23. Двойное благословение

      Фэйнир шёл по мраморным коридорам дворца, слегка морщась от утреннего солнца, пробивавшегося сквозь витражи. Его длинные чёрные волосы были небрежно собраны в хвост, а тёмный камзол выглядел слегка помятым — явный признак бурно проведённой ночи. — Ты уверена, что он тут? — Он лениво потянулся, бросая взгляд на Аннару, которая шагала рядом. Её синие волосы были собраны в небрежный пучок, а под глазами виднелись лёгкие тени. — Малекир сказал, что оставил его у себя на ночь, — она пожала плечами, поправляя складки платья. — Хотя, учитывая его любовь к нашему сыну, они наверняка уже разбудили половину дворца. Фэйнир фыркнул, вспоминая, как его шурин вчера настойчиво предлагал дать отдохнуть молодым родителям. — Да, особенно если Орин снова устроил охоту на его корону. Они свернули в тронный зал, где их встретила необычная картина: Малекир, обычно невозмутимый король-полукровка, сидел на полу, его роскошные одежды были испачканы чем-то липким, а на голове красовался бумажный кораблик. — А вот и они! — Он поднял голову, явно не спавший всю ночь. — Ваш демон устроил мне экзамен на прочность. Я теперь знаю, как звучит фраза 'ещё' на семи разных языках. Орин, сидевший у него на коленях, тут же заулыбался, увидев родителей. Его маленькие ушки радостно дёрнулись. — Папа! Мама! — Корабль! — Он гордо показал на своё творение на голове дяди. Фэйнир приподнял бровь, скрестив руки на груди. — Я вижу, ты уже обучаешь наследника основам мореплавания. — Скорее основам государственного переворота, — проворчал Малекир, снимая кораблик. — Он ещё и спать отказался, пока я не согласился быть пленным капитаном. Аннара рассмеялась, подхватывая сына на руки. — Ну что, пират, готов домой? — Нет! — Орин упрямо надул щёки. — Дядя обещал драконов! Малекир вздохнул, поднимаясь. — Я сказал 'может быть после сна'. А ты не спал. — Врёшь! — Малыш тыкнул пальцем в его грудь. Фэйнир едва сдержал смех. — Определённо твоя родня, Аннара. — Забирайте его, пока я не передумал, — король пошатнулся от усталости. — И в следующий раз — я вам его верну через минуту после ухода. Аннара поцеловала брата в щёку. — Спасибо. Мы... эм, оценили. — Да-да, — он махнул рукой. — Только ради племянника. Фэйнир взял Орина на руки, и малыш тут же устроился у него на плече, как маленький пират. — Драконы потом. Сейчас — завтрак. — С блинами? — С блинами, — подтвердил эльф.

***

— Папа, мама, а вы наколдовали мне сестрёнку? — сидя за столом и весело болтая ножками, спросил Орин. Фэйнир как раз подносил ко рту чашку с утренним чаем, когда прозвучал вопрос. Он замер на полпути, его фиолетовые глаза расширились, а уголки губ дрогнули в сдерживаемой улыбке. Чай расплескался по скатерти, оставляя тёмные пятна. Аннара покачала головой, с лёгким укором глядя на мужа. Они оба прекрасно знали, откуда у ребёнка такие мысли — Малекир накануне действительно разбаловал племянника историями о ночном колдовстве. Орин продолжал болтать ногами, его маленькие пальчики размазывали мёд по тарелке. — Ну да! Дядя Малекир вчера сказал, что вы колдуете детей ночью! Фэйнир медленно поставил чашку, вытирая ладонью пролитое. — Малекир... сказал? — Его взгляд скользнул к коту, безмятежно вылизывающему лапу в углу комнаты. — Мяу, — промурлыкало существо, явно довольное. — Это... сложный процесс, — Аннара осторожно начала, поправляя прядь синих волос. — Не совсем колдовство, скорее... — Магия, — тут же подхватил Фэйнир, его пальцы барабанили по столу. — Очень древняя и секретная. Только для взрослых эльфов. Орин нахмурил лоб, его ушки прижались к голове. — Значит, будет сестрёнка? Аннара кашлянула в кулак. — Возможно. Но это может занять время. Магия — дело тонкое. — Как блины! — Малыш оживился, тыкая пальцем в свой завтрак. — Сначала жидкие, потом — бац! — и готово! Фэйнир рассмеялся, откинувшись на спинку стула. — Именно так. Только вместо сковороды — мамин животик. — Фэй! — Аннара шлёпнула его по плечу, но краска на её щеках выдавала смущение. — А можно две сестрёнки? — Орин склонил голову набок, его глаза сияли надеждой. — Чтобы одна играла со мной, а другая — с Варисом! Кот тут же перестал вылизываться, уставившись на ребёнка взглядом, полным немого ужаса. — Мы... обсудим это, — Аннара поспешно встала, собирая тарелки. — После того как ты доешь блины. Фэйнир поймал её взгляд через стол — в его глазах танцевали весёлые искорки. — Две, говоришь? Ну что ж... магия любит старательных учеников. Орин торжествующе поднял испачканный в мёде кулак, а Варис поспешно ретировался под диван. — Мяу... Это звучало подозрительно похоже на 'я с вами больше не разговариваю'. Аннара, стоявшая у раковины с тарелками, закатила глаза, но губы её дрогнули в сдерживаемой улыбке. — Фэй, перестань заполнять голову ребёнку ерундой. Он же потом всерьёз будет ждать, что мы принесём ему сестёр в волшебной корзине. Фэйнир лениво поднялся, подошёл к сыну и присел перед ним на корточки. Его длинные чёрные волосы выскользнули из хвоста, обрамляя лицо. — Орин, скажи честно — ты хочешь сестру или просто мечтаешь о новом сообщнике для своих проделок? Мальчик задумался, надув щёки. — Хочу... чтобы было весело! — Вот видишь, — Фэйнир бросил торжествующий взгляд жене. — Настоящий эльфийский прагматизм. Никаких сантиментов. — Пфф, — Аннара скрестила руки на груди. — Это он в тебя пошёл. Мой брат, между прочим, в три года уже стихи сочинял. Он мне показывал. — И где теперь эти стихи? — Фэйнир поднял бровь. — В королевском архиве, — она пробормотала, отворачиваясь, но Фэйнир уже видел её улыбку. Орин тем временем решил, что разговор зашёл в скучное русло, и принялся доедать блины с удвоенным энтузиазмом, размазывая мёд по всему лицу. Фэйнир встал, подошёл к Аннаре и обнял её сзади, прижавшись губами к её шее. — Ну что, колдунья, будем исполнять детское желание? — Может, сначала уберём текущего демона? — Она кивнула в сторону сына, который теперь пытался накормить мёдом свою тень. — Он же сам просил, — Фэйнир прошептал ей на ухо, слегка покусывая мочку. — А ты знаешь, что я не могу отказать нашей крови. Аннара вздохнула, но расслабилась в его объятиях. — Ладно. Но только если ты берёшь ночные смены. — Договорились, — он улыбнулся, его рука скользнула к её животу. — Две маленькие колдуньи. Представляешь, какой хаос? — О боги, — она зажмурилась. — Мы все умрём. — Зато счастливые, — он рассмеялся, а где-то под диваном Варис издал ещё одно жалобное 'мяу', словно предвидя грядущие беды. Орин, закончив завтрак, с удовлетворением вытер руки о скатерть и объявил. — Я готов! Когда начинаем? Фэйнир и Аннара переглянулись. — После сна, — хором ответили они. Малыш надулся, но тут же переключился на поиски кота, чтобы продолжить обсуждение деталей. А взрослые остались стоять у раковины — он с хищной ухмылкой, она с притворным недовольством. Но в их прикосновениях была нежность, а в мыслях — одна и та же картина: маленькие девочки с синими волосами и озорными фиолетовыми глазами. Хаос, конечно. Но их хаос.

***

      Поздней ночью, когда в доме наконец воцарилась тишина и Орин сладко посапывал в своей колыбели, Фэйнир обвил руку вокруг талии Аннары, притягивая её к себе. — Ну что, моя колдунья, — его губы коснулись её шеи, а голос прозвучал как низкое бархатное мурлыканье, — может, продолжим наши магические изыскания? Аннара с притворным вздохом отстранилась, но в уголках её губ играла улыбка. — Если ты забыл, о мой нетерпеливый архимаг, то вчерашние 'обряды' были более чем успешными. Теперь по всем законам магии нам положено выждать около месяца. С Орином первые признаки проявились как раз через четыре недели. — Она мягко отвела его руку, но её пальцы на мгновение задержались на его ладони. Фэйнир не сдавался. Его ухмылка стала шире, а в глазах вспыхнули те самые озорные искорки, перед которыми она никогда не могла устоять. — Всего один дополнительный ритуал... для закрепления результата, — он прошептал это прямо у её уха, и прежде чем она успела возразить, легко взметнул её на плечо, как драгоценную добычу. Аннара взвизгнула, когда Фэйнир резко подхватил её на плечо, как мешок с зерном. Её синие волосы рассыпались по его спине, а кулаки беспомощно барабанили по его лопаткам. — Чёртов эльф! Я же сказала — хватит! — Но в её голосе не было настоящего гнева, только притворное возмущение. Фэйнир лишь усмехнулся, швырнув её на кровать с такой точностью, чтобы она отскочила ровно на середину. — Ты сама говорила — магия любит старательных учеников. — Его пальцы уже расстёгивали пояс её халата. — Это не магия, а твоя ненасытность, — она попыталась отползти, но он поймал её за лодыжку и резко потянул к себе. — А разве это не одно и то же? — Его губы скользнули по внутренней стороне её бедра, заставляя её вздрогнуть. Аннара закусила губу, чувствуя, как предательское тепло разливается по животу. — Орин может проснуться... — У него твои гены — спит как убитый, — Фэйнир провёл языком по её коже, чувствуя, как она дрожит. — А у меня... другие планы. Его пальцы впились в её бёдра, раздвигая их, а губы нашли то самое чувствительное место, от которого у неё перехватило дыхание. — Фэй... чёрт... — Её пальцы вцепились в простыни, когда волны удовольствия накрыли её. Он поднял голову, его фиолетовые глаза горели в полумраке. — Ну что, колдунья, готова к очередному обряду? Аннара лишь слабо кивнула, уже не в силах сопротивляться. Фэйнир сбросил с себя рубашку, обнажив бледную кожу с серебристыми шрамами. — Тогда держись. Он вошёл в неё резко, заставив её вскрикнуть, но тут же прикрыл её рот ладонью. — Тише... или разбудишь весь дом. Она укусила его за палец, но движения её бёдер уже полностью синхронизировались с его ритмом. Где-то за дверью раздалось недовольное мяуканье. — Идиотский кот, — прошипел Фэйнир, не останавливаясь. — Он... не единственный... идиот здесь, — выдохнула Аннара, обвивая его ногами. Фэйнир лишь рассмеялся и наклонился, чтобы поймать её губы в поцелуе, заглушая её стоны. В эту ночь 'магия' точно не осталась без практики.

***

      На рассвете, когда первые лучи солнца пробивались сквозь шторы, Аннара лежала, прижавшись спиной к горячей груди Фэйнира. Его рука покоилась на её животе, пальцы слегка впились в кожу. — Ты действительно думаешь, что это сработало? — Она прикрыла глаза, вдыхая знакомый запах его кожи — дым, чернила и что-то неуловимо эльфийское. Фэйнир провёл губами по её плечу, оставляя влажный след. — С моей страстью? Не сомневайся. — Твоё самомнение... — Она повернулась к нему, их носы почти соприкоснулись. — Факты, — он перебил, прикусывая её нижнюю губу. — Орин — живое доказательство. За дверью раздался шорох, затем тоненький голос: — Мама? Папа? Фэйнир застонал, уткнувшись лицом в подушку. — Боги, ну почему он всегда просыпается именно в эти моменты? Аннара рассмеялась, натягивая халат. — Карма, дорогой. Карма за твои магические обряды. Когда она открыла дверь, Орин стоял на пороге, прижимая к груди истрёпанного плюшевого дракона. Его серые глаза — точная копия материнских — сияли от возбуждения. — Я понял! Чтобы сестрёнка появилась, надо много целоваться! Я видел во сне! Фэйнир, всё ещё лежащий в кровати, фыркнул в подушку. — Вот чёрт. Теперь у нас два эксперта по репродуктивной магии. Аннара подняла сына на руки, целуя его в макушку. — Давай сначала завтрак, а потом поговорим о твоих... теориях. Орин надул щёки. — Но дядя Малекир сказал, что... — Знаешь что? — Фэйнир внезапно поднялся, хватая обоих в объятия. — Давайте сегодня все вместе сходим к дяде Малекиру. Пусть он сам объяснит, откуда берутся дети. Аннара закатила глаза. — Это жестоко даже для тебя. — Справедливо, — он поправил, целуя её в висок. — А заодно проверим, правда ли корона защищает от детских вопросов. Где-то в коридоре раздалось злорадное 'мяу'. Казалось, даже кот оценил уровень предстоящего хаоса.

***

      После завтрака неугомонное семейство направилось в королевский дворец. Малекир, уже предупреждённый заранее, встретил их в малых покоях — без официального церемониала, но с неизменной улыбкой и щедро накрытым столом. Однако мирная беседа за обедом была недолгой. Орин, до этого сосредоточенно ковырявший вилкой в салате, внезапно поднял на дядю серьёзный взгляд. — Дядя Малекир, — начал он с детской прямотой, — ты сказал, что сестрёнки появляются от магии. Король-полукровка одобрительно кивнул, ещё не подозревая о ловушке. — Но моя мама не умеет колдовать, она человек, — продолжил мальчик, и его голос приобрёл нотки учёного, разоблачающего заблуждение. — Значит, ты соврал. В воздухе повисла звенящая тишина. Фэйнир, сидевший напротив, подавился вином, а Аннара поспешно поднесла салфетку к губам, скрывая предательскую улыбку. — Так откуда же на самом деле берутся сестрёнки и братики? — с непоколебимой настойчивостью завершил свой допрос Орин. Малекир замер, его обычная уверенность мгновенно испарилась. Он бросил умоляющий взгляд на сестру, но та лишь мило подняла бровь, всем видом показывая: 'Отвечай, сам напросился'. Затем он посмотрел на Фэйнира, но эльф с самым невинным видом уставился в потолок, будто изучая роспись. Малекир кашлянул, отставляя бокал. — Ну... технически магия тут ни при чём. Даже если мама не колдует. Орин нахмурился, тыкая вилкой в помидор. — Но тогда как?! Фэйнир лениво потянулся, обхватывая кубок длинными пальцами. — Видишь ли, сынок, когда двое любят друг друга очень сильно... — Фэйнир! — Аннара пнула его под столом. — Что? Я же начал культурно! — тёмный эльф притворно-невинно развёл руками. Малекир провёл рукой по лицу. — Орин, представь... э-э... сад. Да, сад! — Опять капуста? — засомневался мальчик. — Нет! — король резко выпрямился. — Видишь ли, папа сажает семечко в мамино... сердце. И из него вырастает малыш. Фэйнир фыркнул, расплёскивая вино. — Блестяще. Теперь он будет спрашивать, как семечко попадает в сердце. Аннара закрыла глаза, молясь о терпении. — Малекир, ты сделал хуже. Орин тем временем склонил голову набок. — Значит, у мамы в груди сад? Почему тогда там не растут цветы? — Потому что... — Малекир застыл, как олень перед колесницей. Фэйнир сжал губы, чтобы не рассмеяться. — Потому что там особый микроклимат. Только для маленьких детей. — Ага! — Орин торжествующе ткнул пальцем в Фэйнира. — Значит, магия всё-таки есть! Малекир упал лицом на стол. — Я сдаюсь. Аннара вздохнула и обняла сына. — Малыш, когда ты подрастёшь, папа всё объяснит. А пока... давай просто скажем, что сестрёнка появится, когда мы с папой очень-очень этого захотим. — Но я уже хочу! — надулся Орин. Фэйнир нежно потрепал его по волосам. — Терпение, мой грозный воин. Всё приходит вовремя. — Как налоги и мигрень, — пробормотал Малекир, наливая себе ещё вина. Фэйнир поднял бокал в тосте. — За мудрость королей... и их удивительные познания в садоводстве. Аннара закатила глаза, но её губы дрогнули в улыбке. Орин же, потеряв интерес, уже копался в десерте, явно планируя новый допрос на послеобеденное время. После обеда, когда слуги унесли десертные тарелки, Орин уселся на ковёр у камина, увлечённо строя башню из деревянных кубиков. Его фиолетовые глаза время от времени поднимались к взрослым, словно он обдумывал новую стратегию допроса. — Значит, если папа посадит семечко прямо сейчас... — начал он, но Фэйнир быстро перехватил инициативу. — Сынок, давай лучше расскажу тебе историю о том, как твой дядя Малекир недавно пытался вырастить арбуз в своей спальне. Малекир резко поднял голову. — Этого не было! — Было, — невозмутимо парировал Фэйнир, подмигивая Аннаре. — И закончилось это тем, что весь дворец — месяц проветривали от запаха гниения. Аннара фыркнула, прикрывая рот рукой. Орин же заинтересованно придвинулся ближе. — Правда, дядя? Малекир вздохнул, потирая переносицу. — Я был тридцатилетним идиотом. — Всего два года прошло. Ничего не изменилось, — шепнул Фэйнир на ухо жене, отчего та закатила глаза. Орин, удовлетворённый новой информацией, вернулся к своим кубикам. — Значит, сестрёнку нельзя вырастить в спальне? — Точно нельзя, — твёрдо сказала Аннара, бросая предупредительный взгляд мужу. Фэйнир лишь улыбнулся, обхватывая её за талию. — Но кое-что другое — можно. — Фэйнир! — Аннара покраснела, а Малекир застонал. — Я ухожу. У меня, внезапно, срочные королевские дела. Орин, не обращая внимания на взрослые игры, сосредоточенно ставил кубик на кубик. — Значит, когда папа посадит семечко... оно будет расти в животе? Фэйнир замер, обменявшись взглядом с Анной. — Ну... в некотором роде. — А будет больно? Аннара мягко улыбнулась, гладя сына по голове. — Немного. Но это того стоит. Орин кивнул, явно удовлетворённый ответом. — Хорошо. Тогда я тоже потерплю. Фэйнир рассмеялся, целуя жену в висок. — Ну что, дорогая, кажется, мы воспитали философа. — Скорее, будущего адвоката, — пробормотал Малекир, уже стоя в дверях. Орин вдруг поднял голову. — Дядя, а у тебя есть семечко? Король Сильванаара резко захлопнул дверь. Фэйнир, с трудом сдерживая смех, обнял Аннару. — Ну что, пойдём домой? А то наш сын скоро доберётся до вопросов о процессе опыления. Аннара лишь покачала головой, но в её глазах светилось облегчение. Орин же, забыв о сложных темах, уже нёсся к выходу, чтобы первым сесть в карету. — Думаю, мы сегодня неплохо справились, — прошептал Фэйнир, помогая жене подняться.

***

      Прошёл ровно месяц с той памятной ночи, когда они с Фэйниром решили попробовать 'наколдовать' дочь. С тех пор каждое утро Аннары начиналось с одной и той же — странной тяжести в низу живота. Утро в их доме началось с непривычной тишины. Аннара лежала на кровати, бледная как полотно, прижав ладонь ко рту. Фэйнир, уже одетый в свой привычный чёрный камзол, мгновенно присел рядом, положив прохладную руку ей на лоб. — Тебя рвёт третий день подряд, — его голос звучал неестественно ровно, но фиолетовые глаза выдавали бурю эмоций. — Это не отравление. Аннара слабо махнула рукой. — Просто несварение. Не драматизируй. Фэйнир молча встал и направился к старинному ларцу у стены. Дерево с серебряными узорами щёлкнуло, открывая бархатный футляр. В нём лежал кристалл Истины — полупрозрачный камень размером с куриное яйцо. — Нет, — Аннара приподнялась на локтях. — Фэй, мы же не... — Три дня, Аннара, — он повернулся, и в его глазах читалось что-то хрупкое. — Я должен знать. Он опустился перед ней на колени, протягивая кристалл. Аннара вздохнула, но взяла его в дрожащие пальцы. Камень был холодным и тяжёлым. — Как это... работает? — она неуверенно сжала кристалл. — Просто подумай о своём теле, — Фэйнир прикрыл её ладони своими. — И задай вопрос. Аннара закрыла глаза. Наступила тишина, нарушаемая только их дыханием. Затем — слабый зелёный свет начал пробиваться сквозь пальцы, становясь ярче с каждой секундой. Фэйнир замер. — Он... никогда не ошибался. Аннара открыла глаза. Кристалл в её руках светился ровным изумрудным сиянием, отбрасывая блики на стены спальни. Её губы дрогнули. — Боги... это правда? Фэйнир медленно прижал её руку с камнем к своей груди. Его голос сорвался на шёпот. — Ты подаришь мне дочь. Слёзы выступили на глазах Аннары. — Орин был прав насчёт семечка. Фэйнир рассмеялся, звук был грубым от нахлынувших эмоций. Он прижал лоб к её коленям. — Я... я не знаю, что сказать. — Скажи, что будешь носить меня на руках все девять месяцев, — Аннара провела пальцами по его чёрным волосам. — Врёшь, — он поднял голову, и его глаза сияли ярче кристалла. — Я буду носить тебя до последнего дня. Они замерли, слушая, как за дверью раздаётся топот маленьких ног. Орин ворвался в комнату с криком: — Мама! Папа! Варис украл мою булочку! Он застыл на пороге, увидев светящийся камень. — Ой... что это? Фэйнир встал, бережно забирая кристалл. — Это, сынок, ответ на твой вопрос. Орин нахмурился. — Какой вопрос? — Про сестрёнку, — Аннара улыбнулась, протягивая руки к сыну. Мальчик замер, его серые глаза (точь-в-точь как у мамы) расширились. — Правда?! Значит, семечко сработало?! Фэйнир рассмеялся, подхватывая сына на руки и кружа его по комнате. — Семечко сработало на удивление хорошо! Орин визжал от восторга, цепляясь за отцовские плечи. — А когда она появится? Завтра? — Немного позже, — Аннара мягко ответила, поглаживая ещё плоский живот. — Примерно через девять месяцев. Лицо мальчика вытянулось. — Это же целая вечность! — Зато у тебя будет время подготовиться, — Фэйнир поставил сына на пол, приседая перед ним. — Ты же хочешь быть лучшим старшим братом в истории? Орин серьёзно кивнул, сжимая кулачки. — Я научу её драться на мечах! И красть печенье! — Боже, спаси нас, — Аннара закатила глаза, но улыбка не сходила с её губ. Фэйнир нежно обнял их обоих, прижимая к себе. — Наша маленькая семья становится больше. В этот момент в дверь постучали. На пороге стояла служанка с подносом. — Госпожа, вам чай с имбирём. От тошноты. — Спасибо, — Аннара взяла чашку, делая осторожный глоток. Орин тут же пристроился рядом, внимательно наблюдая за матерью. — Тебе плохо? Может, нужно ещё семечек? Фэйнир фыркнул, отворачиваясь, чтобы скрыть смех. — Одного пока достаточно, воин. — Но если будет больно, я защищу тебя! — мальчик важно скрестил руки на груди. Аннара потянулась, чтобы поцеловать его в макушку. — Мой храбрый рыцарь. Фэйнир наблюдал за ними, его фиолетовые глаза светились тёплым светом. — Ну что, семейство, начинаем обратный отсчёт? — Да! — крикнул Орин, подпрыгивая на месте. Аннара лишь улыбнулась, прижимая ладонь к животу, где уже начиналась новая жизнь. Фэйнир наблюдал, как Орин носится по комнате, изображая эпические битвы с воображаемыми врагами, защищающими его будущую сестру. Его чёрные волосы выбились из хвоста, когда он наклонился к Аннаре, прижимая губы к её виску. — Как ты себя чувствуешь, миа луна? — его шёпот был тёплым, как летний ветерок. Аннара прикрыла глаза, вдыхая его запах — дождь и старые книги. — Как будто меня переехала королевская карета. Но... счастливая. Орин внезапно замер посреди комнаты, уронив деревянный меч. — Мама! А как её зовут? Фэйнир и Аннара переглянулись. — Мы ещё не решили, — Аннара потянулась к чаю, но Фэйнир быстрее подал ей чашку. — Но это должно быть что-то красивое! Как... как... — мальчик задумался, нахмурив лоб. — Как Лунный Лизун! Фэйнир закашлялся, подавившись собственным смехом. — Прекрасный выбор. Но, возможно, твоей сестре хочется немного менее... липкого имени. — Хмм, — Орин скрестил руки, имитируя задумчивую позу отца. — Тогда Ледяная Вспышка! — Боже, он весь в тебя, — Аннара покачала головой, но её глаза смеялись. Фэйнир притворно вздохнул. — Значит, имя выбираю я. — Нет! — хором возмутились Аннара и Орин. Тёмный эльф поднял руки в защитном жесте. — Тогда пусть решает мама. — Наталиэль... Фэйнир замер, его пальцы непроизвольно сжали руку Аннары. Он произнес это имя тихо, словно пробуя его на вкус. Воспоминания нахлынули внезапно — та ночь три года назад, когда они лежали в постели, её руки на округлившемся животе, а его ладони поверх её пальцев. — Ты уверена? — его голос звучал хрипло. Аннара кивнула, её серые глаза стали мокрыми от слёз. — Мы же обещали. Если родится девочка... Орин, не понимая напряжения между родителями, дернул отца за рукав. — Пап, а почему ты грустный? Разве Ната... Натали... — Наталиэль, — мягко поправила Аннара, гладя сына по волосам. — Да! Разве это не красивое имя? Фэйнир глубоко вдохнул, заставляя себя улыбнуться. — Очень красивое, сынок. Просто... твоя мама умеет удивлять. Он наклонился, прижимая лоб ко лбу Аннары. Их дыхание смешалось, тёплое и неровное. — Ты помнишь всё, — прошептал он. Аннара закрыла глаза. — Каждое слово. Каждую ночь. Каждую мечту. Орин копошился между ними, пытаясь втиснуться в объятия. — Значит, теперь у меня будет сестра Наталиэль? Фэйнир обнял их обоих, его чёрные волосы смешались с синими прядями Аннары. — Да. Наталиэль Штормнайт. За окном ветер подхватил лепестки вишни, закружив их в весеннем танце. Где-то в доме мяукнул Варис, будто давая своё согласие. — Но я всё равно буду звать её Лунный Лизун! — заявил Орин, вырываясь из объятий и пускаясь в пляс по комнате. Фэйнир рассмеялся, и этот звук, наконец, стал лёгким. — Ну что, Аннара... кажется, нас ждёт ещё одно приключение. Она лишь улыбнулась в ответ, пальцы невольно касаясь живота, где уже начиналась новая глава их истории.

***

Четыре месяца спустя.       Дворцовые коридоры казались бесконечно длинными, когда Аннара шагала медленно, опираясь на руку Фэйнира. Её лавандовое платье уже не скрывало округлившийся живот, но походка стала тяжелее, чем в первую беременность. — Ты уверена, что не хочешь, чтобы я тебя нёс? — Фэйнир вполголоса спросил, его фиолетовые глаза беспокойно скользили по её лицу. Аннара лишь фыркнула, поправляя прядь синих волос. — Перестань смотреть на меня, как на хрустальную вазу. С Орином всё было проще, но я справлюсь. Орин бежал впереди, то и дело останавливаясь у магических светильников. — Мама, а если там дракон? Ты же говорила, я толкался, как дракончик! — Орин, — Фэйнир прикрыл глаза, — если там дракон, мы тебе скажем. Дверь в кабинет лекаря открылась с лёгким скрипом. Старый эльф в зелёных одеждах жестом пригласил Аннару на кушетку. — Ну-ка, посмотрим на этого крепыша, — он провёл руками над её животом, и золотистый свет окутал её. Фэйнир стоял, скрестив руки, но его пальцы нервно барабанили по локтю. Внезапно брови лекаря поползли вверх. — Хм. Интересно. — Что? — Аннара напряглась, хватая Фэйнира за руку. — Два сердцебиения. Тишина повисла в воздухе. Даже Орин замер у двери, широко раскрыв глаза. — Д...два? — Аннара прошептала. Фэйнир опустился на колени рядом с кушеткой, его пальцы дрожали, когда он коснулся её живота. — Две девочки? Лекарь кивнул, пряча улыбку в седые усы. — Активные, здоровые. Им понадобится вдвое больше заботы. Орин вдруг подпрыгнул на месте. — ДВЕ сестры?! Я буду лучшим старшим братом для обеих! Научу их драться и воровать печенье! Аннара закрыла лицо руками. — Боже, нас ждёт хаос. Фэйнир прижал лоб к её животу, его голос дрогнул. — Наталиэль... и Лумиэль. Наши девочки. Лекарь вручил ему две склянки с густым эликсиром. — Двойная доза. И пусть ваша жена отдыхает, если не хотите, чтобы она родила раньше срока. Фэйнир резко поднялся, лицо стало решительным. — Ты слышала? Никаких подвигов. Только покой. — Да как же я отдохну, — Аннара закатила глаза, — если у меня теперь ТРИ ребёнка, ещё и ты? Орин уже тащил отца за рукав. — Пап, нам нужно две колыбельки! И вдвое больше печенья! Фэйнир внезапно рассмеялся, подхватывая Аннару на руки. — Домой. И да поможет нам всем богиня луны. Аннара лишь вздохнула, обнимая его за шею.

***

      Широкая дубовая дверь в дворцовую столовую распахнулась с торжественным скрипом. Фэйнир внёс Аннару на руках, его чёрный хвост растрепался от спешки. За ними семенил Орин, размахивая воображаемым мечом. Столовая встретила их тёплым светом хрустальных люстр и ароматом жареной дичи. За длинным дубовым столом уже сидели: Малекир — король-полукровка с острыми скулами и насмешливым прищуром. Его тёмно-синий камзол был украшен серебряными нитями, а на пальце поблёскивал перстень с фамильным гербом. Он поднял бокал в их сторону.— Наконец-то! Я уже думал, вы решили рожать прямо в коридоре. Зиртаниэль, отец Фэйнира, с невозмутимым лицом отложил книгу. Его волосы были собраны в строгий узел, а фиолетовые глаза — точная копия сыновьих — изучали Аннару с интересом. — Посади её на стул, сын. И расскажи, что сказал Хельдир. Элия, бабушка Фэйнира, сразу засуетилась, пододвигая Аннаре подушку под спину. Её тёмно-зелёное платье шуршало, как осенние листья. — Дитя моё, ты белая, как лунный свет! Орин, принеси бабушке ту корзину с травами! Лираэль, 13-летний клон Фэйнира в миниатюре, сидел, поджав ноги, и жадно разглядывал Аннару. Его чёрные волосы ещё не доросли до хвоста, торча во все стороны. — Правда, что там два ребёнка? — выпалил он, забыв про этикет. Аннара, устроившись на стуле, глубоко вздохнула: — Да... две девочки. Тишина. Потом — взрыв. Малекир выронил бокал, красное вино разлилось по скатерти. — ДВЕ?! Значит, мне теперь два подарка к рождению готовить? Зиртаниэль впервые за десять лет уронил книгу. — Близнецы... в нашем роду такого не было со времён пра-пра-бабушки Белларэль. Элия уже рылась в корзине, доставая пучки сушёных трав. — Укроп для молока, ромашка для сна, а это... Орин, не ешь это! Это для твоих сестёр! Орин, с набитым ртом, невинно округлил глаза: — Я просто проверял на вкус! Лираэль подскочил к Фэйниру, дергая его за рукав. — А они будут такими же хитрыми, как ты? А научишь их стрелять из лука? А можно я буду их тренировать?! Фэйнир, стоящий за спиной Аннары, медленно закрыл лицо руками. — Боги... я даже не представляю, что будет, когда они начнут ходить. Аннара потянулась к кувшину с водой, но Малекир был быстрее. — Поздравляю, сестрёнка, — Малекир протянул чашу, но не отпустил её сразу, задерживая Аннару за пальцы. — Теперь ты официально самая отчаянная женщина в королевстве. Аннара фыркнула, отхлебнув воды. — Спасибо, братец. Но если вспомнить, кто пару лет назад украл драконье яйцо... — Тише! — Малекир оглянулся на Зиртаниэля, но эльф лишь поднял бровь, явно запоминая историю для будущих разбирательств. Элия уже завязывала узелки из трав, приговаривая: — На колыбели — от дурных снов. В пелёнки — для крепкого здоровья... Лираэль, не отлипая от Фэйнира, тараторил. — А если они будут плакать одновременно? А если захотят есть в разное время? А если... — Лираэль, — Фэйнир положил руку ему на плечо, — дыши. Они родятся не завтра. Орин тем временем залез на стол и гордо объявил. — Я буду их защищать! И учить драться! И... и... мама, а можно я им покажу, как прятаться от нянек? Зиртаниэль наконец поднялся, поправляя манжеты. — Фэйнир, тебе понадобится помощь. Мы переедем к вам на первые месяцы. Фэйнир замер. — Отец, ты ненавидел шум, даже когда я был ребёнком. — Именно поэтому я знаю, что вам не выжить без нас, — старый эльф невозмутимо отпил вина. Малекир вдруг хлопнул ладонью по столу. — Так! Я назначаю Аннаре двойную охрану. И нянь. И поваров. И... — Мал, — Аннара перекрыла его, — я не фарфоровая кукла. — Нет, ты теперь ходячая реликвия, — король скрестил руки. — Две наследницы Сильванаара — это политическое событие. Фэйнир потёр виски. — Они даже не родились, а уже вызывают хаос. Аннара потянулась к фруктам, но Элия тут же подсунула ей тарелку с чем-то зелёным и пахучим. — Ешь, дитя. Теперь тебе кормить троих. Лираэль вдруг замер, осознав: — Подождите... значит, у меня будет две племянницы?! — Он схватил Орина за руку. — Мы должны построить им крепость! Орин засиял. — С ловушками для нянек! Фэйнир опустился на стул рядом с женой, его пальцы сплелись с её. — Ты уверена, что хочешь оставить их без присмотра даже на минуту? Аннара рассмеялась, потом застонала, хватаясь за живот. — Ох... девочки одобряют весь этот бедлам. Малекир поднял бокал. — За новое поколение Сильванаара! Пусть они будут вдвое красивее, вдвое умнее и... боги, пусть хоть вполовину спокойнее своих родителей. Стол дрогнул от общего смеха. Даже Зиртаниэль позволил себе лёгкую улыбку. Фэйнир прижал губы к виску Аннары, его шёпот был тёплым и тревожным одновременно. — Ты уверена, что справишься? Мы можем попросить бабулю остаться с нами... или нанять ещё десяток служанок. Аннара переплела пальцы с его, усмехнувшись. — После того, как я пережила твою бабушку, твоего отца, твоего брата и твои ночные тренировки с луком? Две малышки — это просто новый уровень сложности. Лираэль тем временем уже чертил планы крепости на салфетке, а Орин украдкой подкладывал зелёную гадость из тарелки Аннары под стул. Малекир, заметив это, пригрозил пальцем: — Малыш, если твои сёстры родятся такими же хитрыми, как ты — нам всем конец. Зиртаниэль вдруг встал, поправляя перчатки. — Я еду в старые архивы. Надо найти записи о близнецах в нашем роду... и рецепт снотворного для родителей. Элия закивала, завязывая последний узелок. — А я пойду готовить детскую. Две колыбели, вдвое больше пелёнок... Ох, дитя моё, — она потрепала Фэйнира по щеке, — ты даже не представляешь, что тебя ждёт. Фэйнир закрыл глаза, глубоко вздохнув. — Я представляю. Хаос, крики, бессонные ночи... и вдвое больше причин для счастья. Аннара прижала его руку к своему животу, где две жизни толкались в такт его словам. Лираэль вдруг застыл, уставившись на её живот. — А... а если они решат родиться прямо сейчас? В столовой повисла пауза. Потом все заговорили разом: — Не смей даже думать об этом! — Элия, где твои травы для отсрочки родов?! — Орин, беги за лекарем! Нет, за двумя лекарями! Аннара рассмеялась, откинувшись на спинку стула. — Расслабьтесь. Эти две хулиганки явно любят драматизм... они подождут, пока мы не подготовимся как следует. Фэйнир, бледнее обычного, пробормотал. — Боги, я уже вижу своё будущее... три ребёнка, сумасшедший брат, вездесущий отец... и ты посреди этого шторма. Аннара поцеловала его в уголок губ. — Разве не ради этого мы и поженились? Приключения, помнишь? Малекир громко застонал, доливая себе вина. — Если они будут такими же романтичными, как вы, я требую отдельный дворец. Подальше. Орин, не понимая сути, но чувствуя настроение, прыгнул на колени к отцу. — Пап, а мы можем начать строить крепость сегодня? А то сёстры уже пинаются — значит, скоро вылезут! Фэйнир, глядя на свою маленькую, безумную семью, рассмеялся — глубоко, искренне, как не смеялся уже давно. — Ну что ж... похоже, Сильванаар ещё не готов к тому, что мы ему приготовили.