Глава 3

      Башня Рейвенкло была потрясающей. Она была огромной, с темно-синими стенами. Не то чтобы из-за множества книжных шкафов можно было разглядеть большую часть стен. Комната, казалось, была разделена на две части. С одной стороны было много письменных столов, индивидуальных и групповых, а с другой — диваны. Гарри подошел к ближайшему книжному шкафу, чтобы посмотреть на книги. — Здорово, правда? — спросил Нода у него за спиной. — Да, — кивнул Гарри, разглядывая названия книг. Все они, казалось, были связаны со зельеварением. — Чьи они? — Множества людей, — ответил Нода. — Есть заклинание, которое мы используем, чтобы наложить на книгу, и оно добавляет её в библиотеку Рейвенкло. Книга по-прежнему принадлежит тебе, но хранится в этих шкафах, и любой может её прочитать. — Это здорово! — Гарри приятно улыбнулся. — Это сложное заклинание? — Не очень, — пожал плечами Нода. — Хотя, наверное, пока немного выше твоего уровня. Я могу попробовать научить тебя позже, если хочешь. — Звучит потрясающе, спасибо! — Сюда, первокурсники! — Профессор Флитвик прибыл, пока Гарри рассматривал книги, и стоял посреди комнаты.       Гарри присоединился к другим первокурсникам напротив него. — Добро пожаловать в Рейвенкло! — сказал им Флитвик. — Мы рады вас видеть. Я профессор Флитвик, и я декан данного факультета, а это значит, что вы будете часто меня видеть.       Гарри слегка нахмурился, смотря на полугоблина с недоумением. Он был совсем не похож на Бэкнога или целителя Акскьюр, или любого другого гоблина, которого мальчик встречал раньше. Он был счастлив, энергичен и действительно проявлял эмоции. — Как рейвенкловцы, мы гордимся своей жаждой знаний и готовностью делиться тем, что узнали, — продолжил Флитвик. — Поэтому, если вы захотите, вам будут доступны дополнительные занятия. Они не обязательны, но я советую вам воспользоваться ими. Особенно если вы не из волшебной семьи. — После этого Флитвик огляделся. — В Рейвенкло шесть старост. Старосты! — крикнул он, помахав некоторым старшеклассникам, которые тихо болтали. — Извините, профессор, — подошёл один из самых взрослых на вид учеников. — Нет, нет, не извиняйтесь, — ответил Флитвик. — Первокурсники, это Арчер Бруствер. Он один из старост седьмого курса и староста школы в этом году. Ваша вторая староста седьмого курса — Полин Фанкорт, где она? — Здесь, профессор, — ответила невысокая девочка, стоявшая рядом с Бруствером. — Отлично, — кивнул Флитвик. — Ваши старосты шестого курса — Коннор Макмиллан и Андреа Брэди.       Эти двое учеников подошли и встали по другую сторону профессора, помахав первокурсникам. — И, наконец, старосты пятого курса — Роберт Хиллиард и Лоретта Корнхилл, — объяснил Флитвик. Он просиял от восторга, когда два пятикурсника помахали. — Замечательно! Если у вас есть какие-либо вопросы или проблемы, идите к ним. Полагаю, вы все прочитали свое руководство для учащихся? — Да, сэр, — ответил Гарри вместе с остальными первокурсниками. — Отлично! — Флитвик просиял, глядя на них. — Тогда я желаю вам спокойной ночи и оставлю вас обустраиваться.       Гарри смотрел, как Флитвик вышел из комнаты, а затем перевел внимание обратно на старост, которые все еще стояли перед ними. — Как сказал профессор, добро пожаловать, — улыбнулась им Полин Фанкорт. — Небольшое введение, прежде чем мы покажем вам ваши спальни. — Во-первых, вы, наверное, заметили книги, — начал Арчер Бруствер. — Это объединенная коллекция учеников Рейвенкло. Там представлены не все наши книги, очевидно, что некоторые из них очень дороги для нас, а некоторые дополняют друг друга, но у каждого из нас есть по крайней мере несколько книг, которые пополнили библиотеку. Вы можете пользоваться ими, но вы должны знать, что книжные шкафы фиксируют, кто к каким книгам прикасается, и если вы повредите книгу, вы будете нести ответственность за ее замену. — Вы также можете вносить книги, — добавил Коннор Макмиллан, один из старост шестого курса. — Да, определенно, — согласился Бруствер. — Так что, если у вас есть какие-либо книги, которые вы хотели бы одолжить библиотеке, попросите кого-нибудь из старшеклассников помочь вам. — Вы, наверное, заметили, что в нашей гостиной две разные зоны, — сказала им Фанкорт. — Сторона с партами — для учебы, а сторона с диванами — для отдыха. Каждая из парт окружена заглушающим заклинанием, так что вас не будут отвлекать разговоры. — Отбой в десять для первокурсников, — сказал им Бруствер. — Нам все равно, есть ли у вас еще задания на следующий день, так что убедитесь, что не оставляете все напоследок. — И, наконец, — сказала Фанкорт, — если у вас есть вопросы по учебе, за тем столом в углу всегда будет кто-нибудь сидеть. Ученики пятого курса и старше по очереди сидят там и готовы ответить на любые вопросы. — Мы организуем групповые дополнительные занятия в ближайшие дни, — добавил Бруствер. — Так что следите за доской объявлений, чтобы не пропустить. — Теперь, девочки, идемте со мной, — сказала Фанкорт. — А мальчики — с Арчером.       Гарри последовал за старостой школы через гостиную и дверь в длинный коридор. Он оглянулся и понял, что два других старосты идут с ними.       Арчер остановился у первой же двери и открыл ее. — Это ваша спальня, — сказал он, вводя их внутрь.       Комната была такого же синего цвета, как и гостиная, и в ней было пять кроватей. Однако это были не обычные кровати, у них были столбики на каждом углу и занавески, которые, очевидно, можно было задернуть, чтобы обеспечить спящему уединение. У каждой кровати сбоку стоял письменный стол, а у изножья — сундук. — Найдите свой сундук, — проинструктировал Арчер. — Это будет ваша кровать. Сундук Гарри оказался самым дальним, и пока он шел к нему, он посмотрел на свой письменный стол. Это выглядело чудесно! Его собственное рабочее место. Он не мог дождаться, когда расставит там все свои учебники. — Как вы себя чувствуете? — спросил их Макмиллан.       Гарри заметил, что у старосты были закатаны рукава, и понял, что это логично. Макмиллан был из одного из Древних Домов. — Хорошо, — ответил Голдштейн. — Потрясающе! — ухмыльнулся Терри. — Отлично, — в ответ ухмыльнулся Макмиллан. — Теперь, я знаю, вы наслушались разговоров, но потерпите нас ещё немного. Быть распределенным в Рейвенкло может быть очень пугающим, на вас оказывается гораздо большее давление, чтобы вы получали хорошие оценки, чем на некоторых других факультетах. — Но не переживайте об этом, — сказал им Бруствер. — Да, — согласился Макмиллан. — Вас не выгонят за плохие оценки, и мы не будем любить вас меньше. — Однако, — впервые заговорил Хиллиард, староста пятого курса. — Усердно работайте и получайте удовольствие от учёбы. Для этого вы здесь. Не потому что вы умные, а потому что вам нравится узнавать новое. Если у вас есть вопросы по учебе, сначала спрашивайте у своих однокурсников, а если они не знают ответа, то спрашивайте у кого-нибудь постарше. — Оглянитесь, — велел им Бруствер. — Вы застряли с этими ребятами на следующие семь лет. Вы будете вместе ходить на занятия, вместе есть, вместе учиться и вместе отдыхать. Эти семь лет будут гораздо приятнее, если вы поладите друг с другом. — И гораздо проще, — добавил Макмиллан с ухмылкой. — Мы не против дружеского соперничества, это может быть полезно. Но если мы увидим неприемлемое поведение, мы вмешаемся. — Занятия начинаются утром, — сказал им Бруствер. — Расписание занятий вы получите за завтраком. Мы встретим вас в гостиной в половине восьмого, чтобы познакомить с вашими наставниками из старших курсов. — По сути, каждому из вас будет назначен ученик четвёртого курса или старше, — объяснил Макмиллан. — Он покажет вам, как все устроено, и все объяснит. — Кто из вас маглорожденный? — спросил Хиллиард.       Гарри огляделся и заметил, что никто из других мальчиков не поднял руку. — Эм… я воспитывался у маглов, — признался он.       Все посмотрели на него странно. — Но ты же Гарри Поттер, — возразил Хиллиард. — Я рос с сестрой моей мамы, а она магл. — Гарри, как всегда, пожал плечами. — Ладно, мы поговорим с тобой чуть позже, хорошо, Поттер? — спросил Бруствер.       Гарри кивнул, чувствуя, как краснеет от всеобщего внимания. — Тогда ладно, — бодро сказал Макмиллан. — Есть вопросы?       Все пятеро первокурсников покачали головами. — Странно, — усмехнулся Бруствер. — Впервые за три года не было вопросов. Обычно первокурсники — любознательные проказники. — Может быть, у нас лучше получается произносить приветственную речь, — предположил Макмиллан. — Может быть, — согласился Бруствер. — Теперь мы оставим вас. Приходи ко мне примерно через полчаса, Поттер. — Хорошо, — быстро ответил Гарри, гадая, как он узнает, когда пройдет полчаса. — Доброго расставания, — сказал Макмиллан, поклонившись в сторону Гарри.       Гарри покраснел и резко кивнул ему. — Доброго расставания. — Традиционалист, — с ухмылкой поддразнил Бруствер шестикурсника. — А что в этом плохого? — спросил Макмиллан мягко, толкнув другого парня локтем, когда они выходили из комнаты. — Традиции — важная часть культуры. — Правда, — признал Бруствер. — Но наступает время, когда культура движется вперед.       Гарри напрягся, чтобы расслышать ответ Макмиллана, но тот затих, когда Хиллиард закрыл за ними дверь. — Ну, — начал Голдштейн. — Надеюсь, ты не ожидаешь, что мы все будем относиться к тебе как к королевской особе. — Что? — Гарри быстро покачал головой. — Ни в коем случае. — Хорошо. — Голдштейн сел на свой сундук. — Потому что моя семья никогда не придерживалась этой традиционной ерунды. — Ну, а моя придерживается, — сказал Бут Голдштейну с нахмуренным лицом, прежде чем повернуться к Гарри и поклониться над руками. — Доброй встречи. — Доброй встречи. — На этот раз кивок Гарри был гораздо менее резким, и он удивился, что не заметил раньше закатанных рукавов у другого парня. — Моя тоже, на самом деле, — сказал Корнер, прежде чем поклониться.       Гарри снова кивнул. — Доброй встречи.       Все мальчики посмотрели на пятого парня в комнате, Родни Джонсона. — Не смотрите на меня, — пожал плечами Джонсон. — Моя семья традиционно гриффиндорская, они не притронутся к такого рода традициям и десятидюймовой палочкой. Мне, впрочем, интересно выслушать разные стороны дискуссии. — Справедливо, — кивнул Бут, тоже садясь на свой сундук. — Так ты первый рейвенкловец в семье? — Нет, — покачал головой Джонсон. — Мой двоюродный дедушка был рейвенкловцем, и у меня был троюродный брат, который был хаффлпаффцем. А вы, ребята? — В моей семье есть представители всех факультетов, — ответил Голдштейн. — У меня есть двоюродная сестра-слизеринка, мама была гриффиндоркой, а папа — хаффлпаффцем. Но два моих дяди были рейвенкловцами. — Слизеринка? — с ухмылкой спросил Бут. — По крайней мере, часть твоей семьи должна быть относительно традиционной. Не думаю, что нетрадиционный ученик продержится семь лет в Слизерине, сохранив рассудок.       Голдштейн скривился. — Да, Джемма немного странная. — Моя семья традиционно рейвенкловская, — сказал Корнер. — Думаю, если бы меня распределили куда-нибудь ещё, у моего дедушки мог бы случиться удар. У Терри тоже. Наши отцы были соседями по комнате, когда учились в школе. — И мы все знаем историю семьи Поттера, — указал Голдштейн.       Гарри неловко пожал плечами; парни, наверное, знали об истории его семьи больше, чем он сам. — Итак, какого предмета ты ждешь с нетерпением больше всего? — спросил Корнер. — Заклинания, — сразу ответил Бут. — Я жду Историю магии, — мечтательно улыбнулся Джонсон. — Я тоже жду Заклинания, — ответил Голдштейн. — А ты, Корнер? — Вы можете звать меня Майкл, — сказал им Майкл Корнер. — Если мы собираемся прожить вместе следующие семь лет, то с таким же успехом могли бы называть друг друга по имени.       Четверо других мальчиков кивнули в знак согласия. — Ладно, Майкл, — сказал Энтони Голдштейн. — Какой предмет ты больше всего ждешь? — Астрономию, — ответил Майкл. — Я обожаю изучать звезды и все такое. — А ты, Гарри? — спросил Родни Джонсон.       Гарри пожал плечами. — Не знаю. Наверное, все. — У тебя нет любимого? — спросил Терри Бут. — Пока нет. — Гарри не хотел признаваться, что он знает о существовании разных предметов всего месяц. — Вы, ребята, не жаворонки, да? — спросил Майкл, когда тишина начала становиться неловкой. — Потому что я люблю поспать. — Я тоже люблю поспать, — сказал ему Терри. — Но я предпочитаю спать ночью и бодрствовать утром.       Энтони скривился. — Я с тобой, Майкл. Утро создано для сна. — Я тоже, — согласился Родни.       Гарри покраснел, когда все повернулись к нему. Никогда раньше столько людей не хотели услышать его мнение о чем-либо. — Эм, я обычно просыпаюсь довольно рано, — сказал им Гарри. — Хотя сегодня я проспал до девяти. — Девяти? — воскликнул Энтони. — Да это же ерунда. Я в прошлую субботу проспал до обеда.       Терри издал звук отвращения. — Столько потерянного времени.       Через некоторое время Майкл посмотрел на часы, а затем повернулся к Гарри. — Эм, Гарри. Тебе, наверное, стоит пойти, если хочешь успеть к старостам. — Спасибо! — Гарри застенчиво улыбнулся другому парню, прежде чем направиться к двери. — Увидимся позже, — сказал ему Терри.       Гарри неловко помахал ему и выскользнул за дверь. Последнее, что он услышал, прежде чем закрыть дверь, был голос Энтони. — Ну, он странный!       Гарри опустил глаза и прикусил губу от разочарования. На несколько минут он подумал, что Хогвартс будет отличаться от его прошлой школы. Другие мальчики казались такими милыми, и они действительно хотели с ним поговорить. Но они тоже считали его странным. Он не хотел быть странным, он просто не знал, как разговаривать с людьми. У него было мало практики.       Гарри медленно пошел по коридору обратно в гостиную и стал искать Бруствера. В конце концов он увидел его сидящим на краю одного из диванов с группой учеников своего возраста. Гарри подошел к дивану, стараясь не поднимать головы и никого не беспокоить.       Он постоял рядом с диваном несколько минут, прежде чем его заметили. — Эй, великий и могущественный староста школы, — сказал один из парней в группе, толкнув Бруствера локтем. — Тебя ждут. — Нет покоя великим и могущественным, — с ухмылкой добавил другой парень. — Поттер, — Бруствер быстро встал с дивана, и Гарри отступил на шаг назад. — М… Ребята, это Гарри Поттер.       Двое друзей Бруствера, парень и девушка, встали и поклонились руками с закатанными рукавами. — Доброй встречи. — Доброй встречи, — ответил Гарри, кивнув каждому из них, даже чувствуя, как лицо заливается краской. — Прекратите, — отчитал их Бруствер. — Вы смущаете бедного мальчика. — Мы просто вежливые! — ответила девушка, которая поклонилась. — Только потому, что тебя устраивает быть невежественным. — У-у-у! — группа рассмеялась. — Тебя отчитали, Арчер, еще и твоя собственная девушка!       Бруствер ухмыльнулся в ответ своим друзьям, а затем положил руку на плечо Гарри. — Мы сейчас пойдем туда поговорить.       Группа смеялась, пока Бруствер уводил Гарри к парте, к которой были прикреплены два стула. — Извините, — пробормотал Гарри. — За что извиняться? — спросил его Бруствер, когда они сели. — Это не твоя вина, кроме того, они просто дразнятся.       Гарри пожал плечами. — Итак, Поттер, причина, по которой мы интересуемся маглорожденными учениками, заключается в том, что мы можем быть уверены, что назначим им старшекурсника, который сможет дать им дополнительные уроки, чтобы помочь им выучить то, что знают дети, выросшие в семьях волшебников, до того, как они попадут сюда. Но я полагаю, что даже если ты вырос у маглов, ты уже это знаешь.       Гарри неловко пожал плечами. — Это «да»? — спросил Бруствер. — Эм, не знаю, — ответил Гарри. — Что именно? — Как писать пером, основы зельеварения, как держать палочку, — ответил Бруствер.       Гарри покачал головой. — Я этого не знаю. Но я купил дополнительные книги по зельеварению и одну о том, как пользоваться пером.       Бруствер странно посмотрел на него. — Почему ты не знаешь об этом?       Гарри опустил глаза. — Я даже не знал, что я волшебник, до прошлого месяца. Мои тетя и дядя никогда не говорили мне. — Серьезно? — воскликнул Бруствер. — Это дикость.       Гарри снова пожал плечами. — Так что же ты знаешь? — спросил его Бруствер. — Эм, я прочитал все свои учебники и пару книг об обычаях этого мира, — начал Гарри. — И я прочитал «Историю Хогвартса». — Тебе делали прививки? — спросил Бруствер через мгновение. — Вакцины? — переспросил Гарри. — Да, гоблин-целитель сделал их мне. — Гоблин-целитель? — повторил Бруствер. — Ты уверен? Гарри покраснел и опустил взгляд. — Да. — Извини, просто это немного странно. Я никогда раньше не слышал, чтобы волшебник ходил к гоблину-целителю, — сказал Бруствер ему. — О. — Гарри не знал, что ему сказать. — Что ж. — Бруствер слегка покачал головой, как будто чтобы сосредоточиться. — У тебя есть вопросы? — Эм. — Гарри подумал об этом мгновение. — Где туалет и все такое?       Бруствер нахмурился. — Черт! Мы забыли рассказать вам об этом? Ну, есть несколько туалетов через ту дверь. — Он указал на дверь слева от Гарри. — Но большинство из них — через дверь в дальнем конце нашего коридора. Там же и душевые. — Спасибо, — сказал ему Гарри. — Не за что. На твоем месте я бы вставал рано утром. Очереди в душ становятся очень длинными около шести тридцати и остаются такими до восьми, — предложил Бруствер с улыбкой. — Слушай, можешь рассказать это своим соседям по комнате? — Конечно, — кивнул Гарри. — Отлично. — Бруствер встал, и Гарри последовал его примеру. — Увидимся завтра. — Спокойной ночи, — застенчиво ответил Гарри. — Спасибо. — Не за что. — Бруствер улыбнулся ему, прежде чем двинуться обратно в сторону своих друзей.       Гарри понаблюдал за ним мгновение, а затем пошел обратно в свою спальню.       Первое, что он услышал, открыв дверь, был звук смеха. Четверо других мальчиков придвинули свои стулья к парте Голдштейна и играли в какую-то игру. — Привет, Гарри, — крикнул ему Терри. — Все в порядке? — Да. — Гарри подошел поближе к ним. — Он просил передать вам, что туалеты, душевые и всё такое — через дверь в конце коридора. — Да, мы уже нашли их, — сказал Энтони, не отрываясь от игры. — О. — Гарри опустил глаза. — Но все равно спасибо! — одарил его улыбкой Майкл. — И, эм, говорят, лучше умыться до половины седьмого, иначе придется стоять в очереди. — Шести тридцати? — Энтони рассмеялся, выкладывая карту на середину стола. — Звучит ужасно.       Гарри просто пожал плечами и начал двигаться к своей кровати. — Хочешь сыграть, Гарри? — спросил его Терри. — Нет, спасибо. — Гарри повернулся к ним. — Я никогда раньше не играл. — Мы могли бы научить тебя? — предложил Родни.       Энтони издал нетерпеливый звук. — Спасибо. — Гарри застенчиво улыбнулся им. — Но, может, в другой раз? — Определенно, — Терри ухмыльнулся ему на предложение, прежде чем снова переключить внимание на игру.       Гарри достал из кармана ключ от сундука и открыл первый отсек. Он немного порылся, прежде чем найти свою пижаму, зубную щетку и пасту, и положил их на кровать. Затем, вспомнив, что хочет встать рано утром, он взял и все, что понадобится ему с утра.       Закрыв сундук, Гарри взял пижаму, зубную щетку и пасту и пошел искать туалеты. Ванная комната была самой большой, какую Гарри когда-либо видел — там было семь душевых!       В комнате уже были другие ученики, несколько человек умывались, а несколько просто болтали. Один из болтавших учеников оттолкнулся от стены, увидев Гарри. — Ну, привет, маленький первокурсник, — приветствовал он Гарри с усмешкой. — Оставь беднягу в покое, Роджер, — сказал ему один из друзей парня.       Гарри попытался игнорировать их, подойдя к раковине и нанеся зубную пасту на щетку. — Погоди, ты… Гарри Поттер? — внезапно спросил другой из парней.       Гарри, у которого уже была щетка во рту, покраснел и слегка кивнул.       Парни все поклонились ему, и Гарри, чувствуя себя ужасно неловко, кивнул им в ответ. — Извини, что пристаю, Поттер, — сказал ему первый парень, Роджер. — Я не понял, что это ты.       Гарри пожал плечами, внезапно радуясь, что щетка не даёт ему говорить.       Парни все смотрели на него, пока он чистил зубы, и в конце концов решили оставить его в покое.       Гарри с облегчением вздохнул, когда они ушли, и тут же выплюнул пену. Он не знал, сколько ещё сможет продолжать чистить зубы.       Гарри удалось переодеться в пижаму, ни с кем не разговаривая, а затем вернуться в свою спальню. Войдя внутрь, он положил одежду обратно в сундук, а затем выбрал книгу для чтения. В конце концов он выбрал одну из книг, купленных в магазине в Лютном переулке, о беспалочковой магии. Бэкног говорил ему, что это поможет и с магией с палочкой.       Гарри забрался на свою кровать и начал задергивать занавески вокруг неё, оставив одну достаточно открытой, чтобы дать свет. — Спокойной ночи, Гарри, — крикнул Терри, отрываясь от игры.       Остальные мальчики хором произнесли что-то подобное. — Спокойной ночи.       Гарри помахал им, а затем залез под одеяло. Кровать была такой мягкой! Он думал, что кровать в комнате Дадли была удобной, и она определённо была такой по сравнению с чуланом, но она не шла ни в какое сравнение с этой кроватью. Гарри поворочался немного, наслаждаясь ощущением кровати, прежде чем перевернуться и открыть книгу.       «Беспалочковая магия в некотором смысле так же проста, как дыхание, ведь каждый новорождённый волшебник может случайно что-нибудь заставить парить, но в то же время беспалочковая магия — самая сложная дисциплина для изучения волшебником».       Книга была довольно сложной. В ней было много больших слов, которых Гарри не знал, и он старался запомнить их, чтобы спросить кого-нибудь позже. Но она была также интересной. Первые пара глав, казалось, были об истории и теории беспалочной магии, и Гарри закончил первую главу, прежде чем решил, что пора спать.       Мальчики все еще играли в свою игру, но Гарри положил книгу рядом с кроватью и задернул занавеску до конца. Шум внезапно прекратился. Озадаченный, Гарри слегка приоткрыл занавеску и мог слышать, как другие мальчики все еще шумят.       Очень странно! Гарри снова закрыл занавеску и лег в тишине. Он спросит кого-нибудь об этом завтра. Перед сном Гарри решил проснуться в шесть. Он очень надеялся, что не проспит, ему следовало бы взять будильник. Или хотя бы часы, чтобы можно было определять время.

3-3-3

      Гарри, вздрогнув, проснулся и сел. А вдруг он проспал? Он слегка раздвинул занавеску и с облегчением понял, что на улице еще темно и все остальные мальчики, кажется, спят. Он выбрался из постели, схватил со стола принадлежности для душа и в темноте прокрался через комнату, протягивая руку, чтобы нащупать дверь.       Он подумал, что фонарик не был бы лишним, а после нащупал дверь и открыл ее как можно тише. Он с облегчением увидел лампы, тускло светящиеся вдоль стен коридора, и отправился в ванную. В ванной тоже были лампы, и Гарри увидел, что он там один. Ему было любопытно, а какой вообще час.       Гарри выбрал душевую кабинку в углу и стал искать рычаг, чтобы включить душ. Казалось, его не было, и тогда он зашёл под душевую лейку, чтобы рассмотреть поближе. Душ внезапно включился сам, и Гарри вместе с пижамой промок насквозь. Выскочив из-под воды, Гарри быстро сбросил с себя одежду и снова встал под душ. Вода была удивительно горячей!       Помывшись и одевшись, Гарри завернул мокрую пижаму в полотенце и пошёл чистить зубы. Рядом с раковинами стояла корзина, которую он раньше не заметил, с надписью «грязное белье». Гарри приоткрыл крышку и заглянул внутрь — она была пуста. Решив проверить, как она работает, он бросил туда свою пижаму и уставился, как она исчезла. Надеясь, что это не трюк, чтобы украсть его одежду, он бросил туда же полотенце и пошел чистить зубы.       Гарри прокрался обратно в тихую спальню, чтобы вернуть свои вещи для душа и забрать книгу. Беря книгу, он вспомнил о противном зелье, которое должен был принять. Он не хотел принимать его, когда кто-нибудь смотрит, а значит, сейчас было самое подходящее время. Он пошарил в темноте в поисках своего чемодана, а затем в поисках третьей замочной скважины. Найдя ее, он вставил ключ и повернул. Сундук открылся, и Гарри нащупал пузырек с нужным зельем.       С каждым разом, когда он пил эту жижу, она казалась все более отвратительной, и на этот раз у него не было бекона, который отвлекал бы его внимание. Гарри подавился, затем вернул пузырек и запер сундук. Затем он выскользнул из спальни с книгой в руке.       В гостиной было темно, но когда Гарри переступил порог, зажглось несколько ламп. Он огляделся в поисках места для чтения и решил сесть в кресло у одной из ламп. Он заметил часы на стене и облегченно вздохнул, когда понял, что сейчас только пять утра, и у него будет куча времени почитать, прежде чем другие люди начнут вставать.       Вторая глава его книги была так же интересна, как и первая, и в ней было столько же сложных слов, сколько и в первой. Внезапно подумав, Гарри положил книгу на стул и пошел посмотреть на книжные шкафы — наверняка где-то был словарь. Это заняло у него некоторое время, но в конце концов Гарри нашел книжный шкаф, в котором стоял большой словарь. Гарри вытащил книгу и отнес ее обратно к себе в кресло.       Гарри решил сначала вернуться и посмотреть все слова, которые не понял вчера. Дело шло медленно, но было удивительно, насколько больше смысла приобрела первая глава, когда он понял значение всех слов. Последние два слова, которые Гарри нужно было найти с прошлого вечера, были «змеиная магия» и «змееуст». Оказалось, что змеиная магия — это вид беспалочковой магии, которую могут использовать только змееусты.       Сначала Гарри посмотрел «змеиную магию». Словарь не сообщил ему ничего нового. Затем он посмотрел «змееуст». Согласно словарю, змееуст — это существительное, описывающее волшебника или ведьму, которые могут говорить на змеином языке. Гарри вздохнул и посмотрел «змеиный язык».       Гарри прочитал определение, а затем перечитал его снова. Оказывается, змеиный язык — это язык змей, волшебных или магловских. Но это не имело смысла, никто не мог разговаривать со змеями — это было просто странно. Он рассмеялся про себя, это было так же странно, как и то, что он волшебник. Кроме того, он внезапно осознал, что уже разговаривал со змеей. С той, что была в зоопарке на день рождения Дадли, когда стекло исчезло.       Значит ли это, что он змееуст?       Гарри подумал об этом минуту, а затем вернулся к книге — ему еще нужно было найти несколько слов, прежде чем он сможет снова начать читать.       Чтение со словарем в руках шло медленно, хотя в конце концов Гарри стал делать это быстрее. Всегда было очень приятно прочитать слово, которое он не знал полчаса назад, но теперь знал его. Он только начал третью главу, посвященную медитации, когда вошел другой ученик. Гарри взглянул на часы — было уже четверть седьмого. — Доброе утро, — пробормотал старшекурсник в его сторону, прежде чем направиться к дивану рядом с Гарри и прилечь на него.       Гарри уставился на него мгновение, прежде чем вернуться к своей книге. Оказывается, первый шаг к изучению осознанной беспалочковой магии — это научиться медитировать. — Эй, малыш, — сказал полусидячий старшекурсник, уставившись на Гарри. — Ты же первокурсник?       Гарри испуганно поднял глаза от книги и быстро кивнул. — Да. — Ты в порядке? — Да. — Что ты делаешь в такую рань? — спросил старшекурсник.       Гарри пожал плечами. — Бруствер посоветовал мне вставать и умываться пораньше, но у меня нет часов, так что я случайно встал раньше, чем собирался.       Парень перед ним нахмурился. — Как долго ты уже не спишь? — Полтора часа, наверное, — ответил Гарри, беспокоясь, что у него будут неприятности.       Этот же ученик простонал. — Зачем ты так с собой поступаешь? — Я не против, — пожал плечами Гарри. — Мне нравится вставать рано, это значит, что я могу почитать свою книгу.       Он обдумал это. — Логично. Что читаешь?       Гарри показал книгу, отвечая. — «Беспалочковая магия для новичков».       Этот парень встал и сел в кресло рядом с Гарри. — Ого! Звучит здорово. Можно посмотреть?       Гарри передал другому парню книгу и нервно наблюдал, как тот пролистывает ее. — Это довольно серьезно, малыш, — сказал ему старшеклассник через минуту. — Да, — Гарри застенчиво улыбнулся. — Много слов, которых я не знаю. — Отсюда и словарь? — Да, — ответил Гарри. — Это здорово, я люблю узнавать новые слова. — Как тебя, кстати, зовут? — спросил старшеклассник. — Гарри Поттер. — Ого, — старшеклассник уставился на него минуту. — О, точно, теперь вижу шрам. Я Герберт Диппет, можешь звать меня Херб. — Доброй встречи, — поздоровался Гарри. — Доброй встречи, — с ухмылкой сказал ему Херб. — Эй, можно одолжить эту книгу, когда дочитаешь? — Конечно, — кивнул Гарри. — Я собирался добавить ее в эту библиотечную систему. Стреттон сказал, что научит меня, как это делать. — Правда? — спросил Херб. — Отличная идея. — Могу я задать вопрос? — спросил Гарри. — Могу ли, — поправил Херб.       Гарри с недоумением уставился на него. — Чего? — Если ты говоришь «Могу я задать вопрос?», ты спрашиваешь, способен ли ты сделать это или не сделать физически, — сказал ему Херб. — Если ты спрашиваешь «Могу ли я задать вопрос?», ты спрашиваешь, разрешено или не разрешено тебе это. — О. — Гарри осмыслил это. — Мой дедушка был здесь профессором, — сказал ему Херб. — Вся моя семья помешана на правильной грамматике и все такое. — Хорошо, тогда могу ли я задать вопрос? — Определенно, — с ухмылкой сказал ему Херб. — Ты умеешь медитировать? — спросил Гарри. — Эм, вроде как, — пожал плечами Херб. — Мама учила меня, когда я был ребенком, но я не делал этого много лет. А что? — В книге говорится, что мне следует научиться медитировать, — сказал Гарри. — Там сказано, что лучше, чтобы этому научил кто-то, кто умеет. Кто-нибудь в Рейвенкло медитирует? — М… Думаю, Нода умеет, — ответил Херб. — Он четверокурсник. Можешь спросить его. Даже если он не умеет, он может знать кого-то, кто умеет. — Хорошо, спасибо, — Гарри широко улыбнулся. — Я так и сделаю.       В гостиную начали приходить другие ученики, и Херб вскоре ушел, чтобы сесть с друзьями. Гарри вернулся к своей книге.       Прошло еще десять минут, прежде чем его снова прервали, на этот раз Стреттоном и Нодой — старшеклассниками, с которыми он сидел за ужином. — Ты жаворонок, Поттер, — сказал Стреттон, опускаясь в кресло, которое только что освободил Херб. — Кажется, ты единственный неспящий первокурсник. Первокурсников даже в душе еще нет.       Гарри пожал плечами. — Я рано проснулся. — Рано — лучше всего, — согласился Нода. — Я тоже встал уже давно, сидел у себя в комнате. — У меня нет света, — объяснил Гарри. — В моей комнате ничего не видно. — Ты не взял светильник? — спросил Нода. Гарри повертел отрицательно головой. — Его не было в списке. — Кажется, у меня есть один, который можно одолжить, — предложил Стреттон. — Я проверю позже. Я теперь в любом случае пользуюсь своей палочкой. — Правда? — удивился Гарри. — Спасибо! — Не за что, — улыбнулся Стреттон. — Мы твои наставники со старших курсов. — На самом деле, я твой наставник, — поправил Нода. — Джереми просто идет в комплекте. — О, круто. — Гарри застенчиво улыбнулся. — Могу я… То есть, могу ли я задать вопрос? — Конечно, — сказал ему Стреттон. — Для этого мы и здесь. — Кто-нибудь из вас умеет медитировать? — спросил он, прежде чем показать свою книгу. — Я читаю это, и там говорится, что лучше всего учиться медитировать у кого-то. — Что ты читаешь? — спросил Стреттон, забирая книгу у Гарри. — Я умею, — ответил Нода. — Я медитирую каждое утро, это одна из причин, почему я предпочитаю сидеть у себя в комнате, когда просыпаюсь. Заглушающее заклинание гарантирует, что мне не помешают.       Гарри отложил информацию о заглушающем заклинании на потом. — Ты бы не хотел научить меня?       Нода подумал об этом мгновение, прежде чем согласиться. — Хорошо, но не расслабляйся. Мы будем медитировать каждое утро, начиная с пяти часов. — Пяти? — недоверчиво спросил Стреттон. — Это просто смешно! — Сегодня я встал еще раньше, — тихо сказал ему Гарри. — Безумие! — покачал головой Стреттон. — Эй, Так, посмотри на его книгу. Серьезное чтиво.       Нода быстро пролистал книгу. — Это тяжелое чтение, особенно для первокурсника. — Да, — согласился Гарри. — Но это очень интересно, и я пользовался словарем для слов, которых не знаю. Оба парня выглядели впечатленными. — Какое слово ты выучил сегодня утром? — Змеиный язык, — ответил Гарри. — И змеиная магия, и змееуст. Стреттон выглядел шокированным. — В этой книге говорится об этом? Где ты ее взял? — Эм, в маленьком книжном магазине в Лютном переулке, — ответил Гарри. — Что не так со змеиным языком? — Ничего, — твердо сказал Нода, сверкнув глазами на друга. — Некоторые волшебники просто немного чувствительны к этому. Люди, говорящие на змеином языке, обычно являются потомками Салазара Слизерина, и… — Они темные волшебники! — прервал его Стреттон. — Это не делает их плохими, — возразил Нода.       Стреттон скривился. — Сами-Знаете-Кто был змееустом.       Гарри вздрогнул. — Ох. — Отличная работа, Джереми, — рявкнул на него Нода. — Это было очень тактично с твоей стороны. — Что? — спросил Стреттон, прежде чем к нему пришло понимание. — Извини, Гарри, я забыл. Гарри пожал плечами. — Не беспокойся. Все равно я этого не помню. — Верно, ты был совсем маленьким, да? — спросил Стреттон. — Думаю, да, — уклончиво ответил Гарри. — Я не очень много об этом знаю. — Бруствер сказал, что ты жил у маглов, — сказал Нода. — И что они не говорили тебе, что ты волшебник. — Да. — Гарри опустил глаза. — Думаю, им не очень нравится магия. Дядя Вернон был очень зол, когда пришло мое письмо.       Нода и Стреттон переглянулись. — К тебе приходил один из профессоров? — Да, — слабо улыбнулся Гарри. — Ну, вроде того, Хагрид пришел и отвел меня в Косой переулок. — Хагрид? — Оба парня выглядели так же удивленно, как близнецы Уизли и Ли в поезде. — Он отводил тебя в Лютный переулок? — Нет, — покачал головой Гарри. — Меня водил Бэкног. Он гоблин, отвечающий за счета моей семьи в «Гринготтсе». Он был потрясающим. — Круто, — кивнул Нода, толкнув локтем Стреттона, который, казалось, собирался что-то сказать. — В любом случае, Гарри, у тебя есть еще около получаса, прежде чем нам нужно будет идти на завтрак, хочешь попрактиковаться в письме пером? — Это было бы здорово, — с энтузиазмом кивнул Гарри. — Я немного тренировался вчера, но у меня всё время получаются кляксы. Ли немного помог мне, но сказал, что нужно практиковаться. — Ли? — спросил Стреттон, пока Нода доставал из своей сумки пергамент и перо. — Ли Джордан, — объяснил Гарри. — Я сидел с ним в поезде. — Ладно, — встал Нода. — Подойди к этому столу, и мы посмотрим, что у тебя получается.       Гарри был почти уверен, что его почерк хуже, чем вчера. Но через полчаса определенно был прогресс. По крайней мере, его можно было прочитать. — Мы сделаем это снова сегодня вечером, — сказал ему Нода. — Почерк важен. Ни один профессор не поставит тебе хорошие оценки, если не сможет прочитать твое письмо. — Спасибо. — Гарри улыбнулся в знак благодарности, а затем взглянул на часы. — Мне нужно пойти за сумкой. Мы должны встретиться с Бруствером здесь через несколько минут. — Хорошо, встретимся здесь, — сказал ему Нода.       Гарри быстро пошел в свою спальню и поздоровался с соседями по комнате, которые уже собирались выходить. — Доброе утро, Гарри! — улыбнулся ему Терри. — Ты, наверное, рано встал. — Да, — в ответ застенчиво улыбнулся Гарри. — Я читал в гостиной. — Счастливчик, — ответил Терри. — Я только что провел последние сорок минут в очереди в душ.       Гарри вытащил свою сумку из сундука, затем открыл книжный отсек и начал наполнять ее учебниками, пергаментом и чернилами. Бэкног помог ему выбрать ее, она была больше внутри, чем снаружи, и, как и его сундук, была зачарована, чтобы всегда быть легкой. — Ты идешь, Гарри? — крикнул Терри от двери. — Да. — Гарри схватил свою палочку с парты и положил ее в сумку, прежде чем догнать других мальчиков. Оказавшись в гостиной, он подошел и встал рядом с Нодой и Стреттоном. — Стреттон? — тихо спросил Гарри. — У тебя еще моя книга? — Да, извини. — Стреттон вернул ее с улыбкой. — Она очень интересная. — Ты можешь звать нас по именам, — сказал Нода. — Зови меня Такаши, а его Джереми. — Спасибо. — Гарри застенчиво улыбнулся, глядя на них. — Ладно. — Бруствер привлек всеобщее внимание. — Первокурсники и их наставники, пожалуйста, сюда.       Гарри, Такаши и Джереми все подошли, чтобы встать рядом со старшеклассником. — Отлично, Поттер. — Бруствер одобрительно ответил ему улыбкой. — Ты уже нашел своего наставника.       Гарри просто кивнул.       Бруствер и Фанкорт, староста седьмого курса, быстро познакомили первокурсников с их наставниками, а затем отправили их завтракать.       По дороге вниз по лестнице в Большой зал Гарри не мог не пялиться на движущиеся лестницы. Они были потрясающими! — Как узнать, куда идти? — спросил Гарри. — У них есть своего рода закономерность, — ответил Джереми. — Ты ее со временем выучишь. — Есть ли карта? — спросил Гарри. — Я видел ее в «Истории Хогвартса», но отдельная карта была бы удобнее. — Карта будет на обратной стороне вашего расписания занятий, — сказал Такаши, когда они вошли в Большой зал и нашли места за столом Рейвенкло. — Мы поможем тебе найти твои первые занятия. — Спасибо. — Гарри уставился на всю еду на столе. — Это невероятно. Кто все это готовит? — Домовые эльфы, — ответил Джереми, кладя яйцо на свою тарелку. — Кто такие домовые эльфы? — спросил Гарри, насыпая себе хлопьев. — Их немного сложно объяснить. Они немного похожи на гоблинов тем, что они не люди. — И своей способностью к беспалочковой магии, — добавил Такаши. — Верно, — кивнул Джереми. — Их магия как бы связана с нашей. У нас с ними взаимовыгодные отношения. Они привязаны к нам и выполняют всю нашу работу по дому, а наша магия как бы питает их магию. — Значит, они слуги, — нахмурился Гарри. — Вроде того, — ответил Такаши. — На самом деле это очень сложно, я могу помочь тебе найти книгу, которая это объясняет, если хочешь. Это действительно взаимовыгодные отношения, что означает, что обе стороны получают выгоду, но некоторые волшебники злоупотребляют ими, что действительно ужасно. — Но здесь их не обижают, — заверил Гарри Джереми. — Мы можем познакомить тебя с одним из них, если хочешь? — Только не сейчас, — сказал Такаши. — Это утро и так будет достаточно насыщенным. Уроки начинаются в половине девятого. — Вот твое расписание, Поттер. — Передала ему кусок пергамента староста пятого курса. Гарри вспоминал, что ее фамилия была Корнхилл. — Спасибо. — Гарри развернул пергамент и посмотрел на него. — Сначала у меня Заклинания. — Отлично. — Такаши с облегчением посмотрел на расписание, которое ему дал другой староста. — У нас первой Трансфигурация. Это довольно близко. Что у тебя вторым?       Гарри снова посмотрел на свое расписание. — Трансфигурация. — Отлично, — воодушевленно сказал Такаши. — У нас по пять пар каждый день, и каждая длится час пятнадцать минут. И у нас есть пятнадцать минут, чтобы перейти от одной пары к другой. — Хорошо, — кивнул Гарри. — Значит, три пары, а затем обед в час? — Ага, на час, а затем снова на пары еще на три часа, — согласился Джереми. — Что у тебя после Трансфигурации? — Травология, — ответил Гарри. — А после обеда у меня Зельеварение и Полеты на метлах. — Круто. Что ж, мы не сможем показать тебе дорогу к Травологии, так что покажем на карте, — сказал ему Такаши. — Если перевернешь пергамент, увидишь карту.       Гарри сделал, как ему сказали, а затем уставился на ужасно запутанную карту. — Каждый из этих квадратов представляет собой этаж замка, — сказал ему Джереми. — Можно понять, какой этаж, по цифре в середине. — У каждого класса есть буква, — указал Такаши. — И здесь есть указатель. — Посмотри свое расписание еще раз и узнай, в каком кабинете у тебя Зельеварение, — проинструктировал Джереми. — Подземельный кабинет три, — ответил Гарри через минуту. — Хорошо, — кивнул Джереми. — Теперь, если ты вернешься к карте, найди это в указателе и узнай, какая буква обозначает его на карте. — Два А, — ответил Гарри. — Вот так, теперь ты ищешь второй уровень, — объяснил Нода. — И как найдешь, ищешь букву А.       Гарри нашел ее, а затем проделал тот же процесс, чтобы найти остальные нужные кабинеты. — Завел себе друзей… — …среди себе подобных книжных червей. — Как мы видим, Гарри.       Гарри обернулся и заулыбался, увидев близнецов Уизли. — Доброе утро. — Уизли, — кивнул в знак приветствия Джереми. — Стреттон, — ответил один близнец. — Нода, — добавил другой. — Устроился нормально, Гарри? — спросил близнец слева. — Да, спасибо! — Гарри продолжал улыбаться им. — Все потрясающе. — Рады слышать, — улыбнулся близнец справа. — Увидимся позже, — хором сказали они, прежде чем выйти из Большого зала. — Ты знаком с близнецами Уизли? — спросил Стреттон. — Да. — Гарри пожал плечами. — Я сидел с ними и Ли в поезде. — Круто, — улыбнулся ему Нода. — Теперь доедай завтрак, нам скоро нужно идти.