Chapter 6: "Пятничное проклятие"

*3 недели после преступления* Скромная кухня, спертый воздух и остатки гулких звуков в ушных раковинах наполняли обычный, казалось, пятничный вечер. Всё катилось своим чередом. За окном шумел усталый город, лишь приглушенные звуки полицейских сирен и скорой помощи могли просочится сквозь ночную мглу. Теплые фонари отбрасывали на стены и гарнитур кухни причудливые тени цветочных горшков на пластиковом подоконнике. Вдруг в горло ударил свежий воздух, и юная особа открыла глаза, обнаружив себя в полу спящем состоянии. Подбородок был сложен на кисти, грудь прижалась ко столу. Сквозь полудрему явился взрослый силуэт, что открыл окно, впуская морозец ноября в комнату. - Спишь? Мягко обратилась девушка, отходя от окна, встав к столу - Не хочешь помочь? И… перелечь в другое место. Голос прорезался через сомкнутые глаза, и рыжая подняла голову, откинувшись на деревянный стул спиной. Улыбка произвольно коснулась кончиков губ, но пелена сна не спадала с глаз - Помогу. С чем? Девушка подошла ближе, с аккуратного разрешения положив руку на плечо ученицы. Ее глаза блестели той же учительской выдержкой, что рушилась буквально у всех на виду. Но в такие вечерние, сонные и осенние моменты Алекс изредка пыталась привести себя в прежний порядок. - Седьмой класс. Тест по неправильным глаголам. Хрупкие пальцы ее руки чуть сжали плечо подростка. Рыжая повернулась, подняв голову, и с сонной усталостью вздохнула. - Ну, не сказала бы, что у меня самой они лучше. Но помогу, чем смогу. Алекс отошла, из ее груди, что была укутана в легкую серую футболку базовой ткани, вырвался короткий смешок, а лесные зеленые глаза блеснули в полумраке кухни - Ну вот и подтянешь значит. Вэй неохотно побрела за ней по коридору, уже не оглядывая квартиру. На третий раз посещения ей не требовалось постоянно искать входы и выходы комнат. Кабинет, центром и «головой» которого оставался компьютерный стол, был обвешан сертификатами, грамотами и дипломами за успехи в обучении как на имена учеников, так и на имя «Alexandra Merkulova». Стекла поверх этих документов отсвечивали мерцающими лучами монитора ноутбука, комната была погружена в чисто рабочую, но до ниточек интимную атмосферу. Пропуская рыжую вперед, девушка зашла после, с быстрыми, выученными движениями передав ей стопку тетрадей со стола. Их пальцы на секунду коснулись друг дружки, но Вэй уже опустилась на кровать, оставив стопку на бедрах. - Передай хоть карточку, по которой они тест писали. И ручку. Но лучше карандаш. Улыбка и легкий вздох пронзили тишину и легкий гул ноутбука, а мысли заполнились рабочим процессом. Взрослая фигура опустилась в кресло, переворачивая легким движением все справочники и папки в поисках одного экземпляра работы. Протянув лист и простой, автоматический карандаш, Алекс вздохнула, и ее грудь с новой усталостью поднялась - Держи. Справочных материалов не дам, сама мучайся. Но строгие, учительские губы не сдержали смешок и на этот раз, оставив непринужденный острый взгляд на очах ученицы, что в этих стенах становилась нечто большим. - Больно нужно. И уставившись в тетради, согнувшись в три погибели, ученица девятого класса общеобразовательной школы принялась делать хоть часть работы за своего учителя. А маски давно спали, разбившись в дребезги о холодный паркет ее квартиры. Теперь это не отношения, что основывались на педагогическом уставе, а кристальная погоня за тем, чего каждой так яро не хватало. Погоня за любовью. Погоня за наркотиком. - Знаешь… ты бы отлично вписалась в компанию тех, кто сдает английский. Алекс вновь завела старую шарманку про то, как было бы классно готовить Вэй не просто так. Готовить к экзамену, что, возможно, решит ее будущую жизнь. Но рыжая фыркнула, вытягивая спину до хруста суставов - Не начинай. Мне не пригодится английский в ближайшем будущем. Рука с легкостью отчертила тонким карандашом оценку «4», закрывая последнюю тетрадь с котиком в стопке. - Помню… но, всё же, английский дался бы тебе легче, чем география. Клянусь страдательным залогом. Шатенка с шутливой серьезностью поднесла руку к груди, отдав клятву. Она развернула стул, чтобы увидеть ученицу в полумраке, что сидела на ее кровати. - Вот если бы можно было поменять математику на английский, то тебе не пришлось бы убиваться по этому поводу. Я права? Темные, бездонно зеленые глаза блеснули в мерцании белого экрана монитора. Тень Алекс накрыла ее фигуру, и девочка поднялась с кровати, протягивая стопку и карандаш сверху. - Ты сегодня… подозрительно спокойная. Что-то случилось? Алекс обеспокоенно взяла стопку, самостоятельно откладывая ее на стол. Тыльная сторона обычно холодной ладони коснулась лба под рыжей челкой, а левая рука приобняла молодую фигуру за плечи, что была ненамного ниже нее. - Нет. Поздновато, пора домой… Губы дрогнули, глаза медленно закрылись, реакция пропала. Вэй ловила момент. Момент этой хрупкой, такой теплой близости без грязи. Грязи в жизни хватало и так. - Я подвезу. Заодно всё же посмотрю, где ты живешь. Шатенка улыбнулась, отпустив руку ото лба, прижавшись щекой к рыжей челке. Даже строгие, лесные зеленые глаза закрылись сквозь линзы очков в серебристой оправе. Ладони теплели, прикасаясь к тренированной годами коже. Словно забирали всю ту боль, но загадка, в чем же была причина появления этих шрамов, так и оставалась недосягаемой. Оставалось лишь стоять, обнимать, чувствовать каждый вздох и клетку кожи на той, для которой почему-то, появилось исключение. - Exclusion… to the all rules. It hurts, Wei. Даже такая вещь как английский язык могла связывать между собой две абсолютно разные личности. Холодный расчет, повышенный профессионализм, но хрупкий фундамент чувств с угасшим, казалось, навсегда огнем, острый язык и многолетнюю боль. - Our. I’m not a saint too. Но и эта общая черта давала отчетливые различия. Учитель и ученик. Безакцентный, британский английский и молодая смесь двух акцентов. Взрослые, возможно, уже даже дрожащие руки отпустили фигуру первые, медленно прошептав. - Ладно… тебе правда пора. Собирайся. Вэй уже не воспринимала такие фразы как отказ. Они им и не были. Это было что-то типа «подожди, не сейчас». Рыжая аккуратно отстранилась, выверяя движения, проскальзывая по коридору к своим вещам. Аромат карамельных духов, сожженных границ до черного угля, спортивной усталости, смешанной с глубокой и моральной, просочился в сознание. Когда новенький черный и глянцевый Hyundai приблизился к скромному двору, Вэй коротко показала остановку, напоследок повернувшись, и прохлада сибирского, слегка даже голубоватого от инея леса ударила по глубине горькой, изумрудной пучины. - Счастливо. Thank you. Сонно улыбнувшись, прохрипела Вэй, высовываясь из машины со своей спортивной сумкой, где обычно таскала запасной комплект для ночевок. - Беги домой. Тепло, с нотой мимолетной нежности шепнула Алекс в ответ, взглядом провожая Вэй за угол ее дома. Такая конспирация была до талого необходима, особенно, в связи с последними событиями в жизни девочки. Когда знакомая до боли в предплечьях тень скрылась, стопа сама упала на педаль газа, взрываясь скоростью по прямой сплошной. Из ледяных глаз потекли такие же, ледяные слезы потерянного контроля. - И я знаю, что ты плачешь тоже. Раздался сломанный, чужой шепот, произнесенный собственными губами. И вправду. Не успев даже подойти к двери подъезда, горло наполнилось обжигающими, лавовыми слезами. - «Я уже готова заказывать гроб твоей карьере, Нэт.» Сверкнул фиолетовый экран блокировки телефона, что лежал у панели управления автомобиля. Неизвестный номер, однако, манера письма была вычерчена на теле, в самых откровенных и уязвимых местах.