Секреты от меня...

Итак. Перед ним стоит девушка его мечты. Одетая в ярко-желтое платье с шикарным орнаментом — вышитым золотыми нитями. Темно-вишневые кудри щекочут ей плечи и шею. Он сидит за своим собственным столом, разглядывая записи… Только что так и было, пока не зашла Аманда. Он попросил ее одеться. Испугался, что может, пока будет с ней ругаться, может…сделать ей что-нибудь. Непонятно, каким образом ее защитит золотистая парча, но может… Чудо?.. — Аманда. — Надо бы начать с чего-то несерьзного. — Вот эти вычисления… — Это из-за Алара? — Он сразу вскидывает голову. Смотрит на нее. И взгляд принца темнеет. — О, да… Конечно, я права. Ты ревнуешь? — Легко спрашивает девушка, игнорируя (или не замечая?) откровенно злых глаз. — Что было у вас с Аларом?.. — Он спокоен, но голос будто немного напряженный. И выделил имя. — Ничего не было. Ты же знаешь… — Девушка наблюдает за движениями принца. Размеренными. Спокойными. Его пальцы сейчас так настойчиво выкручивает алую ленту из волос. Аманда даже, словно покачиваясь с пятки на носок, отступает. — Ты ведь у меня первый. — Также, как и Дарг, произносит медленно. Так, словно это очевидно. А разве нет? Она смотрит, на то как мужчина пропускает шелк сквозь пальцы. Так странно, что сейчас она хочет… Очень хочет сбежать! Будто в целях безопасности. И это неправильно, потому что безопасность ощущается только рядом с ним. Но сердце в груди грохочет, а горло сжимается под таким его взглядом. — Первый. А ты еще кого-то хочешь? — Спокоен. Свиду. Но она слышит приглушенное рычание. Красные радужки сверкают в солнечном свете. И это уже заметнее, чем простая эмоция. Да и то как он наматывает атлас на руку… На костяшки. Будто хочет ее ударить. Ей тяжело дышать. Просто не надо на него смотреть…она опускает взгляд на паркет. — Боишься? — Дарг… — Ее голос не дрожит, но ей страшно. Чувствует себя провинившимся ребенком. — Не цепляйся за отдельные слова. Ты знаешь: я люблю тебя и больше никого. Я могу поклясться тебе в верности, ты этого хочешь? — Я хочу, чтобы ты была честна со мной, Нани… — Шелк скрипит от натяжки. Принц смотрит на нее, сверлит взглядом. — …я честна… — Она хочет оправдать себя, что ей несвойственно. И это волнует ее еще сильнее. — Да?.. И как часто? — Он обещал себе не ссориться с ней… Но по какой-то причине сегодня решил нарушить это обещание. Принц внимательно наблюдает за действиями девушки, за ее поведением и тем, как меняется голос. В первые минуты она была более уверена, чем сейчас. В первые мгновения она не осозновала, что он говорит серьёзно. А теперь пытается понять, что ответить. Правду говорить совсем не хочется. Но что в этой правде такого, что она так ее скрывает? — Хани. Я говорю тебе правду всегда. Ты же знаешь. — Отводит взгляд, теребит край манжеты — почти незаметно. Не увидел, если бы ее знал, но он знает ее, а значит — в курсе куда смотреть. Он видел уже почти все ее эмоции и чувства. Более того, он точно знает, что ей нужно сказать или что с ней нужно сделать, чтобы вывести на определённое чувство. Она не одна в их паре умеет считать и анализировать. — Ты меня любишь? — Как бы между делом спрашивает принц. Алая лента мнется, но продолжает крутиться в руках. — Мы говорим не об этом. — Напоминает девушка, сразу слыша в ответ уверенное, не терпящее пререканий: — Нет. Об этом. — Люблю. — Но у тебя есть секреты от меня. — Не она одна изучает психо-физику, не она одна может манипулировать кем-то. — Дарг… — Вот теперь она понимает насколько всë серьезно. Он с ней…ссориться. — Это что из-за Алсэра? Ты правда…ревнуешь меня?.. — Она не понимает этого. Она чувствует рядом с ним, но это все равно происходит искаженно, поэтому некоторых эмоциональных всплесков просто не может правильно воспринять. Не понимает, что такого в… Аларе. — Это из-за всего. — Раздраженно кривит губы кронпринц, раскручивая смятую ленту. — Из-за блокатора. Из-за этого чëртового кулона. Из-за Алара. Из-за того, что при всей моей любви к тебе, ты все равно мной манипулируешь. Почему?.. Что я делаю не так? — Он будто успокоившись, делает безразличное выражение лица. — Зачем? — И молчит. Тишина — это доминирование, за счет стресса, тишина — это контроль. Пауза в речи напрягает абсолютно любого, даже того кто знает, как ей пользоваться. Особенно девушек. — Ты видела, что понравилась мне. Это ты вряд ли планировала. Но потом… Зачем ты это делала? Сначала ведь не было, ты начала после…библиотеки? — Она кивнула. Начала чаще моргать и отводить взгляд. — Просто…ты нравишься мне. — Как бы напоминает девушка. — Это повод для манипуляции? — Издевательский смех, последовавший за вопросом, заставил ее глубоко вздохнуть. — Ты не понимаешь… — Бездна! Да! — Он встает из-за стола так резко, что кресло отлетает в стену. А девушка только шумно выдыхает. — Я не понимаю! Объясни мне, будь так любезна. — Не кричи на меня. — Ее голос… Ломается?.. Она сама не ожидала от себя такого, поэтому на ее лице тенью мелькает удивление. — Не кричать?.. — Нанда поднимает взгляд на принца. Тот просто в бешенстве. В глазах от злости полыхает огонь. И когти чуть вытянулись. Он ведь оборотень. А они в гневе… Неприятны. Настолько, что находится рядом опасно для жизни. — Я говорила, что давно не испытывала таких ярких эмоций. — Она старалась быть отстранена, старалась показать, что все также спокойна. У нее получилось, и его взбесило это еще сильнее. Казалось, он сейчас ее разорвет. — Я чувствую только рядом с тобой. Боюсь, ты не сможешь представить что значит не чувствовать пятнадцать лет… Ничего. Наверняка это звучит страшно. Но еще страшнее, что после того, как мне вшили блокатор я перестала понимать свои эмоции. Перестала бояться этой пустоты внутри. — При чем тут твоя манипуляция?.. — Он с трудом сдерживает себя от крика. Голос звенит от злости. — …при том, что я не хочу тебя отпускать! — Закричала в ответ, но тут же продолжила сдержанно, хоть и дрожащим голосом. — Ты мне нужен. И пусть, я была уверена в твоих чувствах. Почти сразу… Я боялась, что… — Что я брошу тебя?.. — Она кивает. И он понимает одну забавную вещь, которую сразу и уточняет. — Боялась?.. — Его голос превращается в ядовитое шипение, глаза чуть сужаются, и губы растягиваются в оскал. От осознания, что только что она сказала ему…озвучила для него такую слабость, от того что он это понял и специально произнес вслух, девушка вздрагивает. От его голоса. От хищного взгляда, на который натыкается, поднимая голову. Назад идти поздно. Он хочет воспользоваться этим, и он это сделает, она видит. Уже почти знает, что он скажет. Но… Можно попробовать надавить на жалость. Дарг не выносит ее слез, а она и так скоро расплачется. Так почему бы не сделать это прямо сейчас?.. — Ты мне…очень нужен. — Пара капель срывается с ресниц. Его выражение лица тут же меняется. Улыбка сползает, губы недовольно кривятся. — Я люблю тебя, золото. — Она не играет, ей правда больно. Страшно, что он может сейчас ей сказать, особенно когда понимаешь, что в этот раз ее слезы бесят его еще сильнее всего предыдущего. — …либо ты все мне расскажешь, либо выметайся к Бездне. — Ему противно от собственных слов, он ненавидит свое упрямство и готовность на что угодно, чтоб добиться успеха. Почему ему так сложно отключить эту чертову вредность, хоть на пару минут?.. Неужели ему ее не жалко? — Кто мы друг другу, чтоб была такая недосказанность? — Жалко. От этого и противен сам себе. Ее слезы никогда не привлекали. Нет, конечно, она всегда красавица, но… Плачущей видеть ее не хочется. Кстати, кто они друг другу? Еще не говорили об этом ни разу. Со стороны — не более, чем любовники, а по факту?.. Для него она — идеальная девушка, от которой хочется иметь детей. Любимая. Но статус невесты на нее можно повесить сейчас только при условии, если ему надоест жизнь. Нужно вынести их отношения немного за пределы одних его комнат, пусть все вокруг привыкнут, чтт у него с Нандой хорошие отношения, желательно, чтобы ее отец это видел. Как принц ухаживает за ней. Тогда можно. Даже если она сама так не думает, но он точно знает, что Нани согласна. Эта девочка — сущая катастрофа! Он злится на нее так, как еще ни разу в жизни ни на кого. Неужели нельзя было сказать все сразу? Так ведь хорошо все было, но Алар!.. Этот их разговор действительно стал последней каплей. Она стоит и плачет. Она может жить без принца? Да. А хочет?.. Ничего ей без него не надо! Слезы застилают глаза. Дарг смотрит, как прозрачные капли расчерчивают щеки, и думает что не выдержит долго. Ему самому больно смотреть на это. Они не ссорились с ней еще ни разу. Правда. Им это было не нужно. Но сейчас, она разозлила его окончательно. И балансировать ему между двумя состояниями «Не плачь, умоляю!» и «Заткнись, дура!» достаточно…сложно. — Хани, золото… — Можешь хоть всю столицу в слезах утопить. — Слова срываются с языка быстро. Он не просто так хороший актер. Пользоваться этим умеет. — Но условие ты слышала. — Если… Я расскажу всë тебе, ты будешь дальше… Любить меня? — Такой вот наивный детский вопрос. Он хочет ответить «конечно», но губы сами искривляются, зло требуя: — Сначала расскажи. — Лента в руках совсем измялась, а он все накручивает ее то на одну, то на другую ладонь. Глаза дальше продолжают быть красными и зрачки такие широкие, что могли бы закрыть радужку. Девушка не говоря ни слова начинает снимать колечки. Тоненькие обручи падают на пол, звенят и закатываются в разные углы. Она дышит чаще, стараясь не смотреть на Дарга. Он прав, ей нужно было сказать ему обо всем раньше. В груди от его слов все сжимается и кричит. Слезинки капают ей на руки. Пару раз, Нанда раздражённо поправляет волосы, чтоб не мешались. А когда рука третий раз порывается заправить за ухо непослушную прядь… Чужие пальцы зарываются в ее кудри, собирают в аккуратный пучок и закалывают. Как только оказался позади нее? Так быстро, так…тихо. Мимолетное «не больно?» чуть согревает сердце. Даже когда злиться, все равно не может не заботиться. Запах его духов и вишневого дыма, он ведь курит, заставляет дышать глубже. Она мотает головой, продолжая бросать колечки им под ноги. Как хочется сейчас обнять его и целовать до потери воздуха в легких! Снимает последнее. И ее вена начинает светится сильнее, а волосы становятся светлее на тон. — Не говори ничего. Прошу. — Видя непонимающий взгляд, просит Нанда. Ее руки тянутся к цепочке на шее. — Я люблю тебя. Щелчок. Цепочка летит вниз. А волосы распрямляются, становясь идеально седыми. Его взгляд становится совсем другим моменально. Мгновение назад он злился, а сейчас это было едва ли не сожаление. — Я ношу так много колец, никогда не снимая, чтобы никто… — Запинаясь, она исправляется. — Папа…не думал, что я могу использовать косметическую иллюзию. В Хаосе это вообще никого не удивляет, потому что украшения дарят все всем на любые праздники. — Это из-за блокатора?.. — Да. — Ее щеки мокрые и новые слезы не делают их суше. Голос тихий. Она вздрагивает, когда он осторожно прикладывает палец к ее губам, и взяв за талию выводит из кабинета в зал. Там также светло, но говорить будет удобнее. Мужчина сажает девушку на диван, и только после того, как Нанда вытирает слезы, просит, чтобы она продолжила говорить. Абсолютно спокойно. В этот раз…даже тепло? — Когда его только вшили, я несколько недель чувствовала себя… Ужасно. Потом начала приходить в себя, но из-за лишения магии, я на какое-то время потеряла умение к адаптации. То есть я могла сгореть под солнцем или утонуть на мелководье. Способность к адаптации вернулась года через два. Но вместо этого я перестала различать цвета и запахи. Тогда все вернулось в норму быстро, я даже думала — на этом все будет остановлено, но потом заметила пару седых прядей. Так как бояться чего-то у меня не выходило, я решила просто жить с этим дальше. Посмотреть что будет. Волосы теряли цвет по часам. За трое суток я поседела. Абсолютно. Мне повезло, что я гостила у тетушки… Эти кулон и кольцо достались мне от мамы — я носила их с шести лет и не снимала, поэтому именно их оплели иллюзией. — Она подтягивает колени к животу и обнимает их руками. — Ведьмы не умеют колдовать. — Оперевшись бедрами на край стола, напоминает Дарг. — Ее муж вампир. — Оправдывается девушка и шмыгает носом, уткнувшись лицом в колени. — И папа снова не знает об этом? — Он больше утверждает, чем спрашивает. Уже уверенный в ответе. — Не знает. «Почему?! Не дура? Нет? Почему ее отец не в курсе об этом? Он должен быть посвящен в такие детали! Она же… Блять! Его дочь!» — Кто бы знал, как он хочет сейчас кого-нибудь ударить. Например Эллохара. — «Ебаныйврот… Сука! Построить целую херову школу, следить за таким количеством детей и не знать, что происходит с дочерью!.. С родной дочерью нахуй!» — Зачем…тебе вшили блокатор? — Голос принца снова звенит от злости. — Была же какая-то причина? — Бесконтрольная магия. Разве не причина? — Ей хотелось бы говорить нормально, но если голос станет громче хоть на пол тона — расплачется сильнее. И больше ничего не скажет. И ей так не хочется…чтобы он прогонял ее. Она готова рассказать, что угодно, только пусть он скажет еще раз, что любит. Мужчина прикусывает губу, с трудом удерживая мысли: «Сука… Заебешь… Вот…нельзя сказать все сразу?..». Он медленно идет к краю дивана, на котором беззвучно плачет его маленькая девочка. Ладно. Вдох. Нельзя на нее кричать… И злиться тоже. Тяжело выдохнув, он опускает руки, бросая на колени леди красный атлас. — Не верю что гениальная девочка могла не справиться с собственной силой. — Заключает принц. — Ты не поверишь в правду. — Отчаянный вслип ребенка… Бездна… Как Тьер решился жениться на такой же маленькой и хрупкой Дэе? Просто… Может она вела себя и по-другому, но ощущение такое, будто все девушки в одинаковом возрасте — одинаково себя ведут. «Ну, да… Как Тьер решил? А я-то, конечно решил не так!..» — Принц ведь действительно уже точно уверен, что никакая другая женщина, кроме этой, ему не нужна. Потому что Нани идеальная. — Зачем ты решаешь за меня? — Лучшее, что он мог бы сейчас сделать — поцеловать ее. Зачем нужно было ругаться с ней? Разве нельзя было просто поговорить? А теперь она сидит и плачет. Из-за него. Интересно — Если бы не вшивка, мы бы никогда не познакомились. Меня бы разобрали на части для экспериментов. Ты знаешь… Папа не пережил бы этого. Он ведь очень любит меня. — Поэтому разрешил это?.. — Дарг садится рядом, наблюдая, как она вытирает слезы его платком. — Просто послушай. Мама умерла, когда мне было четыре. Я помню ее очень плохо, но точно помню, что она не болела. Только пару лет назад папа сознался, что ее отравили. Я знала. Также, как знала, что на папу готовят покушение. Он ведь принц Хаоса… Я пересказала ему, что подслушала случайно, он ко мне прислушался и стал осторожнее. Когда заговорщиков схватили, мы были вместе. В подземелье. Мы оба были уверены, что все закончилось, но буквально через пару мгновений его попытались убить. Кто-то. Я не знаю. Не посмотрела даже. Моя магия была больше предназначена для защиты, поэтому почти являлась рефлексом. Я испугалась, но тем не менее отдавала себе отчет в действиях. Я… Никогда не могла управлять огнем. Его во мне нет. Но могла управлять водой. Моя мать… Как ты мог бы догадаться по цвету моих волос, была человеком. Стихийным магом. И она научила меня этому. Но я ушла глубже в изучении, поэтому мне подчинялись любые жидкости. В том числе кровь. Я вскипетила ее у них так, что… Их разорвало. Дедушка это видел, и много раз спрашивал, что произошло. А я только говорила, что испугалась и не хотела их убивать, хотя на самом деле все произошло именно так, как я задумала. Дедушка настоял на том, чтобы вшить мне блокатор, назвав мою магию бесконтрольной. Мне было страшно и больно. Я тогда боялась абсолютно всего. Но, если бы кто-то понял, что я в столь детском возрасте могу управлять такой силой… Мне было бы хуже. Дарг накрывает ее ладонь своей. И чуть сжав, целует в кончик уха. Она поворачивается к нему, совсем заплаканная, вздрагивающая от всхлипов, которые теперь участились. Только что ей было страшно, что больше никогда она не увидит его улыбки…для нее. А теперь, почувствовав тепло ей… Неловко. Будто она стесняется или это такое странное облегчение. Дышать теперь намного легче, но слезы до сих пор текут. Почему? Любимый ведь снова также близко, как и час назад. — Я. Тебя. Люблю. — Он целует ее после каждого слова. — Дорогая. Нани. — В щеки, нос, уголки глаз. А она только сильнее плачет. Мужчина раскрывает объятия. — Иди сюда. — Ее тресет. Она обнимает его, уткнувшись в чужую рубашку. Дарг притягивает к себе громко ревущую леди.