Глава 33

Я открыла глаза и мгновенно взорвалась яростью. Лапы дергались, когти царапали шипы Ежевики, тело сжималось в бесконтрольной энергии. Я шипела, пыталась вырваться и сбежать, но Скользящий Лист прижал меня к земле, удерживая своей силой. — Золотая Лапа, успокойся! — сказал он низко, но я его не слушала. — Никто меня не держит! — визжала я, выплёскивая ярость. — Я свободна! Пестристая наклонилась, проверяя дыхание и пульс, Ледяная Лапа держала мою лапу, ещё один воин наблюдал рядом. — Она слишком агрессивна, — тихо сказала Пестристая. — Разрешаю, — с трудом, но твёрдо пробормотал Розовозвезд. — Но аккуратно. Не ломайте её. — Поняли, — кивнул Скользящий Лист. С этого момента каждый раз, когда я шипела и металась, Скользящий Лист мягко, но твёрдо ставил мне лапы на щеку или слегка ударял по животу когтями, чтобы напомнить: границы есть, даже если внутри кипит ярость. — Отпустите меня! — визжала я, пытаясь дернуться. Лапа Скользящего Листа мягко коснулась моей щеки, затем живот — резкий, но не сильный укол когтями. Я взвизгнула, но не смогла полностью вырваться. — Ещё раз — и снова, — тихо сказал он, держа меня прижатой к земле. Каждый удар, каждый прикосновение был как сигнал: я могу быть яростной, но теперь не сломаю себя и не причиню вреда другим. Я шипела, металась, пыталась отбиваться, но удары были точными — ни один не повредил меня серьёзно, и постепенно я начинала уставать от непрекращающегося контроля. — Я не хочу! — сквозь зубы прошипела я. — Я не буду… — Мы знаем, — тихо сказала Пестристая, всё ещё проверяя дыхание и лапы, — но пока ты не успокоишься, мы должны держать тебя. Ледяная Лапа поддерживала мою лапу, Скользящий Лист прижимал меня к земле, а воин на подстраховке стоял рядом, готовый помочь, если я попытаюсь вырваться. Я шипела ещё минуту, лапы слабеют, дыхание становится ровнее. Каждое прикосновение или удар когтями постепенно учило меня: сопротивление не даст мне свободы прямо сейчас, но никто не пытается меня сломать. Я была яростной, несгибаемой и дерзкой, но постепенно осознавала, что эти границы установлены ради моей же безопасности. Мои глаза всё ещё сверкали, внутри всё ещё кипела ярость, но тело уже не дергалось так бешено. Даже когда Скользящий Лист слегка коснулся щёки когтями, я поняла: это не наказание, это способ удержать меня. — Чёрт… — пробормотала я, зубами сжимая воздух. — Я всё ещё Золотая Лапа… — И мы это знаем, — тихо сказал Скользящий Лист, гладя меня по спине лапой, — но сейчас тебе нужно немного уступить, чтобы потом снова быть свободной.