Глава 17. Печать и предназначение

Едва Саске сошёл с арены, пожиная плоды своей победы, как к нему подошёл Какаши. Его взгляд был твёрдым и не терпящим возражений. — Саске, со мной. Немедленно, — его голос не оставлял пространства для дискуссий. Ганнибал-Саске, всё ещё находясь в состоянии боевой концентрации, на мгновение встретился с ним взглядом. Он хотел остаться. Увидеть, как сражаются другие, особенно Гаара и тот ниндзя из Звука. Собрать данные, проанализировать их стили. Но он видел в глазах Какаши не просто приказ, а смешанную тревогу. «Печать. Он знает о её опасности лучше меня», — мгновенно проанализировал он. Спорить было не только бесполезно, но и глупо. — Хорошо, — коротко кивнул он и последовал за Какаши, игнорируя вопросительный взгляд Наруто и обеспокоенный — Сакуры. Какаши привёл его в пустое подземное помещение, вдали от посторонних глаз. —Покажи, — потребовал он. Саске молча откинул воротник, обнажив багровый, отвратительный узор Проклятой Печати. Какаши сдержанно выдохнул, увидев его. — Орочимару не просто пометил тебя, Саске. Он впустил в тебя яд. Этот знак питается твоей ненавистью и жаждой силы. Если ты будешь использовать его, он поглотит тебя. Медленно, но верно. Он достал запасной свиток и начал наносить на кожу вокруг печати сложные печати. —Я наложу временную печать, чтобы подавить её. Это будет больно. И ты вырубишься. Но это единственный способ не дать ей взять верх до финальных боёв. Ганнибал-Саске не спорил. Он понимал логику. Он чувствовал, как чужеродная энергия печати шевелится под кожей, словно живой паразит, и знал, что контроль над ней — иллюзия. Он позволил Какаши сделать свою работу. Боль была острой и всепоглощающей, будто раскалённое железом выжигали его плоть изнутри. Но это была чистая, почти хирургическая боль, в отличие от хаотичной ярости самой Печати. Его сознание не выдержало контраста и погрузилось во тьму. Очнулся он уже в своей квартире. Лучи заходящего солнца пробивались через окно. Рядом сидел Какаши, читая свою книгу. — Доброе утро. Или, скорее, вечер, — лениво заметил он, закрывая книгу. — Как самочувствие? Саске сел. Тело было тяжёлым, разум — затуманенным, но та тёмная, навязчивая тяга Печати была приглушена, словно заперта за тяжёлой дверью. — Приемлемо, — ответил он. — Что я пропустил? — Отборочные туры закончились, — сказал Какаши. — Определились восемь финалистов. Ты среди них. Он перечислил имена. И среди них — два, которые вызвали у Саске мгновенную концентрацию. — ...и Гадза из Скрытого Звука. Твой соперник в первом матче. А победитель вашей пары встретится с... Гаарой из Скрытого Песка. В воздухе повисла тишина. Какаши смотрел на него внимательно. —Орочимару не зря отметил тебя. Тот ниндзя из Звука — его человек. А Гаара... ты сам чувствовал его силу. Орочимару хочет столкнуть вас. Увидеть, чья тьма сильнее. Ганнибал-Саске медленно поднялся и подошёл к окну. Он смотрел на залитые закатным светом улицы Конохи. В его груди бушевали не страх и не волнение, а холодная, безразличная ярость. Он снова был пешкой в чужой игре. Игре Орочимару. Но на этот раз он был не беспомощной жертвой в Лесу Смерти. У него был месяц. Месяц на подготовку. Месяц, чтобы превратиться из пешки в игрока. Он повернулся к Какаши, его глаза горели знакомым ему самому холодным огнём. —Чему ты научишь меня за этот месяц? В его тоне не было просьбы. Это был вызов. И обещание. Охота была временно приостановлена. Начиналась самая интенсивная тренировка в его жизни. И его добычей должны были стать не просто очередные невежды, а сам демон в человеческом обличье и слуга Змеиного Саннина. Аппетит, притуплённый печатью Какаши, проснулся вновь. И на этот раз он был направлен на куда более крупную дичь. Слова Какаши повисли в воздухе, наполненной пылью заходящего солнца. Ганнибал-Саске медпенно переваривал полученную информацию, раскладывая её по полочкам своего аналитического ума. Наруто победил Кибу. Это было ожидаемо, но показательно. Несмотря на всю свою грубость, Наруто демонстрировал стабильный рост. Его победа над одноклассником, некогда считавшим его слабаком, была очередным психологическим триумфом, укреплявшим его уверенность. «Его упорство продолжает приносить плоды. Полезно. Чем сильнее он становится, тем ценнее он как союзник и... отвлечение». Но следующая новость была куда более значимой. Ли проиграл Гааре. Это не было неожиданностью. Сила Гаары была запредельной. Но ключевыми были слова Какаши: «...но бился достойно. Он первый, кто смог потрепать его». Глаза Ганнибала-Саске сузились. «Потрепать его». Это означало, что броня песка, казавшаяся абсолютной, имела уязвимости. Атаки Ли, его нечеловеческая скорость и сила, достигли цели. — Как? — спросил Саске, его голос был лишён эмоций, но в нём чувствовалась острая заинтересованность. — Что именно сделал Ли? Какаши, казалось, ждал этого вопроса. —Он снял утяжелители. Его скорость стала... пугающей. Он пробивал песок. Заставлял Гаару по-настоящему защищаться. Ли открыл Врата. Пять Врат. — Какаши сделал паузу, давая Саске осознать значимость этого. — Это техника, открывающая ограничители тела, дающая колоссальную силу ценью огромного урона самому себе. Ли чуть не уничтожил себя, пытаясь победить. Мысли в голове Ганнибала закрутились с бешеной скоростью. «Врата... Техника, основанная на чистой физиологии и силе воли, а не на наследственных способностях. Ли, неспособный к ниндзюцу, смог бросить вызов джинчуурики с её помощью. И он смог повредить его». Это меняло всё. Гаара не был неуязвимым богом. Он был сильным, но его защиту можно было сломать. Для этого требовалась скорость и сила, превосходящие пределы человеческого тела. Те самые, что давало открытие Врат. — Ли... выжил? — уточнил Саске, уже представляя, можно ли будет изучить его тело после такого напряжения. — Чудом. Его карьера ниндзя, скорее всего, закончена, — голос Какаши стал мрачным. — Цена была слишком высока. Но он доказал, что Гаара не непобедим. Ганнибал-Саске снова повернулся к окну. На улицах зажигались огни. Карта предстоящих сражений выстраивалась в его голове. 1. Гадза из Звука. Марионетка Орочимару. Прямая угроза, разведка, возможность получить информацию о своём новом «покровителе». 2. Гаара из Песка. Конечная цель этого раунда. Джинчуурики с абсолютной защитой, которую, однако, можно сломать. Для этого требовалась сила уровня Ли. Сила Врат. Он посмотрел на свои руки. Его собственное тело было куда более одарённым, чем у Ли. Его контроль над чакрой был выше. Если Ли, не имея таланта, смог достичь такого... что сможет он, Учиха Саске, с его интеллектом и волей? — Ты научишь меня этому? — спросил он, всё ещё глядя в окно. — Технике Врат. Какаши тяжело вздохнул. —Это не та техника, которой учат легкомысленно, Саске. Это путь к саморазрушению. —Я не Ли, — холодно парировал Саске. — Я не буду уничтожать себя. Я буду контролировать это. Как я контролирую всё. В его голосе звучала такая абсолютная, безразличная уверенность, что Какаши на мгновение замолчал. — Сначала мы займёмся твоей скоростью и выносливостью. Без этого даже думать о Вратах бессмысленно, — наконец сказал Какаши, капитулируя. — Мы начнём на рассвете. Ганнибал-Саске кивнул. Месяц. Всего месяц, чтобы перерасти самого себя. Чтобы превратиться из жертвы Орочимару в угрозу. Чтобы подготовиться к встрече с демоном. Он чувствовал, как под печатью Какаши тлеет его собственная, холодная тьма и голод. Орочимару хотел увидеть тьму? Он её увидит. Но это будет не слепая ярость Проклятой Печати. Это будет холодный, расчётливый мрак intellect, вооружённый силой, способной сокрушить даже хвостатого зверя. Охота на демона была объявлена.