Глава 7. Ловушка. Цена Азарта

Майки стоит у окна, опершись руками о подоконник. Он молчит. Не курит. Не двигается. Только дыхание, как у зверя, что напал, но не добил. Потому что хочет играть ещё. В комнате — Санзу, Хайтани и Какао с льдом, который уже превратился в грязную воду. Майки (голос низкий, сдавленный): — Найти её. Всё. Что. Есть. Чем живет. С кем трахалась. Куда ходила. Во что одета. Что ела. Что пила. Чем, блять, пахнет. Ран (спокойно, цинично): — У нас... ничего, босс. Ни камеры, ни баз, ни документов. Она — как ошибка в коде, которую написал сам дьявол. Санзу (трясущимися руками поправляет перчатки): — Телефон? Вообще отдельный ад. Активирован, но оператора нет. Сигнал прыгает. Как будто это... не она следит за нами, а мы по её сценарию ходим. Мы, блять, просто статисты. Риндо (насмешливо, обращаясь к Рану): — Это не просто человек. Это либо маньяк, либо чертовски гениальный игрок. И, знаешь... чую, она нас читает, как открытую книгу. С картинками. Майки (поворачивается медленно. Зрачки — булавки): — Она меня читает. Меня. И делает это лучше, чем кто бы то ни было. Тишина. Тяжёлая, как бетонная плита. Санзу (осторожно, заикаясь): — Мы... её устраним? Майки (глухо, почти с усмешкой, от которого по спине ползут мурашки): — Я не уверен, что хочу. Мне не угрожали так… красиво. Не дергали нервы с таким… вкусом. Он сел. Улыбнулся — но холодно. Как будто впервые вспомнил, что он умеет получать удовольствие от насилия. Майки: — Она не просто тень. Она — ловушка. И, черт возьми, я в ней застрял. Техподдержка Вселенной™: — Ты серьёзно хочешь, чтобы они тебя искали? Сюжет становится жарче, но уровень риска уже за пределами нормы. Это, блять, не шутки. Майки тебя выпотрошит.. Эльма: — Они уже ищут. А я просто... кидаю хлебные крошки. С ядом. Техподдержка Вселенной™: — И какой следующий шаг? Надеюсь, не лечь под нож Санзу добровольно.. Эльма: — Показать, что я — не муха в ловушке. А тот, кто задаёт правила. Эл сидела на краю дивана. Внутри — вихрь планов, сомнений и чистого, грязного адреналина. Она поняла — он вцепился в идею, что кто-то залез в его мир. А это, дружок, не шутки. «Так, — думала она, — игра выходит из режима фона. Это уже свет прожектора и полный, сука, контакт». Она почувствовала вкус опасности — он был горький, но сладкий одновременно. Как черный кофе, без сахара, но с нотками крови. «Чёрт, — думала она, — его нервная система сейчас в режиме боевого монстра. И да, это даже забавно — мало кто может так раскачать его нервы. Значит, я уже не просто тень, я — раздражитель». «Что дальше? Как заставить его обратить внимание, но не взорваться? Как вызвать интерес, а не ярость?» — Может, стоит показать чуть больше? — мысленно проговорила Эл, — Какое-то знание, которое он не ожидал услышать. Может, пора сыграть на его ебаной гордости? «Но! — строго сказала она себе, — не надо превращаться в идиотку, которая просто лезет на рожон. Здесь одна ошибка — и всё закончится плохо, в подвале, с ведром кислоты». Эл встала, посмотрела на город. «Если я сейчас отступлю, — думала она, — то точно проиграю. Но если зайду слишком далеко... Блин, тут вариантов не много, но все они ведут на кладбище». Она взяла телефон, стала листать старые заметки. «Он сильный, да, но у каждого монстра есть пятна на сердце, — думала Эл, — и я должна их найти. И ткнуть туда ржавым ножом.» В этот момент к ней пришла мысль: «Нужно, чтобы он начал задавать вопросы, чтобы у него возникло чувство… лёгкого дискомфорта. Не смертельного, но достаточного, чтобы он начал оглядываться вокруг. Чтобы он начал чувствовать себя добычей.» Она понимала, что играет в рулетку — но у неё был козырь: знание, азарт и полное отсутствие страха перед неизвестностью. «Пора готовиться, — заключила Эл, — завтра новый день, и я буду в центре этой игры, а не на её окраинах. Я буду контролировать ситуацию.» Утро началось ровно так же, как обычно. Эл с непередаваемой легкостью хмурила брови, собираясь в новый день. Кофе, быстрый душ. Она обожала поддерживать порядок в своём личном пространстве — это был единственный уголок, где она полностью контролировала хаос. День поначалу полз как загнанный черепах, наполненный привычными делами: проверка почты— формальности, скучные, но необходимые для поддержания фасада. Эл поддерживала фасад «обычной жизни», и, честно говоря, она в этом была мастером, блять, маскировки. Перерыв на обед — салат, который она еле притронулась, глаза снова ускользали в телефон — всплывали сообщения, те самые подсказки из переписки. Никто и не заметил бы — сидящая за столом девушка выглядела как обычная офисная жительница, усталая, но не сломленная. Идеальная маскировка. После обеда — тренировка. Это был её способ оставаться в форме не только физически, но и ментально. Пот, напряжение мышц, звук собственного дыхания — всё это выносило на поверхность настоящую Эл, ту, которая выживает и борется. С каждой каплей пота уходила часть тревоги, оставляя лишь холодный расчёт. В душе — холодная вода, которая оживляла тело и немного успокаивала душу, заставляя фокусироваться на настоящем. Но мысли всё равно норовили вернуться к игре с Майки. Вечером Эл предстояло выйти. Ужин вне дома — маленький ритуал возвращения к нормальной жизни, чтобы не забыть, что она не полностью монстр. Она выбирала одежду не просто по настроению, а с той легкой холодной расчетливостью, что становилась её вторым кожухом. Не слишком ярко, чтобы не выделяться, но и не слишком скромно — она хотела быть заметной, но по-своему, в своей игре света и тени. Взгляд в зеркало — сама себе находит пару недочетов, но знает: никто не увидит в ней слабости, только уверенность. Город ждет. Собрав сумку, она проверила телефон — не было новых сообщений от Майки, но Эл знала, что игра только начинается. «Нужно впитать этот вечер, этот город, — подумала она, — чтобы понять, что происходит за кулисами. Будто я — актриса, играющая роль обычной девушки. Но на самом деле — режиссер и сценарист своей истории.» Она вышла из квартиры, дыхание ночного города окутало её как знакомый и немного опасный кокон. Эл шагала с лёгкой улыбкой — почти что вызовом. «Пусть будет так, — шептала она себе, — пусть каждый мой шаг будет шагом в новую* игру.**»* Она вошла в ресторан, словно не замечая окружающего мира. Её шаги уверенные, спокойные — как у того, кто знает: сегодня у неё есть план. Никакой спешки, никакой суеты. Просто вечер и она — игра, в которой ставки постепенно растут. Устроилась за столиком у окна, откуда отлично было видно весь зал. Не так, чтобы себя показать, скорее — чтобы наблюдать. Невидимая в толпе, почти растворённая. Рядом — мир, полный обыденности, и одновременно — мир, в который она всё глубже погружается.