Часть 17. Дорога в никуда

Две недели. Четырнадцать дней, в течение которых стены поместья «Ярости Ангела» начали напоминать клетку. Каждая очередная вежливая, но твёрдая отсрочка от Совета Старейшин отзывалась в сердцах обитателей глухим, унизительным эхом. Напряжение росло, и даже привычные ритуалы — медитации, тренировки — не могли рассеять гнетущее чувство, что их отстранили от игры в самый решающий момент. Именно в такой атмосфере всеобщей подавленности в кабинет Меган влетел Андрей, размахивая продолговатым свёртком, туго перетянутым лозой и испещрённым знаком земли. — От Пучхохи! — выдохнул он, его кошачьи уши торчком. — Не через посредников, напрямую! Клан собрался в главном зале за считанные минуты. Меган сломала печать, и из свёртка, пахнущего влажной глиной и корой, выпало письмо на листе-мохе и семь небольших, гладких каменных оберегов, испещрённых рунами. Тишина, в которой Меган зачитывала послание, была звенящей. «...Камни на самой границе с Пустошами... Их молчание стало оглушительным. Они не просто нехотливы... Они пусты. Будто уши, заткнутые воском чужой воли. Я не могу пробить эту стену, и тревога моя растёт...» Ивлес мрачно смотрел в пол, его пальцы сжимали один из оберегов. «...Совет не может действовать открыто, не нарушив древних клятв. Но вы... вы уже в сердце бури. И потому долг ваш — стать нашими глазами и ушами там, куда нам путь заказан. Вам предстоит дорога в самое логово змея...» — В Пустоши? — тихо прошептал Андрей, и в его голосе прозвучал неподдельный страх. Меган продолжила читать, её голос был ровным, но бесконечно усталым. «...Я не знаю, что искать. Но Коори, внемля шепоту бегущих вод, смог различить образ... Заброшенный храм. Где-то в глубине, вдали от ваших земель и наших границ. Реки обтекают его с немым почтением, не смея осквернить его святость своим течением...» — Заброшенный храм, — сдавленно произнёс Игнэс. — Логично. Если они и хранят свои секреты, то именно в таких местах. «...Путь ваш будет долог и полон опасностей, о которых я могу лишь догадываться. Примите эти обереги. Они не укажут путь и не спасут от клинка, но... они помогут вам остаться собой в месте, где сама магия стремится исказить душу». Письмо было окончено. В зале повисла тяжёлая пауза. Они получили не ответ, а приказ. Приказ на самоубийственную разведку в самое сердце территории врага, имея на руках лишь обрывок информации и семь каменных талисманов. Меган медленно подняла голову. Её взгляд скользнул по каждому лицу: по испуганному Андрею, мрачному Ивлесу, сосредоточенному Игнэсу, суровому Ваануру, молчаливому Милону, собранному Инигу. — Ну что ж, — её голос прозвучал тихо, но отчеканивая каждое слово. — Похоже, аудиенции нам всё-таки добились. Только проходить она будет не в Сердцевине Древа. — Она взяла один из оберегов и сжала его в ладони. — Мы идём в Пустоши. Готовьтесь. Выходим на рассвете. Известие повисло в воздухе тяжёлым колоколом, а затем поместье взорвалось лихорадочной деятельностью. Привычный уклад был забыт; теперь каждый миг был на счету. В самой библиотеке царил хаос, порождённый редким смятением Игнэса. Демон огня метался между стеллажами, сгребая свитки и тут же отшвыривая их. — Легенды о тысячелетней войны... басни о чудовищах... карты, на которых Пустоши обозначены как «Земли Вечного Мрака»! — его голос, обычно низкий и контролируемый, срывался на рычание. — Ничего конкретного! Ни рельефа, ни источников воды, ни зацепок о магических аномалиях! Как готовиться к дороге в ад, не зная, кипят ли там котлы или стелется ледяной ветер? Его белые глаза светились с беспомощной яростью. Впервые его стратегический ум бился в тупик абсолютной неизвестности. Тем временем остальные действовали с отлаженной эффективностью. Ваанур и Милон проверяли и упаковывали прочнейшие палатки и инструменты для выживания в суровых условиях, их магия земли помогала им оценить надёжность каждого ремня и застёжки. Иниг точил свою катану с убийственной сосредоточенностью, его водная магия проверяла баланс клинка до микрона. Андрей собирал свою целительскую сумку, многократно перепроверяя запасы редких трав, антидотов и бинтов, его кошачьи уши подрагивали от нервного напряжения. И лишь Ивлес, чей талант собираться в поход за считанные минуты был притчей в стенах поместья, оставался странно бездеятельным. Он стоял у окна в зале, наблюдая за суетой, его демонические черты были озарчены внутренней борьбой. В конце концов, он решительно направился в кабинет к Меган. Она как раз упаковывала свои скипетры, её пальцы скользили по выцарапанным словам, будто черпая в них силу. — Ивлес? Всё готово? — Нет, — отрезал он, закрывая за собой дверь. — И в этом проблема. Он подошёл ближе, его белые глаза были прищурены. — Мы упускаем что-то, Глава. Что-то важное. Эта шелуха... — он сделал паузу, подбирая слова. — Когда я изучал её тогда, после находки, я чувствовал не просто пустоту. Я чувствовал... отклик. Слабый, как эхо в глубоком колодце. Моя собственная магия, моя природа... она вибрировала на той же частоте, что и эта скверна. Меган отложила скипетр и внимательно посмотрела на него. — Что ты хочешь сказать? — Я хочу сказать, что их магия, как бы омерзительна она ни была, мне... понятна. Доступна, — он произнёс это с отвращением, но и с вынужденным признанием. — Я не просто могу её почувствовать. Я, возможно, смогу её... сымитировать. Если то, что мы ищем, скрыто среди них, то грубая сила или стандартная разведка могут не сработать. Им нужен будет свой. Он не стал говорить это прямо, но намёк висел в воздухе, тяжёлый и неоспоримый. Его демоническая сущность, которую он всегда носил с достоинством воина, могла стать их самым ценным инструментом. Он мог идеально вписаться в ряды тёмных магов, стать тенью среди теней и узнать то, что никогда не откроется в честном бою. Меган долго смотрела на него, оценивая не только смелость предложения, но и его готовность заплатить за это возможную цену — риск потерять себя в роли, которая может оказаться слишком комфортной. — Это опасно, Ивлес. Не только физически. — Знаю, — он кивнул. — Но у нас нет другого пути. Мы идём вслепую. Мне нужен твой приказ. Или твой запрет. Меган отвела взгляд, разглядывая каменный оберег в своей руке. — Запрета не будет, — тихо сказала она. — Будь готов. И... будь осторожен. Не только с ними. С собой. Ивлес молча кивнул и вышел, оставив Меган в раздумьях. Их экспедиция только что обрела новое, куда более опасное измерение. Теперь им предстояло не просто пройти через земли врага, но и провести своего человека в самое его логово. Ивлес уже тянулся к ручке двери, когда в оконное стекло кабинета с глухим стуком ударилось что-то маленькое и белое. Оба взгляда — демона и ангела — устремились к окну. — Птица? — недоумённо произнёс Ивлес, различая за стеклом взъерошенный комок перьев. — Птица? — машинально повторила Меган, поднимаясь с места. Но уже через секунду её голос сорвался на крик: — Ледорез! Она ринулась к окну, распахнула створку и осторожно занесла руки, чтобы поднять маленькое тело. Птица с перьями цвета инея и хрустальным клювом лежала на ладони, её грудка отчаянно вздымалась, а глаза были затянуты мутной плёнкой. Она была на грани истощения. И в тот миг, когда кожа Меган коснулась ледяного оперения, перед её внутренним взором вспыхнул и рассыпался ледяной ураган образов. Ветер. Не её родной, стремительный и свободный ветер Земель. Это был иной ветер — ледяной, пронизывающий до костей, несущий с собой не свежесть, а источающий древнюю, могильную скорбь. Он выл среди остроконечных черных скал, гнал по небу пепельно-серые тучи, под его порывами стонали голые, искривлённые деревья. Пустоши. Это были Пустоши. Словно кто-то вылил ей за шиворот ушат ледяной воды. Меган дёрнулась всем телом, её крылья инстинктивно расправились, а лицо побелело. — В Пустошах... — её голос прозвучал глухо, отрешённо, будто доносясь из той самой ледяной пустоты, — ...бушует ледяной ветер. Она стояла, невидящим взглядом уставившись сквозь Ивлеса, её пальцы сжимали тёплое, дрожащее тельце птицы. Затем видение отпустило её. Меган зажмурилась, пошатнулась и почти рухнула в кресло, положив ледореза себе на колени. Она дышала прерывисто, словно только что пробежала марафон. Ивлес не проронил ни слова. Он видел это раньше — спонтанные вспышки ясновидения, оракульные откровения, которые иногда посещали Меган в моменты сильного стресса или при контакте с мощными артефактами. Ледорез, существо с границы миров, принёс с собой не просто весть, а сам дух тех земель. Молча кивнув, Ивлес вышел из кабинета. В коридоре он столкнулся с Инигом, который нёс отточенную катану. — Что случилось? — по волчьей настороженности в глазах мага воды Ивлес понял, что тот почуял неладное. — Меняем тактику снаряжения, — коротко бросил Ивлес, его голос прозвучал как команда. — Сообщи всем. Пустоши — это не жар пещер. Там царство льда и ветра, что вымораживает душу. Готовим самую тёплую одежду, защитные амулеты от стужи. Все шерстяные плащи, меховые подстёжки, согревающие зелья. Всё, что есть. Иниг, не задавая лишних вопросов, тут же развернулся и побежал передавать распоряжение. Ивлес же, глядя ему вслед, мысленно добавлял к списку снаряжения не только вязаные носки, но и ту самую, самую опасную ношу — свою готовность примерить личину врага в этом ледяном аду.