Часть 5

Вернер, услышав это, медленно и торжественно достал свой блокнот. Его лицо было невозмутимо, но в воздухе повисло ощущение неминуемого протокола. — "11:08. Выдвинуто предложение по изменению геометрической формы кондитерских изделий", — он вывел каждое слово с леденящей душу точностью. — "Замечание: мистер Эндрю не является шеф-поваром или кондитером. Внесение изменений в меню не входит в его должностные обязанности, описанные в параграфе 4, раздел «Б», пункт 12 контракта". Он поднял взгляд на Кайла, который замер с круассаном на полпути ко рту. — Дизайн еды, — продолжил Вернер своим глухим, бесстрастным голосом, — относится к компетенции отдела питания под руководством шеф-повара Антуана. Для внесения предложений необходимо заполнить форму 7-Г "Инициатива по изменению ассортимента" и получить одобрение как минимум у трёх заместителей управляющего, включая миссис Эвелин. Процесс согласования занимает от четырёх до шести недель. Кайл смотрел на него, медленно пережёвывая. В его голове явно проносились картинки: он, заполняющий гору бумаг, чтобы сделать булочку в виде сердечка. — Шесть недель... чтобы предложить булочку? — наконец выдохнул он. — Да она за это время сто раз уже выйдет из моды! — Протокол не обязан быть быстрым, мистер Эндрю. Он обязан быть правильным, — парировал Вернер, делая ещё одну пометку. — "Отмечен скептицизм в отношении регламентированных процедур". — Да я не скептицизм... я... — Кайл взмахнул руками, чуть не уронив круассан. — Ладно, забудем про еду! — Он с силой откусил ещё кусок, словно мстя булке за крушение своих планов. — Значит, столы, полы, стены... Скучно. Обыденно. Никакой магии. Он тяжко вздохнул, обводя взглядом столовую. — Эх, вот если бы можно было сделать что-то... живое. Что-то, что удивляет. Не просто картинку на стену повесить, а чтобы... чтобы гости участвовали в этом. Чтобы это было интерактивно! Он говорил больше сам с собой, но Вернер, как всегда, всё фиксировал. — "Высказано желание внедрить интерактивные элементы". Внезапно Кайл замолчал. Его взгляд зацепился за большую, пустую и унылую стену в столовой. Он перестал жевать. Его глаза расширились. — Стой... — прошептал он. — Вернер... а что, если... — он повернулся к охраннику с горящим взглядом, — не вешать картину, а сделать целую стену из... живых растений? Не просто так, а чтобы они росли в виде логотипа отеля! Или чтобы это был какой-то узор! Зелёная стена! Это же и элегантно и экологично! Миссис Эвелин должна это оценить, это же по "ихнему"! И Дориану понравится — это же не неоновая ковбойская шляпа! Он выпалил всё на одном дыхании и смотрел на Вернера, ожидая очередной убийственной цитаты из контракта. Но Вернер не стал ничего сразу записывать. Он на несколько секунд задумался, его беспристрастный взгляд скользнул по стене, словно он проводил мысленный расчёт стоимости и целесообразности. — Фитостена, — произнёс он наконец, — действительно является современным элементом биофильного дизайна. Она требует утверждённого проекта систем автополива и освещения, а также заключения договора с службой фито-ухода. — Он сделал паузу и, к удивлению Кайла, не вычеркнул идею, а аккуратно записал. — 'Предложение рассмотреть возможность установки фитостены в зоне служебной столовой". Кайл не мог поверить своим ушам. — То есть... ты не против? — Я не выражаю мнения, я фиксирую данные для анализа, — поправил его Вернер. — Однако идея имеет логическое обоснование и подлежит рассмотрению. Это прогресс, мистер Эндрю. Это была не похвала. Это было просто констатация факта. Но для Кайла, после часов полного творческого краха, это прозвучало как одобрение всего творческого сообщества. Он с надеждой посмотрел на свой недоеденный круассан. — Может, всё-таки можно его в виде сердца? Хотя бы для вдохновения? Вернер без слов перелистнул страницу блокнота обратно к пункту о выпечке и поставил рядом с ним жирную чёрную точку. Ответ был красноречивее любых слов. Кайл вздохнул и доел круассан в его традиционной, скучной, но очень вкусной форме. Воодушевлённый молчаливым одобрением Вернера, Кайл провёл остаток утра, рисуя эскизы фитостены. Он представлял, как в столовой среди скучной мебели вырастет настоящий зелёный оазис. Он даже придумал хитрую систему скрытой подсветки, чтобы листья переливались вечером. К обеденному времени он был полон надежд. Захватив свои наброски, он почти побежал в столовую, чтобы занять место поудобнее и может быть показать идею Джеку, если тот заглянет. Но по пути он столкнулся с Бэллой. Она вышла из лифта с папкой в руках, её взгляд был таким же острым и недобрым, как и в их первую встречу. — О, это снова "спаситель", — она язвительно оглядела его с ног до головы, задержавшись на папке с эскизами. — Что это у вас? Новый план по спасению отеля от хорошего вкуса? Кайл, пойманный врасплох, на секунду растерялся, но потом, движимый желанием похвастаться, открыл папку. — На самом деле, да. Вот, смотри. Фитостена. Зелёная, живая, эко-френдли. Это же круто! Даже Вернер не стал вычёркивать! Бэлла взяла листок, изобразив вид глубокомысленного искусствоведа. Она просмотрела эскизы с каменным лицом, а затем медленно, с убийственным сарказмом, подняла на него глаза. — И это всё? — спросила она, будто он показал ей рисунок каракулей. — Ваша великая идея, которая должна впечатлить мистера Дориана? Зеленая стена? — Ну да! — уже менее уверенно проговорил Кайл. — Это же стильно, современно... — Это стильно для комнаты ожидания в дешёвой поликлинике, — перебила она его, бросив эскизы обратно ему в руки. — Вы вообще понимаете, где находитесь? В "Гранд Метрополе"! Здесь люстра стоит больше, чем годовой бюджет вашего университета! Мистер Дориан ожидает от вас прорыва, а не того, что любая фирмочка по озеленению предложит за копейки. Это не искусство, это — садоводство. И причём весьма посредственное. Она поправила свою идеальную причёску. — Мне казалось, вы должны привнести что-то уникальное. А это... — она снова с презрением ткнула пальцем в его рисунки, — это даже миссис Эвелин не впечатлит. Это просто статья расходов на полив и уход. Скучно. Предсказуемо. Не тянет на уровень гения, за которого вы себя, видимо, принимаете. Сказав это, она развернулась и ушла, оставив Кайла стоять с растерянным видом и папкой, которая вдруг стала казаться ему ужасно легковесной и глупой. Его энтузиазм испарился моментально. Слова Бэллы, как ядовитые иголки, впились в самое сердце его идеи. "Садоводство". "Скучно". "Для дешёвой поликлиники". Он не пошёл в столовую. Он побрёл обратно в свои апартаменты, швырнул папку на стол и плюхнулся на диван. Весь остаток дня Кайл проходил в состоянии лёгкой депрессии. Он снова смотрел на чистые листы, но теперь внутренний голос звучал точно как Бэлла: "И это всё? Это скучно. Это посредственно. Это не для "Гранд Метрополя"." Он не притронулся к ужину. Вернер, видя его странное состояние, даже сократил количество замечаний, ограничиваясь лишь фиксацией: "19:15. Отказался от приёма пищи. Сидит без движения в течение 47 минут". Кайл смотрел в окно на огни города. Он был подавлен. Он пытался быть тем, кем его хотели видеть — придумать что-то "элегантное" и "соответствующее уровню". И его первую же серьёзную попытку разнесли в пух и прах. Он не придумал ничего гениального. Он просто хотел сделать зелёную стену. А оказалось, что и это — не то. Наступал вечер, а единственным его "достижением" за день был украденный круассан и чувство полной творческой несостоятельности. Через несколько часов уже нужно было нести что-то Дориану. А у него не было ничего. в один момент, когда за окном уже стемнело, Вернер наконец произнёс: – Сейчас время ужина, мистер Эндрю. Спуститесь в столовую или снова откажитесь? Кайл тяжело вздохнул. – Давай лучше в бар что ли... – сказал он скучающе подперев подбородок рукой – слушай, а мне можно выпить чтото спиртное? Вернер замер на мгновение, его процессор обрабатывал этот запрос. Казалось, в воздухе зазвучало тихое жужжание его внутренних шестерёнок. — "21:18. Запрос на получение алкогольной продукции", — он произнёс это с такой интонацией, будто Кайл попросил принести ему живого дракона. — Согласно правилам отеля, пункт 38, раздел «В», доступ к алкоголю сотрудникам вашего уровня разрешён строго после 20:00 в барах для персонала низшего звена. Однако, учитывая ваш статус... стажёрский... и текущее психоэмоциональное состояние, не рекомендую. Он сделал паузу, его взгляд стал ещё более непроницаемым. — Также примечание: мистер Дориан негативно относится к сотрудникам, чья работоспособность снижена из-за употребления алкоголя. Инцидент будет немедленно зафиксирован и включён в ежедневный отчёт. Кайл застонал и повалился на диван. — Да я пошутил! Не нужно ничего фиксировать! — он понимал, что отчёт с пометкой "пытался напиться от безысходности" точно не улучшит его положение. — "21:19. Неудачная попытка неуместного юмора на тему алкоголя". — Он закрыл блокнот. — Итак, ваше решение? Ужин или бар? — Бар, — мрачно буркнул Кайл, поднимаясь с дивана. — Только сок. Яблочный. — Благоразумное решение. Проследуйте. Они молча спустились в бар. За стойкой, как и ожидалось, был Джек. Он полировал бокал и что-то насвистывал. — Эй, парень! — он тут же оживился, увидев Кайла. — Слушай, я тут о твоей вывеске подумал... Ой, — он замолчал, присмотревшись к подавленному виду Кайла. — Что с тобой? Видок, будто тебя только что проиграли в покер. Кайл безнадёжно махнул рукой и плюхнулся на барный стул. — Вывески не будет. Никакой. Ничего не будет. Всё плохо, Джек. Я ничего не могу придумать. — Да ладно? — бармен налил ему большой стакан яблочного сока без лишних вопросов. — А что случилось-то? Утром же горел идеей про зелёную стену! — Зелёная стена — это для дешёвой поликлиники, как выяснилось, — с горькой иронией процитировал Кайл слова Бэллы. Джек фыркнул. — А, это она тебе на уши навешала? Да не слушай ты её! Она всегда всем язвит, лишь бы не трогали ее очаровательную... — он понизил голос, — ...ну, ты понял, кого. У неё в голове кроме её идеального личика ничего не помещается. — Но она права! — взорвался Кайл. — Это же и правда просто растения в рамке! Где тут прорыв? Где тут искусство? Я должен принести Дориану что-то гениальное, а у меня в голове — пустота! Он снова подпер подбородок рукой и уставился в стойку бара. Вернер, стоя в тени, делал пометки. Джек внимательно посмотрел на Кайла, потом на его сок, потом на Вернера. — Знаешь что, парень, — сказал он вдруг, — может, ты не туда смотришь? Может, проблема не в том, чтобы придумать что-то супер-пупер-гениальное? Может, нужно придумать что-то... своё? Кайл поднял на него уставшие глаза. – Своё? Например? — Ну, я не знаю... — Джек развёл руками. — Ты же видишь всё как-то по-другому. Вот смотри. — Он указал на массивную, дорогую, но скучную люстру в центре зала. — Все видят просто люстру. А ты вчера видел в ней... что там у тебя было? "Скопление унылых стекляшек"? Кайл слабо ухмыльнулся. — Ну да. — Вот! А я вот уже десять лет на неё смотрю и думаю: «Крепкая люстра». И всё. А ты... ты придумал ей летающие тарелки! — Джек рассмеялся. — Может, не надо пытаться быть как все эти скучные дизайнеры с их "элегантностью"? Может, надо остаться собой? Ну, и чуть-чуть приручиться, конечно, — он тут же добавил, кивнув на Вернера. Кайл задумался, медленно потягивая сок. Может, Джек прав? Может, не нужно пытаться прыгнуть выше головы и изобрести велосипед? Может, нужно просто... быть Кайлом, но направить свой хаос в нужное русло? — Ладно, — он допил сок и отложив стакан подальше собирался уходить – я пойду, может чтото получится... — Не за что, парень. Если что, я всегда тут. Сок всегда в наличии. Кайл, встал со стула, он уже выбросил из головы все мысли о проектах. Он теперь с ужасом думал только об одном: как он будет оправдываться перед Дорианом. В баре было многолюдно и шумно, и его ухо случайно выхватило обрывок чужого разговора где-то в толпе. — ...И вы пойдёте туда? — прозвучал изысканный женский голос. — Куда именно? — На гала-ужин сегодня ночью? Туда пойдут все спонсоры и знаменитости, мы идём вместе с супругом. — Ах, да, слышала! Там будут награждать того актёра из Италии! Очень жду... Кайл замер. "Гала-ужин... Знаменитости... Награждение...".Слова крутились в голове, складываясь в пазл. И вдруг его осенило. Он резко спрыгнул со стула, так что несколько гостей неодобрительно покосились на него. — Точно! — громко вскрикнул он, повернувшись к Вернеру с широко раскрытыми глазами, полными внезапного озарения. — Вернер, ты слышал? Это же идеальное место для... — Мистер Эндрю, — ледяной, как сталь, голос Вернера перебил его поток мысли. Агент неотрывно смотрел на свои часы. — Вы должны предоставить готовый концепт мистеру Дориану для утверждения ровно в 21:00. На данный момент у вас осталось... — он сделал театральную паузу, — ...сорок минут. Шанс стремится к нулю. Вы уверены, что успеете разработать, визуализировать и подготовить презентацию за отведённое время? Слова Вернера повисли в воздухе, как приговор. Кайл действительно на секунду сник, почувствовав всю тяжесть невозможности задачи. Но потом что-то щёлкнуло. Его плечи, которые только что обвисли, снова распрямились. Взгляд, устремлённый в столешницу, поднялся и встретился с ледяным взором Вернера. И в этом взгляде уже не было отчаяния. В нём загорелся знакомый огонёк дерзкого вызова. — О, нет, нет, нет, мой дорогой Вернер, — Кайл медленно поднялся с барного стула, и в его голосе зазвучали новые, почти злодейские нотки. — Это ты что-то не расслышал. Я не "должен" предоставить концепт. Я собираюсь его предоставить! И Дориан его утвердит. Он сделал шаг вперёд, наступая. — Сорок минут? Мне много не надо. Пятнадцать на гениальную идею, десять — на то, чтобы её набросать, и пятнадцать — на то, чтобы её продать организаторам. — Он говорил с такой уверенностью, что даже Вернер отступил на полшага. — Мистер Эндрю, протокол... — К чёрту протокол! — перебил его Кайл, уже почти ликуя. — Ты сам сказал — шанс "стремится к нулю". Так? Ну так вот что: я обожаю стремиться к нулю! Это мой любимый вид спорта! Он схватил со стола салфетку и потряс ею перед лицом ошеломлённого агента. — Видишь это? Это не салфетка. Это мой холст! Мой экран! Мой... мой всё! Джек! — он обернулся к бармену. — Ручку! Срочно! Джек, наблюдавший за этой сценой с нарастающим восторгом, тут же швырнул ему свою рабочую ручку. Кайл поймал её на лету. — Вернер, твоя задача! — скомандовал Кайл, уже рисуя что-то на салфетке. — Сгоняй и найди мне всё, что знаешь про этого итальянского актёра! За что его награждают? Какие у него главные роли? Какая цветовая тема? Я должен всё знать! Вернер замер в ступоре. Его алгоритмы дали сбой. Никакие правила не предусматривали действий в ситуации "спонтанный мозговой штурм на салфетке с привлечением оперативных данных о кинозвезде". — Но мой долг... — Твой долг — помогать мне и приносить пользу отелю! — парировал Кайл, не отрываясь от рисунка. — Это же и есть польза! Самая что ни на есть прямая! Или ты хочешь, чтобы я пришёл к Дориану с пустыми руками, и он спросил у тебя: "Вернер, а почему вы не помогли мистеру Эндрю, когда у него была блестящая идея?". Тебе это надо? Это был гениальный ход. Вернер не мог допустить провала подопечного, за который спросят и с него. Мгновение он колебался, его взгляд метнулся от Кайла к своим часам, к его блокноту и обратно. Наконец, с глубоким, почти человеческим вздохом поражения, он повернулся быстрым шагом направившись из бара. — "21:25. Временное отклонение от протокола. Запрос данных для экстренной концепт-разработки", — пробормотал он себе под нос и начал лихорадочно записывая в блокнот. Кайл тем временем что-то яростно рисовал на салфетке, что-то зачёркивал, снова рисовал. — Так... гала-ужин... всё в золоте и хрустале... скучно... А если сделать... – он шептал чтото наслаивая на салфетку множественные штрихи. Когда через несколько минут Вернер вернулся словно пробежал весь отель как пуля, Кайл посмотрел на него с лихорадочным блеском в глазах. — Нашёл что-нибудь? —...Его последняя роль — Мессинга в биографической драме. Фокусник, гипнотизёр, — монотонно, но быстро отчитался Вернер, считывая данные с бумаги — Преобладающая цветовая гамма в фильме — золото, бордовый, тёмный изумруд. — Ага! — взревел Кайл. — Золото и изумруд! Элегантно! Богато! Это же то, что нужно! Вернер, ты гений! Вернер, впервые получив такую характеристику, слегка моргнул. — Джек! — Кайл повернулся к бармену. — Ещё одна салфетка! Это будет шедевр! Он работал как одержимый. Счёт шёл на минуты. Но теперь это был не страх провала, а азарт и яростное желание доказать всем — Дориану, Бэлле, миссис Эвелин и самому себе — что он может. Через 15 минуты у Кайла в руках был схематичный, но полный огня эскиз. — Всё! Ясно! Побежали! — Куда? — удивился Вернер, но Кайл уже мчался к выходу из бара, не отвечая. — Эй, парень! Удачи! — крикнул им вслед Джек, смеясь. Они неслись по роскошным коридорам отеля, обгоняя изумлённых гостей. Кайл, с растрёпанными волосами и развевающимся пиджаком, нёс впереди себя салфетку, как олимпийский факел. Вернер, сохраняя поразительное для своих габаритов равновесие, бежал за ним. Они ворвались в огромный банкетный зал, где царил хаос. Организаторы и сотрудники отеля метались с бумагами и рациями, их лица были бледны от ужаса. Декорации выглядели скучно и предсказуемо — стандартные гирлянды и драпировки. — Кто здесь главный? — выдохнул Кайл, подбегая к группе напряжённых людей. На него обернулась женщина с бейджем "Старший координатор". — Я. А вы кто? У нас тут кризис, не до... — Я – решение вашего кризиса! — перебил её Кайл, тыча пальцем в салфетку. — Смотрите! Координатор и её команда смотрели то на сумасшедшего рыжего парня, то на его рисунок. В их глазах читалась пустота и отчаяние. У них не было идей. А тут хоть какая-то. — Но... у нас нет времени... оборудования... — попыталась возразить женщина. — Всё есть! — парировал Кайл. — Вернер, скажи им, что всё есть! Вернер, к своему ужасу, обнаружил, что его натренированный мозг уже проанализировал ресурсы отеля. — Зал оснащён базовыми системами проекции и умного освещения. Мощностей достаточно для реализации упрощённой версии концепта, — выдавил он, чувствуя, как предаёт все свои принципы. Этого было достаточно. Координатор, видя в их глазах хоть какую-то уверенность (и не имея других вариантов), махнула рукой. — Ладно! Давайте! Что делать?! И понеслось. Кайл превратился в "дирижёра" указывая всем и сразу: Он показывал осветителям, как выставить прожектора, чтобы свет падал на сцену драматично, как в театре, а не плоско, как в спортзале, объяснял видео-инженерам, как запустить на стены плавные, абстрактные волны цвета, изменяющиеся в такт музыке. Рабочие носили экраны, декорации, цветы именно того оттенка изумруда, который нашёл Вернер. На несколько минут Кайл и вправду стал похож на настоящего дизайнера. Вернер стоял в стороне, лицо его бледно. Он периодически доставал блокнот, чтобы сделать пометку, и замирал, не в силах ничего написать. Он видел, как его подопечный в реальном времени нарушает ВСЕ мыслимые протоколы, не получив одобрения ни от миссис Эвелин, ни, что страшнее, от мистера Дориана. Его рука с ручкой слегка дрожала осознавая что он — соучастник преступления. — Мистер Эндрю, — пытается вставить он в паузе, — мы не имеем права... — Потом, Вернер, потом! — отмахивается Кайл, уже указывая флористам, куда поставить огромные золотые вазы. — Смотри, как же это будет круто!