Глава 5.

❝ — Эта sms'ка… это не смешно! — Конечно, не смешно, я же не поставил смайлик в конце.❞ Волчонок / Оборотень (Teen Wolf) «Не свидание» прошло замечательно, хотя они провели вместе всего два часа. Эва решила уйти домой — ей ещё предстояло разработать нового персонажа для проекта. Пол же направился к дому Сэма и Эмили. Сегодня была его очередь дежурить, но сначала он жаждал поговорить с Энни. Он почти бежал, вопросы роем кружились в голове. Главный: зачем она скрывала сестру-близняшку? Как он и предполагал, Энни сидела за столом с чашкой чая, болтая с Ким и Эмили. Пол ввалился в дом с каменным лицом. В комнате были Сэм, Джаред, Эмбри. Квил, Сет и Леа — на дежурстве, Джейкоб — как всегда, с Беллой. — О-о-о, смотрите, кто же тут! — загоготал Джаред. — Целых два часа продержался и не сбежал, — добавил Эмбри, свистя. Пол проигнорировал подколы. Он подошёл к Энни вплотную, упёршись ладонями в стол: — Почему ты скрывала сестру? — голос низкий, злой, но без рычания. Пока без. Энни отпила чай, не моргнув: — Это между мной и Эвой. — Ладно. Где родители? — В Бостоне. Они решили не переезжать. Пол усмехнулся. Игра «В каком месте ты ещё солгала?» началась. — Тогда почему вы здесь? — Эва устала от города. Я поддержала. Купили тут домик и обосновались. Пол оскалился (теперь уже по-настоящему) и наклонился ближе: — Родители в Египте. Это они отправили вас сюда, а не Эвина прихоть. Дом — наследство прабабушки. Вы из Нью-Йорка. — Он ударил пальцем по столу с каждым словом: — Где. Ты. Ещё. Наврала? Энни вздрогнула, но лицо осталось каменным. Только кружка в её руках дрогнула, расплёскивая чай. Она медленно поставила кружку, её пальцы лишь слегка дрожали. В комнате повисла гнетущая тишина — все замерли, шокированные раскрывшейся ложью. Даже Джаред перестал хихикать. — Я ухожу, — ровным голосом заявила Энни, вставая из-за стола. Эмбри тут же поднялся, загораживая ей путь к выходу: — Подожди, давай поговорим… Но Энни уже отстранила его и направилась к двери. В дверном проеме она обернулась, её глаза блестели неестественным блеском: — Ты прав, Пол. Я лгала. Но правда — она не всегда делает людей счастливее. Дверь закрылась за ней с мягким щелчком. В комнате несколько секунд царила абсолютная тишина. Пол стоял, уставившись на дверь, по которой только что ушла Энни. В его глазах читалась не злость, а какое-то странное понимание. — Чёрт... — прошептал Джаред, ломая тишину. — Что вообще только что произошло? — Мы все знали, что Энни что-то скрывает. Но чтобы вот так... — Эмили обняла себя руками. Джаред нервно постукивал пальцами по столу: — Интересно, о какой правде она говорила? Той, что делает несчастными? Пол наконец пошевелился. Он подошёл к окну и отдернул занавеску — в темноте едва виднелась удаляющаяся фигура Энни. — Я должен поговорить с Эвой, — сказал он тихо, больше самому себе. Эмбри резко встал: — Оставь их обеих в покое, не сейчас! Разве ты не видишь, что... Но Пол уже направился к двери. Его движения были решительными, но без прежней злости. — Нет, Эмбри. Теперь это касается всех нас. — Пол! — остановил его Сэм. — Дежурство. Сейчас. Все разборки оставим на потом. В то же время Эва уже делилась впечатлениями о «Не свидании» с Тео, бурно рассказывая, как всё прошло — как неожиданно для себя самой набралась смелости и взяла Пола за руку. Её слова лились потоком: о том, как нестерпимо ярко горели звёзды, как поляна утопала в вечерних тенях, превращаясь в какой-то волшебный ковёр из света и тьмы. Она даже не заметила, как в рассказе начала приукрашивать детали — будто пыталась заново пережить те моменты. Тео в ответ лишь язвительно хмыкал, перебивая её восторженную речь: — Так, я понял. Нам срочно нужно спасать тебя, пока ты совсем не растаяла. Одна встреча — и ты уже тонешь в романтических фантазиях, — он закатил глаза, но в уголках губ пряталась улыбка. — Напомни мне, сколько раз ты называла его «хмуроволком»? Два? Три? А теперь он у тебя внезапно превратился в принца с поляны? Эва фыркнула, но не стала отрицать — её щёки всё ещё горели от воспоминаний о том, как его пальцы сомкнулись вокруг её ладони. Тёплые, шершавые, неожиданно нежные... После они поболтали ещё немного на разные темы и попрощались минут через пятнадцать. Эва так и осталась лежать на кровати, мысленно возвращаясь к каждому моменту того вечера. На столе у окна лежал планшет с незавершённой работой, но её тело словно налилось свинцом — ни единого шанса заставить себя встать и взяться за дело. В голове уже разворачивались красочные фантазии: вот они вместе едут в университет, смеясь над чем-то своим; вот Пол неловко держит её за руку перед алтарём; вот... Громкий хлопок входной двери внизу резко оборвал этот сладкий полёт фантазий. Эва вздрогнула, моментально возвращаясь в реальность, где до свадьбы было ещё как минимум несколько лет учёбы, а Пол даже не был её парнем. Дверь в комнату с грохотом распахнулась, ударившись о стену. В проёме, вся дрожа, стояла Энни. Слёзы уже текли по её щекам, оставляя блестящие дорожки на воспалённой коже. — Ты всё испортила! Снова, Эва, снова! — Голос Энни сорвался на визгливый шёпот, прежде чем перейти в полновесный крик. Она размахивала руками, словно пыталась поймать воздух, чтобы кричать ещё громче. — Почему ты вообще пошла на это свидание? И как ты смела рассказывать что-то о нашей семье? Что ты ещё ему наговорила?! Эва застыла на кровати, впиваясь в сестру недоумевающим взглядом. Страха не было — только странная, глухая обида, перекрываемая шоком и полным непониманием. Она просто... ходила на «Не свидание». Говорила о себе. Упоминала кое-что о семье. Разве это преступление? Это же абсолютно нормально. Безобидно. — Боги, Ида, что случилось? — Эва поднялась с кровати, сделав шаг к сестре, но та отпрянула, как от огня. — Хватит называть меня так! — Энни сжала кулаки, ногти впиваясь в ладони. — Хватит лезть к моим друзьям! Хватит разбалтывать нашу семейную историю! Разве ты не понимаешь? Я боюсь этого прошлого. Моего прошлого. Я не хочу, чтобы они отвернулись от меня, узнав правду. А ты... ты специально вынудила меня лгать! Эва замерла, потрясённая состоянием сестры. В голове пульсировала одна мысль: Что теперь делать? Варианты стремительно сменяли друг друга, пока внезапно не сложились в догадку: — Ты встретилась с Полом... Он начал расспрашивать о семье, а ты... солгала ему? — голос Эвы сорвался на шёпот. — И твои друзья всё слышали. Да? Энни разрыдалась ещё сильнее, её тело обмякло, и она опустилась на пол. Эва, не раздумывая, присела рядом и обхватила сестру дрожащими руками. Мягко покачиваясь, она шептала утешения прямо в её растрёпанные волосы: — Всё будет хорошо... Они поймут... Никто не уйдёт... Рыдания постепенно стихали, оставались только прерывистые всхлипы и мокрые следы на щеках. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь их синхронным дыханием. Наконец Энни выдохнула: — Прости... Я снова нагружаю тебя своими демонами... Заставляю страдать... — Тише, — Эва нежно провела пальцами по её волосам. — Я люблю тебя, Ида. Наши шрамы — часть нас. Но мы справимся. Вместе. Окончательно успокоив сестру, Эва отправилась спать. Звонить Тео со слезами не хотелось — завтра будет достаточно времени, чтобы всё рассказать. ———————— Утро наступило внезапно, но впервые за долгое время она проснулась действительно отдохнувшей. Взглянув на часы, Эва с удивлением обнаружила, что успеет на утреннюю йогу. Развернув фиолетовый коврик (подарок Тео), она включила любимое видео с инструктором и погрузилась в плавные движения. Дорога в школу заняла привычные пятнадцать минут. Эва ехала, не отрывая взгляда от крон деревьев, которые сегодня казались особенно живописными — золотистые осенние листья трепетали на ветру, создавая узорчатый калейдоскоп. Вчерашнее «Не свидание» оставило в душе тёплое послевкусие, отодвинув все тревоги на второй план. Даже мысли о Люке теперь не вызывали боли — напротив, она испытывала странную благодарность за то, что встреча с Полом случилась так вовремя. Без этого она могла бы ещё месяцы цепляться за призрачные отношения. На крыльце школы Тео уже поджидал её, энергично размахивая руками при виде знакомой машины. Едва Эва вышла, как он заключил её в объятия, от которых захватило дух. Она прижалась к его плечу, вдыхая знакомый аромат — горьковатый кофе с нотками ликёра. Лучшие духи в мире. — Ну что, мой влюблённый ангел, — прошептал он, отпуская её, но удерживая за плечи, — признавайся, какие грешные фантазии посетили твою невинную голову этой ночью? — Дорогуша, мне снились исключительно порядочные единороги, — Эва закатила глаза, притворно возмущаясь. — Без твоих похабных намёков. — Ох уж эти твои целомудренные единороги, — Тео язвительно фыркнул, толкая её в плечо. — А у них случайно не было волчьих татуировок и... эээ... выдающегося рога ниже живота? — Чёртов извращенец! — Эва шлёпнула его по руке, но тут же сникла. Голос её стал тише, когда она добавила, — Вчера Энни опять закатила истерику. Полноценный спектакль со слезами и криком. Тео резко остановился, схватив её за запястье. Его обычно насмешливый взгляд стал острым, как бритва: — Что эта сука опять натворила? Только ради всего святого, скажи, что ты не стала опять перед ней на колени и не простила все её грехи за милую улыбку? Эва криво усмехнулась — этого одного движения губ было достаточно, чтобы Тео всё понял. Пока они пробирались по коридору к шкафчикам, она подробно изложила вчерашний скандал, а Тео сквозь стиснутые зубы выдавливал: — Ну конечно... Как же иначе... Ах ты святая сестрица... Добравшись до шкафчиков, он выдал целую тираду, приправленную ядовитым сарказмом: — Давай-ка осмыслим: она врывается к тебе с истерикой из-за того, что ты... что? Живёшь? Дышишь? Позволила себе быть счастливой? — Тео драматично закатил глаза так, что казалось, они вот-вот останутся смотреть в потолок. — О, прости, я забыл главное правило — весь кислород в комнате по умолчанию принадлежит Энни! Эва лишь вздохнула, вертя в руках учебник по английскому. Она знала, что за этой показной яростью скрывается настоящая забота — Тео всегда злился, когда её снова обижали. Порой Эва ловила себя на мысли, что не понимает, как заслужила такого друга. Тео был для неё всем одновременно — живым щитом от мира, тёплым плечом и ядовитым противоядием от собственной глупости. Их дружба давно переросла в родство душ: они называли себя «Чип и Дейл», где Эва, конечно, была Дейлом — вечным наивным ребёнком с даром наживать неприятности. — Хватит уже бухтеть, — толкнула она Тео в плечо, цепко ухватившись за рукав его рубашки. — Английский нас не подождёт. Так и прошёл их день — в привычном ритме перепалок между конспектами, подколов Тео (которые становились всё язвительнее по мере приближения к последнему уроку) и сдерживаемой злости на Энни. Когда прозвенел последний звонок, Тео без лишних слов швырнул рюкзак на заднее сиденье её машины. — Ну что, Дейл, поехали, — он щёлкнул языком, пристёгиваясь. — Кто-то же должен защищать тебя от твоей же сестры-мучительницы. Эва только вздохнула, но где-то глубоко внутри — там, куда даже её обида на Энни не могла добраться — теплилась благодарность. Потому что Тео всегда знал, когда нужно быть колючим ёжиком, а когда — просто молча держать её за руку всю дорогу домой. Когда они подъехали к дому, Тео первым выскочил из машины — его осанка, сжатые кулаки и горящий взгляд ясно говорили: «Сейчас я устрою разборки». Но в последний момент он резко остановился, будто наткнулся на невидимую стену, и замер у двери, скрестив руки. Дверь открылась, и на пороге появилась Энни. Неопрятный пучок волос, мятая футболка, опухшие от слёз глаза. Тео уже открыл рот, чтобы выдать очередную язвительную тираду, но, разглядев её поближе, сжал губы в тонкую ниточку. — Я в магазин, — хрипло сказала Энни, избегая взгляда сестры. — Тебе что-то нужно? — Да, купи шоколада, — кивнула Эва, но тут же нахмурилась. — Ты выглядишь ужасно. Ты вообще в школу ходила? — Нет, — Энни мотанула головой и зашагала прочь, сутулясь, будто стараясь стать меньше. — Решила отсидеться дома. Эва и Тео молча проводили её взглядом, переглянулись и зашли внутрь. Пока они скидывали кроссовки, Тео сквозь зубы пробурчал: — Я так хотел наорать на неё… Но, кажется, жизнь уже вломила ей по полной. Хотя лично я бы добавил. Эва закатила глаза и отправилась переодеваться. Когда она спустилась в гостиную, Тео уже запустил Mortal Kombat и с довольной ухмылкой разглядывал экран — все персонажи были открыты, а значит, впереди их ждал вечер жёстких, но справедливых баталий. — Держи, — он швырнул ей геймпад и сладко потянул, — Я буду бить тебя… но очень нежно. Эва схватила геймпад, плюхнулась рядом и пропела в тон: — А я буду бить тебя… но очень жестоко. Энни вернулась только через час, молча проскользнула в свою комнату и захлопнула дверь. — Мымра, — сквозь зубы процедил Тео, яростно нажимая кнопки на геймпаде. Его персонаж на экране безжалостно добивал героя Эвы. Они провели вместе весь вечер — уничтожили две пиццы «Пепперони», пересмотрели три эпизода «Волчонка» (Тео язвительно комментировал каждую сцену с оборотнями), а потом наткнулись на новость в общем чате. Люк уехал в Чикаго к родственникам. Вместе с Сьюзи. Эва сначала замерла, потом её губы дрогнули, и слёзы покатились сами собой — не от боли, а от досады. Как будто кто-то напомнил о забытом унижении. — Эй, малыш, — Тео не грубо ткнул её плечом, — у тебя же теперь есть новый проект. Тот самый, с волчьей улыбкой, похожий на Дерека Хейла. И ты его точно добьёшься. Вдохновлённая, Эва поднялась к сестре и выпросила номер Пола. Теперь они уже десять минут сидели, уставившись на экран телефона, как загипнотизированные. — Господи, дай мне силы! — Тео не выдержал, выхватил телефон и стремительно набрал: «Спасибо за вчерашний вечер, жду продолжения. Обнимаю и целую.» Эва застыла с открытым ртом, глядя на экран: — Ты… Ты только что отправил ему «целую»?! Тео невозмутимо поднял бровь: — Ну да. И смайлик с губками. Для правдоподобности. — Правдоподобности?! — её голос взлетел на октаву. — Я так не пишу! Я вообще не пишу «целую» малознакомым парням! — Ой, простите, принцесса, — Тео склонился в фальшивом поклоне, — забыл, что ты предпочитаешь средневековые баллады. Может, добавить «Сир, мое сердце трепещет, как лист на ветру»? — Заткнись! — Эва швырнула в него подушку. — Он сейчас подумает, что я… что я… — Что ты живая, эмоциональная и в него влюблена? — Тео ловко поймал подушку. — Ужас. Прямо как 99% человечества. Телефон пиликнул. Они замерли. — Читай! — прошипел Тео. Эва, закрыв лицо руками: — Не-а. Ты отправлял — ты и читай. Тео схватил телефон, прочёл и медленно расплылся в ухмылке: — Ооо, Дейл… Он пишет: «Я тоже. Когда увидимся?» — Тео прижал руку к груди. — Кажется, я выдаю замуж свою лучшую подругу! — УБЬЮ! — Эва прыгнула на него с дивана, но Тео уже убегал на кухню, крича: — Мама! Папа! Она нашла жениха! Остаток вечера Тео не упускал случая подколоть Эву: — Ой, а что это у тебя щёчки розовые? Может, уже свадебное платье примерила? Слушай, а Пол случайно не оборотень? Ты ж их так любишь! Эва, зажав уши руками, стонала: — Да заткнись ты уже! Но Тео лишь хихикал, довольный своей победой. Позже она отвезла его домой, а сама вернулась и уткнулась в работу. Вчерашний вечер прошёл впустую — ни одной выполненной задачи, а дедлайн уже маячил на горизонте. Из комнаты Энни так и не раздалось ни звука.