Глава 9.

Джагхед Джонс был самым главным врагом в жизни Элизабет, пусть блондинка не боялась его, но с ним шутить явно не стоило. Змея постоянно отстраняли от занятий за очередную драку, его остерегалась вся школа и мало кому удавалось продвинуться на шаг ближе в священный круг общения короля. Однако, за последние дни в нем что-то поменялось. Стоило Бетти вспылить, накосячить или закатить истерику, как парень начал помогать и поддерживать Купер? Нет. Это ловушка, очередная игра. Либо Джонс узнал подноготную отличницы, либо что-то вынюхивает для себя.  -Итак, Бетти, теперь ты не отвертишься. Что там с мистером «преступный мир»?-Сидя за столиком в столовой, в кругу близких людей, спросила Вероника. Кевин поперхнувшись соком, пытался не подслушивать лишние сплетни.   -Все прозрачно. Я переночевала у него один раз, потому что была пьяной, а вчера зашила ему порез на щеке..-Увидев шокированный взгляд подруги, блондинка решила не подливать масла в огонь, хотя сама не знала, что именно между ними происходит.-Это была услуга за ту ночевку, ничего личного, Ви.  -А мне кажется, что ты игнорируешь его флирт!  -Издевательства теперь равны флирту?-Встрял Келлер, с чем блондинка была согласна. У Элизабет имелись противоречивые чувства к предводителю рептилий, сначала он вел себя по-скотски, всячески натравливая толпу на девушку, а затем изображал принца на белом коне, словно все издевки можно простить одним добрым словом. -Да брось, Кев. Думаю, Бетти сама кайфует от повышенного внимания со стороны криминального авторитета.-Лодж подмигнула подруге, что заставило ее поморщиться. Пусть девушка и смирилась с симпатией к врагу, но шаг к перемирию она ни за что не сделает. -Где будешь сегодня ночевать?-Тонкий намек от брюнетки и Купер словно трезвеет от осознания шаткого положения. -Кстати об этом, Кевин, я могу перекочевать к тебе всего на одну ночь?-Вероника закатывает глаза, сколько можно бегать от судьбы, если сами обстоятельства сводят этих ненормальных? -Прости, кроха, но сегодня у меня свидание с парнем из нашей параллели, я не в силах отказаться от попытки найти свое счастье.-Машет руками в знак побежденности Келлер. Лодж снова метает хитрый взгляд на блондинку, что вскакивает из-за стола, бросая: -Я не пойду к нему! Найду решение получше.

***

Элизабет Купер-девчонка из крупного десятка. С первого взгляда в ней не было ничего вызывающего-обычная, симпатичная, с мягкими чертами лица и задумчивым взглядом зеленых глаз. Но именно эта обыденность была обманчива. Джагхед чувствовал этот скрытый смысл каждой клеткой своего существа. Купер манила его не яркой красотой, а той невидимой силой, что исходила от неё, обещанием тайны. Он ловил себя на том, что ищет в её глазах хоть намёк, ключ к разгадке. То ли в её прошлом таилась рана, о которой блондинка не говорила, то ли её настоящее было лишь искусной маской для чего-то большего. -Зачем вы притащили Купер вчера в бар?-Прикуривая сигарету от зажигалки Свита, пробубнил главарь. Девушки становится слишком много в его жизни, он боится впускать незнакомого человека ближе.   -Она неплохо справилась с заданием. Да и разве ты не рад?-Удивленно ответил друг, выпуская едкий дым изо рта. Джагхед хмурится, осматривая братьев по змеиной крови.  -Чему я должен быть рад?-Змеи отводят глаза от предводителя, неужели он один не замечает очевидного? -Ну как..Тому самому.-На языке вертится слово «влюбленность», но Свит Пи вовремя затыкается. Рано. Король сам должен понять себя.-Помощи. С Бетти нужен иной подход, нужно было заслужить доверие, стать тем, кому она сама захочет приоткрыть свои секреты и в этом стремлении растворить туман, Джонс с каждым днем запутывался в её паутине всё сильнее.

***

-Шерил, ты сегодня дома одна?-Ловя рыжую подругу в коридоре, Элизабет оглядывается по сторонам, стараясь не встретиться взглядом с гневными глазами. -Купер, второй раз на пьянку я тебя не пущу. Если первый раз этот змеиный бандит мне простил, то я не хочу испытывать судьбу дважды.-С грохотом закрывая шкафчик, Блоссом исчезает в ближайшем проеме. У мышки остались варианты? Каким бы плохим другом Арчи Эндрюс не был, сейчас его появление в рекреации после тренировки как нельзя кстати. Слегка мокрые пряди спадают на лицо, а облегающая футболка демонстрирует мышцы, что скрываются под ней. Некоторые девчонки посматривают на него с вожделением, явно продумывая план, как уложить малыша Арчи в постель.  -Прости пожалуйста, если я тебя чем-то обидела, но мне очень нужна твоя помощь.-Одноклассник останавливается перед взволнованной отличницей, косо осматривая ее.-Я могу переночевать у тебя? Это последняя просьба от меня. -У тебя что-то случилось? Дома плохо?-Бетти закусывает губу, ведь парень абсолютно прав. Дома просто паршиво! Но правду она оставляет при себе. -Нет, просто хотела провести время, как раньше.-Друг судорожно хмыкает, после его признания они перестали быть близкими людьми, а сейчас Бетти сама старается вернуть то, что никогда по кусочкам не соберешь?  -Это ведь на одну ночь, да? А потом ты снова будешь вести себя, как будто мы чужие люди.-И снова в точку, Элизабет трудно признать себя двуличной тварью, что пользуется чувствами другого, поэтому она лишь кивает, и парень, подмечая согласие ее слов, грустно улыбается. -Прости, я не хочу.-Второй раз Купер облажалась, Эндрюс огибает ее, возвращаясь к своей певице. Друзей больше не осталось, значит опробуем крайний метод.

***

После ночной смены торговли Джагхед снова плохо спал. Его хватало на несколько минут спокойного дрема, но затем возвращался кошмар. Купер хотелось вернуть только ради хорошего отдыха, ведь именно с ней, тогда, он впервые расслабился и почувствовал вкус покоя. А сегодня, когда сумерки уже накрыли Ривердейл, в дверь трейлера постучали. Джонс сонно поднялся с постели, кто мог потревожить его в такой час? Звук повторился, это был удар кулаком в тонкую дверцу, больше похожий на попытку выбить ее с петель. Змей инстинктивно схватился за молоток, валявшийся рядом на полу. -Открывай, паскуда! Открывай, я тебе говорю!-Джагхед знал этот голос, это был человек, из-за которого умерла Джеллибин. Брюнет медленно потянул щеколду. За дверью, окутанный мокрой тьмой, стоял его отец. Он был пьян. Не просто выпивший, а пьян до потери человеческого облика. Его могучая фигура пошатывалась, одежда была в грязи, а в глазах, налитых кровью, бушевала слепая, животная ярость. -Ты... ты...-Джонс старший тяжело дышал, и пар от его дыхания смешивался с холодным туманом. Он шагнул вперед, заполняя собой все пространство убогого жилища.-Ты ее убил! Слышишь, убил! Вихрь из боли и гнева обрушился на Джагхеда. Он отступил, пытаясь защититься не от кулаков, а от этих страшных, отравленных вином и горем слов. Пронзительный взгляд уставился в одну точку, прокручивая из раза в раз момент гибели сестры. -Пап, успокойся! Ты не понимаешь, что говоришь!-Воскликнул парень, перекрикивая возглас души отца. Его собственный голос сорвался в фальцет, выдавая страх и отчаяние. -Заткни свой поганый рот, мерзавец. Ты еще и смеешь препираться со мной?!-Форсайт тыкал в него толстым, грязным пальцем, и с каждым словом его ярость нарастала.-Она бы жила! Жила бы, если бы не ты! -Господи, отвали от меня! Нахрена ты приперся пьяным в дрова? Чтобы сказать, что я никчемный сын?!-Джонс схватил старшего за плечи, пытаясь встряхнуть, вернуть его в реальность. От него пахло перегаром и потом, запахом безысходности.-Я бы отдал все, чтобы вернуть ее! Всё! Отец был глух. Горе, которое годами разъедало его изнутри, нашло выход в этом пьяном визите. Он вырвался из рук сына и с размаху ударил кулаком по недавнему шву. Глухой удар прокатился эхом по всему тесному пространству, отчего младший согнулся пополам от боли.  -Молчи! Не смей оправдываться! Ты виноват! И я... я...-Его голос внезапно сломался, ярость начала тонуть в подступающих рыданиях.-Я тебя никогда не прощу, сукин сын. Никогда. ЭфПи дернув плечом, прошел в трейлер, развалившись на диване, он все еще причитал какой-то пьяный бред. Мужчина тяжело оперся о подлокотник дивана, и его огромное тело вдруг стало выглядеть бесконечно усталым и беспомощным. Джагхед смотрел на него, и комок подкатывал к горлу. Змей видел перед собой не монстра, а сломленного человека, отца, который так и не смог пережить смерть дочери и искал виноватого, чтобы было на кого излить свою боль. И самым удобным виноватым оказался он, сын, который выжил. Джагхед переведя дух, заколачивая боль внутри себя, вышел из убежища прочь. 

***

-Бетти, как там у тебя дела?-Голос Вероники-услада для окоченевших, от ночного ветра, ушей.  -Сижу на ступеньках своего дома, не желая заходить внутрь и думаю о бренности бытия.-Рассматривая дома вокруг ее спального района, подрагивающим голосом отвечает Купер. -Совсем чайничек твой перестал кипятиться? Почему просто нельзя пойти к своему змеиному любовничку, что встретит тебя с распростертыми объятиями, а потом поблагодарить Веронику за идеальную помощь?!-На угрозы подруги, девушка лишь смеется, поддергивая плечами от холода. -Пожалуйста, Би, испытай счастье. Если не сейчас, то никогда. Это твой шанс! -Если я пойду к нему, ты от меня отстанешь?-Вставая с ледяного порога, спрашивает Бетти. Людей поблизости нет, а если кто-то и захочет напасть на нее из южных за тот инцидент в баре, то моментально пожалеет. Нож всегда на чеку. -Да, потому что завтра я обязана услышать «мы с Джагги теперь пара»!-Передразнивает голос блондинки Лодж.-Либо это будет самая лучшая ночь, либо самая крупная и ужасная ошибка.

***

В дверь трейлера снова постучали, Форсайт второй, покачиваясь на месте, медленно подошел к проему. Его ожидал приятный сюрприз в виде девушки. -Здравствуйте..-Блондинка оглядела мужчину, тот напоминал смутно лицо ее врага,-Мистер Джонс, я Бетти Купер, а Джагги дома?-Ухмылка растянулась на пьяном лице старшего. У этого выродка есть что-то приятное в жизни? -Он свалил куда-то, но ты можешь остаться, подождать ублюдка.-Отворяя настежь дверь, мужчина пропустил девчонку внутрь. ЭфПи рухнул в кресло напротив, и начался допрос. Душный, бессвязный, пропитанный дешевым виски. -Ты кто по жизни-то?-Сипло спросил он, закуривая.-Умная, что ли? Умные тут не задерживаются. Мой... Он тебя на удочку ловит, а потом - бух - и кинул. Элизабет, сжимая в руках телефон, пыталась мягко уходить от ответов, но глава семьи не унимался. -Он вам чем, приличным девчонкам, нравится, а? Потому что с приветом?-Тот горько хмыкнул.-Гляди на меня. Вот и мелкий засранец через двадцать лет таким будет. Поняла? Никчемный алкаш в вонючем трейлере. Хотя знаешь.. Я тебя, кажется, еще где-то видел.  В этот момент дверь скрипнула и резко открылась. На пороге стоял Джагхед. Он замер, его взгляд, скользнув по испуганному лицу Элизабет, прилип к отцу. В воздухе повисло напряжение, густое и злое, которое можно было резать ножом. -Что ты ей наплел?-Его голос был не громким, но ледяным и очень опасным.  Джонс обращался к отцу, но смотрел на появившуюся гостью, и в его глазах читалась не просто злость, а какая-то животная паника. ЭфПи развел руками, делая вид, что все в порядке. -Что, гостей принять не могу? Девушка твоя, к тому же, очень опасная штучка, а еще она… -Встань и выйди,-перебил его Джагхед. Отец что-то пробормотал, но под тяжестью взгляда сына нехотя поднялся и, пошатываясь, поплелся вглубь трейлера. Змей тут же повернулся к Элизабет. -Уходи. Немедленно. -Но, Джагхед, я...-Парень схватил ее за запястье, с силой сжимая руку. Он буквально вытолкнул Элизабет на улицу, совсем не замечая как та дрожит от холода.  -Я сказал, иди!-Голос сорвался на крик, и она вздрогнула. В его глазах бушевала смесь стыда, ярости и отчаяния. Он не мог вынести, что она видит это-его пьяного отца, его позор, его грязное наследство. -Я думала, что ты изменился, у нас нет вражды, и ты нормально ко мне относишься. Я хотела попросить тебя о помощи, мне больше не к кому обратиться!-Перекрикивая его, начала Купер, что только подливало масло в огонь конфликту.  -По моему ты забыла, что я делал с тобой все эти года.-Оголяя запястье девушки, змей надавил на шрам от потушенной когда-то об нее сигареты. Так Джагхед пытался показать ее место среди высшего сообщества. Бетти взвизгнула, пытаясь высвободить руку, снова впиваясь ноготками под кожу, желая распределить боль. -Мы с тобой друг другу никто, не пара, не любовники, и даже не друзья! Я тебя на дух не переношу, Купер. Ты бесишь меня своим видом. Портишь мне жизнь!-На глазах проступили слезы, чтобы еще хоть раз она доверилась этому гнилому человеку! Чувства перемешались, но ненависть к нему превысила влюбленность. -Я тебе порчу твое жалкое существование? Ах, бедненький! Да ты всю мою осознанную жизнь выплескиваешь дерьмо, что копится в тебе, на меня! Я знаю, тебе плевать на других людей, но я тоже живой человек. У меня есть чувства, и мне постоянно больно! И все из-за тебя, сволочи!-Выхватив кисть из западни, она размашисто била его в грудь, пока змей старался поймать кулачки и остановить спектакль. -В своей проклятой жизни, больше всех я ненавижу тебя. Ты самый настоящий монстр, Джонс, дьявол во плоти. Я жалею о том, что помогла тебе и ты не сдох тогда от потери крови. Король останавливает трясучку девицы, осмысляя ее слова. Гнев, что он выпустил на нее из-за отца отступил, но она, пожалуй, даже не начинала выговариваться. Все, что Джагхед пытался мысленно выстроить у себя в голове рушилось перед глазами. Бетти в слезах кричит в лицо: «ненавижу» и это ранит сильнее физической боли. Хоть изуродуйте его лицо несколько раз, только пусть мышка никогда не скажет ему это проклятие. -Катись к черту, подонок.-Жалкая пощечина напоследок и Элизабет отдаляется от трейлера. -Да вали!-Змей сумел разрушать то, что еще не успело начаться. Джагхед остался стоять посреди своего клейма, сжимая кулаки и ненавидя все на свете-отца, себя, но больше всего ту боль, которую он только что увидел в ее глазах.

***

Бетти ненавидела его. Это чувство было острым и ясным, как осколок льда, застрявший в груди. Каждая мысль о нем вызывала жгучую волну стыда и гнева, и Купер с наслаждением лелеяла эту ненависть. Джонс обидел ее, растоптал ее доверие, и теперь она заставляла себя притупить все остальные чувства. Дурацкая подростковая влюбленность в обидчика, та самая, что еще недавно согревала ее изнутри, теперь была объявлена врагом. Элизабет запирала ее в самом дальнем чулане души, поворачивала ключ и старалась дышать ровно, сквозь стиснутые зубы. Ненавидеть было безопаснее. Выходя с южной стороны, на пути к этому желанному забвению, к холодному спокойствию, стояли мужчины, хитро оглядывающие блондинку. Девушка узнала их и они похоже тоже.  -Какая встреча, революционерка, что делаем на юге, да еще и со стороны змеев?-Ее передернуло от грубого голоса. Их было двое. Мужчины стояли, перекрывая дорогу, и знакомые лица исказились теперь чужими, враждебными гримасами. -Не твое дело. Исчезни с дороги.  -Ну ну.. Ты слишком много на себя берешь.-Тот, что имел шрам на лице над бровью и длинные косматые волосы, приблизился к ней. Бетти попятилась назад. Ноги стали ватными, а в горле застрял холодный ком. Когда-то знакомые люди теперь вызывали тревогу в ней.  Инстинкт самосохранения сработал быстрее мысли. Бетти резко развернулась и бросилась бежать. Не думая, не глядя по сторонам, только бы подальше от этих лиц, этого голоса, этого удушья. Ее ноги сами понесли к темному массиву городского парка, который сливался с настоящим лесом. Это было ошибкой, она понимала краем сознания, но паника была сильнее. Глушь поглотила ее. Ветки хлестали по лицу, цеплялись за одежду, земля уходила из-под ног. Она споткнулась о корень и, тяжело дыша, прислонилась к дереву, пытаясь услышать что-то кроме собственного сердца и услышала. Грубый смех, треск сучьев и голоса, уже близкие, уже здесь. -Ну что, побегала?-Раздался из темноты знакомый голос. Грубые мужские руки хватают ее за кисти, выворачивая запястья и прижимая к холодной земле. Запах пота, табака и влажной листвы ударил в ноздри. Бетти вырывалась с тихим, звериным рычанием, ее тело, напряженное до дрожи, отчаянно сопротивлялось. Сквозь туман в глазах она видела лишь ухмыляющееся лицо над собой. -Отпусти, кретин!-В этом хаосе сработал инстинкт. Ее пальцы, скрюченные в борьбе, нащупали на поясе под свитером знакомую рукоять. Фамильный нож. Выдернуть его удалось одним резким движением. Послышался глухой звук, будто режут сырое мясо, и тут же-оглушительный, яростный рев.  -Ах ты тварь!-Острый клинок вошел в плотную мышцу бедра. Хватка ослабла. Бетти выскользнула, откатилась в сторону и, спотыкаясь, рванула с места. В ушах звенело, в виске стучала одна мысль: «Беги!» Но пробежала она всего несколько шагов. Из-за ствола дуба, будто тень, возник второй. Молчаливый и неповоротливый, он оказался на удивление быстр. Его толстая рука обвилась вокруг шеи Элизабет, прижав затылок к его массивной груди. Воздух перекрыло. Она забилась в новой, еще более страшной ловушке. Беззвучно крича, она била его локтями в ребра, в живот, пыталась наступить на ногу, но он лишь глубже вжимал предплечье в ее горло.  -Он тебя убьет! -Это он приказал сделать.-Мир начал плыть, края зрения затянулись черной пеленой. Бетти почувствовала новый нажим-его большой палец вжался в точку на шее. Это не было удушьем. Мужики не хотели убивать. Давление на сонную артерию и тело Купер, лишенное притока крови к мозгу, на секунду взбунтовалось в последней судороге, а потом силы покинули ее мгновенно и полностью. Мышцы обмякли, ноги подкосились. Ощущение падения было странным, отстраненным, будто она проваливалась сквозь вату. Верзила, почувствовав, как ее тело повисло мертвым грузом, разжал хватку. Бетти бесформенной куклой рухнула на землю. Последнее, что она успела увидеть перед тем, как сознание погасло-это приближающуюся, хромающую фигуру знакомого и его перекошенное от боли и ярости лицо.

***

Джагхед, сидя в кресле и поглядывая на спящего отца, слышал только эхо собственной глупости. Каждое произнесенное им сегодня слово, каждая колкость, каждая насмешка теперь отдавались раскаленным стыдом. Он обидел Бетти, как обычно это делал. Но теперь было больно от собственных действий и ему. В эту промозглую, напитанную угрозами ночь она ушла одна. Элизабет больше никогда с ним не заговорит.  -Не маленькая, сама доберется.-Разрезая тишину, бормочет парень самому себе. Образ ее глаз, наполненных не гневом, а настоящей, глубокой болью, проступал сквозь собственное эго. Джагхед ходил из угла в угол, его пальцы сами собой сжимались в кулаки. Он представлял ее одну на темных улицах, вспоминал те мутные тени, что всегда копошились на окраинах Ривердейла. Вспомнил банду южных упырей, задиравших ее на прошлой неделе. А что, если они ее встретят? Одна, расстроенная, уязвимая… Желудок сжался в тугой, болезненный узел. Холодный пот выступил на спине. Это уже была не тревога, а настоящий, животный страх. Страх, который перевешивал всю его гордость, все обиды и все дурацкие принципы. Змей подошел к окну и уперся лбом в холодное стекло, глядя на погруженный во тьму город. Где она сейчас? Дошла ли до дома? В какой помощи нуждалась, раз пришла к нему? И тут его сердце, которое Джонс так тщательно пытался оградить броней из сарказма и отчуждения, совершило единственный верный выбор. Оно просто отказалось слушать дальше доводы разума. Стыд, страх и та самая, вечно живая, загнанная вглубь нежность слились в одно мощное, неоспоримое решение. Он резко оттолкнулся от оконной рамы, на ходу натягивая свою родную куртку с извилистой змеей. Криминальный авторитет щелкнул замком, распахнул дверь и шагнул в ночь. Ветер тут же обжег ему лицо. Парень не знал, где ее искать. Но выбора не дано, Джонс будет идти, бежать, обыскивать каждый темный переулок, будет звонить и кричать ее имя, пока хватит сил. Пока не найдет. Пока не убедится, что с ней все в порядке. Потому что мир без ее безопасности, мир, в котором он стал причиной ее беды, был для него невыносим. -Джагхед Джонс, чуйка мне подсказывает, что ты здесь просто так бы не появился.-Открывая дверь, перед Вероникой предстал змеиный укротитель, запыхавшийся и осматривающий из-за спины квартиру девушки. -Бетти с тобой?-Лодж хмурится. Накосячил значит. -Ее со мной нет. Она наоборот пошла к тебе часом ранее, ей было негде ночевать и я заставила пойти к тебе.-Змей опускает голову, его отчитывают как нашкодившего котенка.-Но Бетти не звонила с тех пор. Ты ее обидел? -Слегка. Ты знаешь, куда она могла направиться?-Пытаясь утихомирить тревожное биение сердца, Джагхед смотрел на брюнетку с надеждой на помощь. -Очевидно не домой. Так, если она сейчас из-за твоего дурацкого поведения пострадала, я тебя покусаю!-Конечно, Вероника сама побаивается короля змеев, но свою скромную подружку, что боится каждого шороха, нужно защитить.  -Боюсь гнева Лодж.-С долей сарказма бросает Джонс и уже бежит к выходу. -Я не шучу, ловелас, тебе будет больно!

***

-Эта сучка воткнула мне нож в ногу, а ты предлагаешь оставить ее здесь, ничего не делая?-Бетти лежала на холодной земле, бездыханно-бледная, как фарфоровая кукла. Ее светлые волосы раскинулись веером, а ресницы отбрасывали тени на щеки. Она была в отключке. -Смотри, дышит,-первый, тот, что постарше и с потухшим взглядом, ткнул в ее сторону подбородком.-Очнется через минут десять. Голова будет раскалываться, но жива. И все. Дело сделано. Уходим. Его напарник не отводил взгляда от Бетти. В глазах плескалась месть. Левая рука бессознательно сжимала окровавленную ткань на своем бедре. Именно ее нож сейчас торчал рукояткой вверх. -Нет, я хочу сделать с ней то же, что и она со мной. -Завали! Он сказал припугнуть, а не убивать. В его приказе никогда ничего не меняется!-Раненый скривился в подобие улыбки и, не отводя взгляда от ее беззащитного лица, медленно, с хрустом напряженных мышц, вытащил клинок из своей плоти. Сталь вышла с противным, влажным звуком. Он застонал, стиснув зубы, затем сорвал с себя шейный платок и тщательно, с почти ритуальной педантичностью, вытер лезвие, убирая с него свою кровь. -Не делай то, о чем тебя не просили.-Старший сделал шаг вперед, но замер, увидев выражение его лица. Мужчина наклонился над Бетти. Он был огромным на фоне ее хрупкой фигуры. Одной рукой он прижал ее бедро к земле, ощутив под пальцами плотную ткань джинсов. Дыхание преступника было ровным. Он приставил острие чуть выше колена и одним резким, точным движением прорезал джинсы и кожу под ней. Даже в бессознательном состоянии ее тело вздрогнуло, изогнувшись в немой судороге. На светлой коже проступила алая, ровная линия. Не глубокая, чтобы убить, но достаточно серьезная-такая, что будет долго заживать и, почти наверняка, потребует наложения швов. Та, что оставит шрам. -Какой же ты поганец. Нам голову открутят за это.-Мужик выпрямился, придерживаясь за дерево.  -Теперь мы квиты,-тихо произнес он, бросая окровавленный нож на землю рядом с ней. Все таки зная, что хоть это орудие пыток, но слишком дорогое для блондинки. -Она проснется, почувствует боль и наконец запомнит, что за каждую рану приходится платить. Пойдем.-Косматый развернулся и заковылял к югу, оставив за спиной хрупкое тело девушки. Рядом зашагал другой головорез. -Жаль, клеймо нельзя оставить, я бы высек знак у нее на лбу. 

***

В Торнхилле поблескивал свет из панорамных окон. Джонс постучал несколько раз, когда изнутри послышались шаги. Открыла Шерил. -Боже мой, я отдала сумму еще вчера, что еще нужно?-Промямлила рыжая, оценивая взглядом в каком настроении к ней нагрянул король. -Бетти. Она у тебя?-Тот же вопрос, и сейчас парень молился о положительном ответе, ведь действительно исчерпал варианты хождения блондинки. -После твоих тщательных нареканий, утром я отказала ей в ночевке. Как ты и просил. Понятия не имею, где твоя возлюбленная.-Замечая нервозность в голосе, Блоссом осознала, что теперь Джагхед в опасно шатком положении. Ему нужна любая информация про девчонку. -Она не моя.. Свою сопливую романтическую ересь оставь при себе.-Услышав отрицательный ответ, брюнет отходит от особняка, краем уха слыша, как Шерил заметно хихикает над его слабой точкой. 

***

Сознание возвращалось к Бетти медленно и нехотя, пробиваясь сквозь пелену беспамятства. Первым, что она ощутила, был холод. Бедняжка лежала на траве, и колкие травинки впивались в щеку. В ушах стоял оглушительный звон, а голова раскалывалась, словно по ней проехался каток. Элизабет попыталась пошевелиться, и тут же в ногу впилась острая, жгучая боль. Левое бедро пылало. Взгляд упал на темную полосу на джинсах, которая в лунном свете казалась просто мокрым пятном, но когда девушка провела по нему пальцами, они встретили липкую, еще теплую влагу. Чуть ниже-аккуратный, зловещий порез на ткани, а под ним-такая же аккуратная и глубокая рана на коже. В паре метров от себя, в траве, тускло поблескивала знакомая рукоятка. Нож. Тот самый, что она, в отчаянной попытке самозащиты, воткнула в ногу тому парню. Теперь он лежал здесь, как доказательство ее собственной жестокости, вернувшейся к ней бумерангом. Встать и пойти за помощью? С такой раной и потерей крови она не доползет и полпути. Стиснув зубы, Бетти подползла к ножу. Лезвие было чистым, его вытерли, но на острие все еще виднелась бурая запекшаяся кровь. Ее кровь. Купер вонзила нож в ткань у самого низа своей штанины и с силой рванула на себя. Грубая джинса с треском расползлась. Она отрезала длинную, широкую полосу-жгут. Боль была адской, когда перекинув полосу чуть выше раны и с силой, от которой потемнело в глазах, затянула ее, кровь, пульсировавшая из пореза, чуть замедлила свой бег. Теперь нужно было встать. Элизабет уперлась руками в землю, собрав всю свою волю в кулак. Мышцы ноги горели огнем, протестуя малейшей нагрузке. Сдавленный стон вырвался из ее губ, когда оттолкнувшись, и с нечеловеческим усилием поднявшись на здоровую ногу, она волочила другую как чужую, неподъемный груз. Каждый шаг отзывался в висках пульсацией, каждый вдох обжигал легкие холодом. Она ковыляла, спотыкаясь о корни и рытвины, цепляясь взглядом за темный проход между деревьями. Слезы застилали глаза, смешиваясь с потом на лице, но она шла, стиснув зубы до хруста. Тушь растеклась по лицу, оставляя черные дорожки. Нож сжатый в руке, снова скрылся под тканью кофты. Ее злобе не было предела. Бетти вышла на дорогу, что вела к северной части проклятущего города. Ненависть и любовь сплелись в тугой, неразрывный узел. Он прислал за ней этих людей. Он, которого она и любила, и ненавидела, снова протягивал руку-но не для примирения, а для того, чтобы сломать ее окончательно. И самое страшное было в том, что даже сейчас, сквозь леденящий страх, в глубине души шевелилось старое, глупое чувство, которое никак не хотело умирать.

***

-Форсайт Пендлтон Джонс третий, какими судьбами пришел к шерифу домой?-Открывая скрипучую дверь миленького дома, проговорил Келлер. Змей слегка растерялся, все же он желал увидеть своего одноклассника, а не его отца.  -Можно просто Джагхед. Кевин дома?-Шериф посмотрел в глубь особняка, тихо посмеявшись. -Нет, он идет сегодня на свидание. Я уж думал, ты пришел признаться в одном из преступлений.-Разговор не заладился. Мужчина искал истинную причину в глазах парня, что чувствовал себя не в своей тарелке. -Бетти Купер к вам не заходила?-Сдался Джонс, выгребая свою горькую правду наружу. -Вроде она хотела переночевать у нас, но у сына уже были планы. -Понял. До свидания.-Не дождавшись ответной реакции король вновь покидает территорию близкого друга Купер. Опять с ни с чем. Неужели мышка направилась в рыжее царство Эндрюса? Не будь глупой девчонкой! Со второго этажа спускается парень, поправляя бабочку на шее. Келлер оглядывает того, хваля за правильный выбор прикида. -Зачем змей приходил?-Перебивает дрожащим голосом Кевин, он вглядывается в окно, где за воротами Джонс садится в свою тачку, с ревом покидающую его «безопасность». -Спрашивал Бетти. Если он тебя пугает, я могу накинуть на него пару заяв, этот мелкий прыщ давно должен по малолетке угодить.-Цедит отец, снова обращая внимание на сына. Келлер старший улыбается, подходя к нему и поправляет горло рубашки. -Нет! Не нужно папа, он того не стоит. В доме Куперов горел свет, а по соседству находился дом Арчи Эндрюса. Если верить Веронике, то Бетти не хочет ночевать дома. Но почему? Загадка для змея. Подойдя к аккуратному домишке, Джагхед впервые задумался о своих словах и как это будет унизительно спрашивать, где сейчас находится девчонка, что он оскорбляет. Занеся руку над дверью, чтобы постучать, парень посмотрел в окно, сквозь прозрачную занавеску знакомой фигуры не наблюдалось. Если Бетти у рыжего регбиста, то может быть ей там лучше и не стоит беспокоить ее своим появлением? Он сделает только хуже. Выдохнув, брюнет смирился с поражением. Она никогда его не простит. Закрывая оградку забора, Джонс вышел с последней территории своей надежды. Ночной воздух был прохладен и влажен, пах мокрым асфальтом и прелыми осенними листьями. Именно в этот момент до него донесся звук, резкий, неприятный скрежет металла о камень. Джагхед повернулся и застыл. Из густой тени в двадцати шагах от него, на свет фонаря ковыляла Бетти. Она шла, переступая с ноги на ногу с видимым усилием, будто каждое движение причиняло боль. Ее плечи были напряжены, а взгляд уперся в землю. Джонс уже собрался окликнуть ее, произнести ее имя, которое застряло комом в горле, но не успел. Завидев его, она тут же отвернулась. Купер застыла на месте посреди потрескавшегося асфальта.  Все ее существо было сосредоточено на одной цели-не выдать боль. Каждый нерв, каждая мышца напряглись в отчаянном усилии скрыть хлещущую из бедра кровь. Горячая волна тошноты накатывала с каждым пульсирующим ударом в ране, но девушка глотала ее, заставляя дыхание быть ровным и беззвучным. Едва сдерживаемый крик застрял у нее в горле, грозя вырваться с каждым неверным движением. Джагхед, не в силах вынести эту ледяную стену отчуждения, сделал несколько осторожных шагов вперед. -Мышка... Послушай, я...-его голос прозвучал приглушенно, полный непроизнесенных извинений и тревоги.-Где ты была? Я везде тебя искал. Она не повернулась. Казалось, она даже не дышит. -Уходи, Джонс.-Голос был не ее, тихий, безжизненный.-Я не хочу тебя видеть. Чего и следовало ожидать, но парень не послушался. Тихое отчаяние в ее словах, неестественная скованность позы-все кричало о том, что что-то не так. Он подошел вплотную, нарушив личное пространство, которое она так яростно выстраивала. -Бетти..-Его руки мягко легли на ее плечи. Она попыталась вырваться, слабым, почти неуловимым рывком, но боль тут же пронзила ее, заставив задохнуться, в этот миг слабости он развернул ее к себе. Джонс увидел все. Его взгляд скользнул по лицу, искаженному гримасой, за которой угадывалась невыносимая мука, а затем упал ниже. На темное, алое, отвратительное пятно, расползающееся по светлой ткани на ее бедре. Кровь. Она была живой, теплой и сочилась сквозь джинсу, безмолвно свидетельствуя о трагедии. -Откуда? Кто это сделал?!-Сердце забилось чаще. Ее пытались убить? Время остановилось. Джагхед смотрел на скорченное от боли лицо Бетти, на предательское пятно на ее бедре, и в его мире не осталось ничего, кроме тихого ужаса и всепоглощающего желания немедленно ей помочь.-Позволь я..? -Нет!-Отрывая руки от себя, вскрикнула Элизабет.-Мы с тобой не пара, не любовники и даже не друзья! Уходи, я справлюсь сама.-Цитируя его же, выплевывает девушка. Пытаясь обойти змея, Бетти сжимает кулачки до побеления костяшек, боль адская, а ей нужно идти. -Извини, но сейчас я тебя не оставлю.-Вид крови на ее бедре и страдальческое выражение лица парализовали в Джагхеде все, кроме одного инстинкта действовать. Медлить было нельзя. Его руки осторожно обхватили ее. Одна легла под согнутые колени, другая под спину. Резкий, пронзительный писк вырвался из губ Бетти, когда ее нога сменила положение. Она впилась пальцами в его кожу поверх футболки, глаза застилали слезы от шквала новой, ослепляющей боли.  -Отпусти! Мне больно!-Но Джагхед, стиснув зубы, уже поднял бедняжку. Змей прижал блондинку к своей груди, стараясь сделать свои объятия как можно более надежными и неподвижными, превратившись в живые носилки. Ее горячее дыхание обжигало шею, а каждое сдавленное всхлипывание отзывалось в нем глухой болью. Брюнет быстрыми шагами понес пострадавшую к дому, не обращая внимания на протесты, которые скоро перешли в тихие стоны. Она была легкой, но невыносимой ношей-не из-за веса, а из-за хрупкости и той агонии, которую он ей причинял с каждым шагом. Призрачные тени деревьев скользили по ним, пока они приближались к темному фасаду дома Куперов. Из окна гостиной лился тусклый свет и доносились приглушенные голоса-ее отца и той женщины.  -Я не хочу, чтобы нас видели.-Шепчет с перерывами Элизабет, то и дело поглядывая на стекающую по штанине кровь. Самодельный жгут не помогал.  Деревянная дверь с тихим щелчком поддалась. Полумрак и тишина встретили их в прихожей. Пахло чистотою и чужими духами. Джагхед замер, прислушиваясь к голосам из гостиной, затаив дыхание. Бетти, казалось, тоже застыла в его руках, вся превратившись в слух. На кухне играл джаз и доносились громкие посвистывания музыке. Купер старший надевал пиджак, подходя к незнакомке, что размашисто оставила поцелуй на его щеке. От этого жеста Элизабет передернуло.  Шаг за шагом, прижимаясь к стене, Джагхед начал подниматься по лестнице. Он двигался медленно, плавно, стараясь не трясти ее, но чувствовал, как она сжимается от сдержанного спазма, когда боль в бедре пульсировала в такт его шагам. Наконец, они были наверху. Он плечом отворил дверь в ее комнату, и знакомый уют, пахнущий ее духами обволок их. -У твоего отца есть любовница. Ты знала?-Парень бережно, с бесконечной осторожностью, опустил ее на мягкое покрывало. Тело бессильно утонуло в матрасе, и девушка, наконец, расслабилась, выдохнув сдавленное, дрожащее «спасибо».  -Поэтому и не ночую здесь. Теперь мы знаем о секретах отцов друг друга.-Позволила себе шутку Купер и тут же скорчилась от боли. Джагхед выпрямился, его руки онемели, а на футболке, чуть ниже ключицы, алело маленькое кровавое пятно, след от ее раны. -Где твоя аптечка?-Действовать нужно было быстро. Она итак потеряла много крови, а теперь ей самой нужно зашить себе рану.  -Шкафчик сзади тебя.-Подойдя к нему, Джонс мельком глянул в окно. Из дома выходили два силуэта о чем-то мило щебеча. -Они ушли. -Пусть катятся.-Бетти кусая губу, медленно отрывала прилипшую джинсу от пореза. Не самое приятное зрелище. Рядом показался саквояж скорой помощи.-Достань иглу, кетгут, перчатки, иглодержатель и антисептик. Джонс паникующе вытаскивал материалы из коробки, оглядывая девушку, что трясущимися руками пыталась дойти до раны, поднимая вверх штанину. -Нет, так не пойдет. Снимай, тебе будет намного легче.-Джагхед нацепил перчатки на себя и всучил их еще и девушке. Он обработал материалы антисептиком, чтобы не занести всякую заразу в рану. Элизабет смущенно уставилась на него. -Отвернись.-Змей усмехнулся такому ответу. -Что я не видел в женском теле. Снимай, я помогу.-Стыд пылал на ее щеках алым румянцем, но боль была столь всепоглощающей, что смущение казалось лишь далеким, глупым эхом. Джагхед приблизился к джинсам, действовал медленно, бережно расстегнув пуговицу и молнию. Его пальцы сейчас были поразительно нежны. Он стягивал плотную ткань сантиметр за сантиметром, стараясь не задеть окровавленный разрез на ее бедре. Бетти зажмурилась, когда материал на мгновение зацепился за рану, и тихий стон вырвался из ее губ. Наконец, джинсы подчинились, и он аккуратно снял их, оставив блондинку в нижнем белье. -Все готово, мышка.-Его собственные руки не дрожали, когда он вскрывал упаковки, раскладывая необходимое на придвинутом табурете, как инструменты на операционном столе. Бетти взяла иглу. Металл был холодным в ее пальцах. Она сделала глубокий вдох, пытаясь собраться, но тело отказалось подчиняться. Рука с иглой предательски задрожала, как осиновый лист. Она смотрела на свою кожу, на рваные края раны, и сознание кричало от ужаса. Это было ее собственное тело, ее плоть, и Купер не могла заставить себя совершить эту калечащую манипуляцию. -Давай же, соберись. Ну же, тысячу раз делала!-Кричала сама на себя Элизабет. Голос ее сломался. Взгляд, полный отчаяния и боли, метнулся на Джагхеда. Вся храбрость, все упрямство истекли вместе с кровью, обнажив незащищенную, испуганную девушку. Игла выпала из дрожащих пальцев на одеяло. Она не могла себя зашить и в тишине комнаты это прозвучало как приговор. -Стой, успокойся. Бетти, посмотри на меня.-Слезы стекали по щекам, кровь пульсировала в висках и девушку бросало то в жар, то в холод. Расфокусированно она поглядела на парня. Брюнет придерживал ее за щеки, его ладони словно большие куски льда, что сейчас действовали маленькой передышкой для нее.-Все будет хорошо. Я рядом и помогу. -Я знаю какого это, Джонс. У меня не осталось морфия, мне нужно терпеть на живую, и если что-то пойдет не так-я упаду в вазо-вагальный обморок!-Паника окутала блондинку, сейчас она явно выглядела не лучшим образом. Левая нога погрязла в крови, мелкие капли падали на розовый ковер. И как потом объяснять это отцу?-Что будет потом? Я не успею зашить так быстро. Я просто.. Элизабет смотрела на иглу, лежащую на одеяле, как на орудие пытки, а на свою рану как на нечто чужое, чудовищное. Дрожь, начавшаяся в руке, теперь сотрясала все тело. Воздух перестал поступать в легкие, свинцовая тяжесть сдавила грудь. Слезы, которые она так яростно сдерживала, наконец хлынули горячими, беззвучными ручьями по бледным щекам. Бетти потеряла контроль-над телом, над болью, над собой. Мир сузился до этого ужаса перед необходимостью причинить себе еще большую боль. Джонс притянул ее к себе. Слегка шероховатые губы соприкоснулись с покусанными до крови мягкими губами. Его поцелуй был не страстным и не требовательным. Она не ответила ему, просто приняла-позволила его устойчивости стать ее собственной, позволила его губам заткнуть рвущийся изнутри крик. Запах его кожи-дождь, ночной ветер и что-то неуловимо родное смешался со вкусом ее собственных горьких слез. Когда он отстранился, боль и страх никуда не ушли, но они отступили на второй план, уступив место тихому, выстраданному штилю. -Что ты сделал?-Глядя в глаза, полные тревоги и нежности, прошептала Бетти. -Когда-то ты упомянула, что хотела бы поцелуй в тот день, когда все валится из рук. Сегодня самый паршивый день.-Грустно улыбнулся Джонс и Купер едва заметно кивнула, согласилась. Он прикоснулся лбом к ней, все еще держа ее лицо в своих руках. -Теперь я все сделаю,-тихо сказал парень, в голосе не было сомнений. Он больше не мог быть просто наблюдателем. Парень поднял иглу, и рука, к его собственному удивлению не дрогнула. Змей не был хирургом, но в тот момент для нее он стал всем. Смочив вату в спирте, брюнет предупредительно посмотрел на нее: будет холодно. Резкий, обжигающий запах заполнил пространство между ними, когда Джонс осторожно начал очищать кожу вокруг раны. Бетти резко вдохнула, впиваясь пальцами в покрывало, но не издала ни звука. -Так... Глубже,-ее голос был сдавленным, но ясным.-Нужно захватить... подкожный слой. Иначе... разойдется.-Джагхед кивнул, его взгляд был прикован к кровавой линии. Король ввел иглу в ее плоть, и тело напряглось, как тетива. Он почувствовал это напряжение под своими пальцами. -Не смотри,-мягко приказал брюнет, свободная рука легла поверх ее сжатого кулака, большим пальцем начав совершать медленные, успокаивающие круги по ее костяшкам. Это было простейшее прикосновение, но в нем была целая вселенная поддержки. Он тянул нить, затягивая узел, следуя ее тихим, прерывистым указаниям. -Теперь подожди секунду, дай мне дыхание перевести.-Бетти научилась терпеть, несколько раз подрабатывая хирургом не только для других людей, но и для себя, но другое дело, когда нет морфия. И чтобы она делала без него? Он ждал. Не отпуская ее руку, глядя в лицо, а не на рану. Джонс видел, как Элизабет зажмуривается, как горло содрогается в беззвучном стоне, как она заставляет себя сделать глубокий, дрожащий вдох и такой же медленный выдох. -Хорошо,-выдыхала она, давая ему разрешение продолжать. Стежок за стежком, узел за узлом, под ее тихий шепот и под нежное, ритмичное поглаживание руки. В этом совместном, мучительном действе, среди крови и боли, рождалось что-то новое, хрупкое, но невероятно прочное, словно эти самые швы, которые он накладывал на ее рану, одновременно сшивали и что-то в их собственных разбитых сердцах. -Сейчас обработаю и будет готово.-Купер легла всем телом на кровать, смотря в потолок и чувствуя как по ноге движется холодная ватка. Он спас ее.-Все готово, мышка. -Спасибо, Джагхед. Я бы не справилась не будь тут тебя.-Она подняла голову, следя за тем, как аккуратно король запаковывает инструменты обратно.  -Я должен сказать кое-что Бетти.. Впервую очередь хотел бы извиниться за то, что сказал тебе сегодня. Я вспылил из-за отца. Это не то, что я думаю о тебе.-Купер села обратно, Джонс устроился рядом, глядя куда-то в пол. Сама из себя Бетти была просто идеальной, худые ножки, на которых красовался уродский шрам, маячили под глазами, отчего парень нервно сглотнул.-А еще, кажется я.. Ты мне..-Но Бетти не дала закончить, она мягко примкнула к его губам, желая снова почувствовать их вкус. Джонс охотно ответил на поцелуй, теперь уже требовательно, так будто между ними все может закончиться в любой момент. -Про что ты хотел там сказать?-Отдышавшись от сильного напора парня, спросила радостно Купер. -Ничего. А сейчас, для чего ты это сделала?-Все таки сейчас точно не время для признания. Может это все таки не влюбленность, а переизбыток положительных эмоций на фоне гнилого Ривердейла?  -Хотела узнать, как целуется король змеев.-В открытую хихикает Бетти. -И как оно? -На семь мышек из десяти.-Сравнивать ей было не с чем, но подколоть змея нужно наверняка, чтобы не зазнавался. -Буду работать.-Вторит Джонс, принимая хитрую игру, но бросая взгляд на шрам, его снова поглощает другая реальность.-Ты не сказала, кто это сделал. -Какая разница? Все в прошлом.-Тушуется блондинка, заправляя прядь волос за ухо. Начался допрос. -Ты их знаешь?-Бетти нервно сглатывает, отчего Джагхед делает вывод. Знает еще как, но почему скрывает?-Не хочешь говорить про них? -Да, просто забудь.-Поглаживая себя по ранам на ладони отвечает собеседница. -Нет. Я найду этих ублюдков. Сам. Никто не сделает тебе больше больно. Было ли это признанием, Бетти не знала, но после этих слов, змеиный король вышел из комнаты, а вскоре и вовсе покинул дом. Элизабет знала, что если Джонс найдет их, всему ее образу придет конец. Обратной дороги нет.