Глава 32

Когда я вернулась в лагерь, солнечные лучи уже разгоняли утреннюю росу, и шум просыпающегося племени заполнил воздух. Но мне было всё равно. Шум, разговоры, советы — всё это казалось лишним, будто я стояла вне этого мира. Скользящий Лист шёл рядом, молчаливо, но я чувствовала его взгляд, осторожный и внимательный. Он хотел заговорить, направить, сказать что-то важное. Я делала вид, что не замечаю. — Золотая Лапа, — тихо сказал он, когда мы подходили к лагерю. — Сегодня утром… Я перебила его внутренним голосом, стиснув зубы и сдерживая раздражение. Я не хочу слышать. Я не хочу делать. Я не хочу никуда входить, ни за кем следовать. Я прошла мимо старейшин, которые наблюдали за нами. Пепельный Вихрь открыл пасть, чтобы что-то сказать, но я лишь подняла взгляд, холодный и твёрдый, и прошла мимо, не останавливаясь. — Неужели ты никогда не слушаешь, — пробормотал Скользящий Лист тихо, почти себе под нос. Я не ответила. Ни слова. Ни движения. Только шаги, которые звучали как отказ от всего, что меня когда-либо связывало с этим местом. Коты вокруг шептались, переглядывались, но я чувствовала только одну вещь — свою собственную упёртость. Не помощь, не участие, не обсуждения прошлого. Я не хотела слышать о Закатной Лапе. Не хотела думать о своём отце. — Золотая Лапа, — снова произнёс Скользящий Лист, теперь чуть громче, — я не заставлю тебя делать то, чего ты не хочешь. Но помни, племя тебя ждёт. Я кивнула холодно, не произнося ни слова. Пусть ждут. Пусть думают, что я забыла всё. Я свернула к своей территории, прижимаясь к тени деревьев. Никто не видел, как внутри меня всё ещё бушевало — и гнев, и боль, и решимость. Никто не знал, что я всё ещё чувствовала, только прятала это под холодной маской. Сегодня я окончательно поставила точку. Я — Золотая Лапа Племени Ветра, упрямая, независимая и холодная. И пусть никто не подумает, что сможет пробиться сквозь этот лед.