Chapter 7: "Нестандартно стандартный кабинет"

- Андрей? Ничего нового, я так понимаю? Парень с темно-каштановыми волосами откинулся на спинку своего офисного стула, запрокинув кисти за голову, оглядывая проделанную работу. Он повернулся на коллегу, толкнувшись ногой в кроссовке, и его потрепанный, но воодушевленный вид осветился в теплом свете бесконечно сильной лампы. - Как ты угадала? Мы же… не расследуем убийство без улик и без нормальных подозреваемых. С горьким смешком и нотой сарказма произнес голубоглазый, поправляя светло-голубую рубашку на своем торсе. - А вот нам нужно шевелиться. Областные следователи пристыдили меня сегодня днем. Таких эпитетов о своей и твоей работе я еще не слышала. Но, однако, они сами не стремятся нам помогать. Блондинка вплыла в кабинет, как к себе домой, аккуратно и мимолетно опуская изящную черную сумку на серебряной цепочке на край стола. Ее ладони встали на стол, тонкая вязаная водолазка темно-синего цвета смялась в стыке между черными брюками и стальным, черным кожаным ремнем на них. - Я бы очень хотела, чтобы ты это послушал, Зябликов. Но ты весь день сидел и думал, куда же начать думать, я права? Ее тон резал без ножа и пилил без пилы. Андрей сморщился, словно его обожгли пламенем яда, и встал со стула. Его тело вновь приняло защитную стойку у окна, но взгляд коллеги поверх дорогих очков заставил его проронить слова. - Давай. Твоя версия. Он рывковыми движениями уже закуривал сигарету, навострив уши. - Ах вот как?! Анастасия взметнулась, подходя к нему ближе, принимая критические решения за доли секунд. - Хорошо. Валерия. Мать Вероники. Она остановилась почти около его глаз, скрестив руки у груди. В ее темном, кофейном взгляде не было и намека на иное решение таких конфликтов. - Ее мотив – материнство. Ты искал человечность? Получай. Ее стальные, серебряные на теплом, вечернем свету волосы плыли по плечам и спине. Андрей дрогнул, но за три недели работы уже, можно сказать, привык к такому. Он только ухмыльнулся с тлеющим окурком между губ, не решаясь выпустить дым ей в лицо. - Николай терроризировал девочку, следовательно, у матери есть достойная месть. Она обеспеченная женщина, построила себя сама. Может позволить как нанять кого-то, так и сделать всё своими руками. Мать троих детей. Из близких… дети, муж и родители. Брат за границей. Блондинка сделала шаг назад, искусственно взглянув на ногти левой руки. Андрей наконец выпустил белесый дым в сторону окна, вслушиваясь. Он отчетливо заметил, как Анастасия изучила даже такие подробности, как родственники вне страны. - Как тебе такая версия, Зябликов? Или, у тебя имеется получше? Андрей кашлянул, поднеся сигарету ко рту в последний раз. Перед глазами свистнул серебристый свет, а сигарета в тонких пальцах коллеги прижалась к его, забирая последний тлеющий огонь. Хоть такого уголька не хватило бы, следователь приоткрыл усталые глаза. - Я… Но коллега уже оторвалась, с раздражением поджигая сигарету самостоятельно, резкими движениями отскакивая к столу, где были разложены различные данные и обрывки. - Нет, не ты. Тебе уж точно нет дела до каких-то тренеров. Быстро пресекла его блондинка, продолжая одновременно закуривать сигарету среднего класса. - Александра Меркулова... Она фигурирует в твоей записи. Номер 179. Учитель английского у Вероники. На удивление Андрею, блондинка дрогнула, перечитывая запись. Ее напряжение можно было разглядеть по зажатой, сутулой посадке на стуле, заплетающимся пальцам и легким кашлем от чрезмерного вдоха дыма. - Что тебе известно о ней? Андрей внезапно решил ударить. Впервые за несколько недель совместной работы. - Немного. Мы учились в одном учреждении. Не выделялись дружбой. Голос строгий, привычный, правдоподобный. Но следователя зацепило совсем не то. Ее напряжение – вот по чему нужно было бить без промаха. - Думаешь, она причастна? Хотя бы к состоянию Вероники? Он подошел ближе к столу, сжав руки у груди, и ткань голубоватой рубашки чутка смялась. - К убийству – нет. Она слабохарактерна для такого. Да и мотива нет. А к состоянию… может быть. Тон изменился с густого на напряженный, старательный и пытающийся скрыть мимолетную слабость, допущенную в бесконечно верном механизме. - Что-то ты недоговариваешь, Анастасия. Андрей уцепился за ее состояние, словно утопающий муравей в ведре с водой. Его спина выпрямилась, а худощавые скулы задержались в улыбке - Зябликов, не много ли внимания? Тебе нужен убийца, а не человек с зарплатой в тридцать тысяч. Блондинка взметнулась с кресла, собирая документы по столу, приводя разбросанные папки в стопку. Бордовые ярлыки на определенных файлах, фото и записанных допросах. Казалось, она знала все, но именно файл с Александрой зацепил ее больше всего. И скорее всего, как подумал Андрей, и оказался бы прав, зацепил не только как следователя. Как женщину. Как человека. - Хочешь, чтобы я догадывался? Хорошо! Парень сделал два шага назад, подальше от района бури, и продолжил неспеша, глядя в разрез ее лопаток. - Вы были заклятыми врагами в школе, так? Или… Анастасия медленно вернула ситуацию в контроль, собрав все бумаги в ровный, почти представительный вид. Она повернула голову, и оправа ее серебряных очков блеснула в теплом свете лампы. - Или ты завидовала ей? Или она солила тебе? Андрей не успокаивался, задумчиво поднеся пальцы к воротнику рубашки, изначально даже не заметив ее вернувшегося взгляда. - Или вы сестры? А что, даже похожи чем-то… - Довольно! Рявкнула блондинка, за несколько шагов сокращая дистанцию, правой рукой впиваясь в его шею. Острые и без маникюра ногти вонзились в ослабленные мышцы. - Прекрати лезть за мои границы, паршивец. Она не ослабила хватку, левой рукой блокируя путь его рукам к ее безупречной стойке. Андрей всхлипнул, но в кристальных глазах не было страха. Не было навязчивой ненависти. Тень ее кофейных глаз задержалась на его взгляде, переносице и радужках. Внезапно она прижалась к его губам своими, всё так же не позволяя коснуться ее. Поцелуй продлился недолго, она быстро отдернула сама себя, прохрипев. Ее очки спали с переносицы на кончик носа, рука разжалась, а волосы растрепанно стекали по плечам водолазки. - И что это было, Романенко? Андрей не сдержал короткую ухмылку, и сам покинул ее пространство, самостоятельно сев за свой же стул. - Мимолетная слабость. Андрей лишь ухмыльнулся, про себя шепнув несколько слов, и разобрал несколько папок из ее безупречной стопки. Он открыл несколько страниц, склонившись на бумагу, дав себе итоговый отчет в том, что пытается убежать от разговора далее. Анастасия же взмахнула рукой, откидывая волосы в собранную линию на спине, поправив очки, и уже медленным, аккуратным шагом пошла прочь из кабинета, рывком хватая сумку с края стола. Голубоглазый проводил ее, и как только дверь закрылась, поднес два пальца к губам, не скрывая несколько чистых, юных смешков. - Дура. Спускаясь по каменным лестницам полупустого отделения полиции, Анастасия выхватила телефон из кармана брюк, и агрессивными движениями пальцев набрала номер из записной книжки. - Меркулова? Романенко Анастасия Владиславовна. На той стороне провода послышался усталый, но серьезный вздох. Выметаясь из дверей отделения, сверкнули фары Audi A4 среди припаркованных полицейских машин, и блондинка сдержанно, сквозь зубы, прошипела. - И я знаю, что ты меня слышишь, сука.