Глава 11

Джинни сломала обе ноги и позвоночник. Мадам Помфри обещала, что понадобится всего неделя, чтобы вернуть её в строй. Гарри, стоявший под мантией за спинами друзей, не мог заставить себя посмотреть в сторону отгороженной ширмами койки, где лежала искалеченная девочка. Если бы он не дал ей метлу… — Ходить она сможет уже завтра, пыталась успокоить ребят миссис Помфри. — Вы ведь помните прошлый год и замечательное заклинание профессора Локхарта? Тогда Гарри был в худшем положении. А за вашей подругой просто требуется немного присмотреть после выздоровления. — Мы… — заикнулся Рон. — Вы сейчас идёте в свои спальни и спите там, — строго прервала его медведьма. — Навестите мисс Уизли завтра. Ей нужен отдых. Она почти вытолкала троицу за пределы своих владений и с грохотом захлопнула перед ними дверь. Рон шмыгнул носом. Его лицо выражало крайнюю степень отчаяния, и Гарри просто не знал, что сказать. — С ней всё будет в порядке, — попыталась поддержать друга Гермиона, но тот взорвался: — В порядке?! С переломами и после дементоров? Ты помнишь, что было на трибунах, а она была в самом центре! Он зло вытер нос рукавом и зыркнул на опешившую Гермиону. — Рон, — Гарри скинул мантию-невидимку и подошел к другу со спины. — Мадам Помфри знает своё дело, как никто. Она не дала мне сдохнуть, пока Снейп высчитывал свой чертов ритуал. Верь в неё. И в сестру. — Ей и так уже досталось, — Рон шмыгнул носом и вытерся тем же рукавом. — Пойдемте. А то Филч притащится. Или Снейп. Он как с цепи сорвался. На любой шорох появляется. Будто следит за нами. Сволочь. Они двинулись по коридору в сторону выхода из школы. Гарри хотел зайти к Хагриду и остаться спать у него до утра, чтобы днем пробраться по подземному ходу до Зонко, а потом улететь камином из Трех метел. Коридоры школы были уже полупустыми. После игры все разбрелись по гостиным — никому не хотелось мерзнуть на сквозняке или сидеть в сырых классах. Дементоры портили не только погоду. Тепло каминов было единственным, что немного защищало от их промозглой ауры. Жаль, что в гостиных каминная сеть имела очень большие ограничения. Двери школы пока что были открыты, и снаружи всё так же лил дождь. Но из сумасшедшего шквала он стал обычным ливнем, какие регулярно идут поздней осенью. Да и ранней тоже. И летом… Чавкала под ногами раскисшая тропинка, цеплялись за одежду мокрые лапы кустов. Согревающие чары, что наложила Гермиона, справлялись с холодом и сыростью очень слабо. Ведь холод был не только физическим… — Надеюсь, этот рыцарь не встанет в позу, как в прошлый раз, — пробурчал Рон, когда они преодолели уже половину пути. — Рыцарь? — удивился Гарри. — А тот рыцарь Несколько дней назад друзья писали ему про нападение Блэка на Полную даму и про то, что после ночевки в Большом зале обнаружили нового, весьма эксцентричного стража гостиной. — И, пока Филч не починит холст, у нас будет этот «Извинись перед рыцарем!» Тьфу. — пробурчал Рон. — Я читала про сэра Кэдогана, — добавила Гермиона. — Он был смелым человеком при жизни. Буквально убил дракона обломком палочки. Но вот этот вот всё… Она выразительно покрутила рукой у виска. За этим разговором они дошли до хижины Хагрида, возвышавшейся на холме миниатюрной крепостью. Гарри постучал в дверь. — Кто там? — раздался почти родной голос. Спустя полминуты, дверь распахнулась, и на пороге появился огромный владелец хижины. Ростом он был не меньше трех ярдов, заросший кудлатой бородой, из которой выглядывали черные добрые глаза. Гарри ещё при первой встрече удивлялся, как на них не пялились в метро, когда они возвращались из косого переулка. Когда Хагрид увидел гостей, его глаза расширились от удивления и радости. — Гарри, — выдохнул он. — Входите, входите скорее, я вам чаю сделаю! Великан сразу же засуетился у стола, а ребята поспешили протянуть озябшие руки к очагу. Сухое тепло тут же мягко обняло озябшие пальцы. — Не ждал вас, — по-доброму ворчал Хагрид. — А как спать бы лег? Так и промокли бы. — Мы и так промокли, — улыбнулся Гарри. — Хуже уже не будет. На столе появились огромные чашки, поднос с кексами, есть которые Гарри не рисковал. Слишком уж они были тверды. Облупленная сахарница, заполненная крупными кусками, которые нужно раскалывать ножом. Когда помятый чайник, висевший над огнем, закипел, все трое переместились за стол. Кружки наполнились чаем, обильно сдобренным лесными травами. Гарри втянул носом ароматный пар, обхватил кружку всё ещё мерзнущими пальцами. В этом доме события дня казались такими далекими, потускневшими. Страх и тревога остались там, снаружи. Вне каменных стен хижины доброго великана. — Как прошла игра? — спросил ничего не подозревающий Хагрид. Никто не ответил. Рон махнул рукой, а Гермиона просто промолчала. — Дементоры, — буркнул Гарри. — Джинни в больничном крыле. Над столом повисло тягостное молчание. Как будто и сюда проникла стылая слякоть черных плащей. — Дементоры страшные, — фраза Хагрида сломала хрупкий колкий лед, сковавший всех в комнате. — Когда меня забирали, я всего ничего в Азкабане пробыл. И то чуть с ума не сошел. Ужасное место. Не знаю, кто такого заслуживает. — Никто, — Гарри вспомнил серое болото, в засасывавшее его сознание. — Это не искупление и не наказание. Их просто скармливают этим тварям. — Я читала, — Гермиона с негромким стуком поставила на стол кружку. . — Министерство просто не знает, что с ними делать. Безопаснее отправлять им преступников, чем делать что-то более радикальное. — Трусы, — пробурчал. ссутулившийся Рон. — Мне кажется, они не живые, — неожиданно для самого себя сказал Гарри. Он сам не знал, откуда у него в голове всплыло это знание. — Почему ты так решил? — удивилась Гермиона. — Они… Они безысходность. Отчаяние, горе, страх, — Гарри ссутулился, обнимая горячую кружку. Пусть он и выпил огромную дозу обезболивающего, плечо уже начало ныть. — Я не знаю. Просто чувствую, что они не живые в нашем понимании. — Ты меня пугаешь. — Забей, — Гарри стряхнул окутавшую его меланхолическую задумчивость. — Нужно почитать про них. Как-то ведь от них можно защититься. На этом разговор о дементорах затух. Никому не хотелось вспоминать о них. И о сегодняшней игре. Они обсуждали домашнее задание, последние новости и новый альбом Ведуний. Пробравшийся в дом холодок растаял в тепле. А ещё, какая-то часть Гарри немного радовалась, что ему не придется идти к Джинни вместе со всеми. Одна мысль о том, чтобы увидеть её, прикованной к кровати заставляла ноги слабеть. Он боялся. Боялся увидеть упрёк в честных карих глазах. Боялся увидеть её такой же, каким стал сам. Это он дал ей метлу. Он предложил вступить в команду. Всё — он. — Наверное, нам нужно идти, — Гермиона бросила взгляд на часы. — Уже отбой. — Может, ещё посидим? — взмолился Рон, но суровый взгляд Гермионы заставил его изменить решение. Хагрид пытался дать им с собой немного кексов, но ребята сумели вежливо отказаться и, укутавшись в мантию-невидимку растворились в ночи. А Гарри остался. За окном лил дождь, Клык похрапывал на своей подстилке. Хагрид рассказывал какую-то историю, но Гарри уже был не совсем здесь. Он лелеял чувство вины перед Джинни и мечтал о том, чтобы вернуться в школу и уничтожить дементоров, что напали сегодня на его друзей. Уничтожить всех до одного. Они не должны существовать. Подойдет ли для этого огонь? Яд? Серебро? Он не знал. А может быть, стоило бы исчезнуть ему самому? Не подвергать больше друзей опасности, не втягивать их в безумные приключения… Ведь это так просто… Куда проще, чем убить дементора. Погаснуть. Не быть. В какой-то момент он открыл глаза, и понял, что лежит на какой-то уютной лежанке у камина, а Хагрид сопит на своем громадном диване. Гарри перевернулся на другой бок, положил голову на подушку и провалился в глубокий сон без сновидений.

***

— Ты не понимаешь?! — надрывался Рон. — Не понимаешь?! Он размахивал руками, как сумасшедшая мельница, и Гарри приходилось держаться подальше, чтобы не получить по лицу. — Он следил за клеткой, Гермиона! Твой! Кот! Следил! За клеткой! — Он кот, Рон, — пыталась образумить друга Гермиона. — Коты не придумывают хитрых планов, как достать крысу из закрытой клетки. Ты ведь закрыл её? Рона буквально взбесила последняя фраза. — Хочешь сказать, что я должен закрывать Коросточку в клетке, чтобы её не сожрали прямо в комнате?! Прелестно/просто замечательно! — Рон, в замке есть ещё куча котов. Спокойный голос заспанной Гермионы, по идее, должен был снизить градус ссоры, но, кажется, только подогревал гнев Рона. — Но охотится на коросту только твой! — продолжал сыпать обвинениями Рон. Утром друзья вернули Гарри его мантию, и должны были пойти с ним к статуе одноглазой карги. Но вместо этого устроили грандиозный скандал… Из-за их ссоры Гарри чуть не оставил у Хагрида ставшие привычными бусы, которые он теперь наматывал на левую руку. На правой они начинали цепляться за всё подряд. — Гарри! Ну как ей объяснить?! — Гарри! Не слушай его! Одновременно выпалили обо спорщика. — Вы можете дождаться, хотя бы, пока я уйду? — возмутился Гарри, которого уже достала эта склока. — Гермиона, твой кот правда может съесть Коросту. Или ранить. Это не шутки. Рон, вряд ли Гермиона может заставить кота не пялиться на твою крысу. Потому что он, черт возьми, кот. Ему плевать. — Предатель! — синхронно воскликнули оба. — Ну, спасибо, — всплеснул руками Гарри. — Вы бы лучше рассказали, как там Джинни. Друзья пристыженно переглянулись. За ссорой они совсем забыли, куда ходили рано утром. Переход от ругани был настолько резким, что стало слышно, как что-то шевелится в сумке Рона. — Она лежит, — Ром дернул уголком рта. — Мадам Помфри пока запрещает ей даже сидеть. Говорит, что позвоночник ещё недостаточно окреп. Но ноги уже шевелятся. Он замолк. Гермиона тоже отвела глаза в сторону. Оба выглядели так, будто оставалось что-то ещё, что они не решались сказать. — Гарри, — Рон выглядел совершенно подавленно. — Обещай, что не будешь злиться на Джинни. — За что? — Гарри уже начал подозревать, за что. Рон замялся. Он бросил взгляд на Гермиону, но та не собиралась ему помогать. — В общем, ты же помнишь Иву? — спросил он наконец. — Мы в неё ещё на Фордике отцовском врезались. Так вот, когда Джинни… Упала… Твоя метла продолжила лететь. И её унесло к Иве. Ну, ты же ее знаешь… Он замолчал. И стыдливо отвел глаза. Гарри подумал, что ссора с Гермионой была бы отличным поводом отвертеться от сообщения такой новости. И даже не мог его за это винить. — Что-то удалось собрать? — спросил он. — Близнецы принесли кучу… Щепок и прутьев. Они у Джинни. Куча щепок и прутьев… Метла, выдержавшая проклятие Квирелла и атаку бладжеров… — Дерьмо случается, — Гарри вздохнул. — Будь на метле я, все кончилось бы точно так же. — Ты не сердишься? — в голосе Рона отчетливо слышалась надежда. Гарри хотелось заорать, что он хочет, чтобы Джинни бросила квиддич и не рисковала собой. Что этот спорт опаснее, чем любое магловское регби. Что девушке не место в этой мясорубке. Но он хлопнул Рона по плечу и ответил совсем другое: — Пусть Джинни поправится и порвет Когтевран. А метла — это всего лишь метла. Это не была всего лишь метла. Это была его метла. Метла, с которой он прошел через многое. Метла, которая должна была летать, а не лежать грудой щепок в тумбочке. — Отцепись, сволочь мохнатая! — заорал вдруг Рон. Он прыгал на месте и тряс сумкой, на которой всеми когтями повис Живоглот. Кот прижал уши, бешено таращил глаза и, судя по виду, готовился сражаться за добычу до конца. — Рон, ему же больно! — возмутилась Гермиона, но подойти не рискнула. Кот шипел и драл сумку, а Рон кричал и пытался его стряхнуть тем временем, Короста выскочила из кармана и серой молнией рванула в сторону гостиных. Живоглот тут же отцепился и рванул следом, но, оценив завидную для старой крысы скорость, остановился и принялся умываться. — Гермиона, он издевается! — От возмущения Рон пустил петуха. — Ты посмотри на эту заразу! — Рон, это всего лишь кот, — укоризненно ответила Гермиона. — Всего лишь животное. Он не может издеваться! У него нет такого инстинкта! Или ты думаешь, что мой кот — это волшебник, ненавидящий крыс? Гарри был готов поспорить, что видел ехидный блеск в глазах Живоглота, когда Гермиона отрицала его разумность. — Да ну тебя, — обиделся Рон. Он развернулся и пошел в сторону комнат, куда убежала крыса. — Вот всегда ты так! — крикнула Гермиона ему вслед. — Болван. — Справедливости ради, твой кот и правда напал на него, — заметил Гарри. — Ни одна другая кошка этого не делает. — И что мне теперь, запереть его в клетку? На цепь посадить? — тут же взъелась Гермиона. — Хотя бы не спорь с Роном, — попросил Гарри. — Проблема ведь и правда… — То есть, ему можно претензии выдвигать, а мне нет?! — Гермиону откровенно понесло, и Гарри не знал, как её успокоить. — Гермиона, это не то, что я имел… — Именно оно! — ткнула Гермиона пальцем в грудь Гарри. — Ты имел в виду именно это! Веди уже. К статуе этой. Поняв, что диалога не выйдет, Гарри развернулся и направился ко входу в тайный коридор. Надувшаяся Гермиона шла чуть пощади, скрестив руки на груди. Благо, идти было недалеко, и вскоре они добрались до уродливой статуи. Гермиона стукнула её по горбу и произнесла заклинание-пароль. — Удачи там, — буркнула она, когда Гарри спустился. — Тебе тоже, — искренне пожелал Гарри. — Передай Джинни, чтобы выздоравливала. — Обязательно, — Гермиона кривовато улыбнулась. В этот момент статуя пришла в движение и проход закрылся, отделив Гарри от ссор и забот Хогвартса. Впереди ждал остаток алхимического журнала, пара грязных котлов, да ящик обезболивающего. Гарри вздохнул, покопался в бездонных карманах мантии и достал оттуда плейер с наушниками. Это был просто отвратительный уикенд.