Глава 30

Когда мы вернулись в лагерь, солнце уже стояло высоко. Воздух был тёплый, ветер трепал шерсть, и запах свежей добычи наполнял поляну. Я сложила кролика на общую кучу и хотела тихо уйти, но к выходу из палатки старейшин подошёл Пепельный Вихрь. — Золотая Лапа, милая, — позвал он мягко. — Помоги нам с мхом, старым лапам тяжело сегодня. Я на мгновение замерла. Раньше я бы пошла, улыбнулась бы, слушала бы истории старейшин… и, конечно, слова о моём отце. Сегодня я не могла. Не хотела. — Потом, — коротко ответила я и отвернулась. — Ты изменилась, — тихо сказал Пепельный Вихрь. — Слишком быстро взрослеешь, детка. Я не ответила. Пусть думает, что хочет. Я выскользнула за пределы лагеря, почти бегом. Ветер бил в лицо — холодный и резкий. Лёгкость охоты сменилась странной пустотой, но я не собиралась останавливаться. Хватит. Я не хочу слушать про отца. Не хочу знать, кем он был. Всё это не важно. Он ушёл — пусть остаётся тенью. Я свернула к обрыву, где ветер всегда свистел громче всего. Внизу струилась серебряная лента реки — чужой, холодной, далёкой. Когда-то я мечтала, что она принесёт ответы. Теперь — пусть уносит всё, что осталось внутри. Я закрыла глаза и просто слушала ветер. Он говорил тихо, ровно, как голос Розовозвезда. И я вдруг поняла: только Племя Ветра мне и нужно.