Где она!?

Сириус остался стоять, словно прикованный к холодному камню башни. Звук её шагов затих, растворился в ночном шепоте замка, а он всё ещё не мог сдвинуться с места. Слова Ари висели в воздухе, как ядовитый дым, и каждый вдох обжигал ему лёгкие. «Я тебе не сестра, Блэк. Никогда не была сестрой и никогда ей не буду.» Он повторил про себя эти слова, и они, наконец, обрушились на него всей своей тяжестью. Всё, что он считал незыблемым, удобным, безопасным - рухнуло в одно мгновение. Его лучшая подруга. Его малыш. Его Ари. Он всегда думал об этих определениях как о щите. Щите, который защищал его от чего-то большего, чего-то пугающего и неизведанного. От той бури, что бушевала в нём самом каждый раз, когда он видел её смех. От того странного сжатия в груди, когда она касалась его руки. От желания не просто защищать её, а быть для неё единственным. Он загнал эти чувства в узкую, удобную клетку под названием «дружба» и думал, что так и должно быть. Но сейчас эта клетка треснула, и наружу вырвался дикий, настоящий ужас. Он её потерял. Не в физическом смысле. Она была где-то там, в замке. Но та Ари, которая смотрела на него с безграничным доверием, которая искала его взгляд в толпе, которая засыпала на его плече - та Ари только что ушла. И ушла навсегда. Он сам, своими собственными, глупыми, трусливыми словами, вынудил её уйти. - Идиот. Самый настоящий, безнадёжный идиот. - Прошептал он в холодную ночную тишину. Он называл её сестрой, потому что боялся. Боялся той силы, которую она имела над ним. Боялся разрушить то, что было между ними. Боялся быть уязвимым. И в своей трусости он сделал именно то, чего так опасался - разрушил всё. Сириус сжал кулаки так, что ногти впились в ладони. Где-то внизу, в глубине замка горел свет в гриффиндорской гостиной. Там была его команда, его друзья, его обычная веселая жизнь. Но теперь она казалась ему пустой и плоской, как театральная декорация. Ему нужно было что-то делать. Но что? Бежать за ней? Упасть на колени и молить о прощении? Сказать всё, что он так тщательно скрывал? Страх снова сжал его горло. Но на этот раз это был страх не перед чувствами, а перед вечной пустотой, которая теперь зияла на месте Ариадны в его мире. Он медленно, будто каждое движение давалось с огромным трудом, разжал онемевшие пальцы и посмотрел на тёмный силуэт замка. Где-то там была она. Одинокая, обиженная и, наверное, тоже напуганная. «Хватит с меня». - Сказала она. Эти слова жгли сильнее любого заклинания. Сириус Блэк, всегда такой уверенный и безрассудный, стоял на башне совершенно разбитый, наконец-то увидев всю правду. И правда эта была ужасна, проста и неотвратима: он влюблён в свою лучшую подругу. И, возможно, уже безвозвратно её потерял.

***

Ариадна неслась по пустынным коридорам Хогвартса так, как будто за ней гнались дементоры. Она не чувствовала усталости - только невыносимое сжатие в груди, жгучую пустоту за глазами и гулкое эхо собственных шагов, которое пыталось заглушить голос Сириуса: «Ты … ты моя лучшая подруга. Моя … сестрёнка». Она бежала от этих слов. От глупости, от боли, от собственной наивности. Бежала, чтобы не разбиться на куски прямо здесь, в холодных стенах замка. Ветер свистел в ушах, сбивая дыхание. Она свернула в знакомый потайной проход, выскочила к боковым дверям, ведущим к теплицам, и рванула дальше, в сторону, откуда веяло сыростью и свободой. Трава на склоне к озеру хлестала по ногам. Лунный свет, холодный и беспощадный, заливал всё вокруг, превращая мир в чёрно-серебристую гравюру. Ари спотыкалась о кочки, не замедляя шага. Она не думала о запретах, о том, что ночью студентам не положено быть на территории. Ей нужно было бежать. Туда, где нет этих стен, этих портретов, этих воспоминаний. И вот он - край. Чёрная, непроглядная стена древних деревьев. Запретный лес. Воздух здесь пах по-другому: влажной землёй, гниющими листьями, дикой, незнакомой жизнью. Тишина была густой, звенящей, полной шепота листвы и далёких, непонятных шорохов. Ариадна остановилась, опираясь руками о колени, и наконец позволила себе задыхаться. Слёзы, которые она сдерживала на башне и всю дорогу, хлынули горячими потоками. Её тело трясло от рыданий, звук которых был таким жалким и слабым на фоне огромного, безразличного леса. Сестрёнка. Это слово резало изнутри. Вся нежность, все эти годы доверия, все украденные взгляды и счастливые моменты - всё это он упаковал в одно удушающее, родственное слово. Боль переполняла её. Она чувствовала, как она разрывает её изнутри, как не помещается в человеческой коже. Ей хотелось кричать, рвать, бежать ещё быстрее, но ноги подкашивались. И тогда, в отчаянии, её разум ухватился за единственный знакомый якорь. Она выпрямилась, вытерла лицо рукавом мантии, но слёзы не прекращались. Глубокий, прерывистый вдох. Она зажмурилась, сосредоточившись не на боли, а на образе. На силе. На тишине. На звере, который не плачет, а рычит. Которому чужды эти глупые, человеческие терзания. Превращение прошло не так, как всегда - плавно и под контролем. Оно нахлынуло волной, стремительной и болезненной, будто её выворачивало на изнанку. Кости сжались и перестроились с тихим хрустом, кожу жгло, пока она покрывалась короткой, густой шерстью. Зрение стало острее, чётче, мир окрасился в оттенки серого и зелёного. Звуки - каждый шорох, каждый хруст ветки за полмили, обрушились на неё лавиной. Боль, та душевная, разрывающая агония не исчезла, но изменилась. Она сжалась в тугой, горячий клубок под ребрами, превратилась в напряженные мышцы, в оскал, в желание броситься в темноту и бежать, пока хватит сил. Где секунду назад стояла хрупкая девушка, теперь, припав к земле, лежала пума. Большая кошка цвета тёмного мёда и ночной тени. Глаза, ещё минуту назад полные слёз, теперь светились в темноте холодным огнём. Из её горла вырвался низкий, вибрирующий звук - не рык, а скорее стон ярости и отчаяния, смешанных воедино. Она оттолкнулась мощными задними лапами от земли и ринулась под сень деревьев. Теперь её бег был другим - не бегством обезумевшего человека, а стремительным, грациозным, смертельно тихим скольжением тени между стволами. Ветви хлестали по бокам, земля мягко пружинила под лапами. Она не думала о направлении, просто мчалась вглубь, в самую чащу, где темнота была абсолютной, а тишина - её единственным собеседником. Звериная сущность на время заглушила человеческую боль, заменив её чистыми, простыми инстинктами: движение, дыхание, бдительность. Она была силой, скоростью, скрытностью. Она была свободной. И в этой свободе, в этом мощном теле, было своё, животное утешение. Здесь, в лесу, под покровом ночи, ей не нужно было быть Ариадной Поттер, влюблённой дурой, получившей отказ. Она могла быть просто хищником. Просто тенью. Просто болью, вырвавшейся на свободу в виде зверя. Она замерла на поляне, залитой холодным лунным светом. Её мощные бока тяжело вздымались, пар от дыхания клубился в морозном воздухе. Звериная ярость и энергия бега начали понемногу отступать, уступая место глухой, животной усталости, которая накрыла её с головой. Ноги подкосились. Она медленно опустилась на мягкий ковер из листвы и мха. Сделала несколько неуверенных кругов на месте, инстинктивно устраивая лежбище, и наконец свернулась калачиком, поджав мощные лапы и укрыв нос пушистым хвостом. Светящиеся глаза ещё некоторое время блуждали по опушке, сканируя темноту на предмет опасности. Но лес вокруг был тих, лишь изредка потрескивали ветки и где-то далеко ухала сова. Запахи - сырой земли, хвои, своей собственной шерсти - убаюкивали. Гул человеческих мыслей, та острая, режущая боль от слов Сириуса, в зверином сознании притупилась, превратилась в смутный, тёплый комок тревоги где-то глубоко внутри. Это было терпимо. Это можно было переждать. Её веки начали тяжелеть. Последнее, что она увидела перед тем, как сознание начало уплывать, - это одинокая, яркая звезда, мерцавшая в просвете между чёрными ветвями.

***

Джеймс метался из стороны в сторону, словно раненый зверь в клетке. В гостиной гриффиндора уже давно опустело. Остались только двое парней, нервно проверяющие кусок пергамента, на котором была изображена карта замка. - Хватит мельтешить, Джеймс! Успокойся и сядь уже! - Неожиданно рявкнул Люпин, нарушая тишину гостиной. - Успокоиться!? Её нет на карте! Сейчас ночь! Куда она могла деться!? И почему Сириус уже столько времени сидит на этой Астрономической башне? - Начал сыпать вопросами Поттер, зарываясь пальцами в волосы. - Что у них за привычка, каждый новый учебный год начинать с ссоры? - Взвыл он. - Это уже как традиция. - Буркнул Люпин. - Кстати Сириус уже подходит к гостиной, так что сейчас всё у него и узнаешь. Сириус вошел в гостиную и его вид заставил даже Римуса на мгновение замереть. Блэк всегда был эталоном беззаботной уверенности, но сейчас он казался призраком самого себя. Лицо осунулось, волосы обычно столь небрежно-идеальные, были взлохмачены, а в глазах стояла пустота. - Где она!? - Сразу же набросился на него Джеймс, схватив его за плечи и встряхнув. - Что ты ей сказал!? Почему её нет на карте? - Её нет на карте? - Прохрипел Сириус, подняв взгляд на друга. - Я думал она ушла в гостиную. - Её нет, а это значит она либо в Выручай комнате, либо в запретном лесу! Что ты ей наговорил, Блэк? - Взревел Джеймс, вновь встряхнув друга. - Я-я, я сказал что она моя подруга ... мл-младшая сестра ... - Выдавил из себя Сириус, и на его лице появилась гримаса боли, будто от физического удара. Джеймс замер, смотря на него с удивлением и ужасом. Затем он медленно отпустил Блэка, отшатываясь от него на шаг. - Ты ... Ты ... - Ты идиот, Сириус. - Встрял в разговор Люпин. - Мне кажется все уже видели то, что вы нравитесь друг другу. Все кроме тебя. - Я ... Я понял это только сейчас. - Раненой собакой проскулил Блэк. - Я ... Джеймс не дал ему договорить. Сжатый кулак со свистом рассёк воздух и со всей силы врезался Сириусу в челюсть. Тот даже не попытался уклониться. Он принял удар, падая на пол и прижимая руку к окровавленной губе. - Ты понял? Ты ПОНЯЛ? - Джеймс навис над ним, трясясь от ярости. - Она одна непонятно где, потому что ты, идиот, оказался самым большим трусом из всех нас! Строишь из себя крутого парня, ЛОВЕЛАСА! А сам испугался своих же чувств! Не смог признаться в этом даже самому себе! - Джеймс, хватит! - Римус вклинился между ними, упираясь ладонями в грудь Поттера. - Драка сейчас ничего не решит! - Зато поможет мне выпустить пар! Давно пора было набить ему морду. Я ЕГО ПРЕДУПРЕЖДАЛ, ЛУНАТИК! - Пытался прорваться мимо Люпина, Поттер. - Я предупреждал его, чтобы он не смел с ней играть! Я ... - А ну тихо! - Раздался с лестницы раздраженный голос Лили Эванс. - Вы чего разорались тут? Время ночь, перебудите сейчас весь факультет! Лили стояла на последней ступеньке женской лестницы, закутавшись в клетчатый халат, поверх пижамы. Её рыжие волосы, вспыхивали медными искрами в свете камина. Она молча сошла вниз, её взгляд скользнул по Сириусу, сидящему на полу с окровавленной губой, по Римусу, всё ещё удерживающему Джеймса, по самому Джеймсу, чьи кулаки всё ещё были сжаты. - Что вы здесь устроили? И где Ариадна? Я думала она с вами? - Лили осмотрела гостиную, взглядом ища подругу. - Не из-за неё ли вы драку устроили? Ей это не понравится, Поттер. - У Сириуса спроси, где Ариадна. - Огрызнулся Поттер, заставляя Лили удивленно на него посмотреть. До этого он ни разу не позволял себе разговаривать с ней в таком тоне. - Объясните спокойно, что случилось? Римус? - Эванс решила обратиться к тому Мародеру, кто по её мнению был самым адекватным и спокойным в этой компании. Люпин тяжело вздохнул, отходя от Джеймса и переводя взгляд на Лили. - Сириус ... Он облажался ... - начал Люпин, но был перебит Джеймсом. - Это еще мягко сказано. - Прорычал Поттер. - Как можно быть ... - Заткнись, Поттер, я не с тобой сейчас разговариваю. - Хмуро посмотрела на него девушка. - Продолжай Римус. Что Блэк опять натворил? - Что значит опять? - Начал было возмущаться Сириус, но быстро замолчал поймав недовольные взгляды друзей. - Он обидел Ари. - Продолжил Лунатик. - Сильно обидел ... И Ари куда-то убежала. Ее нет в замке, мы не знаем где она. - Откуда вы знаете, что её нет в замке? - Лили переводила взгляд с Римуса на Джеймса и обратно. - Хогвартс огромен, малоли где она может быть. Может вы разминулись где-то. Джеймс и Римус обменялись быстрым взглядом. Сириус, всё ещё сидевший на полу, уткнулся взглядом в паркет, словно надеясь, что его поглотит щель между досками. - Ну? - Надавила Лили, скрестив руки на груди. - Если вы знаете, где она, или знаете, где её НЕТ, сейчас же говорите. Или я иду к профессору МакГонагалл. Сейчас, среди ночи. - Ладно, ладно! - Сдался Джеймс, проводя рукой по волосам. Он поднял с дивана сложенный лист пергамента. - Смотри. Но если проболтаешься, мы все умрём в долгих и мучительных пытках. - Что это? - Скептически спросила Лили, разглядывая невзрачный, на первый взгляд, клочок бумаги. - Карта Мародеров? - Прочитала она название, хмурясь в недоумении. Джеймс развернул пергамент, заставляя Лили ахнуть. - Это ... Это карта всего Хогвартса. - Прошептала она, пораженная. - Это имена? Тут отображаются все кто находится в замке? - Спросила она, разглядывая колеблющуюся чернильную надпись со своим именем, которая находилась в гостиной гриффиндора. - Вы сами это сделали? - Да. - Кивнул Римус. - И это наша самая большая тайна. Потому что если кто-то из преподавателей узнает ... В общем, ты поняла. Лили кивнула, не отрывая глаз от карты. Её взгляд быстро пробежал по знакомым коридорам, лестницам, башням. Она искала одно имя. - Ариадны ... действительно нет. Нигде внутри замка. - Она посмотрела на карту шире, охватывая территорию школы. - Здесь есть все кабинеты, коридоры? Может нет какой ни будь ниши или скрытой комнаты? - Здесь нет Выручай комнаты и Запретного леса. Гостиной Слизерина тоже нет, но вряд ли она там. - Сказал Джеймс, взлохмачивая свои волосы. - Выручай комната? Что это? - Удивленно спросила Эванс. - Комната на восьмом этаже, которая появляется, если три раза пройти мимо стены и представить помещение, которое тебе необходимо. - Объяснил Римус. - Но если Ари там, мы не сможем войти, если она не захочет. - А если её там нет? - Вступил в разговор Сириус, наконец поднимаясь с пола. - Значит она в запретном лесу ... - Мрачным, низким голосом произнес Джеймс. - Начнем с Выручай комнаты, будем надеяться что она там. - Я пойду с вами. - Уверенно заявила Лили, не дав сказать и слова, собиравшемуся возмутиться Джеймсу. - Она моя подруга! Так что я иду с вами и не спорь, Поттер. Джеймс несколько секунд молча смотрел в глаза Лили, затем недовольно фыркнул, закатывая глаза. - Хорошо. Но ты должна пообещать, что чтобы ты не увидела, ты никому об этом не расскажешь. Договорились? - Договорились. Ну, мы идем? - Передавая карту в руки Римуса, с энтузиазмом спросила она. - Сейчас, только схожу за мантией. Бродяга, ты ... - Джеймс не успел договорить, когда Сириус поднял на него уверенный взгляд. - Я иду. - Твердо сказал он, получив в ответ кивок друга. Сохатый быстро сбегал в комнату, возвращаясь с мантией невидимкой в руках. - Что это? - Опять спросила Лили. - Мантия невидимка. - Накиывая мантию на плечи девушки сказал Поттер. - Вы с Римусом пойдете под ней. Боюсь что все четверо мы не поместимся. Если нас с Сириусом поймают, это будет не так катастрофично, как если поймают двух старост гриффиндора. Не спорь, Лунатик. - Не дал он возмутиться Люпину. - Мантия невидимка? Откуда она у тебя? Я думала они есть только у мракоборцев. - Восхищенно ахнула девушка. - Досталась от отца. - Коротко ответил Джеймс. - Идем сначала на 8 этаж. Надеюсь ни на кого не наткнёмся. Надо внимательно смотреть по карте. Проверяем выручай комнату, дальше решаем по обстоятельствам. - Скомандывал Джеймс и все согласно кивнули. Лили с Римусом исчезли под мантией невидимкой, Джеймс взял карту, проверяя свободны ли коридоры. Сириус же, не дожидаясь остальных, вышел из гостиной, спеша на восьмой этаж.