Глава 19 «Соблазн»

Жалюзи были подняты, палата дышала запахом лаванды, а стоявшая у окна Дэвика, скрестив руки на груди, наблюдала за пациентами, которые вышли на прогулку в небольшой парк, окружавший лечебницу. В мыслях было пусто: Су Хёк запретил сотрудникам беспокоить жену, пока она в больнице, и о том, что творится в агентстве, Дэвика не знала. Возражать мужу она не стала, приняв и это его решение. Но теперь все недавние проблемы словно отступили назад, и в жизни молодой женщины впервые наступило неожиданное затишье. Она не выходила из палаты уже второй день. Соглашаться на терапию ей не хотелось, но думала она над тем, как бы обойти ультиматум, который ей решительно выдвинул Су Хёк. Навещавший её доктор Ямамото спрашивал лишь о том, как она себя чувствует, и не задавал неудобных вопросов. Утром к ней пришёл социальный работник, приходивший две недели назад в агентство — когда Дэвика не догадывалась, что после беседы с ней именно его голос стал решающим. Эксперт разъяснил ей, что в её госпитализации нет ничего противозаконного, но вопросов от неё так и не дождался и уехал, оставив свою визитку. Затянутая в кокон апатии Дэвика не посмотрела ему вслед. Медленно гас день. Молодая женщина едва ли заметила, что за окном вскоре разлилась густая ночь. Вся в тумане тупившего чувства равнодушия она вздрогнула, услышав стук в дверь, и обернулась с машинальным: — Войдите. Двоих — мужчину и женщину в строгих чёрных костюмах, что вошли в палату, — Дэвика не знала. Прищурившись, молодая женщина поправила полы шёлкового халата цвета кофейной пенки и пригладила волосы. Под сканирующими взглядами незнакомцев она почувствовала себя совершенно беззащитной, но голос её прозвучал уверенно: — Что вы здесь делаете? Она проводила взглядом женщину, которая подняла с прикроватной тумбочки её телефон и явно его выключила, и усилием воли подавила раздражение. Мужчина бесцеремонно устроился на стуле и развернулся к ней лицом с твёрдым: — Что вы намерены делать, миссис Ли? Позволите запереть себя в клинике? Дэвика перевела дух — вторжение незнакомцев её возмутило, но показать свой гнев значило открыть им слишком много — и ровным голосом откликнулась: — У меня есть законное право обжаловать решение психиатрической комиссии. Слова гостьи — мягкие, но какие-то злорадные — по-настоящему шокировали молодую женщину откровенным: — Но ваш супруг уже подписал прошение о принудительном лечении сроком в шесть месяцев. Согласно третьей статье закона «О психическом здоровье», — уточнила она, склонив голову к плечу, и взглянула на мужчину, который протянул Дэвике тонкую чёрную папку. Молодая женщина подошла ближе и приняла кейс. Побледнев, пролистала пакет документов. О том, как он попал в руки незнакомцев и имели ли они право его изымать, она не стала спрашивать, с болью читая написанное знакомым уверенным почерком: «Прошу рассмотреть госпитализацию… Считаю, что лечение необходимо…». Вернув документы мужчине, Дэвика тихим голосом попросила: — Я хотела бы знать, что здесь делаете вы и кто вы такие. — Мы здесь для юридической консультации, — ответила ей женщина. — Вы можете подать жалобу в Трибунал по делам психического здоровья, Стивен поможет вам выиграть суд, мэм, — проворковала она. — А вы? — холодно обронила Дэвика. — Мэган — семейный адвокат, — подал голос Стивен. Молодая женщина поняла тотчас. — Предлагаете мне начать бракоразводный процесс? — спросила она, вскинув бровь. — Насколько я знаю, вы с мужем не заключали брачного договора, — миролюбиво начала Мэган. — Если вы с ним договоритесь, сможете оставить бизнес себе, ведь, за исключением последнего года, вы были единоличным держателем контрольного пакета акций. А если докажете, что брак был фиктивным, возможен даже отзыв его гражданства, — добавила она с мягким убеждением. — Как видите, вы вполне можете отстоять свои права и вернуть обиду, миссис Ли, — заключила она. Лицо Дэвики скривилось от боли, и она спрятала его в ладонях. Услышала тихие шаги и ощутила руки Мэган на своих плечах. — Понимаю, вам тяжело… Такие ситуации довольно часто происходят в семьях, подобных вашей, — рассказала адвокат. — Позвольте вам помочь, миссис Ли. Молодая женщина перевела дух и, взяв себя в руки, взглянула на Мэган с дрогнувшим: — Мне нужно обдумать детали, но… как я могу с вами связаться? Адвокат протянула ей две визитки. — Нам ждать вашего звонка, мэм? — отступив на шаг, спросила она. — Да, просто… мне… я так устала, — закрыв глаза, призналась Дэвика. — Конечно, отдохните, — тактично откликнулась Мэган, отступая в сторону. — Вы можете звонить нам в любое время, мэм, — добавила она и переглянулась со Стивеном. Тот кивнул, и, коротко попрощавшись, адвокаты вышли. У глядевшей им вслед Дэвики заледенел взгляд. Она подняла со столика свой телефон и не глядя включила его. Дождавшись, пока устройство перезагрузиться, открыла журнал вызовов и набрала знакомый номер. Ответил Су Хёк сразу, будто ждал звонка: — Дэви? Молодая женщина разомкнула губы, но не смогла ничего сказать. Осознание навалилось на неё разом, едва она услышала его уверенный баритон, и без предупреждения её накрыло такими острыми чувствами, что в попытках унять эту бурю она осела на кровать и не сразу расслышала чуткое: — Мне приехать? — Да, — глухо выдавила Дэвика и выдохнула, закрыв глаза. Отбросив телефон на тумбочку, она обхватила голову руками и, оперевшись локтями о колени, несколько минут просидела, собираясь с мыслями. В беспощадном мире шоу-бизнеса она жила не первый год, потому понять всё и разом ей не составило труда, и всю её обиду, терзавшую её целых два дня, вмиг вытеснило яростное желание защитить то, что было ей дорого. Успокоившись усилием воли, молодая женщина встала с кровати и удивлённо посмотрела на открывшуюся с тихим щелчком дверь: увидеть мужа так скоро она не ожидала. — Ты был недалеко? — вырвалось у неё. — Как раз ехал сюда, когда ты позвонила, — кивнул Су Хёк. С ним в палату ворвался аромат дорогих духов, смешанный с его, чистым мужским запахом. Одетый в дорогой чёрный плащ, под полами которого виднелись угольно-чёрные брюки и белая перламутровая рубашка, с чёрным атласным шарфом на шее и изумрудной брошью, державшей его на плече, выглядел он так стильно и роскошно, что Дэвика без труда вспомнила показ Джона Гальяно, который он должен был посетить. Один облик мужа остро напомнил молодой женщине обо всём, что её с ним связывало, и, запахнув на груди полы халата, она ровным голосом промолвила: — Я согласна пройти курс лечения. На лице Су Хёка засветилось облегчение, но эмоций он более ничем не выдал и только кивнул с сухим: — Я поговорю с доктором Ямамото. — Хорошо, я… пока соберусь, — решила Дэвика и, поглядев на него мгновение-другое, дрогнувшим голосом попросила: — Отвези меня домой, Су Хёк. В глазах мужа на миг сверкнуло смятение, и желание подойти к ней он явно подавил, отреагировав лаконичным: — Скоро вернусь. Собралась Дэвика быстро, без слов вышла за Су Хёком, когда он возвратился за ней в палату, договорившись обо всём с врачами. Уже в машине она набрала другой знакомый номер и поднесла телефон к уху с негромким: — Вы не заняты сейчас? Су Хёк бросил на неё короткий взгляд и вернулся к дороге. Ответа собеседника он не услышал и нахмурился, когда Дэвика вдруг начала: — Я отправила вам на почту контакты, как скоро вы сможете собрать данные?.. Хорошо. Вас не затруднит приехать сегодня? — попросила она. — Да, я бы хотела узнать сразу… Спасибо. Буду вас ждать, — пообещала она, заканчивая разговор, и положила трубку. — Нельсон? — обронил муж, догадавшись, с кем могла говорить Дэвика. — Возможно, он сможет выйти хотя бы на посредника, — вздохнула в ответ жена, глядя в окно. Догадаться, что она не настроена пока говорить, было несложно, и Су Хёк промолчал всю дорогу, не вмешиваясь в её мысли. В квартире она почти тотчас спряталась в ванной — явно хотела смыть с себя больничные запахи. Он остался ждать её в просторной гостиной, сбросил плащ, набрал себе в стакан содовой. Полумрак в комнате разгоняли разве что золотистые светильники на подставках, но включать верхний свет Су Хёк не захотел: после напряжённого дня он устал. Сколько просидел на мягком диване, без мыслей наклоняя полупустой стакан и наблюдая за тем, как лопаются пузырьки, он не знал. Поднял взгляд, услышав тихие шаги. И усилием воли потушил желание, вспыхнувшее в крови от вида жены, укрытой чёрным шёлком лёгкого домашнего платья, едва ли скрывавшего от взора контуры её восхитительно-стройной фигуры. Дэвика машинально убрала назад падавшие ей на грудь локоны и тихо спросила: — Нельсон ещё не приехал? — Нет, — Су Хёк допил остатки содовой и отставил хрустальный стакан на журнальный столик, по привычке перевернув его вверх дном. — Что ты ему отправила? — спросил он спокойно, но требовательно. — Контакты двух юристов, которые навестили меня час назад и настойчиво советовали обжаловать решение психиатрической комиссии, а потом подать на развод, — невозмутимо ответила Дэвика. Он вскинул голову. Она сложила руки на груди. Несколько мгновений они смотрели друг на друга, затем Су Хёк невесело усмехнулся и отвёл взгляд с ироничным: — Да, это было бы достойной местью. — Достойной кого? Голос жены дрогнул. От гнева или боли, Су Хёк не знал. Но почувствовал себя после её короткого вопроса так неуютно, что встал и отошёл к панорамному окну. Лондон не спал, раскинувшись перед ним яркими огнями и синими контурами. — Я бы понял, пойди ты на это, — признался актёр. Дэвика за его спиной явственно усмехнулась. Но ответить не успела, отвлекшись на короткий звонок домофона. Вошедший немногим после Нельсон, поприветствовав отвернувшегося от окна Су Хёка, сразу начал: — Эти люди работают в независимой адвокатской конторе, мэм, все детали я загрузил на карту памяти, — детектив подошёл к письменному столу у панорамного окна и опустил на него маленькую флешку. — Среди их клиентов — пэры Палаты лордов, на то, чтобы найти посредника, уйдёт ещё немного времени, — пояснил он. Стоявшая у дивана напротив него Дэвика сильнее скрестила на груди руки: — Как они получили доступ к моим медицинским файлам? — Над этим я работаю, — учтиво ответил Нельсон, — но мне удалось выяснить, что на базу данных клиники была совершена хакерская атака. Программисты из кибербезопасности не нашли следов взлома после предварительной оценки, но я передал им, где искать. — Проверьте охрану и дежурившего сегодня администратора, — подал голос Су Хёк. Нельсон кивнул, встретившись с ним взглядом: причину просьбы он понял, — и попросил: — На этом всё, я пойду, с вашего позволения. — Я провожу, — зашагал вместе с ним к выходу актёр. Проводив мужа взглядом, Дэвика печально улыбнулась и подошла к столу, чтобы поднять с него документы, которые Нельсон положил рядом с флеш-картой. Коротких два бланка давали исчерпывающую информацию о личностях Мэган Росс и Стивена Эндрюса. Пробежав досье глазами, молодая женщина отложила бумаги обратно и выпрямилась, услышав за спиной тихие шаги. Молчание длилось недолго, и вскоре до неё донеслось по-прежнему ироничное: — Два адвоката приходят к тебе, чтобы подсказать, как избежать терапии и вместе с тем отомстить мне за обиду… а ты соглашаешься на мои условия и просишь Нельсона выяснить, кто их подослал. В голосе Су Хёка слышалось какое-то глухое удивление. Дэвика опустила голову, ощущая присутствие мужа всей кожей, и тихо промолвила: — Я нашла тебя среди других, когда тебя не видел никто… Потратила столько усилий, чтобы твоё сияние увидели все, — она грустно усмехнулась. — Как я могу позволить кому-то разрушить то, что мне дорого? Она договорила, зная, что могла не говорить ничего — Су Хёк и без того понял всё сам. Это слышалось в его голосе, чувствовалось в его близости, которая, казалось, заполнила собой всю гостиную без остатка. И Дэвика слышала его чувства, как свои собственные: его злость на себя, удивление, даже потрясение оттого, как без раздумий она отмела всякую мысль о мести. Он не ждал — она улавливала это в словах, которые он не мог найти. В эмоциях — его эмоциях, острых, сумасшедше-сильных, от которых по спине бежало и бежало напряжение. В жаре, который обжёг её всю, когда он подошёл очень близко. — Что это, Дэви? — проронил Су Хёк ей в волосы. — Ты признаёшь, что я был прав? Дэвика могла отшутиться, возразить, уйти от ответа. Не было нужды в том, чтобы отвечать: они оба понимали, что он прав. Но слова, сорвавшиеся с её губ, окончательно лишили его остатков контроля: — Я просто не хочу, чтобы тебе было больно, Су Хёк… Он обхватил её за талию рукой и прижал к себе — крепко, до боли. Она прислонилась к его груди, слабея, и запрокинула голову, чувствуя его губы на шее, лёгкие пока прикосновения пальцев, перебиравших складки её платья. Сомкнула веки, ощутив, как пробравшаяся под юбку ладонь скользнула по её бедру… и замерла у тонкого кружевного края. — Чулки? — прошептал он. Потом усмехнулся так, что по ней пробежала дрожь. — Дэви… ты не оставила мне и шанса быть целомудренным. Её без предупреждения развернуло в кольце его рук. Голодный взгляд, пробежавший по её фигуре, смёл остатки её самообладания, она подалась ближе, прижавшись к его груди и чувствуя острую потребность заполнить ноющую внутри пустоту. Он рывком приподнял её, чтобы усадить на стол, и запрокинул ей голову, сжав в кулак волосы на затылке, протяжный стон её заглушило требовательным поцелуем, пока его пальцы танцевали на её коже, а она медленно пьянела от ласки. — Скучала? — услышала она тихое и с трудом открыла глаза. Дыхание было таким глубоким, что ей не хватало воздуха, ныли от поцелуев губы и горела жаждавшая прикосновений кожа. Дэвика не знала, как долго глядела в чёрные от желания глаза, мечтая лишь притянуть этого мужчину ближе и забыть своё имя в его объятиях. Ахнула от неожиданности, когда он подтянул её ближе, мягко опрокидывая на столешницу, и склонился к её лицу так, что их вздохи смешались. И вновь не сдержала стона, когда пальцы его пробежали касаниями по коже над кружевом… — Ответь, — донеслось до неё настойчивое, — или я остановлюсь. Играть у неё не было желания, она потянулась к нему, скользнув ладонью по его груди под рубашкой, и, обхватив его за шею, приникла к его губам с полным нежности: — Скучала, Су Хёк… Признание вернулось ей такой волной сокрушительной страсти, что у неё вырвался тихий полустон-полукрик, смешавшийся с его глухим рыком. А потом все мысли разлетелись. И она долго ещё без сил лежала на столе, пытаясь отдышаться и чувствуя, как он смотрит и смотрит на её лицо.