Часть 12 ✧˖°♡｡･ﾟ

Довольно иронично, что только умерев, я наконец получила наилучший опыт общения с мужчиной. Прежде было в школе, в универе, и тогда я просто пару раз убедилась, что люди - сложные. Что девушки, что парни - все имеют свои психологические триггеры, которые в зависимости от темперамента и воспитания выливаются в отношения по-своему. И ты решаешь... Нужно ли оно тебе. Мне попадались люди с другим уровнем ответственности - меньшим, чем у меня. Или те, кто слишком цеплялся, до созависимости, так что пару раз попробовав разобраться с чужими эмоциями, я не захотела тянуть их всё время тех отношений. Флинс был другим... Кажется, в нашем тандеме это он по сравнению со мной был более рациональным, но и не без эмпатии. Может, дело было в том, что он долго живёт, и опыта у него явно больше, но он был очень деликатен. Если в отношениях с одними внимание партнера охлаждалось или было так болезненно, что становилось в тягость, Флинс сохранял баланс. Мы продолжали наш совместный быт, но теперь позволяли друг другу открытые, более смелые знаки внимания, порой даже параллельно делам. Первые разы после того случая близости я по традиции металась и не знала, как вообще с ним говорить, но он начал шутить как обычно, я - ему отвечать, и всё опять стало естественным. Вернулись прикосновения, теперь ощущавшиеся по-другому. Он порой очень красноречиво, с прежним тусклым блеском смотрел на меня, позволял себе усмешки. За несколько дней я была в шаге от того чтобы поцеловать его. Чувствовала, что раз на раз не приходится, что любое совместное занятие может вылиться в откровенный секс, и от этого немного напрягалась в ожидании. И каждый раз себя одёргивала из страха и неловкости. И вот, спустя дня три, сидим мы в ресторане в сумерском стиле, с низкими сидениями с кучей подушек, за низким столом, наверное, потому что я решила, в такой обстановке вдохновлённее пишется. Разумеется, в его сне. Он помог мне сформировать эту обстановку так как больше знал. И теперь я залипала на тлеющие благовония перед собой с около-мятным запахом, сидя сбоку от него, сложив руки на столе и положив голову подбородком на них. Флинс был рядом, занимался формулировкой текста письма, который после сна следовало перенести на бумагу и отправить. Одному очень определённому алхимику, в качестве призыва помочь. В процессе я опять захватила его свободную руку, которую он ненавязчиво освободил из моего захвата и перевёл мне на спину, под футболку. - Прогоните ещё раз, начиная с «призрачная природа объекта исследования». - Вы вновь отвлеклись,-он усмехнулся. Я пытаюсь собрать мысли в кучу. Не выходит, когда его рука рассеянно гладит по спине, я перестаю думать. - Нет-нет, всё в норме, но я просто цепляюсь опять... К правдоподобности послания. Не думаю, что нам поверят. Мы редактируем уже примерно час - ощущение времени во сне тоже никуда не уходит, если владелец не решит иначе. Дважды прошлись по всему тексту письма, и я полагаю, здесь работа закончена. Но решиться и сказать себе, что написание письма закончено, немного страшно. Как шагнуть навстречу неизвестности. - Вы судите через призму своего восприятия,-он наклонился ко мне, проведя ладонью вдоль лопаток, обхватив пальцами шею, слегка надавил будто массажист, заставляя расслабленно выдохнуть.-Помните? Вы из мира без крупицы элементальных сил. Или, как вы назвали, сверхъестественного. - Может оно и есть, но здорово шифруется,-я невольно выгибаю шею, чтобы давление его пальцев следовало по мышцам приятнее. Наше время ограничено - его занимали тренировки, опросы призраков (не осведомлённых или не сильно соображающих), разбор понятной нам литературы, а по отдельности битвы с Бездной, общение с Куухенки. Не всегда удавалось побыть друг с другом, а когда удавалось - мы, конечно, касались, и я просто одному этому была чертовски рада. - В Тейвате что-то за гранью нашего понимания и восприятия - норма. Поэтому люди более склонны верить. Не беспокойтесь, письмо воспримут всерьёз,-его голос совсем близко, и в прикосновении возникает чувственность, так что я приятно ёжусь. - Хорошо, что физически вы спите, когда мы,-я запинаюсь, блаженно прикрывая глаза.-Общаемся. А то б совсем себе режим сбили. Таможня ваши мешки под глазами проверяет? - Я не часто путешествую заграницу,-хмыкнул он, так же как и я, чуть ли не ложась на стол.-Может, разве что, к вам в сердце? Я со смехом фыркаю. Вот это подкат. Совершенно простой, но внезапный и потому - сработавший. Я повернула голову к нему, мы уставились друг другу в глаза. Его пальцы медленно продолжали мять мне шею, так что, должно быть, смотрела на него я с удовольствием на лице. - Рад, что смог вас успокоить. Конечно, он был опять чертовски красив в этот момент. Сами по себе яркие глаза, но с вечно-спокойным выражением просто пленяли. Я чувствовала снова этот момент, вот сейчас можно было бы потянуться и поцеловать. Или его самого попросить. - Флинс...-а дальше слова просто застряли. И я так и лежала, продолжая на него смотреть. А он ждал. - Закройте глаза,-решаюсь. Отличная идея. Если он не будет смотреть, мне будет легче. - Нет, я хочу видеть, что у вас на уме. Всё он прекрасно понимает! И как будто даже издевается. Я сама перевожу по столу руку и закрываю ему глаза ладонью. Опять шаг в пропасть - так ощущается, потому что всегда страшно начинать первому. Он еще держит руку на моей шее, поэтому чувствует, как я приближаюсь. В момент, когда я его почти целую, он быстро перемещает прикосновение с шеи по спине, перехватывает и убирает мою ладонь со своих глаз. Целует сам, манерой движения головы, настойчивостью заставляя подняться и сесть следом за ним. Параллельно этому корпусом поворачивается ко мне, вытягивая бедро из-под стола и привлекая к себе, подхватывая поперёк спины. Я вынуждена также развернуться к нему, практически сесть к нему боком и на его бедро. Поцелуй обширнее, одновременно с крепким объятием. Голова кружится, томление обволакивает тело, мы грудью и верхним прессом вплотную, так что напряжение и расслабление его мышц будоражит. Буквально на миг остро, как цитрусы при первом ощущении, и затем долго - дрожаще-приятно, тягуче, как постепенное опьянение. Желание разгоняется, так что мне хочется поглотить партнёра в поцелуе. Кажется, я даже неплохо могу отвечать ему, не смотря на его силу. Он подбирается, и мы оба подскакиваем - подтягивая к себе вторую ногу, он стукнулся коленом о стол с несильным, но звучным грохотом. Поцелуй резко разорвался, и я пронаблюдала впервые за всё время общения на его лице не дольше, чем на секунду, сдержанное раздражение. - Бездна - чепуха, низкие столы - вот наш враг,-хотелось бы пошутить получше, но это пока всё, до чего сходу додумалась. - Вовсе нет, если пользоваться ими творчески,-он выдохнул со смешком. Внезапно напрягся и подсадил меня на этот самый стол. Так же стремительно поднялся на коленях, вставая вровень со мной, между моих ног. Я не успела сообразить, просто интуитивно поддалась ему, вскинув руки вверх, когда он поддел мою футболку за края и рывком стянул. Поцелуй интенсивнее, я поспешно обнимаю его за шею, чувствую его руки на бедрах. Меня увлекает, как движется его голова мне навстречу, как в поцелуе он увлечённо захватывает больше. Эти живые ощущения - то, за чем стремятся обычные люди, а мне, не-живой, они тем более казались восхитительными. И обыденная внимательность Флинса в общении, ставшая какой-то ещё более нежной, ситуацию не улучшала. Как итог, стоит ему прикоснуться ко мне - я мгновенно расслабляюсь и тихо предвкушаю. Стоит проявить желание - меня вообще развозит. Вот как сейчас. Он знает, где прикасаться - не просто эрогенные зоны, но всё тело. Нежно до щекотных мурашек пальцами по шее, краю уха; плотно, жадно, сдерживая силу - на боках, бёдрах, плечах, груди. Мы прижимаемся, он коротко рефлекторно имитирует толчки, так что меня движет по столу. На периферии отмечаю, как мы роняем с лёгким звоном утварь для благовоний, рассыпаем сухую смесь по столу. Он с явным неудобством, параллельно поцелую, стягивает с меня лиф. Почувствовав грудью ткань его рубашки, я содрогаюсь от желания прислониться так к нему, но обнажённому. С воодушевлением, но путанно от эмоций цепляюсь за его рубашку, расстёгиваю. Для этого приходится оторваться от него, и расстояние длинной в моё предплечье между нами заполняется нашим тяжёлым дыханием. Он следит, как я это делаю, и, наверное, специально напрягается, когда я замираю, смотря, как обнажается его грудь. Я не в силах оторвать взгляд, а когда кладу ладонь поверх грудной мышцы... Он с усмешкой прижимает собственное плечо с этой стороны к себе, и мышца сокращается под моей рукой, делаясь более округлой. Захватывает ощущение живой, твёрдой силы. В моём слабом стоне переплетаются нетерпение и восхищение. «Ну зачем ты такой красивый?». Эти эмоции просто написаны на моём лице, так что в момент осознания мне становится обжигающе-стыдно. Я утыкаюсь лицом ему в плечо, ещё накрытое рукавом рубашки, но руку с груди не убираю. И тут он берёт в ладони мою голову и перемещает её себе на грудь. Из-за того что мы почти вровень, получается больше носом в шею. Орать от эмоций сейчас не к месту, не к месту... - Я продолжаю призывать вас не сдерживаться,-его голос близко надо мной.-И когда реагируете на ощущения, и когда хотите чего-то. Потому что ожидаю, вы разрешаете мне так же. Его ладонь с очевидным напряжением проходит по моему бедру. Пальцы широко обхватывают переднюю поверхность, горячо сжимают у основания бедра, так что большой палец почти касается промежности. Почти, ещё и поверх джинс. Это непрямое прикосновение поражает возбуждённой дрожью. Чёрт возьми, что угодно, я разрешу тебе что угодно, только зайди ещё дальше... С опущенной головой, упираясь лбом в его грудь, я могу видеть, как рисуются костяшки и вена на его кисти. И как чувственными упругими линиями уходят за край штанов мышцы пресса. Незамедлительно берусь за этот самый край и, вскинув голову, дёргаю Флинса на себя. От рывка он слегка наваливается и вынужденно опирается на стол рядом со мной, другой рукой продолжая сжимать бедро. - Вас за язык никто не тянул. - Ну да, только за одежду,-пауза.-Пока. Он мягко перевёл руку со стола на мою. И направил ниже, поверх штанов, себе на пах. Я взволнованно вдохнула, ощущая как пальцы обхватывают напряжённый холм, слегка скосивший в сторону из-за шва брюк по центру. Ткань костюмная, довольно плотная, и всё равно он хорошо выделяется, когда возбуждён. Одно удовольствие наблюдать, как Флинс повёл головой вбок и взглядом передал, с каким ожиданием он к этому относится. Будь у меня смартфон, я бы записала себе чисто его лицо в эти моменты, чтобы потом... Ну, самой с собой... Не удерживаюсь прежде, чем настигает новое смущение, обхватываю обширнее пальцами, сжимаю с возбуждённым усилием. И вижу как он слегка прикрывает глаза, выдыхает с тихим голосом. Взгляд, в обыденности холодный, как шартрёз на свету, смотрит с разгорающимся предвкушением. Примерно то же чувствую сама, когда он дразнит меня сквозь одежду непрямым прикосновением. Он, параллельно моим действиям, чувственно водит раскрытой ладонью по моему телу, сминает грудь, плечо, ласкает шею, заставляет остро представлять, каким он будет во время прямого секса. Его пах становится твёрже под моей рукой, Флинс подаётся тазом ко мне, и я давлю в ответ, так что трение на несколько мгновений, лишь на несколько, но явно наполняет его удовлетворением. В следующую же секунду нам хочется большего. Он целует меня, сходу обхватывая губами шире, двигая тазом в темп моего трения рукой. Хочется и продолжать, и еще нестерпимее - добраться уже наконец до него. Скованно расстегиваю ширинку, параллельно движениям и поцелую, улавливаю в его манере рваный вдох. Он замирает, чувствуя мое намерение, дожидается, пока я не спускаю штаны примерно до середины бедра. Вынужденно прерываю поцелуй, и в то же время на автомате провожу ногтями от его бедра выше, по боку. Реакция волшебная, это я знаю по себе - звук его голоса и приятная дрожь тела шепчут об удовольствии, колют желанием разогреть его сильнее. Тут же, не делая пауз, скольжу рукой к его паху, но не обхватываю - пропускаю основание напряжённого ствола меж пальцев. Он напрягается, стонет и неотрывно смотрит на меня. Я специально медлю, делая еще одно движение рукой выше-ниже, но в этот раз обхватываю его член. И таю, когда вижу, как его лицо искажается удовольствием. Долгожданное прикосновение так и действует. В моменте, когда его получаешь, дрожащий, медленный жар заполняет голову. Чуть погодя нахлынывает ощущение, что ты бы мог человека сломать, сожрать. Я бы не удержалась от поцелуя, но он подхватил меня под челюстью, вновь сжимая моё бедро, его дыхание врезалось в губы, в миллиметрах от них. И я не пожалела, что он удержал - видеть глаза друг друга, пока я делаю это с ним... Непередаваемо остро. Нежная тонкая кожа движется вместе с рукой по захватывающе твёрдому члену. Это так изводит, что хочется сжать его со всей силы. Вспышками в голове предвкушение, каким упругим он будет во рту. Чёрт, Флинс ведь в прошлый раз едва дал мне коснуться и рассмотреть. Я видела разные на видео, в жизни парочку, но, клянусь, они прежде не были такими привлекательными. Таки отношение к человеку решает. Мой голос выдал нетерпение. Хотелось взглянуть, уйти ниже, но и видеть его лицо возбуждает чуть ли не до слёз. - Прежде я предупреждал,-его пальцы цепче сжались на моём лице.-Что могу сорваться. Моя сила может показаться вам подавляющей. Вы всё ещё хотите этого? Я напоказ сильнее сжимаю его член, так что он выдыхает как от внезапного удара. - По моим действиям это не очевидно? - На мой взгляд вы не знаете, на что нарываетесь. Можете передумать в любой момент или,-он наконец выпустил бедро и взял другую мою руку, прижал ладонью к своему прессу.-Показать, если перекрою вам дыхание. Вот же... Раз за разом он подтверждает мои ощущения безопасности и надёжности с ним. То есть, то о чем он говорит - естественно, но сам факт того, что он о моём комфорте подумал и учёл... Сносит мне крышу от любви. - В случае чего сделаю так,-пару раз хлопаю ладонью по его прессу как поверженный боец на ринге, улыбаюсь ему в губы. Он переводит руку с моего лица и подхватывает меня за шею сзади, многозначительно сдавливает пальцами. - Похоже на план. Вот только если вы меня доведёте, я невольно могу проигнорировать,-его хватка на шее без боли, но явно жёсткая, будто он заранее показывал, что мне не вырваться. - Придётся рискнуть, я слишком этого хочу,-я продолжаю стимулировать его, так что даже в диалоге мы сохраняем плавящее напряжение. Его усмешка кривая, и он слабо хмурится - кажется, и досада на меня, такую недальновидную, и радость оттого что я сама этого хочу. Я больше не собираюсь его слушать. Коротко целую, мягко отталкиваю за плечо. Слитным движением заставляю его сесть на низкие, расположенные прямо на полу сидения, сама соскальзываю со стола. Прежде чем я вернулась бы к его паху, он поддел меня за край джинс, повернув таз полубоком к своему лицу. Его пальцы без прежней деликатности целенаправленно взялись за ширинку. - Тск, если вы будете делать что-то одновременно со мной, это меня отвлечёт,-я нервничаю от его действий, но параллельно продолжаю - просто веду ладонями по его бёдрам к паху, с улыбкой замечаю мурашки на его коже. - Мм,-он невозмутимо потянул джинсы за края вниз.-Яра, мы ведь рациональны?-короткий лукавый прищур.-Совместим ваш разогрев с моим? Как с ним спорить? Да даже если противиться, тяжело это делать, когда штаны уже сняты. Он отклоняется, опираясь на локоть сзади, сбоку от меня, располагая ладонь на внутренней стороне обнажённого бедра. Оттого что он при желании может увидеть меня вот так в открытую в зоне промежности, окатывает стыд. - Если не сдерживаться, как мы договорились,-он делает паузу и горячо выдыхает, когда пальцами оттягивает ягодицу.-Без влаги я вам кожу здесь сотру. Я дёргаюсь как от тока, когда его пальцы демонстративно, но нежно сминают внешние складки промежности. И невольно сжимаю его член, уж что под рукой оказалось. От того, что он сказал, я представила себе всё. И в тот же момент перестала медлить - слишком плывёт голова чтобы тянуть дольше. Я опускаюсь к нему внизу, опираясь локтем о сидение вплотную к его тазу, так что грудь ложится на его пресс. И покрываю зону паха поцелуями, сразу же развязными. Его кожа, запах, ощущение соприкосновения обнажённых тел опьяняет. Когда человек так заводит, моментами простреливает жажда взять всё и сразу. На секунду он вздрагивает, теряется. Медленно окончательно ложится на спину, слегка подается ко мне тазом. Забавляет, как его член чуть дёргается, когда я окатываю лаской всё, но не его самого. Головка налита, даже на вид нежная и упругая слизистая безумно соблазняет. Я лишь продолжаю стимулировать его рукой у основания, не по всей длине, и чувствую, как Флинс нетерпеливо дёргается, томительно напрягается. К несчастью, вспоминает, что планировал. Из-за моих действий его собственные - более жадные, несдержанные. Он разминает меня внизу пальцами, не вводя их. Я напрягаюсь и одновременно расслабляюсь. Он то и дело отвлекается на бьющие под дых ощущения от моих ласк. И, чуть отойдя, вновь становится на мгновение грубее. Я, обхватив его рукой крепче, наконец беру в рот головку, по ощущениям как будто даже нежнее языка. И это заставляет его громче простонать, податься тазом ко мне, надолго откинуться и замереть. Из-за того что грудью я на нем, чувствую, что он дышит через раз. Внезапно веселит мысль, что он, наверное, сам пожалел, что хотел «совместить разогрев». Мы друг друга слишком сильно отвлекаем. Я отдаюсь ощущениям, погружаю его в рот глубже, и не смотря на то что он перекрывает вдох, мимолетно мне хочется его сожрать. Очень твёрдо, плотно и нежно пружинит. Флинс более открыто стонет, подгоняет меня желанием вытянуть из него больше такого голоса. Но я сдерживаюсь от сразу быстрого темпа, двигаюсь размеренно, даю ему прочувствовать. Под этими ощущениями он до сих пор просто сильнее сжимал мои бёдра, опьянённо и практически рывком снял мои джинсы. Сейчас, в коротких моментах возвращения осознанности, он меня окончательно раздел. Ему пришлось для этого напрячь пресс и руки, а мне пару раз переступить коленями, чтобы избавиться от штанин. Вновь позабавило, как Флинс в процессе дёргался и ронял стоны, когда был застигнут врасплох более глубокими моими движениями. Следующие его действия уже дали понять, что шутки кончились. Он настойчиво поддел меня за бёдра чуть к себе и, пока я соображала, перевёл мою ногу, расположив промежностью к своему лицу, полностью открыто и беззащитно. Я напряглась, прервавшись, мысли спутались. Хотелось его остановить, но нельзя было этому рефлексу потакать - стыд совсем не то, что я чувствовала перед Флинсом. Он с нетерпением познавателя положил пальцы поверх, раздвинул складки, и заинтригованно хмыкнул с голосом. Меня тут же накрыло смущение, и за неимением его плеча, уткнулась лбом в его бедро. Казалось бы, чего смущаться, когда уже буквально держишь его за член... И всё же, с таким как он меня что-то постоянно смущает. - Моя очередь это говорить: вы можете передумать в любой момент,-выдаю приглушённо, мимолетно желая куснуть его за бедро. Он смеётся, одновременно широко обхватывая за ягодицы, раздвигая, и в этом смехе чувствуется сарказм. «Передумаю, насмешила». Он потянул меня ниже, заставив шире развести ноги прямо над собой. Когда коснулся промежности языком, я напряглась, испугавшись, что волна удовольствия сейчас же превратит меня в безвольную тряпку. Едва заметила, что сжимаю сильнее его член. Дёргано пытаюсь вернуться к своему занятию, хотя теперь уже я сама сильно отвлекаюсь. И так же как и он недавно, становлюсь ненадолго ретивее сразу после его провокаций. Он плавно, но с явным давлением языка провёл по раздвинутым складкам. Это ощущалось совершенно по-иному, язык не приносил дискомфорта вообще, но мог быть твёрдым, возбуждая очень мягко, но сильно из-за подвижности. Он коротко, но интенсивно давил на клитор, параллельно пальцами разминая преддверие, так что кровь разгонялась пульсировала там ярче. С нежностью и горячим интересом раздвигал, сводил, снова растягивал. Я забывала себя в этой погружающей стимуляции. Порой это перемежалось живым, гибким ощущением его языка, но когда Флинс накрыл ртом, будто целуя... Всё усилилось. Я просто голову уронила от ощущений. Сила его сжимающихся пальцев, рта, погружающего в живой жар, челюсти от того, как он прикладывался... Мне самой с ним так никогда не закончить. Я ласкала его, но с перерывами, рефлекторно дёргаясь, постоянно роняя стоны, сжимая его рукой. А планировалось ведь прямо постараться... - Флинс,-тяжело выдыхая, хватаюсь за его бедро перед собой. Сжаться, закрыться не дают его руки - кистями он широко обхватывает, так что раздвигает и крепко удерживает одновременно. Он первые секунды не прерывается, заставляя меня опьянённо вести головой в сторону в попытке сохранить логическую цепь мысли. - Флинс, так не пойдёт... Чувствую его выдох, обдающий прохладой, и как вновь он накрывает меня ртом. Одновременно с этим его рука отпускает ягодицу и, не отрываясь, следует по моему телу - боку, рёбрам, на грудь. Сжимает сходу грубо одновременно с порывистым «поцелуем» внизу, так что новый стон - тут же, громче и с полной потерей всяких мыслей. Я мельком замечаю, что его член твёрже в моей руке, головка насыщеннее. Мелькает догадка, обдающая мимолётной радостью - он возбуждается, делая такое со мной. Пытаюсь как-то ему ответить, но из-за его же действий толком глубоко взять в рот не могу. Блять. Связать его что ли в следующий раз?.. Предчувствие горячей волны пугает, и я вновь пытаюсь от него отодвинуться, но в этот раз он грубее удерживает. Чувствует сопротивление и становится жёстче. Находит манеру движений, от которой я напрягаюсь сильнее, звучу громче, на миг стимуляция становится дребезжаще-острой, меня окатывает резкое как кипяток возбуждение с удовольствием. Не знаю, где я нашла силы рвануться от него. Тело свело, будто струну от крайнего натяжения, после которого она просто рвётся. Меня оглушило, я едва осознала, что после своего «побега» просто плюхнулась на бок, а затем накрыло оргазмом. Сердце сейчас выпрыгнет... - Должен признать, вы меня напугали,-голос Флинса звучит приглушённо, должно быть, оттого, что откат ещё действует. Я еле фокусирую на нём взгляд. Он нависает, уже скидывая наконец рубашку и брюки, внимательно осматривая меня. Я на несколько секунд залипаю на боковые мышцы у рёбер, линию пресса до подвздошной кости, бедро. И ещё стоящий член, покачивающийся от движений. Флинс, уверившись, что со мной всё в норме, и я просто сама с себя в шоке, внезапно остро и хищно усмехается. - Убегать от удовольствия - ваш рефлекс? - Как у вас - добивать лежачих,-бурчу, отворачивая голову. Трудно видеть его лицо сейчас - в голове и груди шевелится, тянет возбуждение из-за этой усмешки, в то время как тело ещё не отошло. Очень чувствительная из-за оргазма промежность заставляет слабо морщиться. Я стараюсь дышать ровнее, и в целом прихожу в себя. - Я об этом предупреждал,-его голос неожиданно близко, прямо над ухом, так что я ёжусь от мурашек.-И вот, вы без сил. Отложим? Вспышка гнева тут же заставляет меня рывком обнять его за шею и прошипеть в лицо: - Ещё чего, вы только-только сняли штаны,-я осекаюсь, понимая, что он вздрогнул и напрягся от явно сдерживаемого смеха. Вот это вот «отложим?» - шутка, призванная меня встряхнуть. И я вижу, как в его глазах плещется веселье - очевидно, ему приятно моё рвение. В миг хлещет раздражение пополам с радостью. Вот ведь... И леща ему не дашь, и тонко подъебнуть не выйдет - он сам спец по таким подъёбам. Я порывисто поднимаюсь, отпихиваю его назад, чтобы он сел, спотыкаюсь, едва не плюхаюсь поверх него, стараюсь не замечать того, что он таки смеётся от моих неловких действий. Слегка нависаю над ним, но лица наши всё равно вровень. - Недальновидно злить того, в чей рот войдёт уязвимая часть вас,-я прохожусь пальцами по его бедру выше. Он склоняет голову набок с таким снисходительным взглядом, мол, напугала ежа голым задом. Но затем усмешка меняется на более тёплое выражение. Он отводит мне волосы от лица, ласкает прикосновением щёку, шею. Стоит труда не повестись на это и не припасть к его руке. - Не смог удержаться. Всякий раз при активных живых эмоциях вы очаровательны. Он не первый раз это говорит. Но яркое, жгучее смущение и радость шпарят как в первый. И по себе я знаю: того, кто симпатичен тебе, и вправду приятно видеть эмоциональным. В положительном смысле, разумеется. Самое досадное - такие его слова никогда не перестанут на мне работать, потому что он выдаёт это искренне. Я, разве что, могу ответить тем же. - То же самое - и о вас,-я слегка подаюсь к нему, внизу рукой обхватывая его член, откидываю стыд и просто наслаждаюсь, как в микроэмоциях на мгновение его лицо выдаёт удовольствие.-Очень хочу увидеть вашу реакцию,-крепко сжимаю его член,- активную,-двигаю рукой,- живую,-ещё одно поступательное движение в такт словам. Флинс весь подбирается, поджимает плечи, слегка кусает губу. У меня в голове мгновенно возникает вихрь возбуждения, окатывающий затем всё тело. Он такой чувственный оттого что обычно его лицо всегда спокойно... А тут... Невероятно совращающе полуприкрытые веки, сведённые брови, лёгкое напряжение в челюсти. Меня пьянит весь его вид целиком - вздымающаяся от вдохов грудь, напряжённый от сдерживаемых ощущений пресс, слегка разведённые ноги с опорой на колени. И взгляд, обещающий мне кучу приключений. - Один момент,-он выдыхает внезапно.-Если лицом вы будете внизу, как вы увидите? Я на секунду медлю, работа мысли меня тормозит - в его словах есть, чёрт возьми, смысл. И в этот момент он резко отнимает мою руку от себя, подхватывает за плечи, и я успеваю лишь коротко пискнуть - оказываюсь лёжа на спине. Он нависает, параллельно разводя мои ноги, поддев жёсткой хваткой под коленями. Его взгляд сверху-вниз на меня внезапно очень серьёзен, многообещающ, пробирает так, что волнение подскакивает до горла. Я заворожена и взволнована от понимания, что сейчас он будет действовать как захочет, не спрашивая. - Флинс, я хотела-..-воспоминание о том, что мне хотелось сделать, становится менее ярким из-за его действий. Он отводит моё бедро коленом ко мне, другой рукой помогая себе настроиться, и я чувствую, как мы соприкасаемся трепещуще, влажно, там внизу. Нежно из-за возбуждения, и вот туго и горячо, когда он начинает погружаться. Я вижу его напряжённое лицо, чувственно поджатые губы, очерченную, слегка ожесточившуюся линию челюсти. И всё забывается. С отчётливым, будто перебор струн, ощущением входит головка. Нервы поют от удовольствия, я выгибаюсь, делая его проникновение легче, изнываю от его нежного напора. Перебор струн глубже. Когда он входит целиком, мы замираем, прижимаясь друг к другу, погружаясь в свежие, очень глубокие, восхищающие ощущения. Сладкое нарастающее жжение изнутри. Он склоняется ко мне, ещё удерживая под коленом, так что мышцу бедра немного тянет, но и проникновение слегка меняет угол, заставляя нас стонать. - Простите за ещё одну отсрочку,-он слабо усмехается, слегка хмурясь сквозь пелену чувств.-Больше не мог ждать,-ладонь другой его руки ложится на моё лицо, уговаривающе, неуловимо жадно. Он медленно тянет бёдра назад, трепещущее трение внизу вновь изводит. Подчиняясь секундному желанию, кладу руку ему на бок, рядом с поясницей, чтобы ощущение его движения внутри сплелось с его крепким телом. Прогиб в спине под моей ладонью обдаёт на секунду предчувствием толчка и пьянит ощущением его силы. Чуть выше поясницы напряженные мышцы спины, я с удовольствием впиваюсь в них ногтями, когда он вдвигается, резко качнувшись надо мной. Конечно, теперь мне действительно всё равно, что я там хотела, но из упрямства, пытаясь справиться с его пока медленным, но чувственным ритмом, я фокусирую на нём взгляд. Он переводит руку с моего лица на плечо, настраивая моё тело перед собой. - Вы всё ещё... Мне должны,-последний обрывок мысли в мучительном, но сладостном движении. Он коротко, с выдохом в такт толчку усмехается, на миг крепче взявшись за меня. Толчок - звучнее, сильнее. Как обрыв всякого спора. Будто он запретил мне отвлекаться. И в тот же миг смягчился, сделал движение плавным продолжением волны его тела, так что у меня дух захватило. Он склоняется ко мне лицом, не интенсивно, мягко движется, но слегка привыкшее тело начинает разгоняться в ощущениях желания и жара, активно откликаться на него. - Если это так важно, вот вам устный договор,-он выдыхает с прежней усмешкой. Разговор в этом движении, звук его голоса, сам смысл его слов только добавляют нам возбуждения. - Вы можете инициировать, когда захотите,-вновь сладкое, влажное движение с качающей силой, блеск его глаз, чувство его проникновения, от которого я цепляюсь за его плечи.-Когда угодно. Я бы и так вам не отказал... И так не отказал бы? Так это никакой не торг, хотелось мне сказать, но в этот момент он склонился к моей груди, и у меня окончательно все мысли разлетелись. Жар от дыхания из приоткрытых губ вплотную к коже, нежный но резкий толчок и, наконец, он обхватил грудь ртом, продолжая двигаться. Одновременно хочется и увернуться, и податься к нему - всё становится нестерпимо ярко от новой стимуляции. Пальцы следуют по его плечу, шее - в волосы, невольно сжимаю их, и чувствую, как Флинс от этого движется резче. Нам обоим нравится сила - давление и сопротивление. От этого мы совсем плотно друг к другу и так эмоционально страстно, что голова кругом. Когда моё тело вот так отвечает ему, он понемногу уверяется в моей готовности и становится грубее. Поцелуи на груди с возрастающим чувством, вместе с ритмичными разгорячёнными толчками как беспощадный град. Но он удерживается от яростного темпа, в один момент поднимается ртом по шее, к лицу. Затягивает в поцелуй параллельно более медленному, качающему движению. Непреклонная ласка его языка дарит вспышки удовольствия в голове. Поцелуи - нечто особенное. Соединяясь с другими движениями, они передают более явно наши эмоции. И Флинс сейчас с явным наслаждением растягивал в этих толчках наше общее состояние. Скользнул рукой меж наших тел, чуть скруглив спину, вжавшись в меня, и я ощутила его пальцы ниже, хотя это заставило его прервать поцелуй. Одновременно с движением внутри он начал слегка мять складки снаружи. Прежде чем осознать, я застонала громче от нового уровня удовольствия. Успела смутиться, и даже при этом не смогла удержать новые стоны. Немного пугает, когда даже осознавая, ты не можешь сдержаться... Волны его тела плавнее. Лицо прямо напротив моего, так что сплетается тяжелое дыхание и стоны. Мы врезаемся друг в друга нежно, но в момент полного проникновения - грубо. Ритм его пальцев сбивчив, но когда он трет клитор, это разжигает меня до слёз бессильного желания. Я сжимаю его ногами в тщетной попытке сделать ближе, но он удерживает за бедро, чтобы я не мешала ему продолжать стимулировать пальцами. Его усмешка ужасно горячая, садистская, знающая. Взгляд светится изнутри. Это изводит, так что я очень скоро не выдерживаю. Задыхаюсь, выгибаюсь под медленными толчками. Провожу ногтями по его плечам. Выдыхаю прежде, чем осознаю смысл слов, просто хочу донести до него силу того, что он на самом деле со мной делает: - Флинс... Пожалуйста...-столько просьбы в голосе, что я звучу тоньше и гораздо беззащитнее, чем думала, что могла бы. Его глаза на мгновение темнеют. Поддавшись хлестнувшему желанию, он рывком отклоняется и, не выходя из меня, переносит мою ногу к другой, сводя колени. Тут же подхватывает меня за нижний бок, дёргает, немного поднимая, другой рукой надавливает поверх бёдер, заставляя скользнуть ими под него. Я оказываюсь грудью вниз, к нему спиной, опираясь на грудную клетку и колени, выгнувшись в спине. Меня тут же накрывает предчувствие бури от этих его поспешных грубых действий. Он напряженно замирает, наклоняется ко мне, я с усилием подаюсь назад, прижимаясь к нему ягодицами, чувствуя, как внутри меняется угол проникновения. Его рука ложится мне на спину, он слегка придавливает своим весом, вынуждая выгнуться сильнее. Другой рукой отводит мне волосы, так что его шёпот обдаёт шею и ухо. - Когда вы так простите, я теряю самообладание,-от его тона прошивают острые мурашки, все чувства внутри кричат как будто об опасности - но с неимоверным возбуждением. Внезапный резкий толчок, в котором он почти не выходит - просто страстно вжимается в меня. От такого удара я хватаюсь за сидение перед собой и вскрикиваю. - Пока не могу исполнить вашу просьбу,-его горячий шёпот проходится по шее, вновь возбуждает, так что я дрожу от напряжения. Он незамедлительно вновь толчком вжимается. И трудно, и неимоверно хорошо, когда он давит своим весом и силой. - Простите за это,-он с этими словами обвивает меня предплечьем перед шеей. Я пронзительно чувствую его внутри, как он проникает, от малейшего движения задевает меня так же глубоко, но по-другому. Его голос наполнен жаром, непривычно, но захватывающе эмоционален. Хватка на боку у подвздошной кости каменная, но пальцы не впиваются до боли. - Ещё недолго,-резкий выдох, толчок, иссушающее объятие.-Хочу насладиться процессом... Да хоть вечность! Я укусила его предплечье перед собой, чтобы сдержать эти слова и рвущиеся крики. На миг безумно радует, что он так чувствует и относится, и тут же захватывает безумие его движений. Не слишком быстрых, но очень тщательных, будто этими толчками он выжигает в самом теле память о нём. И пытка, и ярчайшее удовлетворение. Тело дрожит от сладостного напряжения, выгибается от каждого толчка и под его весом, удовольствие резким прибоем вплетается в серию сокращений мышц. Он движется чётко, в том, как он меня перехватывает одновременно с толчком чувствуется рвение. Я таю на мгновение вместе с криком, и вновь напрягаюсь, чтобы встретить его яростный импульс. Это напряжение постепенно проигрывает заполняющему от промежности обжигающему удовольствию. Похоже на то, что испытываешь после хорошей тренировки, но усиленное в тысячу раз, и внутри. Добивает окончательно именно чувство мужской близости, когда он сам сжимает меня крепче, исступлённо вжимается в своём пике. Его голос рядом с ухом как кипяток после мороза прожигает мозг, продляет мою собственную волну оргазма острым уколом осознания, насколько ему хорошо сейчас. Мой приглушённый его рукой стон к моменту схода волны опустошает лёгкие. И я в еще паре хлёстких чувственных толчков ощущаю, как он кончает. С чуть более прояснённым сознанием хочу запомнить всё - как сильно он напряжён до дрожащего вокруг нас воздуха, как нуждается и упивается близостью, как на мгновения эти ощущения становятся центром сознания. Формируются во всепоглощающую любовь, которую даже не знаешь, как выразить. И от этого его порывистые ослабленные поцелуи по шее и плечу во время отката слегка суматошны. Я отпускаю его руку перед собой. Напоследок он сильно, на миг до боли сжимает меня в объятии за бок и поперёк плеч перед шеей, уткнувшись лицом мне в затылок. Не смотря на боль, мне это внезапно очень приятно - я чувствую в его объятии потакание хлёсткому, краткому обожанию. Дыхание всё ещё возвращается в норму. В теле какая-то странная неподвижная дрожь, как после массажа, когда ловишь такое приятное расслабление, что стараешься не шевелиться, чтобы продлить. Я чувствую, как он отпускает меня, отклоняется и выходит. Его пальцы кончиками проводят по позвоночнику. Сбоку прядь длинных волос щекочет мне руку. Умиротворение как расплывающееся эхо от удара мощного колокола. Долгое, дрожащее. Его пальцы еще ласкают мою спину, плечи. Когда я решаю к нему повернуться, он невозмутимо переходит прикосновениями на бок, грудь, живот. Теми же невесомыми щекочущими, одними кончиками пальцев. - Мы заняты важным делом,-он медленно вздыхает.-И на фоне него будто не к месту отвлекаться. Поэтому я не смел проявлять свой интерес очевиднее,-он рассеянно окидывает меня взглядом по телу, прослеживает движение своей руки, ведущей прикосновение.-Ждал, когда вы сами захотите. - Ну и как оно, ждать? - Несколько мучительно. Однако, позже ожидание окупается. - Флинс,-я веду тыльной стороной пальцев по его бедру, на моё обращение он вновь смотрит мне в глаза.-Я в неустойчивом положении. Бездне что-то надо от меня. Разок вышли в поле - фонарь украли - прощай, Тейват-.. - Я этого не допущу,-он практически перебивает, в его голосе неуловимо звучит сталь. Да знаю я, что не допустишь... - Такая опасность всё равно есть,-я тепло сжимаю его бедро.-Я это к тому... Что на сомнения и вежливое ожидание у меня времени не особо много. Вдобавок, что прекрасно в таком существовании - гормоны не сильно мешают. Короче... Вы тоже можете инициировать, когда захотите, и я всегда отвечу. Он моргнул, его рука замерла. Затем он через паузу слитным прикосновением накрыл ладонью мой живот и отвёл взгляд. Слегка напряжённый со сдержанным, едва уловимым азартом, будто он уже представил себе наше будущее времяпровождение. - Зря вы это разрешили.