Глава 4 «Императрица»

Темноту в вестибюле разгоняло только пламя в камине, его золотистое сияние омывало теплом стоявшие рядом чёрные кресла, оливковую и бежевую мозаику коврика под ногами, прозрачную изогнутую столешницу журнального столика. Мягкое дерево пола грело ступни, полумрак играл тенями на больших чёрно-белых снимках Башни Елизаветы и Тауэрского моста. Свисавший с потолка светильник напоминал не то перевёрнутую вазу не то вытянутую чашу, эбеновое дерево стройных ламп на подставках гармонировало со строгими линиями стеллажа и дизайнерских стульев подле него, разделённых круглым одноногим столиком. Расположившийся в кресле у камина Су Хёк без мыслей смотрел на игру пламени, дожидаясь жены. И улыбнулся, когда она вышла из спальни — утончённая и изящная в чёрном платье-футляре и босоножках на высоком каблуке, с падавшими на плечо блестящими кольцами завитых волос. — Давно ждёшь? — спросила она немного виновато. Актёр качнул головой, скользя взглядом по бриллиантам её маленьких серёг, тонкому чёрному ремешку часов на запястье, аккуратному клатчу в ладони. Затем поднялся с кресла, небрежно обронив: — Я думаю, твоему образу кое-чего не хватает. Дэвика только нахмурилась, провожая его глазами. В недоумении поджала губы, но не сдержала улыбки, когда муж вернулся с длинным бархатным футляром в руках. — Ты снова купил колье? — растроганно спросила она. — Тебе же они нравятся, — вернул Су Хёк, выуживая подвеску из коробочки. — Приподними волосы, — попросил он, заходя жене за спину. Подхватив локоны руками, Дэвика слегка повернула голову, следя за мужем с полной предвкушения улыбкой в глазах. Довольно быстро после свадьбы он раскусил, что она радуется подаркам, как ребёнок, и часто дарил ей то украшения, то парфюм. Су Хёк аккуратно застегнул тонкую цепочку у неё на шее и расправил ей волосы, когда она опустила руки. — Спасибо, — тихо поблагодарила жена, обернувшись. Несколько секунд актёр смотрел в её ласково сиявшие глаза, потом притянул ближе, взяв за плечи, и наклонил голову, чтобы вдохнуть шедший от её кожи аромат. — «Императрица»? — отстранился он. — Рассудила, что стоит приобрести, — проворковала Дэвика, — раз ты посол Стефано и Доменико. Кстати, — она протянула руку и провела ладонью у мужа под пиджаком, расправляя складки его чёрной рубашки, — они решили на следующем показе объявить, что последние коллекции вдохновлены именно тобой. Закроешь их показ в феврале? — Я теперь новая Беллуччи? — фыркнул Су Хёк, вновь наклонившись и беззастенчиво дыша тонким парфюмом, с которым смешался запах жены. Дэвика коротко рассмеялась, скользнув рукой вверх, чтобы уложить его расстёгнутый ворот так, как ей хотелось. Грудной нежный смех её едва не лишил актёра остатков воли, тёплая женская ладонь на плече выдержки ему не добавляла, и он слегка зарылся носом в её мягкие волосы, каким-то чудом уняв желание сжать её в объятиях. — Как думаешь, мы сильно опоздаем, если немного задержимся? — хрипловатым голосом проронил он ей практически на ухо, водя и водя ладонями по её талии и спине. Намёк Дэвика выловила без труда, но вернула ироничным: — Я час убила на эту укладку. — Какая досада, — подхватил Су Хёк, отстранившись и глядя на жену совершенно чёрными глазами. — Ватанабэ сильно обидится, если ты придёшь на премьеру в образе ведьмы? Дэвика снова засмеялась, не догадываясь, как искушает его своим смехом. Отступила с рассудительным: — Это его первая премьера на международной арене, Су Хёк. Представляешь, как ему важна наша поддержка? — Представляю, разумеется, — ответил актёр, хорошо помнивший своё волнение в тот день, когда его первый подобного уровня фильм вышел на большие экране. На фестиваль они приехали в числе последних. Выскользнув из салона первым, Су Хёк подал жене руку, чтобы помочь. Простой жест вызвал бурные овации фанатов и вспышки фотокамер, актёр широко заулыбался, оглянувшись на поклонников, и придержал Дэвику под локоть, когда она выскользнула из их чёрного «Ягуара». — Иди к ним, они тебя ждут, — мягко заметила жена, поведя бровями на толпу у входа, которая молчала до самого их приезда. Крики восторга стали ещё громче, когда Су Хёк подошёл ближе к перилам, которые отделяли красный ковёр от фанатов. На общение с ними актёр не стал тратить много времени и вернулся к ожидавшей его Дэвике, провожаемый громкими «Оппа!» и «Ты невероятный!». Широкая красная дорожка тянулась до самого входа во флагманский кинотеатр «Odeon», заливали ярким светом лобби софиты и прожектора, и прошедшую ко входу пару поймал не один объектив камер. — Посмотри, он её будто охраняет, — заметила подруге одна из фанаток. — Какие же они красивые, — слышалось с другой стороны. Уверенно шагавшая к парадным дверям кинотеатра Дэвика вежливо махала толпе, всеобщее обожание не вызывало у неё эмоций, и держалась она немного отстранённо. Шедший же слегка позади Су Хёк беспрестанно вертел головой, пытаясь уделить внимание каждому и при этом не потерять жену из виду. К тому же у него подкладка пиджака зацепилась за пояс брюк, и, поправлявший одежду, он напоминал ребёнка, которого впервые вывели в свет и который от волнения перепутал все наставления взрослых. В итоге, оставив попытки удержать в обзоре всё, актёр просто зашагал вслед за женой, и тотчас вернувшаяся к нему модельная походка вызвала такие визги восторга, что в удивлении обернулась Дэвика, решившая, что с её мужем что-то случилось. — Всё в порядке? — приподняла она брови. — Конечно, — успокоил её Су Хёк, обхватив за талию и не обращая внимания на новые крики, которые вызвал жест. — Пойдём, — увлёк он жену к ступеням. Перед сеансом оба успели дать интервью не одному изданию, которые освещали событие на своих страницах, поговорили со знакомыми режиссёрами и продюсерами. Кэисукэ Ватанабэ, которого Дэвика считала своей находкой, от признательности поприветствовал директоров «Чёрного алмаза» несколькими поклонами и посмотрел на подошедшую Дэвику такими счастливыми глазами, что Су Хёк неосознанно сильнее сжал жене талию. — Спасибо, что пришли, — выдохнул актёр. — Для меня такая честь, что вы в числе гостей. — Я желаю тебе победы, Кэисукэ-сан, — на беглом японском вернула Дэвика. — Ты её заслужил. Говорила она сразу на нескольких языках, что немало помогало ей продвигать актёров агентства на международной арене, да и набирать к себе подающих надежды звёзд тоже. Су Хёк рассеянно вспомнил, как удивился в первую встречу, услышав безупречное произношение будущей жены. — Смотри, это Сон Джун, — наклонившись, пробормотал он ей на ухо, когда Ватанабэ отошёл. Дэвика проследила за взглядом мужа и расцвела в улыбке. Давнего друга мужа она давно мечтала переманить в «Чёрный алмаз», но Сон Джун раз за разом отклонял её приглашения. — Ваши подопечные снова фавориты фестиваля? — иронично протянул актёр, подходя к супругам вместе со своей спутницей. — Вы оба как будто вознамерились доказать, что я теряю, отказываясь поменять агентство, — без тени злости поддел он, пожав руку Су Хёку. — Может, пора уже сменить идеологию? — фыркнул в ответ друг, слегка притянув ближе жену. — Дэвика спит и видит, что ты представишь «Чёрный алмаз» на Пусанском фестивале. — Почему не ты? Сдаёшь позиции? — усмехнулся Сон Джун. — Су Хёк работает на европейский рынок, — безмятежно ответила вместо мужа Дэвика, глядя на Сон Джуна. Глаза её светились тем мягким ласковым теплом, которое сбивало с мысли любого мужчину. — А вы можете успешно представлять агентство в Азии. — Я там тоже не звезда первой величины, — запнувшись на секунду, вернул Сон Джун. Су Хёк улыбнулся: — Это просто Дэви не взялась за твой имидж. — Не думал податься в менеджеры по продажам? — хмыкнул друг. — Я, так и быть, подумаю, — пообещал он и даже немного растерялся, завидя счастливый донельзя взгляд Дэвики. — Победы вашему фильму, — пожелал он, прощаясь. — Решила бить по всем фронтам? — наклонившись, проронил Су Хёк жене на ухо. Та откликнулась невинным: — Не понимаю, о чём ты. — Не следила за взглядом его супруги? Ещё минута, и она бы силком утянула его куда подальше, — сдерживая смех, рассказал он. Дэвика только улыбнулась: — Будет замечательно, если твой друг перейдёт к нам. Такой талант — и пропадает в безымянных проектах. Ему бы в авторское кино, — протянула она. Су Хёк только усмехнулся: он узнавал ту Дэвику, которая разглядела его талант и чуткими советами помогла ему добиться мировой популярности. — Уверен, он в любом случае не будет жалеть, что начал работать с нами, — заметил актёр. Жена вернула тёплой улыбкой. — Помнишь, на следующей неделе у Белинды день рождения? — спросила она, когда они занимали места в зале. — Она снова хочет праздновать дома? — уточнил Су Хёк, улыбнувшись снимавшей его камере какой-то фанатки и устраиваясь рядом. Дэвика расправила ткань на бёдрах: — Ты же её знаешь, она не любит людные места. — Эх, а я уж было решил, что она позволит мне забронировать на вечер «SUSHISAMBA», — посетовал муж. — Только не говори ей о своих планах, они с мамой уже обсудили меню на вечер, — с мягким смехом попросила Дэвика. — Барбекю, тушенные овощи и яблочный пудинг? — И Том Ян специально для тебя, — подхватила жена. — Уговорила, — усмехнулся Су Хёк. Про день рождения её сестры он не забыл: именно с Белиндой он планировал поговорить после недавней беседы с женой. Сидевшая рядом Дэвика внимательно смотрела фильм, увлечённая, как всегда. И не подозревающая, что Су Хёк намерен сражаться даже с ней, если потребуется, чтобы освободить её от тисков памяти.