Часть 13

Несмотря на короткий сон, к тому же беспокойный из-за массы впечатлений и приятных томлений, ты проснулась, полная свежести и сил, в которых так нуждалась. Всё вокруг словно преобразилось: краски стали ярче, мысли легче. Тоска и сомнения отступили. Вот человек, с которым не приходилось взвешивать каждое слово. Вадим был потрясающим собеседником. В лёгком, но захватывающем диалоге ты узнала столько, сколько от Антона Викторовича, наверное, не услышала бы за пару лет. Ты с особым рвением цеплялась за любые семейные истории, в которых говорилось не только о твоём новом знакомом. Две противоположности. Всё, что объединяло этих сильных и успешных мужчин — бизнес и кровь. В остальном они были антонимичны. И Вадим при любой возможности это подчёркивал. Похоже, ему не давало покоя, что знакомство с семьёй ты начала со старшего из братьев. И хотя все действия историка, о которых он знал, — пара вежливых предложений подвезти тебя до общежития, Вадим явно не привык к раскладу доедать за кем-то. Нет, какие же они всё-таки разные… Антон Викторович — обтекаемая и изысканная классика-Ауди; чёрный цвет; минимализм и порядок; чёрный крепкий кофе. Вадим Викторович — внушительная геометрия Ленд Ровера из серии Дефендеров; глубокий синий; обаятельный хаос и масса брендовых новинок; арбузный фреш с порцией алкоголя. Младшего наследника династии Сазоновых (ты, наконец, узнала священную фамилию) ничуть не смущало греховное закулисье его заработка. Ему вообще не свойственно было стыдиться и сомневаться. Он был стремительным потоком, который несётся по воле своих желаний. Сейчас таким желанием стала ты. И тебе нравилось чувствовать это. Хотя страх опалить крылышки ещё теснил грудь. Не будем застревать в описании школьного дня и двух уроков английского. От оповещений, бомбардирующих твой смартфон, не было передышки. Ты упивалась новым вихрем нон-стоп общения. Вадим присылал кучу живого контента. От кружочков «за рулём» до кофе с протеиновыми батончиками, которые он взял по пути на работу. Всё это заряжало и питало тебя. Тем временем близился вечер. Вот-вот должен был начаться чёрно-белый бал. Ты подготовилась к нему изумительно. Полупрозрачная чёрная блуза, сквозь которую соблазнительно обозначался кружевной бра. Чёрные шёлковые брюки скрывали аппетитные формы, заставляя проявить фантазию. Белоснежные кроссовки были созданы для танцпола. Лёгкими волнами рассыпались шелковистые волосы. Зря ты, конечно, так со своими учениками. Им ведь ещё слушать, как ты объясняешь Present Perfect. Вряд ли после субботнего бала они смогут сосредоточиться на грамматике. Однако в последнее время ты начала ловить определённый кайф от… беспощадного поведения.

***

Собирая взгляды и пополняя копилку трофеев, ты уверенно двигалась по актовому залу, то находя, то теряя меня. Телефон уже приклеился к твоим рукам: Вадим писал часто и живо. Когда он в третий раз пошутил, чтобы ты «держалась Антона Викторовича», который «защитит тебя от пубертатных подростков», женская интуиция деликатно подсказала, в чём дело. Похоже, кое-кто не находил себе места, зная, что на школьной тусовке ты оказалась с его старшим братом, а он — за скобками. Конечно, Вадим был уверен в правильном Антоне Викторовиче, который так легко дал ему зелёный свет. Казалось, путь свободен, и у историка нет на тебя планов. И всё-таки что-то тут было нечисто. Чутьё подсказывало Вадиму, что не стоит тебе слишком часто оставаться с его старшим братом наедине. Вот и ты после нескольких шуток осознала: твой собеседник видит в Антоне Викторовиче… соперника. Эти мальчишеские попытки подтолкнуть тебя к нему... Если бы он только знал, что вы с его старшим братом сталкивались гораздо ближе, чем позволяют школьные коридоры. Но ты не хотела усложнять и без того запутанную ситуацию. По неведомым тебе причинам, желание поиграть испарилось. Поэтому ты забилась в самый тёмный уголок актового зала и углубилась в сообщения. Которых, кстати, нащёлкало уже 10 штук. Да, кое-кто явно был на иголках. В одном из сообщений Вадим недвусмысленно намекал, что мог бы приехать и разгрузить тебя, помочь в слежке за школьниками. Ещё он скинул несколько фотографий из машины. Эта спонтанная традиция создавала между вами покалывающую иллюзию присутствия. Ты решила, что ответный фото-отчёт поможет немного сгладить напряжение. Оглядевшись, ты приготовила камеру, решив по-быстрому отстреляться. Полумрак сгладит следы спешки, и тебе не придётся ничего ретушировать. Ты уже начала настраивать рабочий ракурс, как сзади кто-то насмешливо тебя окликнул. От неожиданности и неловкости ты чуть не спустила курок на смартфоне. Конечно, это был он. Кстати, что будем делать с тем, что это местоимение заставило тебя сейчас подумать о двоих сразу? 🤔 И то лишь потому, что третьего ты в школу пока не приглашала. Ладно, проехали. Лёгкий запах вина (значит, минимум два бокала) чуть опередил своего обладателя. Лицо Антона Викторовича было непривычно расслабленным и немного нахальным (а вот это неожиданно). — Помочь? — издевательская ухмылка, — Мне брат столько селфи от своих… дам пересылал, — Антон Викторович выразительно присвистнул, — Поверь, у него большая насмотренность. Тебе надо постараться. А тут свет плохой, — твоё возмущённое лицо с надутыми губками ответило красноречивее любых слов. — Всего второй раз вижу вас выпившим, а уже столько неприятных ассоциаций, — ты решила бить в солнечное сплетение. И не ожидала, что это… сработает? Кажется, ты бы за радость отмотала время назад, чтобы просто обиженно промолчать. Но сказанного не воротишь (пора бы нам серьёзнее отнестись к этой мудрой аксиоме). Просканировав тебя тёмным взглядом, Антон Викторович сурово нахмурился и отошёл. Вспомнив о прочитанных и не отвеченных сообщениях, ты вновь нырнула в Телеграм. За время вашей экспресс-перепалки с Антоном Викторовичем высветилось ещё одно уведомление от Вадима: «Знаешь, я всё-таки заскочу к вам на огонёк. Ужасно соскучился по брату)». В этот момент было безоговорочно решено прибегнуть к спрятанной в учительской текиле. Ты отыскала меня в самый нужный момент. Нам обеим было просто необходимо алкогольное топливо, чтобы не покончить с собой или не прикончить кого-то другого. Ты направила нас к старой доброй учительской, где мы, шумно выдыхая перед каждым глотком, заправлялись обжигающей целебной жидкостью. Подзарядившись, мы устремились на звук. Кажется, зал сотрясался от какого-то качающе-крутого танцевального трека. Настал наш звёздный час. Каждым движением заставляя всё больше подростков потеть, ты с чувством удовлетворения решила, что пора передохнуть и позволить своим зрителям остыть. Тщетно ища глазами Данила и вспоминая стильную Тоню, ты уже запустила цепочку текильно-обвинительных мыслей. Наверняка забились в туалет или целуются в тёмном углу под лестницей… Между прочим, ты ошибалась. В этот самый момент Данил тупил за приставкой, пуская в потолок кольца пахучего дыма. Початая банка пива (вторая по счёту) оказала приятный анестезирующий эффект и вытолкнула из головы последние мысли о тебе. Личку старшеклассника оккупировали назойливые сообщения: одноклассницы и их подруги уговаривали «Даню» прийти на вечеринку, обещая весёлый вечер и алкогольную заначку. Но ласково щёлкала жестяная клавиша на очередной банке пива, и сообщения оставались непрочитанными. Тем временем ты, подогреваемая текилой, отправилась на поиски, чтобы застукать не идущего из головы выпускника. Возможно, подсознательно ты даже хотела застать его в объятьях Тони. Это помогло бы исключить хоть одного человека из твоего горе-списка и путаных мыслей… Но розыск не дал результата. Кажется, жизнь кипела только в актовом зале. Сумрачные коридоры безмолвствовали. Разочарованная, ты поспешила обратно к музыке и приятному жару тесного помещения. Но там тебя ждал весьма… неоднозначный сюрприз. Крепись, дорогая. В зале стало на одного Сазонова больше. Два потрясающих мужчины. Такие разные, но одинаково сексуальные. Они стояли, прислонившись к стене, у каждого в руке банка энергетика, и сдержанно беседовали. Они ещё не успели заметить тебя и твоё опешившее выражение лица. Вообще я против читов, но в этот раз без взлома системы не обойтись. Поэтому, так и быть, передам тебе отрывок их диалога, который прервало твоё обжигающее появление. — Старина, ты уже напрягаешь, — Вадим был раздражён и понемногу закипал, — Я не понимаю твоей просьбы. Реально не понимаю. — Что именно в просьбе отвезти её до общежития тебе непонятно? Ты просил контакты, я помог, — Антон Викторович сделал большой глоток непривычного напитка и поморщился, — Теперь ты выполни мою простую просьбу. У неё закончится практика — и пожалуйста. Можешь показать себя во всей красе и возить её по всем самарским пятизвёздникам. Но сейчас будь добр соблюдать уговор. Не надо ошиваться возле моей школы и плести здесь свою паутину. — Ещё немного, и я начну думать, что у тебя тут личный интерес… — на этой реплике и появилась ты. Твоё удивление было сглажено алкоголем, поэтому ты выглядела просто… слегка запыхавшейся. Такой растрёпанной и желанной. — Я помешала? — ты старалась держаться насколько возможно раскованно, находясь между коллегой, с которым чуть не занялась сексом, и его младшим братом, вероятно, работавшим над тем, чтобы его опередить. Мужчины наперебой убедили тебя, что ты как раз вовремя. Вопреки твоим опасениям, вы отлично проводили время втроём. Братья шутили (пускай и соревнуясь), а ты от души хохотала, ловя себя на мысли, почему нельзя «оставить себе обоих»… Заиграл old, but gold гимн ночной жизни Самары. Горячая, вкрадчивая Lordly зазмеилась по залу. Вадим артистично скривился в сторону брата. — О, это как раз для клубных ветеранов. Давай, не стой столбом, одиннадцатиклассница сама себя не пригласит — ты усмехнулась и тепло улыбнулась «шутнику», поощрив его выходку. Антон Викторович тоже усмехнулся, но энергию на очередной баттл решил не тратить. Вместо этого он перевёл тему на финансовый отчёт, которым занимался Вадим, и в котором нашлись нестыковки. Недовольно морщась и обаятельно закатывая глаза, Вадим Викторович всё же потянулся за айфоном, чтобы показать какой-то скрин. — Блять. У тебя в кабинете можно зарядить? — ты перевела взгляд с Вадима на Сазонова старшего и… заметила на лице второго мелькнувшую эмоцию удовлетворения. — Ага, лови. Только не задерживайся там. Не хватало, чтоб тебя заметили, — Антон Викторович кинул Вадиму ключи, и тот ловко поймал их, звякнув брелоком. Недоверчиво покосившись на вас и, вероятно, прикинув в уме, сколько займёт путь туда-обратно, Вадим, которому вдруг стало не до шуток, незаметно вышел из зала. Вы с Антоном Викторовичем остались один на один, оба попадая в капкан грешных мыслей. В этот момент композиция уже сменилась на «Лети-Лети» Джоззи. Куплет заставил вас посмотреть друг на друга куда пристальнее, чем вы могли позволить себе при Вадиме:

«Лети-лети, лети-лети наверх,

Нетронутые губы, слёзы, ультрафиолет,

Пьяная любовь, голая она,

Я не знаю, кто ты, но останься до утра…»

— Похуй, иди сюда, — ты не успела опомниться, как твоя ладонь оказалась в тёплом и крепко сжатом кулаке Антона Викторовича. Он резко потянул тебя к экстренному выходу, за которым оказалась маленькая каморка с коробками и запасными стульями. Ты моментально оказалась на одном из них, а над тобой сладкой, томительной угрозой навис он. Порывистая нежность смешалась с пьяной злостью. Он грубовато притянул тебя за шею и поцеловал. Влажно и жадно. Неужели так целуют на прощание?... — Идём, он скоро вернётся. Не будем никому портить вечер, — тяжело дыша, Антон Викторович бросил на тебя последний изучающий взгляд и помог вам незамеченными вернуться в зал. В этот момент ты поняла, что больше не в силах находиться рядом с ними. В тебе закипала лавина эмоций. Вызвав меня, как скорую помощь, ты выложила всю ситуацию и получила спасение. Выдвинутое на консилиуме сообщение было отправлено Вадиму: «чёрт, прости (и извинись перед Антоном Викторовичем), но Соне срочно нужна моя помощь. нас заменят одногруппницы. не теряйте времени. всё-таки сегодня суббота.» Прежде, чем запрыгнуть в такси, ты благополучно отключила телефон — мы предполагали, во что может вылиться ситуация, при которой до тебя дозвонится хотя бы один из Сазоновых…