Том 1. Глава 11. Кубок Эдгара По

      Единственные два урока этого дня тянулся мучительно долго. Солнечные лучи, падающие из высоких окон, манили к свободе, а гул голосов за стенами говорил о том, что подготовка к межобщежитским соревнованиям в самом разгаре.       Я принадлежала к Офелия-холлу — пристанищу оборотней, вампиров и экстрасенсов, — но мысль о том, чтобы выйти на поле и изображать командный дух, вызывала у меня лишь глухое раздражение.       Как только прозвенел звонок, я растворилась в толпе и укрылась в своей комнате, сославшись на внезапное недомогание. Притворяться было неприятно, но необходимо. У меня был важный разговор.       Как только дверь закрылась, а звуки празднества остались снаружи, я набрала знакомый номер. После нескольких гудков в трубке послышался спокойный, мелодичный голос, который был для меня синонимом дома.       — Привет, тетя Фрейя. Ты смогла найти что-нибудь по той информации, что я тебе отправила?       — Привет, дорогая. Да, покопала в архивах и кое-что обнаружила, — ее тон стал деловым, но в нем я уловила нотку тревоги. — И кое-что о природе этого существа. Но, судя по твоему голосу, ты и сама не сидела сложа руки.       — Да, я выяснила, кто скрывается под этим обликом, — подтвердила я, глядя в окно на суетящихся внизу студентов. — Так что полдела сделано. Но мне нужно понять, что он такое. Откуда берется эта сила, эта ярость.       — Это существо известно как Хайд, — начала Фрейя, и ее слова легли в тишину комнаты точными, отточенными формулировками. — Мутировавший вид изгоев, способный к трансформации в монстра. Ключевое здесь — контроль. Человек становится Хайдом только под влиянием «хозяина», который управляет его превращениями и направляет его ярость. Они непредсказуемы и опасны, их сила не подчиняется природным законам, а целиком зависит от воли того, кто держит поводок. Без хозяина Хайд может даже не подозревать о своей истинной сущности.       Картина начала проясняться, обретая четкие и безрадостные очертания. Так вот почему тот монстр в лесу казался одновременно и яростным, и несчастным.       — Но я читала, — осторожно вставила я, — что если оборотень, нуждающийся в хозяине, находит свою пару, то эта пара и становится его новым якорем. Работает ли это с Хайдами?       — Безусловно, — без колебаний ответила Фрейя. — В своей основе они остаются оборотнями, а значит, подчиняются нашим древним законам. Связь с предназначенной парой может разорвать оковы старого хозяина и стать для него новой точкой опоры.       — Спасибо тебе огромное, — выдохнула я с искренним облегчением. — Ты мне невероятно помогла.       — Конечно, дорогая. Мы же семья, — ее голос смягчился, наполнившись теплом. — А ты наша единственная племянница. Наше самое драгоценное сокровище. Мы всегда на твоей стороне, что бы ни случилось.       — Я вас очень люблю… — прошептала я, чувствуя, как по щеке скатывается предательская слеза. Я смахнула ее и перевела дух. — Кстати, через три недели у нас здесь родительский день. Приедет только мама, да?       — Да, — подтвердила Фрейя, и в ее голосе я почувствовала легкую горечь. — Остальных… знают в лицо слишком многие. А тебе, Хоуп Майклсон, пока нужно оставаться в тени.       Мои пальцы сами нашли на шее холодный металл кулона с буквой «М». Я сжала его в ладони, ощущая знакомую гравировку.       — Конечно. Передавай всем привет. И скажи маме, что я жду ее как манны небесной.       — Обязательно, милая. Береги себя.       — Пока.       Линия оборвалась. Я опустила телефон и откинулась на спинку кресла, позволив тишине комнаты поглотить себя.       Итак, ты Хайд. Имя, наконец, обрело сущность. Теперь я понимала демона, что прятался внутри Тайлера, и знала, что могу стать его спасением.       Надеюсь, я смогу тебе помочь.       Мои размышления прервал громкий щелчок замка. Дверь распахнулась, и в комнату ворвалась Сияющая Лия.       — Мы победили! Офелия-холл впервые за много лет одержал победу! — ее глаза сияли от восторга, а щеки пылали румянцем.       — Поздравляю, — сказала я, стараясь вложить в голос как можно больше искренности, хотя сама я оставалась равнодушной к этой победе. Я не была создана для таких мест, для этих игр в единство. Здесь, в Неверморе, я всегда чувствовала себя актрисой на сцене, играющей не свою роль. Самая живая часть меня осталась там, далеко, в шумном и пахнущем магнолиями Новом Орлеане, рядом с теми, чья кровь текла в моих жилах.       — А ты как? Чувствуешь себя лучше? — ее голос вернул меня к реальности.       — Что? А, да, нормально, — отмахнулась я.       — Слушай, до Вороньего бала осталось всего две недели! Ты уже решила, кого пригласишь? — в ее глазах читалось неподдельное любопытство и желание помочь.       — Вороний бал? Честно? Не задумывалась, — я пожала плечами, глядя в окно. — Тем более, что перед ним еще этот День Сближения. Узнавай, куда тебя распределили — и иди знакомься с миром смертных. Весело.       — А надо бы! Время летит. Насчет Дня Сближения… Я бы хотела о поездке в Мир Пилигримов, это так атмосферно! А ты?       — Куда угодно, лишь бы подальше от толпы. Или в «Флюгер», — сказала я, и на моих губах появилась легкая улыбка. — Там, по крайней мере, приличный кофе.       — Или один симпатичный бариста, я угадала? — подмигнула Лия, и в ее голосе зазвенел игривый намек. — Может, стоит пригласить его на бал? Сделать его своим рыцарем Вороньего бала?       — Тайлера? — я покачала головой, чувствуя, как щеки начинают предательски розоветь. — Не думаю, что он согласится. Да и… это как-то слишком.       Слишком близко. Слишком лично. Приглашение на такой бал было почти что публичным признанием, а я была не готова ступать на эту зыбкую почву, особенно зная ту страшную тайну, что связывала нас. И о которой он сам и не подозревает       — Как знаешь, мое дело — предложить, — с напускной беззаботностью пожала она плечами и плюхнулась на свою кровать.       Я же снова погрузилась в раздумья, уставившись в потолок. Образ Тайлера — не монстра, а того самого парня с ямочкой на щеке и растерянным взглядом — всплыл перед моим внутренним взором.       «А что, если?..» — прошептал в моей голове настойчивый, полный надежды голос.