Глава 3: Тайна пропавших щёток и битва за розетки

Утро на острове началось с оглушительного рёва, который не имел ничего общего ни с одним из известных видов фауны. Этот звук, нечто среднее между рыком медведя, вставшего не с той лапы, и скрежетом танковых гусениц, исходил из бунгало номер один. — ГДЕ МОЯ ЗУБНАЯ ЩЁТКА?! Александр стоял посреди комнаты, его лицо, обычно спокойное, было искажено благородной яростью. Ледяные глаза метали молнии. Он сжимал в кулаке пустой стаканчик, где накануне вечером торжественно красовалась его простая, но надежная щетка. Ник, разбуженный этим катаклизмом, сонно приподнялся на локте, его яркие волосы торчали в разные стороны. —Саш, доброе утро и тебе тоже. Можешь кричать поменьше? Я тут с кошмаром боролся, будто Артур пытается заварить меня в чайнике. — Кто-то тронул мою зубную щётку, — голос России понизился до опасного шепота, обещающего тотальное уничтожение. — Это объявление войны. Янци, уже полностью одетый и с безупречно убранными в хвост волосами, с невозмутимым видом поправлял манжеты своей рубашки. —Успокойся, Александр. Вероятность того, что это была диверсия, а не банальная невнимательность, стремится к нулю. — Моя щётка не могла просто взять и исчезнуть! — бушевал Александр. — Она прошла со мной через огонь, воду и медные трубы! Через нашествия, революции и девяностые! В этот момент из ванной комнаты вышел Артур. Он был подчеркнуто спокоен, но в его руках была не только его собственная, идеально ровная щетка, но и... щетка Ника, которую он держал за кончик, словно зараженный артефакт. —Утренний инспекционный обход, — объявил он, и его глаз нервно подрагивал. — Обнаружено нарушение. Американская щетка была брошена на раковину. ВНИМАНИЕ: на щетине обнаружены следы... зубной пасты. Не той марки. Ник схватился за голову. —О боже, опять ты за своё! Я просто чистил зубы! Это же их прямое назначение! — Но не такой маркой пасты! — парировал Артур. — И не в такое время! График чистки зубов еще не составлен! — А где моя щётка? — грозно спросил Александр, шагнув к Артуру. Тот отступил на шаг. —Я не трогал твои вещи, Россия. Мои интересы лежат в сфере наведения базового порядка, а не в провокации международных инцидентов. «Интересно, — пронеслось в голове у Янци, наблюдающего за этим спектаклем. — Если щетка Александра не у Артура, и не у Ника... и не у меня...» Его темные глаза медленно обвели комнату. Они остановились на рюкзаке Ника, из полуоткрытого кармана которого торчал... знакомый синий колпачок. — Ник, — тихо произнес Китай. Все взгляды устремились на него. — Что? — обернулся американец. — Загляни в левый карман своего рюкзака. Ник, хмурясь, полез в карман и вытащил... зубную щетку Александра. Он уставился на нее с искренним изумлением. —Какого чёрта?.. Саш, я не... я же не... Александр приблизился, и его тень накрыла Ника с головой. —Объясняй. — Я... — Ник лихорадочно соображал. — А, вспомнил! Вчера вечером, когда ты уже спал, я пошел чистить зубы. Было темно. Я, наверное, по ошибке взял твою... а свою... ну, в общем, я, кажется, свою случайно кинул в рюкзак, а твою... ну, видимо, тоже. В комнате повисла гробовая тишина. — Ты, — начал Александр с ледяной вежливостью, — пользовался моей зубной щёткой? «Чёрт-чёрт-чёрт, — застучало в висках у Ника. — Он сейчас меня порвет на атомы. Надо отшутиться». — Ну, знаешь, теперь у нас с тобой есть что-то общее! Братство по щётке! Артур с отвращением ахнул. —Это отвратительно! Антисанитария! Нарушение всех мыслимых и немыслимых границ! Янци прикрыл глаза рукой, но его плечи слегка вздрагивали. Он явно смеялся, просто делал это максимально тихо и внутренне. Александр несколько секунд молча смотрел на Ника, потом медленно, с невероятным усилием воли, разжал кулаки. —Ладно, — проскрипел он. — Но если ты еще раз тронешь что-то моё... я тебя... я не знаю, что я с тобой сделаю. Но тебе не понравится. Он выхватил свою щетку из рук ошеломленного Ника и направился в ванную, хлопнув дверью так, что стены задрожали. Ник облегченно выдохнул. —Фух. Думал, мой последний час пробил. — И правильно думал, — сказал Янци, наконец перестав скрывать улыбку. — Вам невероятно повезло, что он вчера хорошо поел. Сытый русский медведь на 0.3% менее опасен. — Это не смешно! — заявил Артур. — Нам нужны правила! Четкие, прописанные правила! Я сейчас же составлю... — Артур, — мягко, но твердо прервал его Янци. — Составь лучше график, кто и когда может заряжать телефон. Я видел, как ты вчера смотрел на единственную свободную розетку с таким вожделением, будто это был трон Святого Петра. Мысль о составлении графика заряда гаджетов так воодушевила Артура, что он тут же забыл о зубных щетках и принялся за планшет, бормоча что-то о «приоритетах доступа» и «временных слотах». Кризис был временно исчерпан. После завтрака, который прошел относительно спокойно (Александр молча поглощал яичницу, бросая на Ника убийственные взгляды, а Ник старался выглядеть как можно меньше), началась вторая битва дня — Битва за Розетки. Общая зона отдыха представляла собой поле боя. На единственный удлинитель с четырьмя разъемами претендовали сразу восемь человек. — Мне нужно зарядить пауэрбанк! — заявил Хён У, размахивая устройством. — Я же буду фотографировать закат! — А мне ноутбук! — настаивал Герман. — Я должен вести учет расходов! И составить расписание дежурств по кухне! — Дежурств? — переспросил Лука, с ужасом отрываясь от своего телефона, заряд которого таял на глазах. — Ты с ума сошел? Мы на отдыхе! — Именно поэтому нужен порядок! — парировал Герман. — Парни, — вмешался Стефан, пытаясь втиснуть зарядник от своей беспроводной колонки. — Музыка же важнее ваших бумажек! В самый разгар споров подошел Александр. Он молча посмотрел на дерущихся, потом на розетку. Затем он достал из кармана тройник, который он, по его же словам, «всегда носил на всякий пожарный случай, вдруг империалисты электричество отключат», и воткнул его в единственный свободный разъем. — Вопрос решен, — просто сказал он и ушел, оставив всех в ступоре. Через секунду к тройнику уже выстроилась организованная очередь. Даже Герман был впечатлен. —Эффективно. Прямолинейно. По-русски. День продолжался. Янци, избегая пляжной суеты, устроился с книгой в тени пальм, но и его покой был нарушен. К нему, как корсар на абордаж, направился Лука. — Янци, солнышко мое! — начал он, сверкая белоснежной улыбкой. — Лежишь тут один, как несчастный пингвин на льдине. Скучно тебе. А я знаю, как развеять скуку! — Лука, — не отрываясь от книги, произнес Янци. — Если следующее твое предложение будет связано с твоей постелью, я использую эту книгу в качестве холодного оружия. — Я обижен! — Италия прижал руку к сердцу. — Я лишь хотел предложить массаж. У меня золотые руки! — И они останутся золотыми, но оторванными, если ты их ко мне потянешь. Лука, не унывая, перевел дух для новой атаки, но тут на сцене появился Ин Ша. Он подошел бесшумно и встал рядом с Янци, словно тень. — Лука, — произнес Северная Корея ровным, лишенным эмоций голосом. — Твое присутствие здесь избыточно. Лука, встретившись с его холодным, черным взглядом, поспешно ретировался, бормоча что-то о «недружелюбных азиатах». — Спасибо, Ин Ша, — кивнул Янци. —Пустяки, — коротко ответил тот и сел рядом, молча созерцая океан. Их дружба не требовала лишних слов. Вечером, после ужина (который снова готовил Александр, так как другие, потерпев фиаско, сдались), вся компания неожиданно собралась у костра на пляже. Даже Артур пришел, хоть и сидел в стороне на чистом стуле, принесенном с собой. Атмосфера была мирной. Сербия и Казахстан играли на гитарах (откуда они их взяли — никто не знал), Эмиль делился кленовыми конфетами, а Хироку с восторгом показывал всем своего плюшевого кота в новой одежде, сшитой им самим. Ник сидел чуть поодаль, глядя на огонь. Шумные разговоры, смех... всё это вдруг стало давить. Он почувствовал знакомый холодок внутри, учащенное сердцебиение. «Нет, только не сейчас...» Он незаметно попытался сделать глубокий вдох, но воздуха не хватало. Пальцы похолодели. Александр, сидевший напротив, заметил его бледность и неестественную скованность. Он помнил эти приступы. Он видел их раньше. Не говоря ни слова, Россия встал, подошел к Нику и молча поставил перед ним банку холодного пива, громко щелкнув колечком. — На, — буркнул он. — Выпей. Прохладное. Резкий звук и холодная банка в руках помогли Нику вернуться в реальность. Он смотрел на Александра широко раскрытыми глазами, все еще пытаясь отдышаться. —Саш... я... — Ничего не говори, — отрезал Александр и сел рядом, спиной к веселящейся компании, словно закрывая его от всех. — Просто пей. Через пару минут к ним присоединился Янци. Он сел с другой стороны и молча протянул Нику влажное, холодное полотенце. — Для лица, — пояснил он. — Помогает. Ник взял полотенце, и его рука дрожала. Он не смотрел на них, уставившись в землю. —Простите, ребята. Это... глупо. — Не глупо, — тихо сказал Янци. — Это просто факт. Как погода. — Да, — хрипло поддержал Александр. — У всех свои демоны. У кого-то — вон, тот британец с его манией порядка, а у тебя... вот это. Справишься. Они просидели так втроем несколько минут, молча, пока Ник приходил в себя. Шум вечеринки доносился до них приглушенно, как из другого мира. «Чёрт, — думал Ник, чувствуя, как паника отступает, сменяясь странным, согревающим чувством благодарности. — Они знают. И они не презирают меня за это. Эти двое... мои главные соперники... сидят тут и охраняют меня, как братья». — Ладно, — наконец выдохнул он, пытаясь вернуть себе привычную браваду. — Вроде отошёл. Спасибо, парни. Теперь я вам должен. Могу предложить в качестве оплаты свою зубную щётку. Александр фыркнул, а Янци покачал головой. —Пожалуйста, воздержись. Одна такая история в день — это более чем достаточно. Когда они вернулись к костру, Артур смотрел на них с невысказанным вопросом в глазах, но промолчал. Леон, Польша, уже был изрядно пьян и, сидя на коленях у Германа, что-то сердито бормотал, а Герман, красный как рак, пытался его успокоить, но выглядел при этом счастливым. Второй день подошел к концу. Тайна зубной щетки была раскрыта, битва за розетки выиграна простым русским тройником, а паническая атака Ника была купирована молчаливой поддержкой тех, кого он называл врагами. Засыпая в своей кровати, Александр думал: «Щётка... это, конечно, кошмар. Но видеть этого павлина уязвимым... это еще страшнее. Надо будет придумать, как его подбодрить. Может, завтра предложу ему помериться силами в армрестлинге?» А где-то в темноте Ник улыбался.