Олимп для Пенелопы

Allied in high and low

Allied in love and woe

Lord of the Lost & Within Temptation «Light can only shine in the darkness»

Конец ноября 2024 года — Не расстраивайся, Пен. Твоя рукопись тоже отличная, — Дилан подбадривающе улыбнулся мне. — Но у Линды более продаваемый сюжет: троп вынужденный брак, юная принцесса из состоятельной семьи/властный и опасный герой, тайны прошлого, убийства, детектив, любовный треугольник с частным детективом. Так… А вот тут поподробнее. Я собралась, натянув на лицо маску понимания: — А детектив конечно тоже очень привлекательный и суровый мужчина? — Да, прям огромный варвар, но с добрым сердцем и всё такое. Наверное, Линда его списала со своего нового бойфренда. Вчера её забирал, не видела? Нет, но почему-то казалось, что я знаю, кто же её новый любовник. Если он такой, как она показала о нём в книге, то, наверное, за неё можно было порадоваться, но чёрт! Она увела у меня книгу! И вообще-то ходила с Ривзом в приват, что бы на это сказал её якобы бойфренд интересно? — Ладно, Дилан, я всё понимаю. — Зато у меня для тебя задание. Нужна большая статья про особняки миллионеров. Ты с ней отлично справишься. — Я тут подумала. Кажется, мне пора двигаться дальше. Хочу подать заявление на увольнение. При выходе из кабинета начальника, я увидела письмо от лаборатории. Присев на диван, я пару минут смотрела в экран смартфона, не решаясь узнать вердикт, но всё же открыла. Прочтя текст, на секунду закрыла глаза. Нажала на кнопку переслать, я выбрала контакт Малкольма и подписала: Мой отец — Кристофер Хоук, даже если тест говорит обратное. Малкольм: как освободишься, приезжай в клуб. *** Спустя пару часов я хлестала кожаный крест в приватной комнате Малкольма. — Чёрт! — с непривычки кончик плётки рассёк воздух и обжёг мне плечо. — Захлёст — болезненная штука… Полегчало? Я обернулась на голос: Малкольм со сложенными на груди руками опирался плечом на косяк. — Да, — сдунула я волосы с лица. — Ты же понимаешь, что тебе отказали не потому, что ты плохо написала, а потому что это бизнес? — Понимаю. А вот будь ты Кристианом Греем, то позвонил в редакцию и заставил бы издать именно меня. Или ещё круче: купил бы мне целое издательство. — И тебя бы это устроило? — Нет. Мне правда хотелось бы, чтобы выбрали мою книгу именно из-за того, как она написана. — А что бы ты хотела? — Малкольм подошёл ближе, забирая из рук плеть. — Хочу переписать свой роман, чтобы он выглядел так, как я его вижу. Чтобы мне не говорили выкинуть шутки, чтобы самой решать, когда сцена будет предельно физиологична, а когда оставить к ней только подводку, остальное покрыв вуалью тайны, разжигающей воображение. Чтобы ты прочёл и честно сказал, как тебе и что подправить. Производственный юмористическо-эротический роман про будни БДСМ-клуба. Или психологический триллер. Про настоящую Тему, о которой я пока мало что знаю. Кстати, Шепард сказал, что профессиональный Верхний не полезет под юбку к незнакомке-новичку. — Я прищурилась, ожидая реакции Малкольма. — Не смог отказать себе в удовольствии полюбоваться аппетитной задницей и отшлепать её. Тем более, когда сама принцесса Хоук это разрешила, — Малкольм дьявольски изогнул бровь, вновь став реально похожим на Мефистофеля. — То есть твоя первая мысль, когда ты меня увидел была… — Я бы её трахнул. Похотливый лысый козёл! Вовремя плеть у меня отобрал. — В качестве компенсации, готов исполнить какое-нибудь твоё желание, — развёл он руки. — Я расспросила твой персонал. Ты всегда стоишь за барной стойкой и никогда не выходил на сцену. Я хочу, чтобы ты вышел со мной, как со своей сабой. Сеанс шибари от самого владельца Le Mystere… — Я помолчала, прикидывая, насколько следующая мысль прозвучит нагло или наивно. Моя ценность как модели-новичка была нулевой. Но сколько желающих захочет насладиться зрелищем, как принцессу связывает бородатый и татуированный варвар? — И за это выступление будет более дорогая плата с гостей. Я буду с белыми волосами и в маске на всё лицо, чтобы сохранить интригу и все гадали: это я или нет. Ещё мне хотелось позвать Шепарда Лэшера, но это собиралась обговорить после нескольких удачных тренировок. Малкольм разглядывал моё лицо поблескивающими глазами. — Тебе придётся очень хорошо натренировать своё тело к Рождеству, девочка. Смотри, не сбеги, у тебя не очень много времени. - Не сбегу, я готова. Даже ходить с тобой в спортзал. Малкольм отложил плётку и сел на корточки передо мной. Достав из кармана золотой анклет с буквой М, на хвостике которой притаился маленький камешек граната, и застегнул его на моей щиколотке. Я уже знала, что ни у кого в клубе нет ножного браслета, поэтому мне захотелось запечатлеть этот момент для аккаунта Персефоны. Чувствуя, как горят от удовольствия щёки, взяла свой смартфон и стала примеряться, как лучше сфотографировать. — Это… — Малкольм заметил квадратный горшочек с суккулентами на комоде. — Тот, что похож на розоватый цветок, — эхеверия, ещё называют каменной розой, а крохотные щупальца — трахиандра из семейства асфоделевых. Да, Пенелопа Хоук дошла до того, чтобы притащила в приватную БДСМ-комнату горшочек с растениями. — Я думала принести что-то символическое с шипами… Ты же Торн, но в этой комнате главное правило безопасность, поэтому вот эти, — я лепетала, чувствуя, как теперь уже смятение захлёстывает меня. — Если ты против, я заберу домой. — Какая богиня весны без растений… Пусть стоят, — Торн хмыкнул, осторожно дотрагиваясь до причудливых зелёных завитков трахиандры. — А с каким цветком я ассоциируюсь у тебя? — тихо спросила я, надеясь услышать что-то поэтичное, красивое или может даже ядовитое. — Одуванчик. Ему хватает мелкой трещины в асфальте, чтобы прорасти, — не раздумывая ответил мой мужчина. В этот день я чувствовала себя разбитой вазой, но присутствие рядом Малкольма Торна внушало, что Пенелопа Хоук со всем справится.