно изменившимся голосом: — Я вам клянусь, я не имею к этому никакого отношения! Чтоб ко мне во сне Добби явился! Тут Малфой побледнел еще больше. — К… Какой… Какой еще, к черту, Добби?! Причем тут наш домовик?! Ты откуда о нем узнал вообще?! Чарли удивленно уставился на него: — В смысле «наш домовик»? — Ну, да, — подтвердил Малфой. — То и значит. Добби — наш домовик, семейства Малфой. А что? — Та-а-ак, — Чарли нахмурился. — А ну-ка, мистер Малфой, присядь-ка… Поговорим. Терри и Парвати тут же подвинулись, освободив чуть больше места для Драко. Тот осторожно присел. Чарли мрачно поглядел на него. — Видишь ли, Драко… Дело в том, что летом ко мне в дом забрался домовик. Маленький такой, ушастый, с глазами, как два подсвеченных теннисных мячика… И он сам сказал, что его зовут Добби. Малфой открыл рот. Потом закрыл. Потом снова открыл. — Что значит «забрался»?! — Ну, то и значит. Забрался, — хмыкнул Чарли. — Залез без приглашения. Зашел в мою домашнюю лабораторию без моего разрешения. Да еще и попытался спереть у меня зелье забывчивости, которое я делал для домашней практики… — Э-э… Чего?! — Малфой сглотнул. — Ага. Представляешь? — подтвердил Чарли. — Забрался так, внаглую пытался украсть зелье, разбил пузырек, потом еще голосил, что предстоит какая-то большая беда и что у него некая миссия… — Э-э… — Я, значит, все лето место себе после этого не находил, родителей своих приемных еле успокоил, что это был единичный случай, — продолжал Чарли. — И тут внезапно оказывается, что этот домовик по кличке Добби, который неизвестно как ко мне забрался и отказался назвать хозяина, принадлежит тебе. Я тебя, конечно, не обвиняю, Драко, но ты нормально, письмом, попросить зелье не мог? Зачем весь этот цирк?! — Я… Я не приказывал ему такого! — Драко сглотнул. — Да и зачем мне просить что-то воровать?! Я купить мог! Или сварить сам — я же по зельям отличник! — А как тогда?! Или твой домовик может самостоятельно решать, что ему делать? — Нет, конечно! Ты чего — смеешься?! — возмутился Малфой. — И вообще, чего ты у меня спрашиваешь? Давай я его вызову — он сам и расскажет! — Ну, — пожал плечами Чарли, удивленный простотой решения. — Давай. Драко кивнул, поднялся и громко, будто собирался командовать ротой солдат на плацу, приказал: — Добби! Живо ко мне! Однако, домовик этому приказу не внял. Ни хлопка, ни вспышки, ни вообще какого-либо признака того, что домовик появился. Драко нахмурился. — Так… — он моргнул. — Ладно, бывает. Может, занят домашними делами? Но мы его поторопим… Он втянул воздух, надув щеки, и приказал еще строже: — Добби! Немедленно явись! Опять ничего. Драко начал нервничать. Это было видно: он отдернул мантию, будто она его душила, проверил, не заело ли дверь (наверное, проверял, мог ли Добби аппарировать в коридор перед купе), и снова выкрикнул, уже совсем отчаянно: — Добби! Я приказываю тебе явиться прямо сейчас! Опять ничего. Злой как черт Драко уставился на Чарли: — Чертов домовик! Когда мой отец узнает об этом… — Я думал, домовик обязан слушаться приказа хозяев, — спросил Чарли с сомнением. — Он и обязан! — возмутился Драко. — Это меня и бесит! С этим домовиком вообще все не как у людей… Он вздохнул, покачал головой. — Ладно… Слушай, Уилсон, я тебе клянусь — я его к тебе не отправлял. У Добби и в поместье работы хватает, ему обычно не до таких глупостей. Обещаю — как только доберемся в Хогвартс, я напишу отцу. Пусть он разбирается. — Да ладно, забей… — Ничего не «забей»! — не согласился Драко. — Дисциплина и послушание домовика — вопрос крайне важный! В первую очередь это вопрос безопасности. Если домовик не слушается — это первый признак… — он запнулся. — Ладно, не важно. Не вникай. Чарли кивнул. — Хорошо. Тогда напиши и держи меня в курсе, если сможешь. — Обязательно! — Драко поднялся с места. — Прошу простить, я вынужден вас оставить. Увидимся в школе. — Ага, бывай. Драко подошел к двери, остановился, повернулся к Чарли: — Уилсон… — Чего тебе? — Спасибо, что предупредил. Это и правда крайне важно. Чарли усмехнулся и, сам того не понимая, произнес, пожалуй, самую страшную фразу, какую только может услышать чистокровный в волшебном мире: — Пустяки… Будешь должен. Когда шаги Малфоя и его громил исчезли в коридоре, Парвати первой выдохнула: — Мне кажется, мы только что стали свидетелями начала новой гоблинской войны. Только с домовиком. — Малфои против Добби, — хмыкнул Терри. — Ставлю семь к одному, что домовик победит. — Принимаю, — тут же хором ответили Чарли, Парвати и Падма. — На мороженое, — уточнила Парвати. Терри поежился. — Э! Вы чего?! Я же пошутил! — А мы — нет! Впрочем, Малфой оказался не единственным их посетителем за все время путешествия. Примерно через час после того, как Драко ушел, дверь в купе вдруг снова распахнулась и в проеме появилась злая как черт Гермиона. Увидев Чарли, она тут же нацелила на него палочку. Чарли отреагировал мгновенно: — Экспеллиармус! Палочка вырвалась из рук Гермионы, описала красивую дугу и рухнула прямо в стаканчик из-под мороженого. На Гермиону тут же уставились палочки всех присутствующих, но ее это мало волновало. Она волком смотрела на Чарли: — Где Гарри, сволочь?! — Э-э… Во-первых, привет. Во-вторых, что ты имеешь в виду? — Ты отлично понимаешь, что я имею в виду! — выплюнула она, сверкая глазами. — Гарри и Рона нет в поезде, и кто, по-твоему, мог в этом поучаствовать, а?! — А может, — возмущенно произнес Чарли, — ты сначала подумала бы, прежде чем лезть в чужое купе с палочкой наперевес?! — Я подумала! — отрезала Гермиона. — И решила, что виноват либо ты, либо Малфой! — Великолепная логика, — фыркнул Чарли. — Поттер пропал — значит, виноват Уилсон. Потрясающе. Аплодирую стоя. — А кто еще?! — почти выкрикнула она. — У Гарри из врагов — ты и Малфой! Но до Малфоя я тоже дойду! — Удачи, — хмыкнул Терри, но тут же осекся, когда Гермиона на секунду повернула к нему голову. Чарли поднял свободную руку, жестом требуя тишины. — Ладно. Гермиона. Давай спокойно. Ты хочешь знать, где Гарри? — Да! — взвизгнула она. — Они с Роном… — Чарли выдержал драматическую паузу, отчего Падма за ним закатила глаза, — летят в Хогвартс. — Что?! — Гермиона моргнула. — Летят. — спокойно повторил Чарли. — На машине. — На… — голос у нее дрогнул. — На чем? — На летающем автомобиле. — терпеливо пояснил Чарли. — Мило, бессмысленно, безумно. Но вполне в стиле этих идиотов. Гермиона побелела. — Это… Это невозможно! Машины не умеют летать! — Ну, — пожал плечами Чарли, — твои однокурсники, например, не умеют думать. Но вон — живут же. А некоторые даже летают. Падма и Парвати синхронно отвернулись к окну, чтобы не заржать. Терри не выдержал и, все же, захихикал. Гермиона взвилась: — Ты все выдумал! Ты пытаешься отвести от себя подозрения! — Я пытаюсь вернуться к своему мороженому, — устало отозвался Чарли. — А ты ворвалась сюда, направила на меня палочку и обвинила во всем на свете. Он взял ее палочку, аккуратно вытянул из стаканчика, отряхнул и протянул ей рукояткой вперед. — Забирай и все, кыш отсюда. Я ем. Гермиона взяла палочку, но взгляд у нее был все тот же — обвиняющий, колючий, полный ярости и паники. — Если с Гарри что-то случится… — начала она. — То это будет потому, что он и Уизли решили полетать на рухляди, которая держится в воздухе на честном слове и плохой магии, — оборвал ее Чарли. — Ко мне это отношения не имеет. Ни-ка-ко-го. И не надо на меня всех собак вешать, только потому что тебе что-то там не нравится. Секунда — и Гермиона, кажется, реально задумалась. Потом снова вспыхнула: — Я все равно во всем разберусь! — Разбирайся. — спокойно разрешил Чарли. — Но не здесь. И он, не повышая голоса, но совершенно недвусмысленно, указал ей на дверь. Гермиона стояла еще секунду — словно спорила сама с собой. Потом резко развернулась, шагнула в коридор и хлопнула дверью так, будто пыталась вырвать ее из направляющих. Наступила тишина. — Какая муха ее вообще укусила? — покачал головой Чарли. — Нормально же общались… — У девчонок это бывает, — с видом знатока сообщил Терри. — Физиология, половое созревание и… Ай! За что?! Смущенная дальше некуда Парвати треснула его тяжеленным учебником заклинаний по голове. А потом, услышав возмущенный возглас, заявила: — А не надо умничать! — Я — рейвенкловец! У меня «умничать» — жизненный принцип факультета! Не то, что у некоторых… «Слабоумие и отвага»! Парвати нахмурилась, покрепче сжала учебник. — Да я тебя щас… — Помогите! Хулиганки мозга лишают! — Терри, смеясь сквозь свои же крики, принялся уворачиваться от ударов книжкой, что в узком пространстве купе было очень сложно сделать. — А-а-а! Помогите-е-е! Я не хочу в Гриффиндор! Мне и умным быть хорошо! Чарли, глядя на стихийно возникшую битву между Парвати и Терри, только покачал головой, посмотрел на Падму. — Дурдом… Та кивнула, доела последнюю порцию мороженого: — Ага. Полный.