Часть 7

Прошла почти неделя с момента отплытия, и вот, склонившись над навигационной картой, Евгений сверился с координатами. Они почти на месте – в самом сердце Тихого океана, вдали от оживленных морских путей. Ночь накрыла корабль непроницаемым полотном, и словно этого было мало, на зеркальную гладь воды опустился густой, серый туман. "Не к добру это все, ой, не к добру!" – проворчал Егор, стоя на палубе и напряженно вглядываясь в молочную мглу. "Всего лишь туман, Егор", – ответил Евгений, стараясь сохранить спокойствие. Но где-то в глубине души поселилось тревожное предчувствие. В этой зыбкой, непроницаемой пелене могло таиться что угодно. Радары молчали, и это немного успокаивало капитана. На мгновение над кораблем повисла давящая тишина, лишь мерное плескание волн о борт нарушало ее. Вдруг, из кромешной тьмы, донесся едва различимый свист, пронзивший ночную тишину. "Что это?!" – в недоумении спросил Егор, инстинктивно сжимая автомат. "ГРАНАТОМЕТ!" – отчаянно воскликнул Евгений, падая на палубу и прикрывая старпома своим телом. Мощный взрыв сотряс корабль, застав команду врасплох и окрасив палубу багровым пламенем на долю секунды. В ту же секунду за бортом послышался рев мощных двигателей – словно стая хищников, катера нарезали круги в тумане вокруг их судна. Снаряды из гранатометов взрывались один за другим, корежа металл и превращая дерево в щепки. Мощные прожектора корабля беспомощно рассекали туман, словно светлячки, не пробивая его плотной завесы. "Открыть огонь!" – скомандовал Евгений, поднимаясь на ноги и оценивая обстановку. Солдаты, подчиняясь приказу, открыли шквальный огонь вслепую, надеясь поразить нападавших. В ответ из тумана по палубе хлестнула пулеметная очередь, вынуждая солдат прятаться за укрытиями. С кормовой части корабля донеслись отчаянные крики. Евгений обернулся и увидел, как из тумана, словно демоны из ночных кошмаров, выскакивают вооруженные до зубов люди с лицами, скрытыми под черными балаклавами. Пираты без колебаний вступили в ожесточенный бой с морскими пехотинцами. Палубу продолжали обстреливать, и ситуация становилась критической. Но бравые солдаты, несмотря на взрывы и свист пуль, отважно приняли бой, корабль качало, как щепку в бушующем море. Евгений, отстреливаясь короткими очередями, укрывался за углом трюма, стараясь не подставляться под пули. Вдруг он заметил в гуще сражения одного из пиратов, выделявшегося на фоне остальных. Именно его Евгений видел на фотографиях, которые показывал ему Иван Ефимыч. Тот же плащ, тот же черный шемаг на лице… и тот же жуткий красный глаз, словно горящий адским пламенем. Их взгляды на мгновение пересеклись, пронизанные ненавистью и злобой. К звукам стрельбы, криков и взрывов добавился оглушительный звук, доносящийся с небес. "Вертолет?!" – в недоумении произнес капитан, безошибочно узнав звук лопастей винтокрылой машины. В небе над кораблем появился вертолет, луч мощного прожектора пронзил тьму, словно меч. Потоки воздуха от вращающегося пропеллера разогнали туман, открыв кусочек ночного неба, усыпанного мерцающими звездами. В ту же секунду с вертолета обрушилась смертоносная очередь из крупнокалиберного пулемета, выкашивая пиратов, словно косой смерти. Несколько пиратских катеров, получив смертельные пробоины, начали уходить под воду, увлекая за собой на дно обезумевших от страха головорезов. Пираты начали нести ощутимые потери. Увидев, что в бой вступила третья сторона, главарь пиратов приспустил шемаг и пронзительно свистнул, да так громко, что заглушил даже звуки выстрелов. В ту же секунду пираты начали спешно покидать борт корабля, прыгая на катера, которые тут же развернулись и начали скрываться в тумане. Евгений, заметив, что главарь пытается сбежать, преградил ему путь короткой автоматной очередью. Тот обернулся, испепеляя его взглядом, полным ярости. "Стоять!" – процедил Евгений сквозь зубы, приближаясь к нему с автоматом наготове. Егор, запыхавшись, подбежал к ним, держа главаря на мушке. Вдруг главарь посмотрел на Егора и указал, на него пальцем, словно проклиная. Егор не понял, что означает этот жест, и с недоумением посмотрел на главаря. "Без глупостей!" – процедил Евгений, не отрывая глаз от опасного врага. Вдруг Егор почувствовал, как его руки немеют и перестают ему подчиняться. Главарь сжал пальцы в форме пистолета и ,уставив его на Евгения, что-то прошептал на незнакомом языке. Егор, словно под гипнозом, не понимая, что происходит, направил свой собственный автомат на своего капитана. "Егор, что ты творишь?!" – в ужасе воскликнул Евгений, переключая внимание на обезумевшего старпома. "Я… Я не могу контролировать себя!" – пролепетал Егор, в глазах которого отражался неподдельный страх и отчаяние. Как вдруг его палец непроизвольно нажал на спусковой крючок, и пули, прожужжав, пролетели мимо головы капитана, пробив обшивку рубки. Главарь пиратов, воспользовавшись замешательством, не поворачиваясь к ним спиной, перевалился через борт и упал в ледяную воду. Егора тут же отпустило, словно злые чары развеялись, и он, с ужасом осознавая содеянное, бросил автомат на палубу. Евгений подбежал к борту и посмотрел в темную бездну внизу, но ничего не увидел. Лишь черная, маслянистая рябь на воде указывала на то место, где только что исчез пират. Евгений перевел взгляд в сторону удаляющихся катеров и увидел, как главарь, мокрый и озлобленный, сидит на одном из них. Он ушел, растворившись в тумане, унося с собой тайну своего красного глаза и странных способностей. Вскоре стихли и звуки двигателей, оставив корабль в зловещей тишине. Евгений запрокинул голову и увидел нависший над кораблем вертолет. Мощный прожектор начал странно мигать. Луч света то вспыхивал, то гас, словно подавая какой-то сигнал. "Азбука Морзе!" – понял Евгений, мгновенно расшифровав таинственное послание. "Следуйте за мной!" "Это кто такие?" – вдруг выпалил Егор, с подозрением глядя на вертолет. "Кто бы они ни были, они помогли нам!" – ответил Евгений и, подойдя к ближайшему прожектору, направил его на вертолет, включая и выключая его, ответил: "Хорошо!" Вертолет, неспешно развернулся и полетел, увлекая за собой в западном направлении. Евгений, словно зачарованный, бросился на мостик, отдал четкие, распоряжения и направил корабль в кильватер таинственному спасителю. Куда лежит их путь? Какие неведомые тропы судьбы ждут впереди? Ответов не было, лишь шепот ветра и плеск волн. Но одно стало ясным: эта ночь, навсегда изменила его жизнь, а жгучий взгляд красного глаза, словно клеймо, отныне не даст покоя. Корабль послушно следовал за вертолетом, пробирающимся сквозь чернильную тьму. Туман, словно призрак, таял в лучах восходящей луны, обнажая ночное небо, усыпанное бриллиантовой россыпью звезд. Вдали, словно мираж, возник остров, окутанный светящейся дымкой. По мере приближения, в окуляр бинокля проступили строгие очертания военной базы, словно вырезанные из ночи. В порту застыли исполинские силуэты кораблей, а на берегу, гордо реял звездно-полосатый флаг. — Американцы? — прошептал Евгений, и перевел взгляд с полотнища на корабли. — Похоже, они здесь по тем же причинам что и мы, — отозвался Егор, кивнув в сторону базы, чьи огни горели в тропической тьме. Вертолет, исполнив свою задачу, плавно опустился на вертолетную площадку, где-то в глубине базы. Корабль, словно прирученный зверь, замедлил ход и осторожно причалил к пирсу. Русские морпехи, облаченные в камуфляж ночи, бесшумно сбросили трап. Евгений, Егор и отряд, готовый к любому повороту судьбы, ступили на чужую землю, вдыхая запах незнакомой ночи. Из темноты навстречу вышла группа из пяти человек в американской военной форме. Офицер, отделившись от остальных, шагнул вперед и, с густым акцентом, заплетающимся в сложном узоре слов, произнес: — Приветствуем вас! Мы услышали эхо вашего боя и пришли на помощь! Широкая улыбка озарила его лицо, и он протянул Евгению руку. Их рукопожатие было коротким и крепким, а взгляды – оценивающими и настороженными. — Благодарю, — коротко ответил Евгений, сканируя ситуацию. — Нам приказано разобраться с происходящим здесь, и уничтожить источник угрозы, — пояснил американский офицер. — Нас тоже послали сюда, но мы никак не ожидали встретить столь яростное сопротивление, — Сказал Евгений, — Добро пожаловать на базу. Командование будет радо вашему визиту! Русские морпехи, напряженные и собранные, в сопровождении американских солдат, двинулись вглубь базы. Лучи прожекторов, рассекали тьму, высвечивая колючую проволоку, сторожевые вышки и застывшие в напряжении лица солдат. В воздухе висело густое, почти осязаемое предчувствие надвигающейся бури. Ночь, бездонная и зловещая, окутывала остров. Русские морпехи, с лицами, хранящими отпечаток суровых испытаний, и американские солдаты, излучающие самоуверенную браваду, продвигались к сердцу военной базы. Лучи прожекторов, словно острые лезвия, вырывали из мрака детали: колючую проволоку, вышки часовых и лица, искаженные напряжением. В воздухе ощущалась густая, почти физическая тревога, предвестие грядущих событий. Когда русские, под командованием капитана Евгения, вошли на территорию базы, перед их глазами развернулась удручающая картина. Солдаты, измученные и испуганные, сновали между палатками, словно призраки. В их движениях читалась усталость и страх. Евгений, собранный и невозмутимый, в сопровождении своего старпома, Егора, направился к освещенной палатке. Внутри, за жедезным столом, сидели два генерала. Их лица, изрезанные глубокими морщинами, выдавали бессонные ночи, полные сомнений и тревог. Увидев вошедших, они встрепенулись. Оба генерала поднялись и крепко пожали Евгению руку. — Hello! My name is George! — Stanley! – представился второй, его голос звучал хрипло и устало. — Евгений, – сухо ответил русский капитан, кивнув в сторону старпома. – Это Егор, мой старпом, и моя команда. Генерал внимательно оглядел прибывших. — Ваши солдаты могут пока привести себя в порядок, – с запинкой произнес Стенли на ломаном русском, – А вы, Евгений, и ваш старпом, прошу к столу. Нам предстоит серьезный разговор. Евгений отдал короткий приказ, и его команда покинула палатку. Вместе с Егором они заняли места напротив американских командиров, в предвкушении диалога, который мог решить их судьбу. — Я так понимаю, ваше правительство послало вас сюда разобраться с… с теми, с кем вы недавно столкнулись? – начал Джордж, его взгляд был серьезным и изучающим. Евгений коротко кивнул. — Нас тоже отправили после того, как исчезло уже пятое американское судно! - поддержал его Стэнли, - Но мы, как и вы, не ожидали такого напора от этих… террористов! — Ну, раз они такие крутые, то что ж вы разбили базу, считай, у них под носом? – с вызовом спросил Евгений, переводя взгляд с одного генерала на другого. Стэнли нахмурился. — Сюда они не сунутся… боятся! Мы основательно здесь окопались! — Но нам удалось установить за ними слежку и даже внедрить в их ряды агента! - добавил Джордж, в его голосе прозвучала едва уловимая гордость. — И что же вам удалось выяснить? – живо поинтересовался Евгений. — Немного. Для каждого корабля у них своя тактика! На военные корабли они не нападают, если, конечно, они не открывают огонь и не проплывают слишком близко от Тортуги! - ответил Джордж, делая паузу после каждого предложения. — Подождите! Они что, обитают на Тортуге? На острове, где в средние века обитали пираты?! – воскликнул ошеломленный Егор. — Yes! Но в зависимости от погодных условий и обстоятельств, могут напасть и на военный корабль, как это случилось с вами! Они называют себя… Эммм, Стэнли, как это слово… бас…босур… - Джордж замялся, пытаясь вспомнить название. — Басурманы?! – наугад предложил Егор. — Yes! Басурманы! Точно! - воскликнул обрадованный Джордж. Евгений и Егор удивленно переглянулись. — Ну, а кто их глава? – спросил Евгений, чувствуя, как в груди нарастает беспокойство. — Этого мы не знаем. Наш агент не успел передать информацию… - голос Джорджа стал тише, печальным. — Его раскрыли? – с тревогой спросил Егор. Стэнли опустил голову. — Раскрыли и убили! Джордж поднял голову и посмотрел прямо в глаза Евгению. — Я хочу поступить… немного не по кодексу, и предложить объединить наши силы против этой чумы! В наступившей тишине слышно было лишь потрескивание дров в печи. Джордж продолжил: «My grandpa участвовал во Второй мировой и встречал ваши войска на Эльбе!». Он медленно достал из-за пояса нож и положил его на стол. На его рукояти виднелись две выгравированные подписи: "Кузнецов И.В." и "Jacob S. U." — Это подпись моего дедушки и его русского друга! – с трепетом произнес Джордж. Евгений в шоке смотрел на подпись. "Кузнецов Игнат Валерьевич?.. Мой дед?" — Ваш кто? — переспросил ошеломленный Джордж. Евгений, не говоря ни слова, резким движением выхватил из ножен свою шашку – старинное казачье оружие, принадлежавшее ему по праву наследия. Он положил ее рядом с ножом. На рукояти шашки красовались точно такие же две подписи: "Jacob Smith Wilington…" В шоке прошептал Джордж. "My grandfather!" "Вот так номер!" – потрясенно прошептал Евгений, словно пораженный громом. Егор, словно спущенная с тетивы стрела, вскочил на ноги. "Егор, на корабль! Свяжись с нашими, передай координаты! Пусть сюда прибудут корабли!" Егор, застыв в подобии стойки "смирно", отчеканил "Есть!" и вихрем вылетел из палатки, словно призрак, растворившись в густой, непроглядной ночи. Евгений, с металлическим щелчком вложив шашку в ножны, произнес, и в его голосе звенела сталь: "Как мы вместе победили тогда… так, победим и сейчас!" В глазах Джорджа вспыхнул огонь решимости. Кивнув, он спрятал под пояс рукоять фамильного ножа. "Верно, старина!" – в его голосе звучала неподдельная теплота и братство. "Да вот все хотел узнать…" Стэнли задумчиво нахмурил брови. "Что означает это слово… "басурман"?" Евгений на мгновение погрузился в раздумья. "Древние славяне так называли иноверцев, чужаков. А еще – врагов!" В этот момент в палатку ворвался Егор, запыхавшийся, но торжествующий. "Сделано! Через три дня флот будет здесь!" – отрапортовал он. Евгений, удовлетворенно кивнув, едва заметно улыбнулся. "У нас есть еще кое-что…" – неожиданно произнес Стэнли, приковывая к себе взгляды. "Недавно из их лап вырвался один американец. Мы нашли его в лодке, посреди океана. Он долго молчал, но сейчас вроде бы пришел в себя. Мы  хотели его расспросить, но раз уж вы здесь…" Стэнли крикнул что-то сержанту у входа. Тот исчез и вскоре вернулся, бережно ведя под руку изможденного мужчину средних лет. Бледный, как полотно, с застывшим ужасом в глазах, он казался тенью. Солдат усадил его за стол. "Как вы себя чувствуете, Джонни?" – участливо спросил Стэнли. "Нормально…" – прозвучал хриплый, словно из колодца, ответ. Джонни избегал смотреть в глаза присутствующим. "Сможете рассказать, что вы видели, и слышали в плену?" – мягко, успокаивающе продолжил Стэнли. Джонни глубоко вздохнул, собираясь с силами, и начал свой рассказ. "Плыл домой из Бразилии. С самолетом не вышло,… пришлось на корабле. Утром отплыли… Ночью, проснулся от грохота на палубе. Выстрелы… сразу понял – беда!" Джонни замолчал, словно ощущая прикосновение леденящего кошмара. "Пропущу захват. Незачем его описывать! Нас вывели  на палубу и поставили на колени… сфотографировались на фоне заложников. Потом начали грабить корабль. Все перетаскивали на свой корабль. Я даже название успел увидеть… Dyab Lanme a!" "Морской дьявол…" – перевел Джордж, нахмурив брови. "Что дальше?" "Дальше… мы проплывали мимо какого-то острова, остановились. Высадили женщин, детей, стариков. Выкинули несколько ящиков с едой, одеждой, зажгли сигнальные огни. И поплыли дальше!.." В голосе Джонни звенела горечь, перемешанная с благодарностью за спасенные жизни. "Потом привезли на остров. Выгнали на причал, загнали в барак. Там хоть тепло и сухо, не как в трюме. Просидел я там около часа… Вдруг ворота распахнулись. Меня и еще троих потащили в какой-то… кабак. Руки связаны. А там столы, выпивка, и прочие прелести… Нас привязали к столбу, кроме одного мужика! Его потащили к клетке. Закрыли там, дали ему нож сквозь решетку! Я увидел, что в этой клетке кости человеческие валяются. Сбоку один из этих… ублюдков дернул за веревку – в стене открылся проход. Оттуда, под хохот, вышли двое львов! Краем глаза заметил их главаря… Ужас! Нет левой щеки, серые зубы в вечном оскале, левый клык золотой, а левый глаз – как сгусток крови!.. Сидел, смотрел на мужика в клетке, которого рвали львы, и гладил по голове гиену!" Лев бросился на человека, полоснул по руке, кровь брызнула на решетку! Мужчина кричал, отбивался ножом, но толку от ножа было мало! Вдруг этот… без щеки! Подошел к решетке, пальцем вымазал кровь с решетки. И я увидел у него в руке бумажную фигурку, человечка! Об нее он вытер палец с кровью. главарь отошел, что-то сказал и в руке блеснул нож! Он  отрезал фигурке руку – лев оторвал мужику руку с ножом! Толпа взвыла от восторга! Отрезал вторую руку – второй лев вцепился во вторую руку! Отрезал голову – лев перегрыз бедняге горло!" Джонни закрыл лицо руками, содрогаясь от беззвучных рыданий. Собрав остатки мужества, Джонни продолжил, и каждое слово было пропитано болью. "Тот, без щеки, опять встал. Намотал цепи на руки и… улыбнулся. Если ЭТО можно назвать улыбкой. Скинул рубаху, а там татуировки, как у зэка. На груди амулет – череп со змеей изо рта! Под галдеж он подошел к клетке. Ему подали, нож открыли клетку, и он туда вошел! Клетку захлопнули. Львы переключились на него! Да лучше бы они его загрызли! Лев кинулся – он подставил цепь, которую лев не мог перекусить, и он полоснул льва по носу! Лев Отскочил! Второй бросился на него, а этот псих увернулся и полоснул льва по лапам! Он шел с ножом на царей зверей! Порезал их несколько раз, потом снял цепи и, как кнутом, погнал их по клетке, пока за веревку не дернули, и звери в испуге в проход не метнулись! Клетку открыли, и этот вышел оттуда под свист и аплодисменты! А потом вообще… Один, из пленников рядом со мной, освободился от пут. Схватил со стола чей то автомат и наставил на главаря. А тот стоит и улыбается! Черт, ну псих!" Джонни запнулся, словно не веря в то, что должен рассказать. "Поодаль сидели двое, их как я услышал Степаном и Билом звали. Бил за автомат схватился, на пленника наводит, а Степан засмеялся, перехватил автомат и опустил ствол в пол. "Не надо!" – говорит Степан. "Он же его убьет!" – Возмутился Бил. "Да наслаждайся представлением! Как он их заставляет себе мозги вышибать – как в кино сходить!" – усмехнулся Степан. Пленник нажал на курок , а там щелчок! Главный с улыбкой, рукой показал на стол, где магазин валялся! Пленник взял магазин, вставил и опять на главаря наставил. А тот на него… пальцы, как пистолет! Ну, как дети играют! Пленник стоит, стрелять не может. Руки отнялись! А главарь пальцы к виску приставил! Пленник, с ужасом в глазах, автомат к виску приложил, будто не он это делал! Толпа затихла, смотрит! Главарь выстрелил понарошку, "пиф-паф!" – и голову набок. И пленник так же, только по-настоящему! Застрелился, упал замертво прямо с автоматом! Толпа взорвалась аплодисментами! А труп – в клетку ко львам!" Джонни, закрыл глаза, тяжело дыша. Джордж и Стэнли, Евгений и Егор переглядывались, не находя слов. "От столба  отвязали еще одного. Но главарь заорал: "Хватит людей тратить!" И нас обратно в барак погнали! Там часа два просидел, пока все стихло. Не знаю как, но руки развязал! Подполз к стене, а там доски гнилые! Другого пленника тоже освободил, его Мэтью звали! Дыру проковыряли и выползли! Наверное, шумели, потому что перед нами – как из-под земли – люди, и этот, без щеки! Гиену гладит, та на нас скалится! Мы бежать! А за нами ни погони, ни выстрелов! Только: "Ширган фас!" В глазах Джонни застыл дикий ужас. "Мы забежали в лес, несемся, деревья чудом огибаем! И тут Мэтью упал!  Его догнала эта тварь! Крик на всю округу – гиена его на куски рвет! Я к нему, а уже все Мэтью мертв! Погоня близко, пришлось бежать, Мэтью бросить! Выбежал на скалистый берег и не увидев края свалился в море! Но повезло – всплыл! И опять удача – рядом лодка гнилая! Те, кто гнались, решили, наверное, что я разбился. Я в лодку залез и отрубился… А потом вы нашли!" Джонни выдохнул, пережив заново этот кошмар, а его слушатели молчали, потрясенные услышанным. "Да он просто спятил!" – слова Егора вонзились в измученного Джонни, словно осколки стекла. Евгений тут же осадил: "Вздор! Вспомни, что с тобой вытворял этот пиратский дьявол! Ты едва не пустил мне пулю в лоб!" Джордж подхватил, вскинув брови: "Твой старпом чуть не укокошил тебя?" – в голосе сквозило недоверие, смешанное с мрачным любопытством. Егор, казалось, сам барахтался в омуте непонимания. "Да я понятия не имею, что на меня нашло! Как будто кто-то дергал за ниточки! Этот гад указал на меня, и руки сами, будто чужие, выхватили ствол и открыли огонь!" В его оправданиях плескалась искренняя растерянность, как у человека, покинутого рассудком. В этот миг Стэнли, до этого хранящий молчание, протянул Джонни рисунок, словно улику: "Вот этот амулет… На главаре он был?" Джонни вперил взгляд в изображение, словно в бездну памяти. "Точно! Он самый!" "Это символ из гаитянских культов! Амулет подчинения! С его помощью превращают людей в марионеток!" – провозгласил Стэнли, развернув рисунок к остальным. Егор застыл в гримасе непонимания, словно пораженный громом. "Вы вообще слышите, что несете? Магия? В нашей-то технологичной реальности? Бумажки и заклинания — в это я поверю в последнюю очередь! Попахивает бредом! Что, прямо так взял и загипнотизировал?" Джордж не сдавался: "Ну, а как ты объяснишь, что ты чуть не прикончил своего капитана?" Егор на мгновение замер, словно нырнул в глубины разума в поисках рационального зерна. "Не знаю,… может, какой-то гипноз… особая техника… ничего другого в голову не приходит!" Свинцовая тишина наполнила палатку. Логика и суеверие, разум и безумие, реальность и морок — все переплелось в этом странном разговоре, словно в кошмарном сне, посреди базы США! В тесной палатке, где царила атмосфера сгустившейся тревоги, слышалось лишь шуршание карандаша Стэнли, методично фиксирующего каждый звук и мысль. Евгений, как капитан, взял на себя непростую роль аналитика, пытаясь разложить хаотичный рассказ о побеге Джонни на ясные фрагменты. "Итак, что мы имеем?" – начал Евгений, в его голосе прорезались стальные нотки. Стэнли кивнул, не отрываясь от записей. "Пираты, гнездящиеся на Тортуге…." "Со слов Джонни, там есть парни Билл и Степан… следовательно, сброд со всего света!" Евгений задумчиво погладил подбородок. "Они называют себя "басурманами"… Джон, может, ты помнишь какие-то особые приметы их вожака? Что-то славянское или европейское?" Джонни снова погрузился в пучину воспоминаний. "Нет… вроде кожа светлая… и говорит чисто по-русски… без акцента!" "Значит, наш "басурман" – выходец из СНГ," – подытожил Евгений, а Стэнли машинально внес пометку в свой блокнот. "Что до мистики, пока отложим,… нет ни малейшего рационального объяснения. Как он это проделывает, не ясно, но я уверен, что рано или поздно мы докопаемся до истины!" - заключил Евгений, и карандаш Стэнли заскользил по бумаге. Закончив писать, Стэнли поднял взгляд на Евгения. "Русские корабли на подходе, тогда и решим, что делать дальше. А сейчас… следят ли наши за пиратами?" – спросил Евгений у Джорджа, словно оживляя угасшую искру надежды. Джордж энергично кивнул. "Значит, ждем корабли!" — выдохнул Евгений, словно сбрасывая с плеч груз непосильной ноши. В ожидании подкрепления у них оставалось время для анализа и подготовки. Три бесконечных дня и ночи тянулись, словно пытка. И вот, наконец, сквозь пелену тумана Евгений различил их – четыре стальных хищника, рассекающих волны. Ракетные крейсера с каждым мгновением становились все четче, приближаясь к острову, где затаилась американская база. Напряжение достигло предела… и вдруг случилось нечто невероятное. Рядом со звездно-полосатым стягом взметнулся ввысь триколор Российской Федерации! База пала,… но не в бою, а в братских объятиях! Русские морпехи сокрушили врага теплом дружбы! Две непримиримые силы, еще вчера смотревшие друг на друга сквозь прицелы, стояли плечом к плечу, осознав общую угрозу, нависшую над водами. Старые обиды и разногласия были забыты. Солдаты, словно братья по оружию, обменивались крепкими рукопожатиями, шутили, делились сувенирами, словно закадычные друзья. По острову разносился смех, словно вестник новой, рождающейся дружбы. В то время, как солдаты предавались радости единения, главнокомандующие – Евгений, его верный старпом Егор, американец Джордж и невозмутимый Стэнли – собрались в насквозь пропахшей порохом и потом палатке для стратегического планирования. На столе, словно карты реальности, были разложены тактические схемы. "Итак, подведем итоги," – произнес Стэнли, упираясь кулаками в грубую поверхность стола. В его взгляде читалась стальная решимость. "Завтра с утра мы выйдем в море и, держась на безопасном расстоянии, попробуем выйти на связь с пиратами. Попытаемся решить дело миром. Если же дипломатия окажется бессильной… что ж, тогда начнем штурм!" Стэнли обвел взглядом присутствующих, ища подтверждения. В ответ он увидел лишь немое, но единогласное согласие. Никто не сомневался в необходимости этих шагов. Евгений, измученный напряжением дня, вышел из палатки, жадно вдохнув влажный, соленый воздух. Солнце заливало остров ярким светом. Мимо него чеканили шаг русские морпехи. Их голоса, сливаясь в мощный хор, наполнили пространство: "Вместе, братцы, не робея, Смело в бой пойдем, друзья! Бейте, режьте, не жалея! Басурманина врага!" Песня неслась над островом, словно клятва, словно обещание защитить мир от надвигающейся тьмы. Впереди их ждала битва, но теперь они были не одни. И в этой новой, неожиданной дружбе заключалась их сила, их надежда на победу над злой силой господствующей в океане. Утро нового дня расцвело над горизонтом, расплескав по небу акварельные пастельные тона. Корабли, уподобившись стае встревоженных морских птиц, вырвались из объятий сонной гавани и устремились в объятия безбрежного моря. На головном корабле, рассекающем изумрудные волны, У штурвала стоял Евгений. Плечом к плечу с ним, как верный страж, возвышался старпом Егор, а рядом – два американских коллеги, Джордж и Стэнли. Вдали, словно мираж, возник остров, окутанный пеленой утреннего тумана. Егор, склонившись над аппаратурой, лихорадочно вращал ручки настройки, пытаясь поймать ускользающую волну пиратов. "Сейчас прорвемся сквозь их трескотню и узнаем, о чем судачат эти террористы," – пробормотал он, прижимая наушник к уху. Каждое его движение было пронизано нервным напряжением и трепетной надеждой. На острове наблюдатели уже зафиксировали приближение кораблей. Главарь, прильнув к окуляру подзорной трубы, вцепился взглядом в проступающие из дымки силуэты. Он отчетливо различил очертания военных кораблей и гордо реющие флаги двух держав. В его глазах вспыхнул неистовый гнев. Охваченный яростью, он вихрем вылетел из кабинета и, словно безумный, помчался вниз по лестнице, едва не сбив с ног своего верного помощника Степана. Степан, ошеломленный внезапным появлением Атамана, впервые видел его в таком паническом настроении. В полном неведении он вошел в кабинет и приник к подзорной трубе. "Твою мать!" – вырвалось у него, и он, словно ужаленный, бросился вслед за главарем. В связной рубке пират, услышав хрипы и помехи в рации, потянулся к ней, но его руку, резко, перехватил Атаман, приложив палец к губам. Тишина, звенящая и гнетущая, нависла над рубкой, нарушаемая лишь треском статического электричества. На мостике головного корабля Егор, наконец поймав желанную волну, тщетно пытался расслышать хоть что-то, но из динамика доносился лишь монотонный, раздражающий белый шум. "Ну, как?" – спросил Евгений, не отрывая настороженного взгляда от острова. Егор, потеряв последнюю надежду, включил громкую связь, и оглушительный треск помех окутал мостик. Когда присутствующие были готовы признать поражение, словно луч солнца, пробившийся сквозь грозовые тучи, в эфире прозвучал зловещий голос: "Лихо же вы решили нас подслушать!" Евгений, не теряя ни мгновения, схватил микрофон: "Говорит капитан вооруженных морских сил России, Евгений. Рядом со мной – капитан ВМС США. Как к вам обращаться?" Минутная пауза, заполненная лишь треском помех, и затем в эфире снова заговорили: "Зовите меня Атаман!" "Атаман, у тебя есть шанс сохранить жизнь себе и своим людям! Сдайся! Я обещаю, что ни ты, ни твои люди не пострадают!" В ответ в рации раздался хриплый, неприятный смех: "Я не мальчишка, чтобы верить в эти россказни! И с чего это мне сдаваться?" "В противном случае мы нанесем ракетный удар по острову и твоим кораблям! Вся прибрежная зона будет стерта с лица земли, а ваши корабли пойдут на дно!" – жестко отрезал Евгений. "Да! Стреляйте! Только вместе с моими кораблями и людьми на дно отправятся и полтысячи заложников, запертых в трюмах! И еще столько же найдут свою смерть под вашими ракетами в бараках прибрежного города! Если вы решитесь на штурм, вам придется брать каждый корабль и каждый дом! И поверьте, нам есть чем ответить на ваши ракеты!" Евгений был ошарашен таким поворотом. Он не ожидал, что пираты окажутся настолько безжалостными. "Послушай, давай договоримся! Отпусти заложников, и я гарантирую тебе и твоим людям жизнь и свободу!" "Этот разговор не для эфира. Если у вас, капитаны, еще остались яйца… то неподалеку от места стоянки ваших кораблей есть крохотный песчаный островок! Приплывайте туда вместе, и мы продолжим разговор!" Связь оборвалась, оставив после себя лишь раздражающий белый шум. В повисшей тишине каждый обдумывал услышанное, понимая, что им предстоит принять непростое решение. Атаман, покинув рубку, увидел спешащего к нему Степана. Тот, задыхаясь, попытался что-то сказать, но Атаман жестом остановил его: "Степан, найди Била и пулей ко мне в кабинет!" Степан, не задавая вопросов, сорвался с места, словно выпущенная из лука стрела. Через несколько минут Бил и Степан, с трудом переводя дух, поднимались в кабинет главаря. Атаман, в это время, достал с полки потертую черную кожаную книгу. Вырвав из нее листок, он торопливо набросал на нем что-то ручкой и спрятал обратно в книгу. Затем, сгребая со стола все исчерканные листки с координатами, он щедро полил их ромом и поджег. В считанные секунды от планов и карт не осталось и следа. В этот момент, словно по команде, в кабинет ворвались Степан и Бил. "Степан, Бил! Снаряжайте корабли и набейте трюмы заложниками до отказа! Подготовьте корабли в полною боевую готовность! Живо! Живо!" Голос Атамана звучал как раскат грома, не терпя возражений. Степан и Бил, не проронив ни слова, ринулись выполнять приказ. Атаман вышел следом за ними и, подозвав одного из своих самых доверенных людей, усадил его в скоростной катер и передал ему черную книгу: "Немедленно плыви на Гаити! Найди там Алана и передай ему эту книгу!" Пират молча кивнул, осознавая всю серьезность поручения. Катер, взревев мотором, сорвался с места в сторону Гаити, оставляя за собой бурлящий след. Атаман пристально смотрел вслед уплывающему катеру, словно прощался с чем-то очень важным. Когда он обернулся, к нему подошел Степан: "Все готово! Команды собраны, экипированы, заложники в трюмах." "Отлично!" – произнес Атаман, нервно перебирая амулет на груди, скрытый под черной рубахой. "Бери Била, и в катер… Мы плывем на переговоры!" Тем временем, Евгений, Джордж и два морпеха – русский и американец – стояли на краю крошечного песчаного островка, со всех сторон окруженного бирюзовой водой. Они напряженно всматривались в приближающийся к острову катер. Из него вышли трое пиратов. Двое были вооружены автоматами, их лица скрывали черные банданы. Пирата, шедшего посередине, Евгений узнал сразу. Весь в черном! Черный шемаг на лице и этот дьявольский красный глаз! Главарь морских террористов! Его имя наводило ужас на моряков всего мира. Трое пиратов приблизились к капитанам и морпехам. У главаря на груди позвякивал укороченный автомат Калашникова, словно дорогая игрушка. Он нарочито спокойно держал руки в карманах, но именно это показное спокойствие и вселяло в окружающих гнетущее подозрение. "Атаман, как я понимаю?" – обратился Евгений к главарю, стараясь сохранять невозмутимый вид. Тот лишь коротко кивнул в ответ. "Мы предлагаем вам выкуп за заложников!" – вмешался Джордж. "Вы отдаете нам заложников, мы платим вам деньги, и мы просто уплываем!" Атаман усмехнулся: "А потом приплываете с целой армадой и крошите нас ракетами, зная, что ни один невинный человек не пострадает?" – закончил он его мысль. "Могу я поинтересоваться… не вы ли должны отбывать срок в Соловецкой колонии, года эдак два?" – неожиданно спросил Евгений, стараясь не накалять и без того взрывоопасную обстановку. "Я не понимаю, о чем вы говорите!" – нарочито небрежно ответил Атаман, отводя взгляд в сторону. "А если мы сейчас вас пристрелим?!" – выкрикнул Джордж, теряя терпение, и выхватил пистолет. Двое пиратов мгновенно вскинули автоматы на морпехов, а те, в свою очередь, нацелились на них. Евгений, не раздумывая, выхватил свой пистолет и направил его на главаря. Напряжение достигло своего апогея. Казалось, достаточно малейшей искры, чтобы разгорелся настоящий ад. Лишь Атаман продолжал невозмутимо стоять на месте, держа руки в карманах. "Эх, а я рассчитывал на нормальный, цивилизованный диалог," – с притворным сожалением вздохнул Атаман. Он медленно вынул руки из карманов. В одной из них он сжимал детонатор, от которого тянулся провод в рукав его куртки. "Застрелите меня, я отпущу эту кнопку, и не только мы здесь разлетимся на куски, пол-острова обратится в прах! Пять килограммов тротила – это не шутки!" Атаман распахнул куртку, и взглядам присутствующих предстала жуткая картина: на торсе главаря красовалась конструкция в виде пояса шахида, обвешанного взрывными зарядами. "Опустите оружие!" – так же спокойно, как и прежде, произнес Атаман. "Считаю до пяти… Раз…" Он оттопырил большой палец руки, сжимающей детонатор. "Два… Три…" "Хорошо! Хорошо! Успокойся!" – Евгений, стараясь усмирить разъяренного главаря, медленно опустил пистолет и скомандовал остальным сделать то же самое. Морпехи, скрипя зубами, подчинились. Пираты, не отрывая глаз от своих противников, опустили автоматы. "Атаман, послушай! Это наши с тобой разборки, те люди, они вообще ни при чем! Они ни в чем не виноваты! У них есть родители, которые ждут их дома, жены, которые любят их, дети, которые надеются на возвращение своих отцов! У тебя ведь тоже есть родители, вспомни!…" Евгений отчаянно попытался пробудить в Атамане хоть какое-то подобие жалости. "У тебя ведь тоже есть мама и папа! Что бы они сказали, увидев тебя таким?!" Атаман, услышав эти слова, вдруг запрокинул голову и разразился диким, безумным хохотом. От этого зловещего смеха у Евгения чуть не подкосились ноги от страха. Он боялся, что Атаман в приступе безумия отпустит детонатор. "Евгений, здесь ты не найдешь сочувствия! Слушайте меня внимательно! Увижу приближение ваших кораблей – вступаем в бой! Повторяю, трюмы полны заложников! На острове их не меньше!" Атаман пристально всмотрелся в глаза Евгению, словно пытаясь читать его мысли. "Будете стрелять – знаете, что будет!" Атаман тряхнул кистью с детонатором у виска с предупреждающим жестом, резко развернулся вместе со своими пиратами ,и спрятав руки в карманы направился к катеру. Вся его поза, каждое движение излучали непримиримость и готовность к самому худшему. Евгений и Джордж, плечом к плечу, застыли на палубе, вглядываясь в юркий силуэт пиратского катера, несущегося к острову. "Полагаю, переговоры зашли в тупик?" – прозвучал голос Джорджа, оттенок стали в его глазах выдавал нескрываемое волнение, а рука невольно коснулась кобуры у бедра. Евгений, чья суровость была непробиваема, как морской гранит, лишь коротко кивнул. "Именно так. Готовимся к штурму Тортуги." Словно повинуясь негласному сигналу, оба капитана, вместе с отрядами морпехов, ринулись к шлюпкам. Взревели моторы, вздымая фонтаны пены, и маленькие лодки, подобно стаям хищных птиц, устремились к боевым кораблям. Напряжение нарастало с каждой секундой, предвещая грядущую бурю стали и пороха.