Глава 65. Святочный Бал

— И в последний раз напоминаю вам всем, — строго предупредил Флитвик. — Указ Министерства «О способствовании увеличения численности магического населения» к вам, юные леди и джентльмены, не имеет никакого отношения. Конечно, запретить прямо я вам не могу, но искренне надеюсь на ваше благоразумие. Флитвик окинул учеников Рейвенкло взглядом, полным сомнения. — А теперь, когда все вы услышали мои наставления — шагом марш приводить себя в порядок. И помните, на вас — огромная ответственность, потому что на другие факультеты у меня надежд не так много. Несколько человек рассмеялись, ученики начали расходиться по своим комнатам. Чарли вошел в комнату сразу за Терри, тут же кинулся к собственному отделению в шкафу, где у него уже давно висел в ожидании своего часа фрак. — Нам, на самом деле, еще повезло, — прокомментировал Терри, тоже вытащивший из шкафа свою парадную одежду. — Девчонки, вон, вообще с самого утра марафетятся. — Можешь не рассказывать, я с утра думал, что из меня Падма душу вытрясет. — Сам виноват, — фыркнул Терри. — Ты где вообще был вчера? — Тренировался… Чарли не врал. В самом деле, после того, как Твайкросс отпустил его, он потратил еще несколько часов, аппарируя в различные знакомые места: к маггловской школе, к моргу в Коукворте, к дому, где, правда, никого не было — родители уехали в отпуск, поскольку он не планировал приезжать, затем к Хогсмиду, затем в Министерство… В общем, практиковался. И увлекся этим настолько, что несколько опоздал вернуться в школу к отбою, а потому ему пришлось добираться в гостиную факультета тайком, минуя патрули старост и преподавателей. Естественно, Падма, которая вечером не смогла его нигде найти, с утра устроила ему настоящий разнос — мол, куда это он в последний день перед балом пропал вместо того, чтобы присутствовать в гостиной весь вечер и активно готовиться к предстоящему событию. Чарли в ответ попытался пошутить — мол, успокойся, дата свадьбы еще не скоро, но Падма после этого так треснула его учебником заклинаний по голове, что у него искры из глаз посыпались. И потом еще дулась на него до самого конца завтрака. За шутки не к месту. Однако затем Чарли был помилован и Падма до самого обеда задалбывала его по всем мелочам. Почистил ли он туфли, наглажена ли у него рубашка, не забыл ли он, как танцевать… Кроме того, ему пришлось выдержать часовую сессию выбора Падмой прически перед балом и еще получасовую — выбора украшений, которых у Падмы с собой оказалось на целый ювелирный магазин. — Я так понимаю, — продолжил Терри, — ты так и не скажешь, да, куда пропадаешь? — Не скажу. Рад бы, но пока не могу. — Жуткие секреты страшного некроманта? — Кхм! Чарли поперхнулся воздухом. Такого от Терри он не ожидал. Интересно, откуда он вообще узнал?! — Ч-Чего?! — Не слышал? — хохотнул Майкл Корнер, вошедший в комнату минутой ранее и тоже начавший доставать парадную одежду прямо из своего чемодана, который он уже традиционно не распаковывал. — Новая хохма, уже неделю по Хогвартсу гуляет. — Да откуда? — пожал плечами Чарли. — А, ну да — ты же сейчас всегда занят, — кивнул Терри. — Ну, короче, Поттер неделю назад, когда про него статья в «Пророке» вышла, тут устроил концерт на весь Большой Зал. Нарассказывал невесть что. И чего все к нему прикопались, и что лучше бы за тобой приглядывали, а то, мол, ты у нас — злобный страшный некромант, который ни на каком не на восстановлении, что Снейп с тобой дополнительно занимался всякой темной магией… Много чего, в общем, наговорил. — Ну, и? — Ну что «ну и»? — фыркнул Корнер. — Ты же знаешь, да и сам говорил — Поттер у нас какой только фигней не занимается. Поржали толпой, ему Флитвик потом еще какое-то наказание назначил. В общем, теперь в замке новая хохма — все, кто куда-то отлучается, ржут, что идут на кладбище зомби поднимать. Чарли для вида похихикал, но решил, что надо быть осторожнее, да и вообще потихоньку выяснить, что, собственно, известно Поттеру про него. Нет, конечно, он прекрасно знал, что Поттер видел его читательский билет и все такое, но… Почему он решил вдруг вслух всем высказать свои подозрения? Явно ведь не для красного словца ввернул про некромантию! Чарли это несколько встревожило. Конечно, после перехода на работу в Отдел Тайн, в Хогвартсе и окрестностях он почти не практиковался, ведь у него теперь было гораздо более удобное место. Но тем не менее… Конечно, пока спасала репутация — Чарли хоть и слыл чудаковатым и нелюдимым, но, все же, многие однокурсники и не только однозначно знали его как «своего парня», хоть и не лишенного некоторой степени синдрома книжного червя. А вот Поттер пока что слыл треплом и жуликом, который обманом оказался в Турнире. И, естественно, на контрасте его слова ничего, кроме смеха и новой волны подколок, не вызвали и не могли вызвать. Однако Чарли, все же, был взволнован. Конечно, Поттер — это тот самый мальчик, который кричит «Волки!». Однако что будет, если вдруг кто-то решит ему поверить и проверить? Найти некоторые косвенные доказательства несложно, а ученикам Хогвартса много ли надо? — Ну, я догадываюсь, почему он так решил, — уклончиво ответил Чарли, начав переодеваться. — Я пару раз читал кое-что в Запретной Секции по некромантии, ну так — для общего развития и понимания, почему она запрещена, да и вообще, надо было. Вот в читательском билете и остались заметки. А ты же нашего умника знаешь — ему только повод дай. — А-а, тогда все ясно, — фыркнул Майкл Корнер. — Придурок… И как он дожил до четвертого курса с такими наездами? — Да я откуда знаю? Чарли после этого несколько успокоился. Майкл и Терри имели репутацию куда лучше, чем он сам, да и вообще слыли ребятами общительными, однако при этом не имели репутации пустозвонов, и, что куда важнее, не имели каких-либо резких перепадов этой самой репутации, в отличие от самого Чарли, которого то считали кандидатом в Наследники Слизерина, то вернейшим последователем идей Дамблдора, то темным магом, то помощником авроров, то вообще сумасшедшим ученым в зависимости от настроения толпы. Так что имелся большой шанс, что они аккуратно преподнесут эту информацию остальным и очередной аргумент Поттера будет разрушен в пух и прах: как только он попытается сказать что-то еще, как минимум, факультет сможет ответить — мол, ну да, мы в курсе, интересуется человек всякой темной магией, чтобы потом стать аврором или разрушителем проклятий, и что? — Как думаете, пацаны, сегодня на балу или после кому-то перепадет? — Не думаю, — ответил за всех Тони Голдстейн, их четвертый сосед по комнате. — Не с нашим счастьем. И вообще, там сегодня Макгонагалл и Снейп взяли на себя роль патруля морали. Исполняют роль презервативов… — Снейп всегда исполняет роль презерватива, — прокомментировал Майкл Корнер, ненавидевший зелья с самого первого курса. — Перманентно причем. И очень убедительно. — Ну, как бы да, но в этот раз мы не про его характер, а про то, что он не позволит никому, кхм… «Увеличивать численность магического населения». Чарли смутился, отвернулся в сторону, незаметно достал из шкафа небольшую плоскую картонную коробочку, убрал ее в карман брюк. Конечно, Тони был, скорее всего прав, но родители в свое время задолбали его лекциями на тему безопасности интимных отношений и, со слов отца, на всякие торжественные мероприятия и на вечера, где будет много девушек, брать их следовало в любом случае — мол, пусть лучше будут, но не понадобятся, чем потребуются, но не будет. По счастью, коробочка была очень плоской, так что в кармане брюк ее было не видно и она вообще никак не ощущалась. Конечно, он не ожидал ничего особенного от этого вечера, но… А вдруг? Затем последовало нанесение лака на волосы и зачесывание, что здорово напомнило Чарли подготовку к танцевальным конкурсам. Правда, в отличие от маггловских средств, «Простоблеска» требовалось совсем немного — буквально несколько капель, чтобы волосы пришли в порядок и даже как будто слегка заблестели. Покончив с волосами и одним заклинанием подрезав ногти, Чарли посмотрел на маленькую полочку в шкафу, где у него стояла еще одна маленькая коробочка. Только уже совсем другая, не содержащая ни контрацептивов, ни зелья для укладки. В ней лежало кое-что гораздо более ценное. — Зараза… Брать — не брать? — Что-что? — поинтересовался Терри. — Ничего, — Чарли достал коробочку, открыл ее. — Ладно, попробуем. Чарли достал из коробки по очереди сперва медаль «За особые заслуги перед магическим сообществом», полученную за помощь с оживлением учеников, а затем — орден «Восходящая Звезда», который он получил за помощь в аресте Сириуса Блэка. Ну, вообще-то, это были не сами награды — это были их специальные уменьшенные копии для ношения с торжественной одеждой — фрачники, которые он сам наколдовал специально на случай, если, все же, решится их вообще носить. Закрепив награды на груди, Чарли подошел к зеркалу, посмотрел на себя: — Мда… Благородный воин-чародей, блин… — Ага, теперь еще, когда ты свою эту сбрую снял — вообще на человека стал похож… Чарли фыркнул. Однако перемена и в самом деле была разительной. После переодевания Чарли даже сам не сразу поверил, что может так выглядеть. — Ого! — вдруг присвистнул Тони Голдстейн. — Подожди, а когда ты успел «Восходящую» третьей степени заработать?! Чарли тяжело вздохнул. Блин… А он-то надеялся, что парни не спросят. Ну да и черт с ними… — Да так… За дело… Терри прищурился: — Та-а-ак… И за какое?! Чарли вздохнул, затем с усилием проговорил: — За арест Сириуса Блэка. Парни удивленно уставились на Чарли: — Ч… Чего?! — Ага, — подтвердил Чарли. — Но… — И ТЫ НАМ НЕ СКАЗАЛ?! Чарли поежился от этого синхронного возгласа: — Ой, да ладно… Было бы, о чем говорить. Это вообще случайно получилось. Парни прищурились. — Ну-ну, — протянул Терри. — Ладно, живи пока. После бала поговорим… — Не будь строгим папочкой, — фыркнул Чарли. — Да серьезно, это вообще случайно получилось — я пошел в Воющую Хижину и… — Ты что — еще и в Воющей Хижине бывал?! Чарли сглотнул: — Упс… Постепенно разговор затих, парни закончили переодеваться. Чарли напоследок проверил, как лежит палочка в кобуре на предплечье, на всякий случай взяв личную, а не служебную — мало ли, что произойдет? Конечно, на балу не предполагалось никаких столкновений или дуэлей, но Чарли и Терри решили, все же, безоружными не оставаться. — Ну что, джентльмены? Двинули? — Да, мистер Я-Не-Говорю-Друзьям-О-Достижениях… — Эй, ну хорош! — возмутился Чарли. — Э-э, не-е-ет, — хохотнул Терри. — Я теперь с тебя еще долго не слезу! Когда еще у тебя такой серьезный залет перед нами случится… — Ой, да ну тебя! — отмахнулся Чарли. — Ты с кем идешь, кстати? С Парвати? — А у меня много вариантов было? Чарли хмыкнул. В самом деле, вариантов у Терри не было. Вскоре после того, как сам Чарли начал много времени проводить с Падмой, Терри, дабы не терять ни компанию, ни друзей, пошел на отчаянный шаг и пригласил на прогулку в Хогсмид Парвати. Получалось идеально. Вроде как, и девчонки гуляют вместе и не должны разделяться, и они с Чарли при деле и в приятной компании. Так что да — если бы он пригласил кого-то, помимо Парвати, это бы значило для него большие проблемы. — Не было… В гостиной было яблоку негде упасть. Все с четвертого по седьмой курс включительно собирались, дожидались партнеров и партнерш, после чего тут же спешили в сторону выхода из гостиной. Чарли окинул присутствующих взглядом, быстро нашел среди присутствующих Падму. Нашел — и с трудом подавил присвист. — Ва-а-ау! Восхищаться было, с чего. Конечно, Чарли и раньше знал, что его подруга слывет одной из красивейших девушек на курсе, но чтобы вот так?! Падма облачилась в сапфирового цвета атласное платье с открытыми плечами и довольно тугим корсетом, который подчеркивал ее грудь и тонкую, легкую фигуру, обычно скрытую за довольно-таки свободной школьной формой. Юбка платья плавно расходилась вниз к полу, формируя плавные складки. Такие же атласные рукава, расшитые серебряным кружевом. Волосы ее, обычно собранные в довольно тугую «гульку», были распущены и теперь мягкими кудрявыми волнами спадали ей на плечи. Чарли не выдержал и облизнулся. Терри это тут же заметил: — У-у… Все… Пропал пацан, — покачал он головой. — Шафером позовешь хоть? Чарли, однако, его не слушал. Он мягко прошел мимо нескольких парочек, подошел к Падме, исполнил уважительный поклон: — О, прелестнейшая из прелестнейших! Могу ли я просить вас оказать мне честь… Падма смутилась, от чего ее и без того смуглая кожа стала совсем бордовой: — Чарли, пожалуйста… Давай без этого хотя бы до начала бала? — Извини, — тут же заулыбался Чарли. — Выглядишь просто шикарно, как и всегда. — Спасибо, ты тоже, — улыбнулась Падма, все еще смущаясь. — Вау! Ты даже награды какие-то надел? — Ага. Решил подчеркнуть немного образ. — Ага, а еще решил, наконец, признаться нам в части своих гнусных и подленьких секретов, — поддержал Терри, протолкавшийся, наконец, следом за Чарли. — Привет, Падма. Шикарно выглядишь! — Благодарю, — Падма повернулась к Чарли с прищуром. — Та-а-ак… И чего я о тебе не знаю? — Да, в общем-то… — Ты знала, что этот бледнолицый получил «Восходящую звезду» за поимку Сириуса Блэка? Падма посмотрела на Чарли с ужасом: — Чарли! — Что?! — Чарли утайкой погрозил Терри кулаком. — Скромность украшает благородных чародеев, не люблю хвастаться. Падма и Терри переглянулись. Падма покачала головой: — Ну-ну… — протянула она демонстративно строгим голосом, хотя Чарли видел, что она с трудом подавляет смех. — Я тебе об этом как-нибудь обязательно напомню. — Благодарю, о благороднейшая из прекраснейших и прекраснейшая из благородней… — на этих словах Чарли, Падма отвесила ему легкий подзатыльник. — Ай! — А вот не надо умничать. — Ладно-ладно, извини, — Чарли улыбнулся. — Ну что, отправляемся? — Ага, — Падма положила свою руку на предложенную руку Чарли, затем посмотрела на Терри. — Парвати предупредила, что будет ждать тебя в холле. — Спасибо, я побежал тогда. — Давай-давай, а то к ней, говорят, Рон Уизли клинья подбивал. — Что?! — взревел раненым драконом Терри, отчего на него обернулись ближайшие парочки. — Да я его… Терри умчался вперед, Чарли сопроводил его довольным взглядом: — Это правда, кстати? — Не совсем, — с довольной улыбочкой ответила Падма. — Вообще, к ней подходил Поттер, хотел пригласить ее на бал. Ну и попутно хотел, чтобы это я пошла с Уизли. — Да я его… — Тихо-тихо, расслабься, — погладила его по руке Падма. — Парвати сразу ему отказала. Она же не дура, хоть и гриффиндорка… Не впечатлил ее, кхм, «животный магнетизм» Поттера. Чарли усмехнулся. — Определенно. К половине восьмого, за полчаса до начала бала, в холле было не протолкнуться. Чарли окинул присутствующих взглядом, хмыкнул, заметив знакомых и однокурсников. Терри уже встретился с Парвати, одетой в абсолютно такое же по крою, только вишнево-красное с золотом платье, и вовсю теперь ее обхаживал, рассыпаясь в комплиментах и все норовил ее то приобнять, то поцеловать ее руку. Парвати млела, посмеивалась, краснела, закатывала глаза, но не отказывалась ни от каких знаков внимания. Майкл пришел в компании Лайзы Турпин, Тони пригласил Сьюзен Боунс и теперь они вдвоем активно что-то обсуждали с Макмилланом и Ханной Аббот. В стороне ото всех, в компании кадетов Дурмстранга и Панси Паркинсон стоял Малфой, облаченный в бархатный черный камзол и от того похожий на священника. — Поттер! Где ваша партнерша?! — Э-э, да, собственно… Где-то сейчас будет. Чарли обернулся в сторону возгласа Макгонагалл. Там стоял красный от смущения Поттер, облаченный в расстегнутую бутылочного цвета мантию поверх обычного костюма. Нет, безусловно, будь это не бал, а какая-нибудь встреча в Министерстве, эта мантия была бы очень даже к месту, но… Мантия, конечно, была более чем допустима на магическом балу, но блин! Поттер — не великий танцор, ему мантия будет мешать, потому что он не знает, как правильно в ней двигаться, чтобы она не парусила. Безусловно, будь это Финниган, великолепно умевший танцевать, как и сам Чарли, он мог бы справиться. Но не Поттер… — Постарайтесь найти ее поскорее, потому что Чемпионы открывают бал! — Э-э… Да, мэм. Конечно. Чарли хмыкнул, но комментировать не стал — хватало своих забот. — Я надеюсь, ты не забыл, как мы репетировали? Чарли хмыкнул. Вот же… Беспокойная. — Успокойся, все в порядке. Я готовился. — Поэтому прогуливал танцы? — Могу тебя заверить, это было для очень важного дела. — И какого? Чарли хмыкнул и полушутливым тоном ответил чистую правду: — Работал штатным некромантом Министерства. Падма ожидаемо не поверила. — Ага. Ну-ну… — Вечьер добри, Чарли. Чарли вздрогнул, обернулся на голос. Там стоял Крам в компании… — О, Виктор! Друг мой! — Чарли пожал протянутую руку. — Рад вас видеть! Мисс Грейнджер… — Привет, Чарли, — смущенно опустила взгляд в пол Гермиона. Вообще, Чарли с трудом ее узнал. Гермиона впервые за четыре года в Хогвартсе уложила волосы, нанесла хоть и скромный, но аккуратный макияж. Да и вообще, она — о ужас! — переоделась из формы во что-то еще! В небесно-голубое платье, которое подчеркнуло ее весьма приятную, хоть и не такую изящную, как Падмы, фигуру! Кроме того, в ней изменилось что-то еще, но что именно — Чарли так сразу и не понял. Но что-то изменилось точно! — Прошу любить и жаловать — моя хорошая подруга, Падма Патил, — представил Падму Чарли. — Рад видать, мисс Патьел, — поцеловал руку Падмы Крам. — Чарли, могу я вас просить на пару слов? — Конечно. Леди, если вы позволите — мы отлучимся на пару минут. — Конечно-конечно. Гермиона, побеседуем пока? — Угу… Чарли и Крам отошли немного в сторону. — Вижу, кое-кто прислушался к моему совету, — хмыкнул Чарли, когда они отошли достаточно далеко, чтобы в окружающем шуме девушки их не слушали. — Да, знаешь, она есть отчень ничьево, — покивал Крам. — Только фот ее имья… Ге-ми-во-ния… — Можешь сократить до Герми или Миона, — предложил Чарли. — И тебе проще, и ей нормально. — О! Эрми есть много лучше. — Ага. Так чего хотел? Ты же меня не ради Грейнджер отозвал? Крам хмыкнул. — Да. Моя хотеть спрашивать: ты всеще не бросил свое э-э… Искусство? — Смотря, что нужно. — хмыкнул Чарли. Крам кивнул. — Видишь ли… У менья есть одна просьба. Надо задать одному э-э… не от-чень здоровому родственнику вопросы. Чарли нахмурился. Он, разумеется, сообразил, что «не очень здоровому» значит «настолько нездоровому, что немного мертвому». — Неожиданно. — Но ты же смочь? — Виктор, ты задаешь очень пространные и общие вопросы, — Чарли почесал нос. — Не знаю, как в твоем искусстве, но вот в моем очень и очень многое зависит от обстоятельств и условий. Давно ли родственник «не очень здоров», как «заболел», есть ли какие-то осложнения или проклятия, сам он «заболел» или его «заразил» кто-нибудь. В теории-то я могу, но нюансов слишком много. В идеале, мне бы с ним повидаться вообще и узнать всего побольше. — Это нье есть проблема, — покивал Крам. — Но если что — я… — Могу как минимум посмотреть. Получится — хорошо. Нет — нет. Крам кивнул. — Корощо. — Тогда предварительно я согласен, в деталях договоримся как-то после бала. — Угу. — Крам повернулся, посмотрел в сторону Гермионы и Падмы. К ним подошли Поттер и Уизли. — Кажьется, ее друзья не есть рады… — Они друзья очень условно, — покачал головой Чарли. — Я ее как минимум раз успокаивал, когда они ругались. Но вообще они с ней общаются, только когда она им нужна. Так что дерзай. Она прикольная, но ей нужен настоящий друг хотя бы временно. Так что давай, иди отбивай ее… Крам усмехнулся. — Я ущту. Больше они ничего обсудить не успели. Макгонагалл позвала Чемпионов и их партнеров ко входу в Большой Зал, так что Крам пошел туда. Чарли же отправился обратно к Падме. — Все хорошо? — Ага, все гут, — кивнул Чарли. — Как у вас? Что Поттер с Уизли хотели? — А, да так… Уизли пытался наезжать на Грейнджер, но безрезультатно, — Падма поморщилась от упоминания фамилии Уизли. — Ай, да забей на него, — подмигнул ей Чарли. — Мы же сюда пришли веселиться. И никакой Уизли нас не остановит. В этот момент ударил колокол, оповестивший всех о том, что наступило восемь вечера. Гигантские двери Большого Зала кинематографично медленно распахнулись, пропуская всех внутрь. Первыми вошли Чемпионы и их партнеры и партнерши, за ними последовали остальные. И хоть Чарли с Падмой и озаботились тем, чтобы оказаться поближе ко входу, но войти смогли не сразу — Макгонагалл, занявшая роль церемониймейстера бала, предпочла первыми запустить пары с иностранными гостями. Когда Чарли зашел с Падмой в Большой Зал, он сразу отметил несколько деталей. Большой Зал несколько расширился. Примерно вдвое против его обычного размера. Кроме того, кто-то потратил очень много сил и времени, чтобы всего за полдня сделать из обычного убранства Большого Зала полноценный зимний бальный зал. Стены как будто немного затемнили и закрыли чем-то вроде сказочного льда, окна покрыли наколдованным узором, похожим на иней. Пол из гладкого каменного стал паркетным. Зачарованный потолок как будто специально очистили и теперь он был сплошь усеян звездами и созвездиями, которых точно не было на земном небе. Под самым этим потолком развесили длинные гирлянды из омелы и плюща. Обычные длинные столы убрали, заменив их маленькими столиками максимум на четверых, великое множество которых разместили по периметру зала, чтобы освободить центр под танцпол. Стол преподавателей несколько укоротился и теперь стулья вокруг него стояли по кругу, а не только с одной стороны — не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что это — стол для судей и Чемпионов… — Господа и дамы! — услышал Чарли голос профессора Макгонагалл после того, как все вошли и распределились по залу. — Бал объявляется открытым! Прошу Чемпионов Турнира и их партнерш и партнеров занять места для первого танца, а гостей освободить им паркет. Оркестр! Полонез! Чарли хмыкнул, отошел с Падмой в сторону. На паркет вышли Крам с Гермионой, Седрик с Чжоу Чанг, Флер Делакур с Роджером Дэвисом и Поттер в компании… — А это еще кто? — Кэти Бэлл, охотница из команды Гриффиндора. — Подожди, она же его старше на курс… — И что? — удивилась Падма. — Да так… Интересно просто. Первый танец прошел неплохо. Правда, Поттер жутко краснел, стеснялся и вообще боялся лишний раз прикоснуться к своей партнерше, да и вообще стоял с ней в паре весьма условно — как выражался их хореограф в маггловском мире, «между вами кабан пробежать может». И вот, наконец, отгремели последние ноты и Чемпионы поспешили удалиться с паркета. Чарли подмигнул Падме. — Сейчас наша очередь. Так и оказалось. Профессор Макгонагалл дождалась, пока Чемпионы сойдут с паркета и объявила: — Теперь, когда отзвучал первый танец, прошу всех гостей приобщиться к вечеру. Следующий танец объявляется открытым. Оркестр! Вальс!