Глава IV

      Рыцарские турниры — мероприятие не на один день. Ирэн и Мерлин смотрели за ходом сражения, можно сказать, из-за кулис — с места, где стояли палатки рыцарей и был выход на арену. Оттуда был относительно неплохой вид. Прислонившись спиной к грубому бревну, Ирэн лениво жевала травинку и смотрела на поединок с выражением лица человека, наблюдающего за выступлением чужих детей на детском утреннике. До боя Валианта было ещё далеко. Еë взгляд сам собой переместился на королевскую трибуну, богато украшенную алыми тканями. Король Утер и леди Моргана были увлечены проходившим боем. Даже сквозь скрежет металла был слышен хруст ломающихся костей — колено согнулось в обратную сторону. Могучий рыцарь с синим гербом отправил своего оппонента в плотное знакомство с землей. Мимолетно нахмурившись и выдохнув, король зааплодировал победителю. Зрелище, и правда, было неприятное, но красочное. Моргана пораженно охнула, прикрыв рот рукой. Ирэн не сводила с неë взгляд. Она уже год жила во дворце, и несмотря на то, что, казалось бы, большее время проводила в лесу, украдкой ей удавалось наблюдать за воспитанницей короля. И… Она видела обычную девушку, в которой не было ни капли той жестокости, злобы и ненависти, что была в Ведьме, помогавшей Моргаузе. Более того Моргана была добра и сострадательна. Ирэн не верила, что человек, столько раз видевший казни и до сих пор не привыкший к ним, каждый раз тяжело переносивший их вид и борющийся за справедливость, за какой-то год может стать хладнокровной убийцей невинных. Ирэн умела хорошо чувствовать фальшь, и когда она видела, как Моргана секретничает с Гвиневрой, а потом они вместе тихо хихикают, как спокойно без страха смотрит на Утера, как улыбается и подначивает Артура, то ни разу не усомнилась в еë искренности. Такие глобальные перемены в еë характере, как показаны были в сериале, не происходят по мановению руки. Должны были быть звоночки, предпосылки в прошлом, но Ирэн их не находила. Она сама не заметила, как перестала о чем-либо думать и просто продолжила смотреть на леди Моргану. На ее острые черты лица, живые светлые глаза. На темные волосы подчеркивающие алебастровую бледность кожи, на дорогие меха, укрывавшие плечи. Она внимательно следила за ходом сражений, улыбалась и хлопала победившим рыцарям. Ирэн понимала, что бессовестно пялится, но не могла отвести взгляд. Как же Моргана была прекрасна… — Мерлин… — вздохнув, Ирэн мечтательно произнесла: — Это не женщина — это беда… Артур уже выступил, поэтому Мерлин тоже не очень интересовался происходящим. — Леди Моргана? Она добра и никому не причинит зла. — Мерлин понимал, что он что-то не понимает. Он нахмурился. — Почему ты так про нее говоришь? — Я восхищаюсь. Она красива, как смертоносный клинок. — Ирэн и сама не знала насколько она шутлива в восхвалениях леди Морганы, а насколько правдива. Слова лились легко, словно река: — Как шторм, как лесной пожар. Как… … Как руины домов, принадлежавших магам, как Остров Блаженных, который она никогда не видела в живую… — Как что? — не отставал Мерлин, всё больше запутываясь. — Не важно. — отмахнулась Ирэн, и на сей раз в её голосе не осталось и следа мечтательности. Оно сменилось чем-то острым, знакомым и холодным. Её взгляд на мгновение стал отстранённым, будто она смотрела не на Моргану, а сквозь неё, на что-то очень далёкое и печальное. — Забыла, что хотела сказать. Этот диссонанс не давал ей покоя, но не настолько, чтобы намеренно следить за Морганой. Все наблюдения Ирэн носили эпизодический случайный характер и потому делать какие-либо выводы было поспешно. Во всяком случае, это еë не сильно касалось. Но вот кое-что было более приземленным… — Так… Ты поставил на кого-нибудь? — спросила Ирэн, чтобы перевести тему. Она решила воспользоваться самым банальным способом подзаработать любого уважающего себя путешественника в прошлое — ставки на спортивные мероприятия. — А… Нет. Мне не очень интересно следить за всем этим. — Мерлин пожал плечами. — Ага, как же… — Ирэн с хитринкой посмотрела на него. Она видела, как загорелись его глаза как он переживал, когда Артур выходил на бой. Слегка понизив голос, она принялась пародировать Мерлина, добавив к тону наигранно-томные нотки: — «Давай, Артур! М-м-м, давай! О, да!» Фразы приобрели пошлый подтекст, перестав казаться обычными выкриками болельщика. Покраснев до кончиков ушей Мерлин пихнул еë локтем в бок, что вызвало лишь смех. — Фу! Я говорил это совсем не так! — Именно так! Озорная мстительная ухмылка расцвела на лице Мерлина. Он понял, что в эту игру можно играть вдвоем. — «Ах, леди Моргана так прекрасна, что я готова целовать еë ноги!» — пропел он тонким, насмешливым голоском. — Да. — серьёзно кивнула Ирэн, посмотрев ему в глаза. На мгновение замешательство отразилось на лице чародея. Он ожидал, что та хотя бы смутится. — Вопросы? — Ой, заткнись… — но до победы ему было далеко. Ирэн не выдержала и рассмеялась. Какое-то время они молча наблюдали за очередным боем. — Так и не скажешь на кого поставила? — Мерлин скосил на нее взгляд. — Нет. Не хочу спугнуть удачу. Мимо проходящий слуга окликнул их, и они оба тяжело вздохнули. Их нашли и больше отлынивать от обязанностей не получится. *** В дела со щитом и Валиантом Мерлин и Гаюс еë не посвящали. Каждый раз, когда она проходила мимо, они крайне комично на мгновение замолкали, чтобы потом начать натянуто обсуждать какую-нибудь ерунду. Ирэн не лезла в это. Мерлин должен был пройти свой путь сам и сделать выводы. Она не должна вытаскивать его из каждой передряги — с большинством событий он справлялся сам без особых потерь. Тем более… Общаться с ним было так странно: она знала его как старого друга, знала его будущее, горести и надежды — он знал еë от силы больше недели. Несмотря на то, что они быстро нашли общий язык, фактически они едва были знакомы. Артур выиграл турнир, Мерлин остался его слугой, Ирэн стала богаче на приятную сумму золота. Она не ставила себе цель подловить Мерлина на использовании магии. Тем не менее, чисто ради спортивного интереса, она вела отсчёт со дня их знакомства, сколько же ему удастся скрывать свои способности. Одиннадцать дней. Что ж, возможно, это даже не плохой результат. Гаюс задерживался, но сказал, что скоро подойдёт, поэтому Ирэн сходила на кухню и принесла на всех троих ужин. Из комнаты Мерлина доносился страшный металлический скрежет и шум. Приготовив все для трапезы, она села за стол и принялась ждать прихода лекаря. В полной уверенности, что он один, Мерлин вышел из своей комнаты. Из-за раскрытой двери прекрасно было видно парящие в воздухе доспехи, которые начищались сами собой. Он даже успел сделать несколько шагов вперед прежде, чем заметить Ирэн. Испуг, паника тут же отразились на его лице. — Я уверена, что есть какое-то заклинание тишины. Доспехи, меч и ещё черт знает, что с грохотом упали на пол. — Эм… Это не то, что… — начал путаться в словах Мерлин, в страхе смотря то на нее, то на дверь в покои Гаюса. — Да, оно есть, но… Ты же никому не расскажешь? Вместо ответа, Ирэн потушила свечу на столе, после чего зажгла еë заклинанием. — Ты тоже волшебница! — радости и облегчения Мерлина не было предела. — Только Гаюсу не говори, он не знает. — смотря на его счастливую улыбку, Ирэн стало неловко. — Что? Почему? — Мерлин непонимающе нахмурился. Ирэн смутилась его вопроса. Гаюс на самом деле не заслужил того, чтобы от него что-то скрывали. Тем не менее… Далеко не всем колдунам Гаюс помогал скрыть свои таланты. — Чем меньше людей знает, тем лучше. — она пожала плечами. — Он наверняка догадывается, но мы этого вопроса не поднимаем. — Он обучает меня магии. — возразил Мерлин. — Ты же не думаешь, что он бы сдал тебя королю? Он никогда так не поступит. — Конечно, нет. — Ирэн отвела взгляд в сторону. — Но так проще всем. Я не создаю ему проблем, он не спрашивает, чему ещё меня научили друиды, кроме травничества. — Это так… Неправильно. — Мерлин насупился почти по-детски. Ирэн посмотрела на него с пониманием. Это было до боли неправильно. — Я не хочу, чтобы он ещё обо мне волновался. Ему тебя хватает. — она кивнула в сторону его комнаты и валяющихся на полу доспехов Артура. Отговорка, оправдание от которого становилось неприятно на душе. Конечно, это было частью правды, Мерлин читал еë как открытую книгу. — Как ты живешь в этой недосказанности? — тихо спросил он, помолчав. — В недоверии к любому, кто тебя окружает? — Хреново. — невесело хмыкнула Ирэн. — Но зато сплю спокойно. И тебе советую не распространяться лишний раз. Мало кому можно доверять, а награды за голову колдуна приличные. — Агрх… — Мерлин схватился за эту самую голову. — Но скрывать это от Гаюса — глупо. Весь этот запрет магии глуп! Я не вынесу больше секретов! Он говорил с пылом юноши, для которого мир всё ещё делился на чёрное и белое, а правда должна была торжествовать. Ирэн смотрела на него с странной смесью зависти и жалости. — Придётся. — вздохнула она. — Что ещё остаётся?.. В этот момент дверь скрипнула, и в комнату вошёл сам лекарь. —Ох, бедолага с растяжением оказался настоящим болтуном… — он замолк, почувствовав напряжённую атмосферу. Его взгляд скользнул по Мерлину, который пытался принять беззаботный вид, и по печально задумчивой Ирэн. — Всё в порядке? — Всё прекрасно, Гаюс. — сказала Ирэн, и её голос вновь приобрёл привычные лёгкие нотки. Она пододвинула ему тарелку. — Я принесла ужин. Они все вместе сели за стол. Мерлин бросил на неё взгляд, полный упрёка, но промолчал. Гаюс сел, явно не до конца поверив им, но не стал допытываться. Ирэн поймала взгляд Мерлина и чуть заметно покачала головой. Проще. Так проще для всех. Но глядя на то, как Мерлин молча ковыряет вилкой еду, она понимала — для него это не было проще. Для него это была пытка. Пытка, которая уже давно стала привычной частью еë жизни. Настолько, что она практически не обращала на нее внимания. По Гаюсу было видно, что он слишком устал за день, и явно не хотел сейчас о чем-либо говорить. Ирэн расслаблялась, отодвигая разговор с Мерлином на задний план. Ей не хотелось бередить тему несправедливости и невозможности повлиять на законы. Но для Мерлина тишина была гнетущей. Он не выдержал. — Ирэн хотела кое-что сообщить тебе… — проговорил он, скосив на неё взгляд. — Кое-что важное… Взгляд Ирэн, полный ярости и паники, впился в Мерлина. — Что? — просто спросил Гаюс, устало взглянув сначала на Мерлина потом на Ирэн, но без тени подозрения. — Что Мерлин идиот. — прорычала она, еле сдерживая себя. Сердце колотилось как бешенное. Предатель! Они встретились взглядами. И в глазах Мерлина не было ни злорадства, ни упрямства. Только искренняя, почти детская мольба. Он не мог вынести этой стены между ними. Он хотел, чтобы его наставник, человек, которому он доверял больше всех, знал. Чтобы они вместе разделяли этот секрет. — Это мне, к сожалению, известно. — хмыкнул Гаюс, ожидая развития событий. Ирэн закатила глаза к потолку. Тяжело вздохнула. — Я обладаю… — слова давались ей тяжело. Все в ней было против прямого признания. — некоторым магическим даром. Которым, конечно, не пользуюсь. — тут же добавила она. — Конечно. — Гаюс кивнул с невозмутимым видом, словно она только что сообщила о дожде за окном. Он уставился на них обоих своим пронзительным, изучающим взглядом, после чего тяжело вздохнул. Помассировал переносицу. — Я только об одном вас обоих прошу… — заговорил он, после долгого молчания. — Не творить глупости просить бессмысленно, поэтому… прикрывайте друг друга. Всегда.       Ирэн не ожидала услышать подобное, но с серьезностью кивнула. — Хорошо, Гаюс. — так же кивнул Мерлин, светясь от радости. — И кто кого поймал на использовании магии? — ещё раз тяжело вздохнув, спросил лекарь. — Мерлин чистил магией доспехи и точил меч в своей комнате. — тут же в отместку сдала его Ирэн. Мерлин насупился, бросив на нее обиженный взгляд. Гаюс в какой раз тяжело вздохнул. Кажется, он начал понимать какого это — быть многодетным отцом.