Часть 3. Мака́бр I

      На втором году обучения Каны в кадетском корпусе Эрвина Смита сделали командиром Разведки. А на третьем случилось нечто, что навсегда перевернуло жизнь их Королевства.       Фрид всегда знала, что Эрвин – далеко не самый обычный человек. Мотивы многих его действий были неясны, а некоторые слова вводили в ступор и оцепенение. Летом, практически перед самым выпуском из училища, во время базовой утренней тренировки от Кита Шадиса поступил приказ.       – Всем построиться напротив главного здания! – прокричал он, – Выполнять немедленно, – лицо его было мрачнее обычного.       Смит стоял на возвышении лестницы, которая являлась входом в главный корпус их территории. Взгляд был устремлён в толпу кадетов, явно не понимающих, что тут происходит. Да, он иногда приезжал сюда в роли капитана, когда нужно было передать страшим какую-то информацию, да и просто понаблюдать за тем, как проходит обучение. Ему нужно было примерно представлять, какое количество кадетов сгодится для того, чтобы не просто вступить в Разведку, но и выжить на службе там. Но вот в роли командира целого военного подразделения он ещё ни разу не посещал училище. Очевидно, с новой должностью у мужчины был ворох более важных дел, чем визиты в их глушь.       – Меня зовут Эрвин Смит, – он прекрасно понимал, что все и так осведомлены и об его имени, и о звании, – Я командир Разведкорпуса, – взгляд был ясный, сосредоточенный.       В толпе стояла гробовая тишина. Никто не понимал, что происходит. Из-за непредсказуемости, от неизвестности того, что же будет дальше, у многих бегал противный холодок по спине. Кана не была исключением. Какое-то задание в городе? Патрулирование улиц? Очередной экзамен? Все эти варианты отпадали, ведь из-за подобных ситуаций командиру не было нужды лично приезжать в училище. Что-то не сходится.       – Я скажу прямо, – на его лице не дрогнул ни один мускул, – Цель моего сегодняшнего визита сюда – это набор добровольцев, что захотят поучаствовать в ближайшей разведывательной миссии за стену, – мужчина строгим взглядом осмотрел растерянных кадетов.       Повсюду пронеслись вздохи удивления и испуга. В глазах Каны же пробежал маленький огонёк.       – Скорее всего, большинство из вас погибнет в первый же час операции, – честно сказал он, – Немногие выжившие останутся с тяжелыми травмами, – серьёзно продолжал мужчина.       Неужели ей предоставится шанс увидеть внешний мир ещё до вступления в Разведку? Неужели ей дадут возможность хоть на несколько часов стать свободной ото стен? В голове Фрид вне их пределов даже воздух должен был быть другим. Чего уж говорить о прекрасных, как ей воображалось, бескрайних просторах: реки с бурлящим течением, глубокие озёра, где не видно дна, поля и луга, усыпанные дикими цветами. От мыслей об этом спирало дыхание, а от предвкушения того, как она, словно расправив невидимые крылья, будет стремительно маневрировать на своём устройстве меж крон высоких деревьев, хотелось кричать во весь голос.       Слова и предостережения о высокой возможности смерти пролетали мимо девушки, обходили её стороной. Чёрт, да какая разница, если она увидит, каков же этот мир на самом деле?       – Это не приказ, – продолжил Эрвин, – При отсутствии желания учавствовать в миссии, вы можете прямо сейчас отказаться, спокойно вернувшись к своей тренировке, – он мельком глянул в сторону площадки, – Однако при ином исходе, прошу вас остаться здесь.       Половина кадетов ушла сразу же, не раздумывая ни секунды. Ещё большая часть ретировалась, всё-таки немного пораскинув мозгами.       – Отлично, – утвердительно кивнув, сказал Смит и оглядел оставшихся бойцов.       На небольшой территории перед входом в главное здание училища сейчас находилось лишь одиннадцать человек. Боковым зрением Кана приметила Рене, твёрдо стоящую на ногах, и Яна, который явно нервничал, сжимая и разжимая кулаки. Девушка нисколько не была удивлена тому, что Найл, четвёртый член их небольшой компании, оставил эту затею. Он с самого первого дня открыто говорил, что не хочет идти в Разведку, желая поддерживать порядок в городах и защищая стены, поступив в Гарнизон. Жаль, ведь именно с ним Кана достигла абсолютной синергии на тренировках. Они понимали друг друга без слов и знаков, идеально выполняя любые задания. Та связь, что выстраивалась между ними в воздухе, пока они маневрировали между деревьями, была нерушима.       – У вас полчаса на то, чтобы собрать вещи, – после этих слов Эрвин быстро приложил руку к груди, – Отдадим свои сердца во славу Королевства! – прокричал он.       Кадеты последовали его примеру, тотчас отдавая честь.       Через сорок минут Кана уже неслась по просторным лугам на лошади, постоянно убирая норовившие попасть в глаза каштановые волосы. За три года обучения они неплохо отросли, теперь будучи ниже лопаток. Только вот собирать их в какие-то причёски, чтобы они не мешались при тренировках, Фрид терпеть не могла. Косички, что она пыталась заплести, выглядели неопрятно, из пучков постоянно выбивались локоны, да даже просто собранные в хвост волосы смотрелись совсем уж скверно. Рене много раз пыталась показать девушке, как легко и быстро делать настолько простые для неё причёски, но Кане это абсолютно не помогло, потому она смирилась с бренностью бытия и просто оставляла свои патлы распущенными. Лишь на боевых тренировках по спаррингам и маневрированию она всё-таки собирала их в нелепо выглядящий высокий хвост.       Путь от кадетского училища до штаба Разведки на лошади занимал порядка трёх часов. По прибытии в пункт назначения, их встречали несколько солдат, которые должны были проводить кадетов в их временные комнаты.        – Кана? – девушка услышала удивлённый голос, пока слезала со своей лошади, – Это ты?       Девушка обернулась на источник звука.       – Гергер! – улыбнулась она, завидев знакомое лицо.       Тот самый парень, что тренировал её ещё три года назад, когда она только попала в Разведку, проснувшись после потери памяти. И тот самый парень, благодаря которому она впервые опробовала устройство пространственного маневрирования, пускай и на его имитации.       – Так ты ещё живой? – усмехнулась она, а потом, посмотрев Найту в глаза, тут же ужаснулась.       Они были.. Нет, не полностью пустыми, скорее, потухшими. В них угас тот огонёк, что теплился там при их первой встрече, когда он пришёл к ней, чтобы по приказу Эрвина испытать навыки девушки. На душе сразу стало неуютно от мыслей, что он мог пережить за эти три года, что состоит в подразделении.       – На удивление, да, – ответил он.       Кажется, его этот вопрос ни разу не смутил. Следом Кана заметила, что он возмужал. Стал ещё выше, крупнее. Подтянутый рельеф мышц слабо проступал сквозь накинутую поверх тела тренировочную серую рубашку. Его светлые волосы порядком отросли, теперь будучи собраны в небрежный хвост на затылке. Видимо, сопровождающим было приказано отлучиться от тренировки, чтобы показать новоприбывшим кадетам территорию штаба, вот Гергер и выглядел так потрёпано.       – Рад видеть тебя, – задорно сказал он, – И рад знать, что тебя не отчислили из училища даже на третьем году, – беззлобная усмешка.       Фрид не посчитала нужным на это отвечать, а потому просто кивнула, улыбнувшись, после чего отправилась заводить свою лошадь в здешнюю конюшню.       Территория штаба хоть и не была огромной, зато от чего-то казалась чем-то очень родным и знакомым. Как только Кана вошла внутрь, в голове тут же стали крутиться воспоминания о первых днях после того, как её нашли в лесу. Те же каменные пошарпанные стены, те же лестницы, с которых она пару раз чуть не понеслась кубарем вниз, когда ей впервые позволили выйти из комнаты и осмотреть здание. Тот же немного спёртый, но тем не менее приятный запах, чёрт, да даже деревянные потёртые двери казались чем-то близким к её сердцу!       Рядовые солдаты жили на втором этаже, туда же распределили и новоприбывших кадетов. После того, как они побросали свои немногочисленные личные вещи по комнатам, их сразу отправили в столовую, дабы поесть после дороги.       – Как удобно, что ты тут всё знаешь, – улыбнулась Рене, ставя на стол тарелку с каким-то сомнительно выглядящим супом.       – Мои первые воспоминания появились именно здесь, – в душе девушки почему-то разлилось тепло от своих же слов.       – Смотрите, там капитан Леви! – понизив громкость голоса, восторженно сказал Ян, указывая в сторону стола, за которым сидела верхушка Разведки.       И вправду, по правую руку от командира Эрвина сидел никто иной, как Леви Аккерман – тот самый недовольный парень, которого Кана провожала до казармы парней в день поступления в кадетское училище. Почему он здесь? Он ведь не проходил подготовку, уехав буквально через пару дней начала занятий!       – Капитан? – в голове прокрутив слова друга ещё раз, Фрид чуть не поперхнулась чаем, – В каком это смысле? – она без стеснения вытаращилась на лицо того парня, который что-то обсуждал с Командующим.       – Надежда человечества, – закатила глаза Рене, явно будучи не в восторге от благоговения Яна в сторону Леви.       – Да, его так в народе называют, – не скрывая своего восхищения, протянул парень.       Кана не то, что не знала об этих слухах, она вообще не подозревала о вступлении Аккермана в Разведкорпус. А вот её друзья располагали большей информацией, так как на немногочисленных каникулах в кадетском училище уезжали к своим семьям в города и деревни. Они были в курсе всех событий и вестей, о которых болтал народ Королевства.       Девушке тотчас стало интересно, что же в этом Леви особенного. Наверное, раз его называют аж целой надеждой человечества, то он явно сделал что-то выдающееся или обладает потрясающими навыками. Каково это: считаться самым сильным солдатом среди всех?       На следующий день старшим по званию было приказано проверить навыки кадетов. Кана решила выложиться на полную, ведь по итогам испытаний их распределяли по отрядам. Девушка желала попасть не в центр построения – его самую безопасную часть, а поближе к авангарду, чтобы на первой же миссии показать себя во всей красе. Ей уже не терпелось саморучно прорубить плоть настоящего титана, а не эти кожаные имитации, которые были на тренировках в училище.       – Рене Кафен и Кана Фрид, – один из солдат оглашал окончательный состав каждого из отрядов, – Вы в составе команды капитана Леви, – он глянул на девушек, – Можете идти.       Рене недовольно цокнула, услышав имя их командующего. Кана же слегка расстроилась: неужели её запихнули в отряд Аккермана, чтобы защитить? Посчитали, что они слишком слабы и не выживут без пригляда сильнейшего воина человечества? Хотя, Фрид всё ещё не была уверена в его навыках, ведь ни разу не видела капитана в деле. Быть может, он не настолько хорош, как о нём говорят.       Вокруг Леви уже собралось несколько людей, видимо, его основной отряд.       – Давно мы воспитателями в детском саду стали? – надменно бросил светловолосый парень, когда девушки подошли к ним.       Кана хотела было съязвить в ответ, однако почувствовав это, Рене спешно схватила подругу за руку, мысленно напоминая ей о соблюдении субординации.       – Я Рене Кафен, – отпустив пальцы девушки, она пригвоздила руку к своему сердцу, – Рада знакомству!       – Кана Фрид, – последовала тому же примеру, спешно отдавая честь, – Готова к службе, – спокойно проговорила она.       Тот парень, что замолвился про детский сад, недовольно цыкнул.       – Оруо, заткнись, – недовольно процедила довольно миловидная девушка со светлыми волосами, – Петра Рал, – обратилась она уже к подошедшим кадетам, – Так же рада знакомству, – мягкая неловкая улыбка, – Он тоже рад, просто ни за что об этом не скажет.       – Ещё чего, – будучи названным Оруо, он закатил глаза.       – Прекратите препирательства, – устало вздохнул капитан, явно находясь не в духе.       Или он всегда такой?       – Сами ведёте себя, как дети малые, – он глянул на Петру и недовольного Боззарда.       Ещё двое членов отряда представились лишь после объяснения капитана Леви касательно их миссии, расстановки сил и местонахождения команды в построении. Говорил коротко и чётко, все постоянные члены их отряда выглядели на удивление сосредоточенно, внимательно слушая и не смея перебивать. Цель проста: доехать до леса гигантских деревьев, защитить немногочисленную группу учёных, пока они будут собирать образцы почвы и воды, а затем успешно вернуться за стены, «постараясь не сдохнуть по пути», как выразился Аккерман, пристально глядя на Рене и Кану. Их отряд состоял в правом фланге авангарда, ближе к передовому, где будет находиться командир, что будет указывать направление движения.       – Гюнтер Шульц, – задумчиво сказал темноволосый парень, явно размышляя о предстоящей вылазке и, сидя в столовой, попивая чай в компании команды.       – Элд Джинн, – блондин же был абсолютно спокоен, – Я даже удивлён, что кого-то из кадетов распределили к нам, – обратился он к девушкам.       Они одновременно пожали плечами, следуя примеру Гюнтера и отпивая из кружки. Никто не понимал, на кой чёрт самому сильному отряду нужно было подкрепление, особенно в лице ещё даже не выпустившихся из училища солдат.       – А мне кажется, что разнообразие не помешает! – Петра слегка улыбнулась.       За всё время обеда капитан Леви не проронил ни слова, не особо вовлечённо слушая своих подчинённых.       Кана не могла вытеснить из головы их первую встречу, что произошла в самом начале её обучения. Тогда он казался ей куда менее собранным и более.. «Сам себе на уме». Ещё когда Фрид думала, что Аккерман приехал к ним, дабы вступить в ряды кадетов, у неё было стойкое ощущение, что его выгонят в первый же день по причине отказа следовать приказам. Парень выглядел как тот, кто не сможет действовать по чьей-то указке, эдакий дикий зверь, доверяющий лишь себе. Однако сейчас в его глазах стояло вечное спокойствие и сосредоточенность заместо самоуверенности и даже какой-то надменности, что наблюдались в его взгляде во время их странного знакомства.       И всё же её злил этот его статус «последней надежды человечества». Девушке почему-то хотелось, чтобы и её когда-нибудь назвали так же. Это же такая честь! Быть может, она будет в состоянии хорошо проявить себя на предстоящей вылазке?

845 год. Тридцать первая Экспедиция за стенами.

      Кана, сидя на лошади прямо перед выездом из Шиганшины, чувствовала себя на удивление спокойно. Она крепко держала поводья, под ногами ощущая ровное дыхание своего коня. Солнце периодически выглядывало из-за облаков, заливая окрестности города ярким светом. Единственное, что доставляло беспокойство – птицы летали на удивление низко, прямо над крышами невысоких домов, словно надвигалась гроза. Выходить за стены в ливень было ещё большим самоубийством, но Фрид старалась отгонять от себя подобные мысли. Волноваться не о чем.       – Повторю ещё раз, – неожиданно бросил Леви, сидя на лошади слева от девушки, – Постарайтесь не сдохнуть в первые полчаса, – спокойно процедил он, явно обращаясь не только к новобранцам в их отряде, но и к своим опытным бойцам.       Ворота начали открываться. За ними простирались луга и поля, те самые, что воображала себе Кана.       – Мы выживем, – улыбнулась Рене, проигнорировав наставление капитана, – Только не несись сломя голову, – её лицо озарила лёгкая усмешка.       – Разумеется, – Кана лукавила.       Как только поступил приказ о начале операции, все тотчас рванули с мест. В лицо тут же ударил сильный ветер. Лошади неслись по просторам внешнего мира со всей скоростью. Фрид то и дело оглядывала окрестности: равнина была, казалось, нескончаемой. То тут, то там мелькали редкие деревья с кустами, где-то низко над землёй пролетали птицы. Всё было таким же, как и за стенами. Кроме воздуха. На удивление девушки, за стенами он действительно был другим. Казался легче, живее. В нём чувствовался запах той самой свободы, о которой так грезили разведчики.       Ровно через семь минут справа показался столб красного дыма. Титан.       – Петра, – Леви был сосредоточен, смотрел только вперёд.       Где-то в теле Каны всё же пронеслась искра страха. Как бы она не бахвалилась тем, что ни капли не боится этих тварей, она никогда не видела их. Сейчас она одновременно чувствовала смятение и еле уловимую нотку предвкушения. Ей хотелось опробовать себя в деле, в душе разливалось желание наконец разрубить настоящую плоть этих отродий. Фрид не была кровожадной, в ней не было природной жестокости. Но она была ведомой и внушаемой. Понаслушавшись страшных рассказов о том, какие же титаны мерзкие и ужасные создания, как они убивают и съедают людей, ей всё сильнее хотелось уничтожить их.       – Есть! – послушалась Рал, доставая из сумки пистолет и нужную колбу, тоже выпуская сигнал.       – Оруо, – вновь подал голос Аккерман, всё же глянув на подчинённого.       Тот был ближе всех к месту, откуда виднелся первый признак наступления титанов. После приказа капитана тот сразу достал клинки. Без объяснений, без знаков. Идеальное взаимопонимание и слаженная за, скорее всего, годы совместной службы работа. Это вызывает уважение.       – Вы двое, – теперь Леви обращался к новобранцам.       Кана сразу же отвлеклась от своих мыслей, глянув на капитана.       – Мы избегаем сражений с титанами, – сказал он.       В подтверждение его слов на голубом просторе неба появился зелёный сигнал слева. Смена направления.       В глазах капитана не читался страх, на лице не отображалась и толика беспокойства. Полная сконцентрированность на задании, самоконтроль и внимательное наблюдение за окружением – вот, что было заметно по немного напряжённому телу Аккермана. Абсолютное спокойствие и непрекращающийся анализ обстановки. Чёткие приказы, незамедлительное принятие решений. Быстро. Сразу. Без сомнений.       Кана начала потихоньку понимать, почему его так уважают, несмотря на некоторую угрюмость, о которой ей все твердили. Хотя вместо этого она видела на его лице лишь спокойствие. Пусть она и знает его всего ничего, но девушка ни разу не видела его злым или рассерженным. Максимум, слегка раздражённым, не более. Сейчас она искренне недоумевала, почему кадеты и даже некоторые солдаты считали его грозным и хмурым? Многие опасались заговорить с ним, более того, избегали его взгляда. Да, глаза его вечно были холодными, однако Фрид не замечала в них угрозы. Она бурлила в их первую встречу, но сейчас от неё ничего не осталось. Что-то изменилось в Леви за эти три года, но она даже представить не могла, что именно. Повлияло появившееся доверие к товарищам? Или, быть может, их смерть?       Впереди показалась четырёхметровая туша, которая на всей скорости неслась в сторону их отряда. Петра вновь выпустила красный сигнал. И снова этот страх. Опять сердце Каны пропустило удар сильнее обычного. Что скажет капитан? Поменять направление движения? Постараться как-то объехать титана?       – Не успеем увернуться, – будто прочитав её мысли, цыкнул Элд, тут же доставая клинки, – Иначе он пробъётся в центр построения.       Все последовали его примеру, за исключением Аккермана.       – Гюнтер и Оруо, разберитесь с ним, – снова приказ, снова чёткий, короткий и понятный.       Но как? Там ведь всего пара низких деревьев. Как они будут маневрировать?       Двое мужчин тут же встали на своих лошадях, незамедлительно выпуская крюки по разные стороны от титана. Зацепились сначала за землю, а потом, пробежав несколько метров, за оба плеча отродья. Резко взмыв в воздух, Гюнтер сразу подлетел прямиком к противно улыбающемуся лицу гиганта, разрезая его широко открытые глаза. Оруо же понёсся тому за спину и, пригвоздив крюки на шее мерзкой твари, клинками разрубил плоть на уязвимом участке. На его форму брызнула алая кровь, тут же начиная испаряться. Всё произошло так быстро, что Кана даже не смогла понять, как они это провернули. Через минуту оба солдата уже свистом подзывали своих на лошадей и догоняли остальной отряд, а свалившийся с ног титан без движения остался лежать на земле позади.       – Это было потрясающе! – Кана не смогла сдержать восхищения.       – Вот, как работают профессионалы, мелочь, – усмехнулся Оруо, подгоняя коня поближе к Фрид.       Следующие полчаса всё проходило относительно нормально. Они виляли по равнине, то и дело меняя направление движения по зелёному дыму. Если на пути и встречались титаны, которых уже невозможно было объехать, избежав боя, то с ними быстро разбирались постоянные члены отряда. Леви ни разу не сказал вступить в сражение новобранцам, хотя должен был заметить, как взволнованно ёрзала Кана в седле, с каким нетерпением смотрела в сторону очередного приближающегося отродья. Та самая искра страха всё ещё проносилась где-то в сердце при виде титанов, но она перестала сковывать тело. Хотелось испытать себя, в душе бушевало желание показать, на что же Фрид способна.       Рене вела себя куда более сдержанно. Она спокойно ехала вслед за капитаном, своим видом и поведением не создавая впечатление особого рвения к бою. Боялась? Или вела холодный расчёт, понимая, что будет лишь мешаться?       – Капитан, прошу! – Кана с надеждой посмотрела в сторону Аккермана, когда увидела очередной красный столб дыма совсем близко.       – Нет, – тотчас отказал он, глядя на Петру и Элда, – Приготовьтесь к бою.       – Но почему? – она недоумевающе посмотрела на Леви.       Где-то в глубине души она всё понимала, но принимать это не хотела. Она и мысли допустить не могла, что для остальных будет обузой, что станет просто мешаться под ногами. Она что, зря три года из кожи вон лезла, чтобы поступить сюда? Убивалась на тренировках, набивала синяки и получала царапины от веток, чуть ли не каждый день маневрируя в лесу? Все ей пророчили, что девушка обязательно попадёт в десятку лучших. Чёрт, да Кана ведь даже бегала по утрам, лишь бы выносливость развить! Почему ей не позволяют помочь остальным? Да, им эта помощь и не требовалась, но всё же.. Неужели, её считают настолько бесполезной?       – Наблюдай и анализируй их технику, Фрид, – вновь, словно ножом, отрезал он, – Не пытайся лезть на рожон. Думай, а не бездумно беги вперёд, – он был серьёзен, но не зол, – Как только доберёмся до леса, я позволю тебе опробовать клинки, – процедил Аккерман.       А ведь и вправду. Она привыкла маневрировать в окружении деревьев. Отпусти он её в бой сейчас, когда они скакали по равнине, Кана бы, скорее всего, моментально рассталась бы с жизнью. Дело не в том, что она бесполезная, не в том, что мешалась бы под ногами. Приказ Аккермана не влезать в сражение был отдан, чтобы не дать ей напрасно умереть.       – Есть, капитан! – прокричала она, вновь отчего-то воодушевившись.       Их непродолжительный диалог вернул её в реальность, напомнил Фрид, что здесь – не тренировка. Это было очевидно, но почему-то девушка забыла об этой простой истине. За стенами поджидают сломанные конечности, а не низкий балл на экзамене. Серьёзные раны, а не беззлобные усмешки от Яна или Рене. Смерть, а не крик инструктора. Вот, что ждало её здесь за любую малейшую ошибку в воздухе. Это не шутки и даже не запугивания, а вполне возможное будущее. Как там Ян? Жив ли он? Кажется, его распределили в центральный отряд. Он должен быть в относительной безопасности: чёрного дыма и, соответственно, девиантов не было замечено, а значит, никто не мог прорвать построение и настигнуть самый центр.       Ещё через полчаса беспрерывной езды из-за горизонта наконец показался лес. Тот самый, с гигантскими деревьями, где её нашли три года назад. Воспоминания о своём пробуждении нахлынули, снося всё на своём пути. Эрвин рассказывал ей о месте, откуда её забрали, но она даже не представляла, насколько далеко был этот лес от стен. Как она здесь оказалась? Как забралась на ветки деревьев без устройства маневрирования?       – Капитан Леви! – слева к их отряду ехал незнакомый парень, видимо, гонец от передовой части авангарда, – Приказ от Командующего Эрвина, – он незамедлительно отдал честь, – Привязать лошадей у начала леса. За ними присмотрит центральный отряд, что прибудет чуть позже. Далее перейти на устройство пространственного маневрирования, продвигаясь вглубь. Зелёный сигнал будет означать местонахождение отряда учёных!       Леви кивнул, решив ничего не отвечать.       Пока что всё идёт согласно их плану. Интересно, многие погибли, пока они добирались до леса?       Когда Кана наконец зацепилась крюками за стволы деревьев и унеслась ввысь, счастью не было предела. От продолжительной езды ноги нещадно ныли, хотелось поскорее размяться и полететь вперёд, но девушка тут же остановила себя. Нужно держать себя в руках. Здесь всё ещё жизнь, а не тренировка. Фрид даже слегка злилась, что ей приходилось себе же об этом напоминать.       – Продвигаемся строго по периметру леса, вглубь пока что не заходим, – отрезал Леви, показывая направление движения, – Петра, Оруо, Гюнтер и Элд, вы идёте первыми. Должны будете спуститься к отряду снабжения и пополнить запасы газа. Вы остаётесь на деревьях со мной, – он глянул на Рене и Кану, – Как только увидите титана, разрешаю без приказа вступить в бой, – бросил он.       Девушка воссияла от предвкушения, а вот подруга её не была так рада столь безумному разрешению Капитана на, фактически, свободу действий. Постоянные члены отряда бросились вперёд, чтобы поскорее достигнуть отряда снабжения. Было наглядно видно, как некомфортно они чувствовали себя, когда газа в баллонах становилось меньше привычного. Леви же твёрдо стоял на ветке дерева, ожидая, когда остальная часть команды оторвётся от них. Повисло неловкое молчание.       – Капитан, – отозвалась Кана, – Почему вы отправили их вперёд? – она непонимающе выгнула бровь.       – Тебе об этом знать не положено, – он устало выдохнул.       Вдруг, бросив взгляд на Рене, Фрид увидела в её глазах растерянность. Настоящий шок. И даже немного.. Уважения к Капитану, что было для подруги абсолютно не свойственно. Кана не была в курсе, почему девушка так не взлюбила Леви, и тем не менее совсем не ожидала увидеть столь удивлённое выражение её лица после таких, казалось бы, обычных слов командира отряда. На этой вылазке Рене, скорее всего из-за своей нескрываемой ненависти к Аккерману, вела себя непривычно тихо и спокойно, хотя обычно была жизнерадостной бойкой девушкой, которая вечно заливается звонким смехом. Что же её покорило сейчас?       – Выдвигаемся, – спокойно бросил Капитан, тут же выпуская крюки в деревья.       Новобранцы последовали его примеру.       Долгие пять минут не было видно ни одного титана. В мыслях – вопрос «куда они все подевались?», в заднице – не намеревавшееся угасать предвкушение битвы. Наконец, из-за стволов деревьев вылез один шестиметровый.       Кана выжидающе, спрашивая разрешения, глянула на Леви. Тот, не смотря в ответ, молча кивнул. И девушка, словно сорвавшись с цепи, полетела вниз, прямиком к земле. В последний момент, буквально в метре от смерти, выпустила тросы и подтянулась ввысь, уворачиваясь от мерзкой огромной руки, что попыталась схватить её. Адреналин взял верх, все чувства тут же раскалились до предела. Она не видела ничего вокруг, не слышала криков Рене позади себя, не замечала ветра, что так сильно бил в лицо и даже не думала о том, чтобы остановиться хоть на секунду. Она быстро повредила широко распахнутые глаза титана, после чего, лишь сейчас увидев ужасающую улыбку на его лице, девушка вдруг остановилась. Замерла. Довольно быстро придя в себя, она мигом отлетела повыше, к верхушкам деревьев. Дыхание сбилось, сердце стучало, словно бешеное, а пальцы мелко дрожали. Неужели всё это время, что она сражалась, её постепенно одолевал страх?       Да, девушка невероятно боялась. Казалось, что она прямо сейчас потеряет сознание от того ужаса, что овладел ею. Всё, что она могла делать сейчас – смотреть на эту чёртову широкую улыбку, что неизменно украшала рожу этого отродья. Даже когда он не сумел её схватить, даже когда она разрезала его непропорционально маленькие глазёнки, эта грёбаная жуткая улыбка ни на секунду не сползла с его уродливого лица.       – Кана, чёрт тебя дери! – знакомый голос вырвал девушку из своего кошмара.       Рене стремительно неслась вниз, прямо к ногам титана, которые он неуклюже переставлял, явно будучи дезориентированным из-за утраты зрения. Раны на его лице начали испускать пар. Начал восстанавливаться, тварь. Девушка была уже совсем близко к сухожилиям, когда крикнула что-то вроде «Фрид, действуй, твою мать!».       Оцепенение тут же прекратилось. Кана резко вонзила крюки в деревья, вновь рванув вперёд. Где-то снизу послышался лязг клинков, что прорубают плоть на ногах этого отродья. Движения – размашистые, заворот за спину титана – стремительный, разрез на шее – глубокий, а манёвр на ветку дерева – точный. Дыхание сбилось, на лице красовалась лишь эйфорическая улыбка и уже испаряющаяся кровь шестиметрового отродья. Убитого ею шестиметрового отродья!       – Дура! – подруга приземлилась рядом с ней, тут же хватая её в объятия, – Ты что, совсем с ума сошла? – кричала она.       – Прости, – всё ещё пребывая в шоке, Фрид пыталась отдышаться.       – Чего застряли? – сверху послышался голос Капитана, – Вперёд, – он немедля понёсся дальше по периметру леса.       Невиданная доселе гордость разливалась по телу, обволакивала и нежно прижимала к себе. В глазах всё ещё горел яркий огонёк, пальцы, сжимающие рукояти от клинков, до сих пор слегка потряхивало от нахлынувшего недавно адреналина. Подобное чувство было не описать словами, какие бы эпитеты не использовались. Её первое убийство титана. Первое достижение и первая маленькая победа. Она достойна быть здесь. Она сможет выжить. Несмотря на страх, что застелил глаза в тот момент, она смогла выиграть, ведь ей помогла Рене. Она сражалась не одна.