Часть 6

Это был обычный мрачный вечер. После Москвы Казань выглядила еще хуже. Эти серо-белые дома мазолили глаза, хотелось обратно в столицу и остаться там надолго. Но и в Казани была особая атмосфера. Эти мрачные домики имели нотку спокойствия и уюта, чего не было у Москвы. Алину можно вытащить из Казани, но Казань из Алины нет. В этот вечер шел снегопад, следы, только что оставленные Зинатуллиной, тут же исчезали. Давно такого сильного снегопада не было, у Лины на душе аж тепло стало. Когда-то по этим дворам гуляли они с мамой, а сейчас эта женщина, скорее всего, даже и не помнит о дочери. Напротив подъезда стояла странная машина, которую Алина раньше не замечала. Та была черного цвета без номеров. Это насторожило, ведь обычно тут паркуются только жельцы дома, но никак не приезжие. За рулем сидел короткостриженный брюнет, залипая в окно. В голову сразу пришла мысль, что это подстригся группировщик, который яро ухаживает за Алиной, но у того парня череп вытянутый. Русая сбавила скорость, повернувшись лицом к дому. Еще чуть-чуть и она забежит в подъезд. Но не тут-то было. Сзади прозвучал свист, а после – громкий звук захлопывания дверцы машины. -Красавица, куда идешь? Я тебя весь вечер ждал. – Алина через нехочу прошла дальше, почти дотрагиваясь до двери подъезда. -Че не отвечаем? – по ощущениям, парень подошел прям в притык. Алина тяжело вздыхает и поворачивается. -Извините, я спешу. – рука потянулась за ключами в пальто, но тяжелая рука брюнета перехватила Алинину, крепко держа. -Отпустите, пожалуйста. – его глаза можно было прочитать, как книгу. И ничего хорошего в этой "книге" нет. -Держи. – тут же в руках оказался красивейший букетик цветов. Красивые, дорогие, темно-розовые гвоздики. -Что это? – спрашивает Алина с непонимающим лицом. -Ну, букет. – пожал плечами брюнет, закладывая свои руки в карманы белой олимпийки. -Спасибо, в букетах не нуждаюсь. – резко бросила Алина, отдавая букет обрано. Зайдя в открытый ею подъезд, тяжко вдохнула. Поднявшись в квартиру, Алина обнаружила, что сапог бабушки нет. Что очень странно, ведь бабуля никуда так поздно не ходила и ходит. Бросив ключи на стол, Зинатуллина зашторила все окна, чтобы не дай бог он узнал где она живет.

***

Выглянув в окно поздней ночью, он снова сидел в этой машине. Белая олимпийка нерусской фирмы "Adidas" сильно выделялась. Точно, что он делал в машине, сказать нельзя, но в его руках были те самые гвоздики. Чувство вины и страха неожиданно засели в груди у Зинатуллиной. А вдруг он ничего плохо не хотел сделать? А вдруг он из Валериноц группировки? Столько вопрос, но так мало ответов. Но страшнее всего было Алине. Ведь она даже не знает, к кому обращаться по этому поводу. К Валере? Точно нет. Она, конечно, могла бы сказать почему, но не хватит словарного запаса для этого. Может, устроиться на работу, а потом свалить в Москву? Может быть, но копить Алина будет минимум год. Может, она зря волнуется раньше времени? Может, на следующий день его уже не будет. Свет погас, но чувство страха не покидало Зинатуллину.