Лето

Ночь была тёплой и бархатистой, пахнущей скошенной травой, нагретой за день землёй и ночными цветами. В огромном небе, не замутнённом городскими огнями, горели миллиарды звёзд, рассыпанных щедрой рукой. Тишину нарушали лишь стрекот сверчков да далёкий крик совы где-то в лесу. Ариадна сидела на верхней ступеньке крыльца, поджав колени к подбородку. На ней была только легкая пижама и она ежилась от прохладного ветерка. Она смотрела в небо, но взгляд её был расфокусированным, обращённым внутрь себя. Мысли кружились вокруг прочитанных сегодня в «Пророке» статей, вокруг тревоги в глазах родителей, вокруг того, как незаметно кончалось детство. На её запястье серебряная пума тихо светилась в темноте, будто отражая далёкие звёзды. - Не спится, малыш? - Плед, опущенный на плечи девушки и тихий вопрос заставил ее вздрогнуть и обернуться, встречаясь взглядом с Сириусом. - Сидишь тут, дрожишь как осиновый лист. - Его голос прозвучал непривычно мягко, без обычной шутливой нотки. - Я сейчас приду. Сириус скрылся в доме и вскоре вернулся с двумя кружками. - Держи. Горячий шоколад. С корицей. Как ты любишь. Ариадна приняла кружку, почувствовав, как тепло проникает сквозь ладони и разливается внутри. Она прижалась губами к краю, делая маленький глоток. Сладкий, густой, с лёгкой горчинкой и тёплым ароматом специй. - Спасибо. - Прошептала она, и её голос немного дрогнул. - Как ты узнал? - Услышал как кто-то вышел из дома, так и думал, что это ты. - Он отпил из своей кружки, глядя вдаль на звёздное поле. Он опустился на ступеньку рядом, их плечи соприкасались. - Твой шаг на крыльце всегда особенный. - Сказал он, отхлебнув шоколада. - Ты ставишь ногу на край, и доска скрипит чуть грустнее. Научился различать. Она не ответила, только прижалась губами к краю кружки, глядя на звёзды, которые, казалось, таяли в бархатной черноте неба. Тишина повисла между ними, но она была уютной. - Я не могу перестать думать о статьях в Пророке. - Нарушила тишуну Ари. Ее голос звучал очень тихо и как-то безжизненно. - Четыре семьи маглов. Почему? В чем они виноваты? Они же даже ничего не знаю о нашем мире. А маглорожденные? Разве они виноваты в том, что родились волшебниками? Сириус замер, кружка в его руке словно стала тяжелее. Он не сразу ответил, его взгляд, прикованный к звёздам, стал остекленевшим и холодным. - Виноваты? - Его голос прозвучал низко и безжизненно, почти как эхо. - Они не ищут вины, малыш. Они ищут причину. Оправдание. Чистота крови, превосходство, угроза «нашему образу жизни»… - Он тяжело вздохнул. - Это всё просто слова. Красивая упаковка для самой простой и самой старой вещи на свете: ненависти. Ты либо свой, либо чужой. А чужих можно бояться. А чего боишься - то ненавидишь. А что ненавидишь… то уничтожаешь. Сириус провёл рукой по лицу, и в этом жесте была такая взрослая, беспомощная усталость, что у Ариадны сжалось сердце. - В доме моих родителей… - Он начал и замолчал, сжав челюсти. Потом заговорил снова, глядя куда-то мимо неё, в тёмный сад. - Там за ужином могли обсуждать «проблему маглорождённых» как… как проблему с кротами в саду. Что-то неприятное, что нужно устранить. Для «общего блага». Я слышал это с тех пор, как себя помню. Сначала не понимал. Потом… понял. И это было хуже. Ариадна смотрела на него, и её собственный ужас перед газетными статьями вдруг обрёл чёткие, жуткие очертания. Это были не абстрактные «злодеи». Это были люди. Семьи. Дома, похожие на этот. И среди них - семья Сириуса. - И ты… ты же слышал это. - Прошептала она. – Всё детство. Он кивнул, один резкий кивок. - Да. И каждый раз, когда я не соглашался, каждый раз, когда задавал «неправильный» вопрос… это был акт предательства. В их глазах. В этот раз, все стало еще хуже. Белатриса постоянно приходила к нам на ужины. Она с восхищением говорит о о своем лорде. - Последнее слово Сириус презрительно выплюнул. - Она говорит, что для Блэка честь, служить ему. Очищать мир от грязной крови. А я не понимаю, с каких пор у Блэков, считается честью служить кому либо. Я не смог терпеть это, поэтому приехал к вам раньше, чем мы изначально договаривались... Но Регулус... Он соглашается с Бэллой, всегда внимательно слушает ее. Я перестал быть для него авторитетом, каким был в детстве. Я не могу повлиять на него... он восхищается Волан-де-Мортом и я боюсь за него. Ариадна замерла. Слова Сириуса висели в ночном воздухе, тяжелые и ядовитые, как смог. "Волан-де-Морт". Но теперь это имя ударило по-другому. - Регулус... - Выдохнула Ари и в ее голосе звучало мучительное непонимание. - Но он же... Он же не как они. Он же добрый. Глубоко внутри, но я видела это. Сириус сгорбился, будто эти слова причинили ему физическую боль. - Я знаю. - Прошептал он, и его голос был полон бессильной горечи. - Я то знаю лучше всех. Каким он был в детстве. Робким. Умным. Следовал за мной повсюду, как маленькая тень. Я учил его летать на этой старой метле в саду… Он смеялся тогда, Ари. По-настоящему смеялся. - Он сжал виски пальцами. - Но родителям это не нравилось. Такое поведение не подобает аристократам. Мы должны были сидеть и зубрить этикет и родословную чистокровных семей, чтобы не нарваться на гнев матушки. А после того, как я был распределён на Гриффиндор и стал позором семьи, родители и вовсе стали отгораживать Регулуса от меня. Чтобы я не испортил еще и его. Он с силой выдохнул, глядя в темноту, будто видя там того маленького мальчика, который постепенно растворялся. - Он не злой. Ты права. Он запутавшийся ребенок. Мы все еще дети. Я просто надеюсь на то, что у нас еще есть время, просто побыть детьми. Ариадна слушала, и её сердце сжималось от этой простой, страшной правды. Не идеологии, не великих войн — а просто семейного неодобрения, холодных взглядов за обеденным столом, дверей, которые мягко закрывались между братьями. - Они украли вас друг у друга. - Прошептала она, и это прозвучало как приговор. - Они украли у нас многое. - Поправил Сириус, но без злости, с какой-то пустой усталостью. - Правильные манеры. Правильные друзья. Правильные мысли. А потом я лишил их наследника, став неправильным. И они решили, что второго не упустят. Регулус стал… проектом. Идеальным Блэком. А я – призраком за дверью, примером того, каким не должен быть Блэк. Ариадна положила голову ему на плечо, чувствуя, как её собственные тревоги отступают перед его тихой, детской грустью. - Мы ещё дети, Сириус. Нам всего пятнадцать. Мы имеем право сбегать ночью из дома, чтобы полюбоваться звездами. Мы имеем право просто учиться, играть в квиддич, проводить время с друзьями. Мы имеем право быть просто подростками. - Имеем ли? - Он повернулся к ней, и в его глазах было неподдельное, почти ребяческое сомнение. - Когда там, за лесом, уже горят дома? Когда мой брат заучивает наизусть речи о чистоте крови? Разве детям приходится думать о таком? - Приходится, если взрослые вокруг сошли с ума. - Тихо сказала Ариадна. - Но это не значит, что мы должны сойти с ума вместе с ними. Мы можем… мы можем ненадолго отложить эту игру. Прямо сейчас. Здесь. Никаких героев, бунтарей и наследников. Только ты, я, скрипучая ступенька и шоколад, который уже остыл. Сириус посмотрел на свою кружку, потом на её серьёзное лицо, и на его губах дрогнуло что-то похожее на улыбку - слабое, но настоящее. - Договорились. - Он сделал глоток уже остывшего шоколада и поморщился. - Фу, остыл. - Зато сладкий. - Парировала Ариадна, допивая свой и вновь кладя свою голову на плечо Сириуса. Он почувствовал, как по его спине пробежали мурашки - не от холода, а от этого простого, полного доверия жеста.Он поставил кружку и его рука, будто сама собой, притянула её ближе. Не обнял, а просто обвил рукой её плечи, прижав к своему боку. Его пальцы начали рисовать ленивые, бессознательные круги на её руке - сначала неуверенно, потом всё более плавно, успокаивая и её, и самого себя. - Ладно. Перемирие принято. - Его голос прозвучал прямо у неё в волосах, низко и бархатисто. Его большой палец замер на её предплечье, затем начал мягко проводить вдоль неё, от локтя к запястью и обратно, с такой нежностью, будто боялся оставить след. - Никаких войн. Никаких пропавших братьев. Только звёзды. - Только звёзды. - Согласилась она, и её голос дрогнул, но не от грусти, а от переполнявшего её чувства - благодарности, тепла и желания быть ближе. Не вставая с места, её руки, будто действуя сами по себе, обвили его за талию, а сама она придвинулась так близко, что её бок плотно прижался к его боку, а голова нашла удобное место у его плеча. Её ладони легли на его спину, чувствуя под тонкой тканью футболки тепло его тела. Сириус замер на мгновение, его дыхание прервалось. Потом из его груди вырвался тихий, сдавленный звук облегчения. Его рука легла поверх её рук на его талии, пальцы сплелись с её пальцами, сжимая их с тихой благодарностью. Они сидели так, тесно прижавшись друг к другу боками на скрипучей ступеньке, под бескрайним звёздным небом. Не было нужды в словах. Всё было сказано в этом молчаливом обмене теплом, в синхронности их дыхания, в том, как её ладони лежали на его спине, а его рука нежно сжимала её плечо. Он наклонил голову, и его губы мягко коснулись её макушки. Это прикосновение было долгим и бережным, полным невысказанных обещаний и тихой тоски. Ариадна в ответ прижалась щекой к его груди, слушая, как под тонкой тканью бьётся его сердце. Они просидели так, кажется, целую вечность, пока звёзды не начали бледнеть, а восток не затянулся перламутровой дымкой. Когда Сириус наконец, с явной неохотой, начал ослаблять объятие, она не отпустила его сразу. Её руки ещё секунду крепко держали его за талию, прежде чем мягко разжать пальцы. Он отстранился ровно настолько, чтобы увидеть её лицо, его руки теперь лежали на её плечах, а её – на его боках. Поднявшись со ступеньки, рука Сириуса переместилась на талию Ари, все так же приобнимая. Он заправил взлохмаченные волосы Ариадны ей за ухо и наклонившись поцеловал в лоб. - Сладких снов, малыш. - Прошептал Блэк, смотря в глаза Ари. Кроха, залившись румянцем, приподнялась на носочках и в ответ поцеловала Сириуса в щеку. - Сладких снов, Сириус. - Выдохнула она, сразу же опускаясь обратно и отводя взгляд, сгорая от смущения. Отстранившись, она быстро прошла в дом, чувствуя, как её щёки горят, а на лбу, кажется, навсегда отпечаталось тепло его прикосновений. Сириус же ещё долго стоял на крыльце, глядя на закрытую дверь, а его пальцы снова и снова касались того места на щеке, улыбаясь в предрассветные сумерки чему-то своему, тихому и очень важному.

***

- Доброе утро, мам. - Сонно потирая глаза и зевая Ариадна зашла на кухню, где миссис Поттер уже заканчивала приготовление завтрака. - Доброе утро, милая. Как спалось? - Юфимия улыбнулась дочери, переварачивая панкейки на сковороде. - Нормально, жарко только. Джеймс с Сириусом еще спят? - Ари села за стол зевая. - Спят еще, может разбудишь их? Завтрак почти готов. - Хорошо. Ариадна лениво поднялась со стула и потянулась. Летнее утро в доме Поттеров было наполнено уютом и покоем. Она поднялась по лестнице на второй этаж. Дверь в комнату Джеймса и Сириуса была приоткрыта. Ариадна тихо толкнула её и заглянула внутрь. Комната выглядела так, будто в ней ночью пронёсся ураган. Книги, свитки пергамента, мантии и носок (один-единственный) валялись в живописном беспорядке. Джеймс спал, зарывшись лицом в подушку, одна нога свешивалась с кровати. Сириус лежал на спине, раскинув руки, словно собираясь обнять весь мир. Его лицо в спящем состоянии было безмятежно, без привычной маски дерзкой небрежности. Ариадна улыбнулась. Она подошла к кровати брата и ткнула его в бок. - Джеймс, вставай. Мама уже завтрак приготовила. - Сохатый что-то невнятно пробормотал и накрылся с головой одеялом. - Панкейки с черникой. - Протянула Ариадна и из-под одеяла послышался сонный, но заинтересованный скулеж. Ари перевела взгляд на Сириуса. Он лежал, раскинувшись и казалось ничто не может потревожить его сон, но уголки его губ слегка дернулись, выдавая притворство. - А ты, Бродяга. - Сказала Ари, подходя к кровати Блэка. - Или тебе тоже нужна приманка в виде панкейков? Сириус приоткрыл один глаз и в нем сверкнула знакомая озорная искорка. - От панкейков я не откажусь. - Произнес он хриплым ото сна голосом. - А вот будильник из тебя так себе. - И прежде чем Ари успела что-то ответить, Сириус схватил ее за руку, потянув на себя тут же проходять пальцами по ее ребрам. - Сириус не смей! - Засмеялась Ариадна, пытаясь вырваться, но силы были не равны. Бродяга уже начал щекотать ее с мастерством, отточенным за годы дружбы с Джеймсом. - Что, Кроха? Боишься щекотки? - Он приподнялся, не отпуская ее и его ухмылка стала еще шире. - Это плата, за нарушение моего сладкого сна. - Сириус ну хватит, пожалуйста! - Визжала Ари, смеясь и извиваясь, но он не останавливался. - Дже-е-е-еймс, помоги! С кровати старшего Поттер донеслись какие-то невнятные звуки и он лишь сильнее зарылся лицом в подушку. - Предатель! Над твоей сестрой издеваются, а ты дрыхнешь! Джеймс наконец оторвал лицо от подушки, приоткрыв один глаз и на ощупь пытаясь найти на тумбочке очки. - Не моя война. Сама его разбудила, сама и разбирайся. - Протяжно зевнув и так и не найдя очки, Сохатый перевернулся на другой бок, засовывая голову под подушку. Сириус, воспользовавшись тем, что Ариадна на секунду отвлеклась на брата, устроил новую, ещё более беспощадную атаку. Его пальцы заскользили по её бокам, щекоча с мастерством виртуоза. - Слышишь? Экспертное мнение! - Весело выдохнул он, его глаза сияли чистой, беззаботной радостью. - А теперь - официальное предупреждение! Территория охраняется опасным и щекотливым существом! Ариадна, смеясь до слёз, попыталась вырваться, но поскользнулась на разбросанной на полу мантии. Она бы непременно упала, если бы Сириус в последний момент не подхватил её, резко притянув к себе. - Неуклюжее создание, а если бы упала? - Прошептал Блэк, держа девушку в своих объятиях. - Если бы у вас в комнате не было такого беспорядка, я бы не падала, подскальзываясь на ваших вещах. - Фыркнула Ариадна, отворачиваясь от Сириуса, но уже не вырываясь. - Вы вставать собираетесь? - Ее щеки горели, но она надеялась, что Сириус спишет это на недавний смех. - Ты попыталась встать и чуть не упала. Полная потеря координации, так что лучше лежи. - Накинув на Ари одеяло, он завернул ее в него как в кокон, продолжая прижимать к себе. - Ну Сириус, жарко же. - Захныкала Кроха, вновь предпринимая попытки вырваться. - Надо вставать. Мама завтрак приготовила. - Завтрак подождёт. - Лениво ответил Сириус, зевнул и закрыл глаза. - Вон, даже Сохатый предпочел панкейкам сон. Бери пример со старшего брата, спи. - Поспишь тут с вами, столько шуму с самого утра. - Донеслось ворчание с кровати Джеймса и он с кряхтением перевернулся лицом к друзьям, наконец открывая глаза. - Вы там встаете или решили устроить коллективную спячку до завтрашнего дня? - Спячку. - Не открывая глаз буркнул Сириус. - Это гениальный план. Поддержишь нас, Сохатый? Солидарность. Джеймс сел, потирая лицо. - Моя солидарность заканчивается там, где начинается запах маминых панкейков. Ари, он никогда сам не встанет. Скинь его с кровати. - Легко тебе говорить, я с трудом могу пошевелиться. - Проворчала Ариадна, беспомощно дергая ногой из-под одеяла. - Тогда есть план Б. - Джеймс резво подскочил с кровати, будто это не он пять минут назад не мог разлепить сонные глаза. Подлетев к кровати Сириуса, Поттер упал на друзей сверху, придавливая их своим весом. - Ой-ой-ой, кажется на нас упал олень! - Закричал Сириус, но вместо того чтобы освободить Ариадну, он лишь крепче прижал её к себе, принимая удар Джеймса на себя. Всё трое оказались в одной куче из одеял, конечностей и сдавленного смеха. - Ну всё… сейчас задохнусь… - Выдавила из себя Ариадна, зажатая между двумя мальчишками. - Не дыши, это экономит кислород! - Советовал Джеймс, устроившись поудобнее на их ногах. Сириус, наконец, открыл глаза и посмотрел на эту картину: закутанная Ариадна, довольный собой Джеймс и полный хаос вокруг. Уголки его губ дрогнули. - Ладно, сдаюсь. Если коллективная спячка превращается в коллективное захоронение под тушей голодного Поттера… Мне кажется, это знак. Завтрак зовёт. Спихнув с себя Джеймса, Сириус наконец отпустил Ари, давая ей выпутаться из одеяла и вскочить с кровати. - Наконец-то голос разума. - Сказал Сохатый, потягиваясь. - Я первый в душ! - И он исчез в ванной, прежде чем Сириус успел запустить в него подушкой. Сириус приподнялся, его волосы были растрепаны, а на лице играла ленивая улыбка. - Ну что, малыш, доброе утро. - Он все еще сидел на кровати, а взгляд полный веселья был прикован к девушке. - В следующий раз, Бродяга, я просто вылью на тебя кувшин воды и убегу. - Фыркнула Ари, сложив руки на груди, но улыбка выдавала ее с головой. - Я тебя все равно догоню. - Парировал Сириус и прежде чем она успела отреагировать, он оказался рядом с ней. - И тогда, просто щекоткой ты не отделаешься. Придется платить выкуп. Например, последним панкейком. - Ты же его все равно мне отдашь. - Не сдавалась Ариадна. - Ты всегда отдаешь его мне. - Может передумаю и отдам его Джеймсу. - Сириус прищурил глаза, пристально смотря на Ари. - О, он будет счастлив. Пойду скажу маме, что ты сегодня отказываешься об панкейков, мечтаешь об овсянке. - Парировала Ариадна, разворачиваясь к выходу. Не успела она сделать и шага, как Сириус схватил ее за талию, легко отрывая от пола, заставив вскрикнуть от неожиданности. - Ни куда ты не пойдешь. - Прошептал он ей на ухо. - Мы еще не закончили наш спор. И последний панкейк... Он бережно опустил ее на пол, но не отпустил, а развернул лицом к себе, удерживая за плечи. - ... будет твоим, если ты признаешь, что угрожать мне кувшином с водой, бесчеловечно. Дверь в ванную открылась и оттуда вышел Джеймс, лохматя и так взъерошенные волосы. - Вы завтракать собираетесь идти, или так и будете здесь стоять и флиртовать? - Спросил он, и в его голосе звучала привычная смесь насмешки и нетерпения. - Потому что я вот уже помылся, почти одет и голодный как горный троль. - Ты всегда голодный как троль. - Фыркнула Ариадна и выскользнув из рук Сириуса, поспешила к выходу. - Я жду вас на кухне. - Кинула она на последок и захлопнула за собой дверь. - Если ты обидишь ее, Бродяга, я утоплю тебя в Черном озере. - Как бы небрежно сказал Джеймс, но в его голосе слышалась обычно неприсущая ему серьезность. - Не играйся с ней, как со своими пассиями. - О чем ты, Сохатый? Мы просто друзья. - Сказал Блэк и схватив со стула полотенце, поспешил скрыться в ванной. - Ну-ну, друзья они. - Фыркнул себе под нос Джеймс, натягивая футболку. - Два идиота.

***

- Ты думаешь это безопасно, Флимонт? Все больше и больше нападений и убийств маглорожденных волшебников, а они решили именно сейчас провести эти соревнования. Еще и в Хогвартсе. Думаешь сейчас подходящее время для этого? Тихий, встревоженный голос Юфимии Поттер прозвучал из приоткрытой двери кухни, как раз в тот момент, когда троица друзей ввалилась в прихожую. Их смех и толкотня мгновенно стихли. Джеймс, неся на плече мокрое полотенце, замер с рукой на дверной ручке. Ариадна, стряхивая песок с сандалий, застыла на полуслове. Сириус, чьи волосы были мокрыми от озёрной воды, насторожился, словно пес, уловивший чужой след. Они переглянулись. Шум падающих капель с их одежды на каменный пол вдруг показался оглушительно громким. - …турнир между школами. - Донёсся голос Флимонта, более сдержанный, но в нём тоже чувствовалась озабоченность. - Говорят, решение уже почти принято. Для поднятия духа, мол. Чтобы отвлечь молодёжь от мрачных новостей… За дверью послышался звук передвигаемого стула. Джеймс, не в силах сдержать любопытство, сделал шаг вперёд, но Ариадна схватила его за локоть. - Мама? Папа? - Громко, нарочито бодро позвал Джеймс, распахивая дверь на кухню. - Мы вернулись! Разговор мгновенно оборвался. Флимонт и Юфимия сидели за столом, перед ними стояли остывающие чашки чая. На столе лежал свежий номер «Ежедневного пророка», аккуратно отложенный в сторону. Оба взрослых улыбнулись, увидев детей, и хотя в уголках глаз Юфимии читалась лёгкая озабоченность, её улыбка была тёплой и искренней. - О, дети! - Её голос прозвучал мягко. - Хорошо поплавали? Выглядите загорелыми и счастливыми. - Да, отлично. - Ответила Ариадна, её взгляд на секунду задержался на газете, но без прежней тревоги. - А вы о чём тут разговариваете? Флимонт с лёгкой улыбкой покачал головой. - Обсуждали предстоящие события в волшебном мире. Скучные взрослые дела. - Он сделал шутливую гримасу. - Но вам это пока неинтересно. Вы лучше бегите переодеваться, а то в мокром на сквозняке простудитесь. Кстати. - Добавил он, подмигнув. - Мама приготовила лимонад для тех, кто успеет первым. Юфимия кивнула, её лицо окончательно просветлело. - Именно так. Поспешите, пока папа все не выпил. Джеймс, услышав о лимонаде, тут же оживился. - Мы быстро! – Крикнул он и бросился наверх, забыв обо всём на свете. Ариадна и Сириус последовали за ним, обменявшись короткими улыбками. Напряжение рассеялось, сменившись привычной тёплой атмосферой дома Поттеров.

***

- Завтра поедем в Косой переулок, купим все к школе. У меня как раз выходной на работе. - Флимонт Поттер встал из-за стола убирая тарелку в раковину. - А сейчас я пойду уже спать, устал сегодня. - Поцеловав жену и дочь в макушки и потрепав Джеймса с Сириусом по волосам, глава семейства удалился из кухни. - Спокойной ночи, пап! - Крикнули хором подростки. - Римус писал, он завтра тоже идет в Косой переулок, потом его родители должны будут отправить его к нам. Может мы просто заберем его в Косом переулке? - Предложила Ариадна, смотря на маму. Юфимия одобрительно кивнула, убирая со стола остатки ужина. - Отличная идея, Ари. Я как раз собиралась написать его маме. Если мы встретимся в переулке, это сэкономит им время, и вы, ребята, сможете сразу начать свои шалости. - Она улыбнулась, но в её глазах мелькнула игривая искорка. - Только, пожалуйста, постарайтесь не устроить хаос в магазине «Все для Квиддича» как в том году. Дайте Люпинам спокойно закончить их дела. - Это был не хаос! - Тут же воскликнул Джеймс с наигранным возмущением. - Это был… спонтанный полёт демонстрационных бладжеров в целях изучения их аэродинамических свойств! - Именно. - С абсолютно серьёзным видом поддержал его Сириус, поднимая палец. - Научный эксперимент. За который нас, между прочим, не похвалили, а выгнали. Совершенно не ценят любознательность молодых умов. - Молодые умы. - Фыркнула Ариадна, убирая свою чашку. - Которые потом полчаса уворачивались от разгневанного продавца и собирали перья по всему магазину. Я до сих пор нахожу их в своей сумке. - Но нам обязательно нужно в этот магазин. Надо купить все необходимое, я же теперь капитан сборной Гриффиндора! - Воскликнул Джеймс, гордо выпячивая грудь. - Мы в курсе, Сохатый. Ты безостановочно говоришь об этом, с момента, как нам утром пришли письма из школы. - Фыркнул Сириус с усмешкой смотря на друга. - А уже почти ночь. Юфимия засмеялась, включив магией воду в раковине, чтобы помыть посуду. - Надеюсь, в этом году ваши эксперименты ограничатся выбором нужного размера мантии и проверкой остроты новых перьев. А теперь, раз уж завтра такой важный день, всем - по кроватям. Ари, ты напишешь Римусу, чтобы договориться о месте встречи? - Конечно мам, сейчас отправлю ему сову. Сладких снов. - Поцеловав маму в щеку, Ариадна поспешила в свою комнату. - А нам спокойной ночи пожелать? - Крикнул ей в след Джеймс и не получив ответа фыркнул. - Брат для нее пустое место. - Хватит ворчать, Поттер, идем уже. Спокойной ночи. - Сириус уже толкал Джеймса в спину к лестнице, но сам обернулся и тепло улыбнулся Юфимии. - Спокойной ночи, мальчики. Спите хорошо. - Мягко ответила она, гася свет на кухне. Тем временем Ариадна, уже в своей комнате, достала перо и пергамент. При свете лампы её лицо было сосредоточено. Она быстро набросала короткое письмо Римусу, договорившись встретиться у банка Гринготтс ровно в одиннадцать. Отправив письмо с маленькой совой, которая ждала на подоконнике, она подошла к двери, выглянув в коридор. Из-под двери в комнату мальчиков пробивалась узкая полоска света и доносились приглушённые голоса – Джеймс что-то с жаром доказывал, а Сириус изредка вставлял насмешливые комментарии. Ариадна улыбнулась. Тихо выскользнув из комнаты она подошла к комнате парней и тихонько постучав два раза, открыла дверь и прошла внутрь. - Отправила письмо? Где и во сколько завтра встретимся? - Джеймс тут же начал заваливать сестру вопросами. - Все я отправила. Завтра в одиннадцать у банка Гринготтс. - Ответила Ари садясь на кровать брата и откидываясь спиной на стену. - Отлично! Встать конечно придется рано... Но день завтра обещает быть веселым. - Джеймс развалился на кровати, закидывая ноги на колени сестры. - Главное, чтобы завтра не было так жарко, как сегодня. - Сириус стянул футболку через голову и так же, как и Джеймс, завалился на свою кровать, закидывая руки за голову. - До сих пор жарко, невозможно уже. - Он повернул голову, наблюдая, как Ари пытается спихнуть ноги брата со своих. - Джеймс, убери свои грязные ноги. - Проворчала она, но беззлобно, слишком уставшая для серьёзного сопротивления. - Они не грязные, я мылся! - Парировал Джеймс, но всё же убрал ноги, перевернувшись на бок. Комната погрузилась в тишину и никто не спешил нарушать ее. - Не хочу уходить... Не смотря на весь ваш срачь у вас тут... уютно. - Тихо сказала Ари, окидывая комнату взглядом. Сириус внимательно посмотрел на нее и неожиданно поднялся с кровати. - Вставайте. - Сказал он, подходя к кровати Джеймса и вытаскивая из под его головы подушку. - Эй! - Взвыл Джеймс, но Сириус его уже не слушал. - Малыш, принеси все одеяла, подушки и пледы из своей комнаты. - Мягко сказал Сириус, стаскивая со своей кровати одеяло. - Зачем? - Непонимающе смотря на друга, спросила Ари. - Увидишь. Просто принеси. - Хитро улыбнулся Бродяга и Ариадна заторможенно кивнув, поспешила в свою комнату. - Что ты делаешь? - Сохатый встал с кровати, недоуменно смотря на то, как Сириус расстилает на полу одеяла и бросает туда же подушки. - Думаю, даже если бы мы сдвинули кровати, места было бы маловато. А на полу в самый раз и не так жарко будет. - Сириус уже расчищал пространство между кроватями, сдвигая разбросанные вещи ногой. Вернулась Ариадна, нагруженная одеялами и подушками. Увидев приготовления, она всё поняла. Улыбка медленно растянулась на её лице. - Гениально. - Прошептала она. Втроём они быстро соорудили на полу огромное, мягкое «гнездо». Воздух в комнате действительно был спёртым и горячим, но здесь, внизу, от деревянных досок веяло приятной прохладой. Джеймс, позёвывая, плюхнулся первым, заняв один край. - Ладно, признаю, идея не лишена смысла. - Пробормотал он, утыкаясь лицом в прохладную наволочку. Ариадна устроилась посередине, укутавшись в свой лёгкий плед. Сириус погасил свет и лег с другой стороны, оставив между ними небольшое, но ощутимое пространство. Комната погрузилась в темноту, нарушаемую только полоской лунного света из окна. Тишина стала густой и уютной. Было слышно только их дыхание и далёкое стрекотание сверчков. - Спокойной ночи. - Уже засыпая пробормотал Джеймс. - Спи, Сохатый. - Тихо отозвался Сириус из темноты. Ариадна лежала на спине, глядя в потолок, где лунный свет рисовал дрожащие узоры. Прохлада пола действительно была спасением, а уютное «гнездо» из одеял и подушек создавало ощущение невероятной безопасности. - Не спится? - Почти беззвучно спросил Сириус. Его голос в темноте казался ближе и мягче. - Немного. - Так же тихо призналась Ариадна. - Мысли всякие. Она услышала лёгкий шорох. Сириус повернулся на бок, лицом к ней. В серебристом свете она смутно видела очертания его профиля. - О чём? - Спросил он, и в его тоне не было обычной насмешки, только спокойный интерес. - О завтра. О новом учебном году. О том, что будет после… - Она не стала договаривать. Оба знали, о чём речь - о тревожных заголовках в газетах, о напряжении, которое витало в воздухе. - Не надо. - Мягко, но твёрдо сказал он. - Не сегодня. Сегодня - только это. Пол, прохлада, мы трое. Всё остальное подождёт до утра. Он протянул руку, через небольшое пространство разделяющее их и поправил край ее пледа. Его пальцы на мгновение коснулись её руки. Прикосновение было лёгким, как дуновение, но от него по коже побежали тёплые мурашки. - Спасибо. - Снова прошептала Ариадна. Не только за плед. - Не за что. - Так же тихо ответил он. И вместо того чтобы убрать руку, он осторожно, будто боясь спугнуть, накрыл её ладонь своей. Его пальцы были тёплыми и слегка шершавыми на ощупь - от полётов на метле, от шалостей, от лета. Они не сжимали её руку, а просто лежали сверху, предлагая утешение и связь. Ариадна замерла. Все посторонние мысли - о завтрашнем дне, о газетах, о тревожном будущем - разом улетучились, оставив лишь это простое, ясное ощущение тепла и спокойствия. Она не отдернула руку. Наоборот, её пальцы слегка дрогнули, а затем расслабились под его ладонью. С другой стороны Джеймс мирно похрапывал легонько подергивая ногой. Сириус не сказал больше ни слова. Не было нужды. Всё, что он хотел сказать - «я здесь», «всё в порядке», «ты не одна» - уже было передано в этом простом жесте. Его большой палец слегка провёл по её костяшкам - один раз, дважды, успокаивая. Ариадна перевернулась на бок, лицом к нему, не разрывая контакт. В полумраке она видела, как он улыбается - не своей обычной озорной ухмылкой, а чем-то более мягким, более личным. - Спи. - Наконец прошептал он. Она кивнула, её веки наконец стали тяжёлыми. Перед тем как погрузиться в сон, она сжала его пальцы в ответ - один короткий, твёрдый импульс, который означал и «спасибо», и «и ты тоже». И засыпая, она чувствовала, как его рука всё ещё лежит на её, давая почувствовать, что она не одна.