Глава 40

Я отвела взгляд первой. Пусть она стоит, сколько хочет — я больше не та, что ждала её на рассвете у водопада. Пусть уйдёт. Пусть забудет. Закатная Луна всё ещё не двигалась, но потом тихо шевельнулась, будто что-то хотела сказать… и просто исчезла за струями воды. Я осталась одна. Только лунный свет и ледяной шум — всё, что осталось между мной и прошлым. Я глубоко вдохнула и легла обратно на камень. Пусть вода смоет запах, пусть ветер унесёт следы — я больше не хочу быть ни чьей дочерью, ни чьей подругой. Пусть весь лес забудет, что я вообще существую. Но запахи пришли раньше, чем рассвет. Я дёрнулась, когда знакомый запах ударил в нос — свежий ветер, мох и что-то едва уловимо родное. Скользящий Лист. Чуть дальше — аромат травы и росы. Розовозвёзд. Я сжала лапы в комок, едва удерживаясь, чтобы не зарычать. Не хватало ещё, чтобы они нашли меня здесь. Я поднялась и скользнула ближе к стене, где камень был влажный и гладкий. Сердце билось быстро, дыхание вырывалось рывками. За пределами водопада слышались голоса. — Золотая Лапа! — крик Скользящего Листа прорезал ночь. — Отзовись, если слышишь! — добавил кто-то из воинов, кажется, Летучий. — Мы не причиним тебе вреда! — голос Перистой эхом отозвался от скал. Я затаилась, прижав уши. Пусть кричат. Пусть ищут. Я не выйду. Снаружи слышалось, как кто-то осторожно ступает по мокрым камням, как вода срывается под лапами. Кто-то вздохнул — низко, устало. Отец. — Где же ты, дочь… — его голос был тихим, почти неслышным, будто он говорил сам с собой. Что-то кольнуло в груди, но я тут же заглушила это чувство. Он — всего лишь предводитель. Не больше. Шаги удалились. Один за другим голоса стихли, оставив только журчание воды и глухой вой ветра над холмами. Я позволила себе наконец выдохнуть. Они не нашли меня. Никто не нашёл. Я снова свернулась клубком, облизала лапу, устало проведя ею по морде. — Пусть ищут, — прошептала я, глядя на отблеск луны в воде. — А я исчезну. Для всех. И только ветер, проносясь по скалам, казался тихим ответом: Ты не сможешь забыть.