Глава VIII: Кровавый привет, сестра

— Что это значит? — прошептала Дженасса, и её голос, вопреки всему, её голос даже не дрогнул. В руках она сжимала записку — послание, принесённое гонцом всего мгновение назад. Серебристые глаза стремительно скользнули по окрестностям, всматриваясь в каждый тёмный угол. Она чувствовала взгляд, но пока не могла уловить его источник. Я наблюдала за ней из‑за кустов и камней, сливаясь с промозглой хьялмаркской мглой. Её пальцы сжали бумагу. На листе — лишь зловещий отпечаток чёрной ладони и два слова: «Мы знаем». Я едва заметно улыбнулась. Молодая нордка держалась достойно. Не каждый способен сохранить хладнокровие, получив такое послание. Когда‑то я стояла на этом же месте — в Хьялмарке, среди болот и туманов. Именно здесь Сигурд нашёл меня. Он протянул руку и пригласил в Семью. Дженасса снова посмотрела на записку. Медленно перечитала слова. Затем спрятала её в карман. Подняла голову, всматриваясь в туман, словно пытаясь разглядеть того. — Продолжайте следить за ней, — бросила я через плечо, не оборачиваясь к Арнбьорну и Габриэлле. — Но не вмешивайтесь. Пока. Пригнувшись, я развернулась и двинулась в противоположную сторону. Я шла, мысленно выстраивая план. Игра с тремя жертвами — старый, проверенный способ. Испытание. Проверка на прочность. И на лояльность. Нужно было убедиться, что Дженасса готова стать частью Семьи. В заброшенной хижине меня уже ждали. Я приблизилась к ветхому строению, вслушиваясь в приглушённые звуки изнутри. Скрип рассохшихся досок, сдавленные всхлипы — всё говорило о том, что гости уже на месте. Фестус, Визара и Назир справились безупречно — пленники прибыли точно по расписанию. Я приоткрыла скрипучую дверь хижины. В лицо ударил густой запах сырости, смешанный с едким дымом от разгорающегося камина. Назир как раз подбросил в огонь сухих веток. Ваша, Алея Квинт и Фултейм Бесстрашный стояли на коленях у дальней стены комнаты. Руки туго стянуты за спинами, головы скрыты мешками из грубой ткани. — Ну что, — мой голос прозвучал холодно и ровно. — Похоже, судьба решила поиграть с вами в нашу игру. Ваша дёрнулся, но верёвки лишь сильнее впились в запястья. — Да уж, бывало и получше, — пробурчал он, стараясь сохранить бравый тон. — Только вот в прошлый раз меня хотя бы чаем угощали. Я едва заметно улыбнулась. Каджит умел разрядить обстановку. Даже сейчас, в такой момент. — Твои шутки тут не помогут, — бросила я, медленно меря шагами хижину. — Развяжите меня! — потребовала Алея. — У меня дома дети! — Замолчи, — сказала я твёрдо, останавливаясь перед ней. — Иначе отправлю тебя к ним по частям. Женщина лишь приоритетно фыркнула. Фултейм Бесстрашный молчал, но его тяжёлое дыхание выдавало нарастающую панику. Назир, Фестус и Визара стояли у противоположной стены, ожидая указаний. Я повернулась к ним: — Уходите. Возвращайтесь в Убежище. Я разберусь здесь сама. — Ну и дельце, — протянул Назир, ухмыляясь. — Пленники, похищение, мрачная атмосфера… Всё как мы любим. А вот Фестус, выходя из хижины, ворчливо бросил: — Детская игра. Где кровь? Где боль? Без этого всё теряет смысл. Визара лишь молча кивнула. Они скользнули к выходу. Скрипнула дверь, и в хижине воцарилась напряжённая тишина, нарушаемая лишь потрескиванием дров в камине. Тишина сгущалась, обволакивая хижину плотным коконом. Сквозняк пробирался сквозь щели в стенах, заставляя пламя в камине вздрагивать, отбрасывая на стены причудливые, извивающиеся тени. Я медленно подошла к камину и протянула ладони к огню. Тишина давила, но я знала — ждать осталось недолго. Дверь хижины со скрипом отворилась. В проёме показались знакомые силуэты. Арнбьорн держал на руках безвольное тело Дженассы. Габриэлла зашла следом, её взгляд скользнул по пленникам, оценивая ситуацию. — Положите её здесь, — я указала на кровать, стараясь, чтобы голос звучал ровно, но внутри всё сжалось в ожидании. — Сделаю, как скажешь, — кивнул Арнбьорн. Он подошёл к ветхой кровати и уложил на неё Дженассу. Её чёрные волосы рассыпались по подушке, лицо было спокойным, почти безмятежным. — Оставьте нас, — произнесла я тихо, но твёрдо. — Возвращайтесь в Убежище. — Если понадобится помощь — зови. Я буду неподалёку, — сказал Арнбьорн, задержавшись в дверях. Его взгляд скользнул по пленникам, затем по мне. — Спит, как невинная дева. Забавно, правда? В нашем‑то деле… — Габриэлла последовала за Арнбьорном. Их силуэты растворились в тумане за дверью. Я опустилась рядом с Дженассой и осторожно коснулась её лба. Холодная кожа, ни тени беспокойства на лице. Она даже не чувствовала, как мир вокруг неё переворачивается с ног на голову. Закрыв дверь на ключ я медленно подошла к старому шкафу — массивной, потемневшей от времени конструкции с поскрипывающими дверцами. С лёгкостью подтянулась, ухватившись за край, и бесшумно взобралась на пыльную поверхность. Прижалась спиной к холодной стене. Отсюда открывался идеальный обзор — и пленники у стены, и кровать, где лежала Дженасса. Я наблюдала, как тени плясали по стенам, словно живые существа. И вот — лёгкое шевеление на кровати. Дженасса заёрзала, затем резко приподнялась, будто вынырнув из глубин сна. Её глаза распахнулись, взгляд метался по комнате, пытаясь осознать происходящее. — Как спалось? — спросила я, растягивая слова. Мой голос звучал ровно, почти лениво, но в нём таилась сталь. — Что? Где я? Кто ты? — её голос дрогнул, но лишь на мгновение. Уже в следующий миг она взяла себя в руки, выпрямилась и сжала кулаки. В её глазах вспыхнуло любопытство, смешанное с настороженностью. — Какая разница? Тебе тепло и сухо… и ты живёшь. Чего никак нельзя сказать про старую Грелод, верно? Дженасса напряглась, её тонкие губы сжались в линию. Под левым глазом, на скуле, шрам в виде трёх глубоких царапин слегка побелел — верный признак того, что она напряжена. — Тебе об этом что‑то известно? — её голос звучал настороженно, но в глазах уже загорался огонь любопытства. — Да всему Скайриму уже известно! — я позволила себе лёгкую усмешку, скрытую за маской. — Старуху прикончили в собственном приюте. О таком молчать не станут. Не пойми меня превратно. Я не критикую. Убийство вышло что надо. Да и старуха сама напросилась. Сиротки тебе теперь по гроб жизни обязаны. Но тут есть небольшая проблема. — Проблемка? — вскинула бровь Дженасса, не сводя от меня своих глаз, словно пытаясь прочесть мои мысли. — Понимаешь, этот мальчишка, Аретино, искал Тёмное Братство. Меня и моих приспешников. Грелод Добрая была по всем правилам заказана Тёмному Братству. Наша жертва украдена тобой. И за это убийство тебе придётся оплатить. — Ты хочешь, чтобы ещё кто‑то отправился в мир иной? — предположила она. — Кто? — Что ж, смекалка у тебя развита, — я кивнула, довольная её реакцией. — Прошу, обернись и обрати внимание на моих гостей. Она повернулась, и её взгляд скользнул по связанным фигурам, задерживаясь на каждом. — Я и набрала из… Впрочем, неважно, — я слегка повела плечом. — Важно только «здесь и сейчас». Видишь ли, на одного из них заключён контракт, и этот человек не может уйти отсюда живым. Но… на кого? Давай, попробуй угадать. Сделай выбор. Убей. Я хочу просто наблюдать и восхищаться. Тишина повисла в воздухе, тяжёлая, как свинцовый туман. Я видела, как Дженасса взвешивает варианты, как её пальцы непроизвольно сжимаются на рукояти даэдрического кинжала. Она искала выход из ситуации, которую я создала. И это было прекрасно. — Молчание — знак согласия? — я чуть наклонилась вперёд, не скрывая предвкушения. — Что ж, ты знаешь мои условия. Убей, и мы в расчёте. Вернуть должок проще простого — метни нож в нужную цель. Я прямо сгораю от нетерпения. Угадаешь, на кого заключён контракт? Кого выберешь? В её глазах мелькнула тень сомнения, но затем она выпрямилась, словно принимая вызов. Контракт на самом деле был на неё. Эти трое — лишь пешки в моей игре, приманка, чтобы заставить Дженассу сделать выбор, который раскроет её истинную сущность. Дженасса медленно обошла пленников, её шаги эхом отдавались в тишине. Она металась между троицей, задавала вопросы, разглядывала их, пыталась уловить малейшие признаки вины. Но всё было тщетно. Ваша, глава банды бандитов, лишь ухмылялся, явно наслаждаясь ситуацией. — Знаешь что, ты меня выпустишь, а я тебе обещаю, что мои друзья тебя не будут искать и убивать. И тебе выгодно, и мне. Ты меня отпустишь, я знаю, что отпустишь. Это же все дурацкая игра… Алея Квинт, ворчливая и резкая, продолжила противно верещать. — Хватит глупостей! Выпусти меня отсюда! У меня дома полно дел и дети голодные. Фултейм Бесстрашный, норд‑наёмник, просто дрожал. — О боги, я не хочу умирать… Дженасса ходила от одного к другому, её серебристые глаза внимательно изучали каждого. Я видела, как в ней борются сомнения. Наконец, она остановилась в центре комнаты, глубоко вздохнула и достала клинок. Её движения были резкими, почти судорожными, но в то же время — чёткими, выверенными. Первый удар пришёлся в сердце Ваши. Каджит даже не успел удивиться — лишь коротко вскрикнул и рухнул на пол. Затем Дженасса повернулась к Алее. Женщина встретила смерть не издав ни звука. Третий удар оборвал жизнь Фултейма так же быстро, как и предыдущие две. Три тела лежали на полу. Дженасса стояла посреди комнаты, её клинок был покрыт кровью. — Ну и ну, — произнесла я, медленно спускаясь со шкафа. — Три варианта — три жертвы. Заказали ведь кого‑то из них, верно? Так зачем рисковать… Она обернулась, её взгляд скользнул по трупам, затем снова устремился на меня. — Так всё‑таки… — её голос звучал глухо. — Кого из них на самом деле заказали? — О нет. Неужели не понимаешь? Вина, невиновность, правда, ложь… Всё это не важно. Важно то, что я приказала тебе убить — и приказ был исполнен. В её взгляде мелькнуло что‑то неуловимое — то ли разочарование, то ли облегчение. — Итак… я могу идти? — Разумеется, — я протянула ей небольшой металлический ключ от хижины. — Твой долг погашен сторицей. Но зачем останавливаться на этом? Я хочу перевести наши отношения на следующий уровень. Я официально приглашаю тебя в свою семью. В Тёмное Братство. Её брови слегка приподнялись, но она промолчала, лишь крепче сжала клинок в руке. Я видела, как внутри неё идёт борьба — между настороженностью и любопытством, между желанием уйти и стремлением остаться. — На юго‑западе Скайрима, в Сосновом бору, ты найдёшь вход в убежище. Он прямо у дороги, но скрыт от глаз. Возле Чёрной двери тебе нужно будет произнести пароль: «Тишина, брат мой». И тебя впустят. Вот тогда‑то и начнётся твоя новая жизнь. Увидимся дома. Дженасса медленно подошла к двери, вставила ключ в замок и слегка приоткрыла её. — Запомни, убежище находится на юге Соснового бора, — напомнила я. — Прямо под дорогой, но вдали от чужих глаз. Она оглянулась. В её глазах всё ещё читались сомнения, но в них же я увидела и проблеск интереса. Затем она вышла из хижины, оставив за собой лишь тишину и три безмолвных тела. Я спрыгнула со шкафа, подошла к двери и наблюдала, как её фигура исчезает среди деревьев. В голове уже рождались новые планы, новые комбинации. В конце концов, в нашем деле главное — не останавливаться на достигнутом. — Добро пожаловать в семью, Дженасса.