Глава 6.

❝ Три вещи не спрятать надолго. Солнце, луну, правду.❞ Волчонок / Оборотень (Teen Wolf) Прошло чуть больше недели, а дверь комнаты Энни так и не открылась. Каждое утро Эва стучала, уговаривала, даже угрожала, но в ответ слышала только хриплое: «Скажи всем, что я заболела». Эмбри приходил ежедневно — то с шоколадом, то с цветами. Но с каждым днём его взгляд становился всё тусклее, будто кто-то медленно гасил в нём свет. «Она очень плохо себя чувствует», — отрезала Эва, не пропуская его дальше порога. Эти слова звучали как-то по-новому правдиво. Зато с Полом у Эвы завязалось странное виртуальное общение. Они переписывались ежедневно, обмениваясь глупыми мемами (Пол неожиданно оказался мастером мемов про волков), школьными сплетнями, рассказами о своем дне. Но когда разговор заходил об Эмбри, экран телефона вдруг становился неудобно тяжелым в руках. «Он выглядит как призрак, Энни не отвечает на звонки и сообщения», — писал Пол. Эва только кусала губу, не находя слов ответа. В пятницу после уроков Тео и Эва снова устроили баталии в Mortal Kombat. Персонажи на экране яростно крушили друг друга, будто отражая их внутреннее состояние. — Ну что, наша Горгона все еще в добровольном заточении? — Тео лениво бросил, смотря на своё поражение. — Может, уже пора заказывать венок? Я даже эпитафию придумал: «Здесь лежит та, что ненавидела счастье других». — Перестань! — Эва сжала геймпад так сильно, что костяшки пальцев побелели, а пластик затрещал под давлением. Всё её тело напряглось, будто готовое к бою, но биться предстояло не с Тео, а с собственной беспомощностью. — Она просто... не справляется. А я не знаю, как помочь. И не знаю, что сказать Эмбри. Тео резко поставил геймпад на стол: — Слушай, я тебе как лучший друг говорю — он заслуживает правды. Ты же видишь, как он мучается? Твоя сестра ведет себя как эгоистичная стерва. Эва закрыла глаза. В груди бушевал ураган противоречий: гнев за последние недели, глубокая, неистребимая любовь к сестре и эта странная близнецовая связь, из-за которой она физически чувствовала боль Энни. — Я знаю... Но я в тупике. Как выбрать между кровью и... справедливостью? Тео резко выдохнул через нос, словно бык перед атакой. Его пальцы сжали её плечи с неожиданной нежностью: — Ты не выбираешь. Ты просто перестаёшь быть соучастницей. Иногда любить — значит сказать «хватит», даже если это больно. На экране вспыхнуло кровавое «Fatality». Совпадение казалось зловещим. Проблема разрешилась неожиданно — резкий звонок в дверь заставил Эву и Тео переглянуться. На пороге стояла вся компания: Ким с дымящимся яблочным пирогом в руках, Джаред с пакетом эклеров, Эмили с букетом полевых цветов, Эмбри с тенью под глазами… и Пол. Тук-тук. Предательское сердце. — Привет! — Ким сияла, протягивая пирог. — Принесли гостинцев для нашей больной. Эмбри, не дожидаясь приглашения, грубо оттолкнул Эву, шагнув в прихожую. Та едва удержала равновесие, схватившись за плечо Тео. — Эй, Геркулес! — Тео встал между ними, расправляя свои субтильные плечи. — Я хоть и сломаюсь от твоего взгляда, но… Эмбри молча обошел его, даже не взглянув. — Ладно, — Тео повернулся к Эве, язвительно приподняв бровь. — Может, этот перекачанный идиот всё-таки вытащит твою психованную сестру из её склепа? Или она там уже успела обрасти паутиной и теперь пьёт кровь из мышей? Эва резко толкнула его в бок, но Тео лишь усмехнулся: — Ой, прости, забыл, что ты будешь защищать это чудовище даже когда оно тебя сожрёт. Надеюсь, Эмбри хотя бы принёс святую воду и осиновый кол — мало ли что. Эва потерла плечо, но кивнула остальным: — Проходите… Её взгляд сам потянулся к Полу — будто магнит, против которого она была бессильна. Он стоял чуть в стороне от всех, сжимая в руках потёртый DVD-диск с «Волчонком» (сезон 3, её любимый). Пальцы его были напряжены так, что плёнка на упаковке слегка хрустела. А потом — взгляд. Не привычная колючая насмешка, не вежливая отстранённость. Что-то новое. Глубокое, почти жгучее. Как будто он хотел спросить: «Когда мы наконец останемся одни?». Эва резко отвела глаза, почувствовав, как по шее разливается тепло. Но было поздно — её щёки уже горели. Перед ней внезапно вырос Тео, нарочито закрывая собой Пола. Он игриво приподнял брови, явно дразня её, потом наклонился и прошептал так, чтобы слышала только она: — Я, кажется, умру. Почему все твои знакомые такие накачанные? Это вообще законно? Эва фыркнула, неожиданно рассмеявшись, и потянула его за рукав обратно в гостиную. Усадив на пол и сунув в руки геймпад, она запустила новый раунд. Персонажи на экране яростно крушили друг друга под их дружный смех — пока Джаред не ахнул: — Чёрт! Да это же новая часть! Она вышла, типа, месяц назад! — Ага, — Тео растянулся в ухмылке до ушей. — А наша Эва купила ультимейт-издание, так что у нас открыты все персонажи. Кстати, я Тео, — он протянул руку Джареду с театральным поклоном. — Джаред, — тот пожал её, оценивающе оглядев нового знакомого. — А это Ким и Эмили, — Эва махнула рукой в сторону девушек, потом слегка запнулась. — И... Пол. Сердце снова сделало глупый кульбит, будто пыталось выпрыгнуть из груди, когда её взгляд скользнул по его фигуре. Пол стоял чуть в стороне, скрестив руки (как всегда, будто специально подчёркивая рельеф мышц), но в уголках его губ дрожал едва заметный намёк на улыбку, диск был положен на тумбу рядом. Тео тут же выгнул спину дугой, демонстративно закатив глаза: — Ооо, Джаред, ты случайно не профессионал? Спаси меня от этого тирана! — он швырнул геймпад в сторону нового знакомого, будто избавляясь от горячей картошки. — Она уже три раунда подряд делает фаталити! Это жестоко, негуманно и… очень сексуально, но я сдаюсь! Джаред, хихикая, подхватил джойстик: — Ну, если ты настаиваешь… — Он не настаивает, он просто трус, — фыркнула Эва, но не смогла сдержать улыбку. Тео прижал руку к груди с театральным ужасом: — Обижаешь! Я просто создаю пространство для новых дружеских связей. Кстати, Джаред… — он резко переключился на шёпот, но нарочито громкий, чтобы слышали все. — Если проиграешь — она заставит тебя смотреть «Волчонка» без перерыва. Это её любимый способ пыток. Пол, до этого молча наблюдавший, вдруг хрипло рассмеялся — низко, «по-волчьи». Эва почувствовала, как мурашки побежали по спине. Джаред ловко поймал геймпад, ухмыляясь: — Ну что, Эва, готова к поражению? — О, он ещё и самоуверенный — Тео ахнул, падая на диван в позе «умирающего лебедя». — Держи его, Пол, а то он сейчас мою лучшую подругу в игре прикончит, и мне придётся рыдать на его плече! Ким и Эмили синхронно захихикали, а Джаред покачал головой: — Ладно, я всё понял. Эва, давай без жалости — пусть лучше Пол потом утешает меня. — О, Джаред, — Тео приложил руку к груди с пафосным вздохом, — Ты такой наивный! Разве этот перекачанный полубог станет утешать тебя, когда рядом я — хрупкий цветок, уже заранее подготовивший трагическую речь на твоём надгробии? Он бросил взгляд на Пола, оценивающе провёл глазами сверху вниз и добавил: — Хотя, чёрт, с такими руками он, наверное, может утешать сразу двоих. Эва, дорогая, ты не против, если я ненадолго стану твоей соперницей? Джаред фыркнул, нажимая кнопки: — Без шансов. Я здесь, чтобы выиграть, а не участвовать в любовном треугольнике. — Ой, дорогуша, это не треугольник, — Тео сладко потянул, разваливаясь на диване, — Это геометрически сложный многоугольник. Эва влюблена в Пола, Пол делает вид, что не влюблён (но, божечки, как делает!), я просто восхищаюсь видом, а ты... ты тут случайный прохожий, которого сейчас размажут по экрану. Когда Пол неожиданно хрипло рассмеялся, Эва швырнула в Тео диванную подушку: — Да заткнись ты уже! Тео ловко поймал подушку и прижал к себе: — О, теперь я чувствую себя той самой подушкой, которую Пол возьмет, когда поймет, что Эва слишком эмоциональна для него. Кстати, о эмоциях... На пороге стояла Энни — бледная, с тёмными кругами под глазами, в мятом свитере, который пахнул затхлостью и слезами, а рядом такой же потухший Эмбри. Тео резко вскочил, его обычно игривое лицо исказила гримаса отвращения: — О, смотрите — королева драмы почтила нас своим присутствием! Что, наконец-то закончила свой спектакль «Умирающий лебедь»? Или просто пришла испортить всем настроение, как обычно? Глаза Энни сузились. Она медленно обвела взглядом комнату, взгляд остановился на Эве. — Ты... — её голос был хриплым, как будто она неделю не говорила. — Зачем ты их впустила? Эва почувствовала, как Пол напрягся рядом, его пальцы непроизвольно сжались в кулаки. Тео фыркнул: — О, простите, ваше высочество, мы забыли, что вам нужно личное разрешение на гостей! Может, сразу вывесим список «одобренных» тобой людей? Или ты предпочитаешь просто контролировать каждый шаг сестры, как всегда? Энни задрожала, её пальцы впились в дверной косяк. — Заткнись, — прошипела она. — Ты вообще не имеешь права здесь что либо говорить. Тео сделал шаг вперёд, его голос стал опасным: — А ты не имеешь права делать из Эвы свою жертву. Но, о чём это я? Ты же обожаешь играть в тирана. Энни тяжело выдохнула, словно смирившись с поражением, и опустилась в кресло. Её пальцы нервно переплелись, будто пытаясь собрать рассыпающиеся мысли воедино. В комнате повисла тягостная тишина — все ждали, не сводя с неё глаз. — Я... я вам наврала, — наконец прозвучало тихо, но чётко. — И многое скрывала. Но у меня были причины. У всех есть тайны, которые... которые жгут изнутри. Она подняла взгляд, и в её глазах читалась не просто усталость — настоящий страх. — Дайте мне ещё немного времени. Я... я не могу просто взять и вывалить всё сейчас. Но я обещаю — когда-нибудь расскажу. Просто... не давите на меня. Тео резко сжал кулаки, его губы уже готовы были выплюнуть ядовитый комментарий, но Эва мягко накрыла его руку своей, молчаливый приказ: «Не сейчас». Он замер, потом разжал пальцы, позволив ей переплести их со своими, и демонстративно отвернулся. Ким первая подошла к Энни, обняла её за плечи. Эмили последовала её примеру, прижавшись с другой стороны. — Всё хорошо, мы понимаем, — прошептала Эмили, гладя Энни по волосам. Тишину нарушил только едва слышный шёпот Тео, предназначенный исключительно для Эвы: — А никто не хочет обнять и пожалеть тебя, кроме меня. Он не знал, что оборотни услышали каждое слово. Эва бессильно опустила голову ему на плечо, сжимая его пальцы в ответ. — Ладно, цирк окончен, — громко объявил Тео, увлекая Эву за собой. — Мы пойдём лечить наши душевные травмы. Желательно алкоголем. Тео ловко прихватил бутылку дорогого белого из «особой комнаты» — того самого вина, которое Эва припрятала для особых случаев. «Сегодня как раз тот самый случай,» — проворчал он, уводя её наверх. По пути ещё пару раз бросил язвительные, но уже не злые комментарии в адрес Энни — больше по привычке, чем всерьёз. Эва так и не заметила, когда разошлись гости. Они с Тео устроились на её кровати, попивая вино из прямо из горлышка (посуда казалась сейчас лишней сложностью) и пересматривали третий сезон «Волчонка». В какой-то момент вино, усталость и тёплая тяжесть Тео на плече сморили её. Она проснулась в три ночи от настойчивого давления в мочевом пузыре. Аккуратно высвободившись из дружеских объятий (Тео во сне недовольно хмыкнул, но тут же прижался к подушке), Эва пошатываясь направилась в туалет. Возвращаясь, она машинально потянулась к телефону. На экране горело уведомление — сообщение от Пола, отправленное ещё вечером: "Ты в порядке?" Пальцы сами потянулись к клавиатуре: "Всё хорошо, мы с Тео напились и уснули" Ответ пришёл мгновенно, будто он ждал: "Погуляем завтра?" Эва почувствовала, как по щекам разливается тепло - и дело было не в вине. Она прикусила губу, набирая короткое: "Да" И тут же добавила сердечко, потом передумала, стёрла его, но в итоге всё же напечатала снова и отправила.