Абсолютная неправда

      Неделя пролетела словно миг, но образ Тамары всё ещё преследовал Юнги. Её загадочная красота не давала ему покоя, заставляя вновь и вновь прокручивать в памяти их первую встречу. Он пытался аккуратно выспросить у Чимина подробности о ней, но, как оказалось, его любопытство было слишком очевидным.       После очередных посиделок с Лешим Юнги свернул не к своему дому, а направился в сторону болот. Правда на этот раз выбрал другой путь — не туда, где впервые увидел Тамару.       Тишина болот окутала его, словно мягкое одеяло. Мерный плеск воды и стрекот насекомых создавали почти гипнотическую мелодию. Вдалеке несколько болотных кикимор вели неспешную беседу, не замечая его присутствия. Юнги устроился на поваленном дереве, стараясь оставаться незаметным.       Он наблюдал за ними, впитывая атмосферу места. Приглушённые голоса кикимор сливались с природными звуками, создавая причудливый хор. В этой уединённой тишине Юнги чувствовал странное умиротворение. Возможно, ему посчастливится, и он вновь увидит Тамару, что не давала ему покоя.       Юнги сидел неподвижно, погружённый в свои мысли. Он пытался понять, что именно так притягивало его к Тамаре — её загадочность, красота или что-то более глубокое, скрытое от его взгляда?       — Почему ты тут сидишь один? — раздался из-за спины мелодичный голос, тот самый, что занимал все его мысли последнее время.       Юнги медленно обернулся, чувствуя, как сердце пропустило удар. Он одновременно не верил своим ушам и точно знал, кому принадлежит этот голос.       — Эм, я… — замялся он, внезапно растеряв все слова. — Просто пришёл.       Тамара подошла ближе, её фигура мягко вырисовывалась на фоне закатного неба.       — Ты же с Чимином не разлей вода, — продолжала она, внимательно глядя на него.       — Да, но не всегда ходим вместе, — неловко оправдывался Юнги, чувствуя, как краска приливает к лицу.       — А все говорят, что вы как склеенные, никогда не расстаётесь, — улыбнулась она, и в её глазах мелькнуло что-то похожее на любопытство.       — Как видите, иногда расклеиваемся, — ответил Юнги, слегка насупившись, пытаясь скрыть своё смущение за показной бравадой.       Юнги чувствовал, как учащённо бьётся сердце, а в голове крутились тысячи слов, которые он хотел бы сказать, но не мог найти сил произнести.       — Не обращайся ко мне так официально, не такое у меня положение. Зови просто Тамарой, — произнесла она, присаживаясь рядом и слегка улыбнувшись.       — Но ты же Водяная, а Ирина назвала тебя Владычицей болотной, — осторожно заметил Юнги, чувствуя себя немного неловко.       — Это она больше в насмешку, чем взаправду испытывает такое почтение, — хмыкнула Тамара, поправляя прядь волос. — Я просто Водяная в этом небольшом болоте. А территорию расширяю больше от скуки, чем от амбиций. Да и местных нужно чем-то занять.       — Прости. Я недавно приехал, всех порядков не знаю. В Сеуле не было ни Леших, ни Водяных, — признался Юнги, стараясь не выдать своего смущения.       — Где же ты там жил? — её голос звучал искренне и заинтересованно.       — По большей части в центре города. Там в основном панельные постройки и почти нет деревьев. Кругом асфальт, машины и бесконечный гул, — описал он свой прежний дом, вспоминая бетонные джунгли.       — Тот же лес, только из бетона, — подытожила Тамара, и в её глазах промелькнуло понимание.       Юнги удивлённо взглянул на неё, поражаясь тому, как точно она смогла описать суть города, никогда там не бывая.       — Не смотри так, — она слегка нахмурилась. — Думаешь, раз мы живём на Севере в глуши, то не знаем, что в мире творится? Я бывала с… — Тамара запнулась, словно что-то вспомнив, — эм, с другом в нескольких крупных городах.       Юнги почувствовал, как внутри что-то неприятно кольнуло. Он сразу понял, о ком она говорит, и это знание вызвало в нём странное чувство — смесь ревности и раздражения. Но он быстро взял себя в руки, не желая показывать свои эмоции.       — Я, кроме Сеула, нигде не был, так что не мне судить, в глуши мы или нет, — произнёс Юнги, глядя на колышущиеся камыши. — Мне здесь очень нравится. И вообще, я сам попросил меня сюда перевести.       — Сам? — в голосе Тамары прозвучало искреннее удивление, смешанное с недоверием. Она наклонила голову, изучая его реакцию.       — Да, — признался Юнги, слегка покраснев. — Меня всегда тяготила судьба домашней кикиморы. Я хотел переквалифицироваться в болотную и решил попробовать свои силы здесь.       Он замолчал, чувствуя, как внутри разливается тепло от её внимания. Тамара смотрела на него с неподдельным интересом, и это придавало ему смелости.       — И ты действительно отказался от городской жизни ради болот? — спросила она, чуть наклонившись вперёд.       — Да, — уверенно кивнул Юнги. — В городе я чувствовал себя… потерянным. Словно был не на своём месте. А здесь… здесь я наконец-то нашёл то, что искал.       Юнги стыдливо опустил глаза, его пальцы нервно теребили край рукава. Он боялся поднять взгляд на Тамару, страшась и одновременно желая, чтобы она поняла истинный смысл его слов.       — Ты уже подавал прошение о переводе? — спросила она, её голос звучал мягче обычного.       — Нет, — признался Юнги, чувствуя, как сердце колотится в груди. — Пока я был один в доме с Романом, всё никак не получалось найти время. А теперь времени столько, что не знаю, куда его деть. Наверное, сейчас самое подходящее время. Если мне одобрят перевод, ты не будешь против, если я переселюсь в твоё болото?       Тамара удивлённо моргнула, а затем её губы растянулись в лёгкой улыбке.       — Нет, с чего мне быть против? — произнесла она, и в её глазах промелькнуло что-то тёплое. — М-м, — добавила она с игривой ноткой в голосе, — тогда мы будем видеть Чимина ещё чаще.       Несколько мгновений они сидели в тишине, и Юнги, наконец, набрался смелости поднять глаза, встречаясь с её взглядом.       Тамара смотрела на него открыто, без тени лукавства, и в её глазах читалась такая теплота, что у Юнги перехватило дыхание.       — Почему ты так смотришь на меня? — спросила она с нежной улыбкой, в которой не было ни капли насмешки.       — Наверное, я покажусь тебе очередным глупцом, — начал Юнги, чувствуя, как голос предательски дрожит, — но я должен сказать это. Я не встречал никого прекраснее тебя.       Лицо Тамары мгновенно изменилось — недоверие смешалось с лёгким удивлением. Она резко отвернулась, словно пытаясь скрыть внезапное смущение, но через мгновение снова повернулась к нему.       — Это ты у Чимина научился говорить такие вещи? — спросила она, и в её голосе проскользнули нотки обиды.       Юнги лишь молча покачал головой. Слова сами собой слетевшие с его губ, ведомые сердцем, остались без ответа. Она хотела сказать что-то ещё, но в этот момент над болотом пронёсся внезапный порыв ветра. Звёзды в небе неожиданно померкли, словно их кто-то заслонил огромной тенью.       Юнги поднял лицо к небу и замер от изумления. В темноте проступила огромная фигура, очертания которой напоминали древнего дракона. Существо медленно спускалось к болоту, а вокруг него кружились языки пламени, которые взвивались в небо, озаряя всё вокруг алым светом.       Тамара резко вскочила на ноги, её лицо выражало тревогу и настороженность.       — Кто это?.. — прошептал Юнги, чувствуя, как по спине пробежал холодок.       Пламя вокруг фигуры становилось всё ярче, освещая каждый изгиб таинственного существа. Воздух наполнился запахом гари и озона, а земля под ногами начала слегка дрожать.       Тамара сделала шаг вперёд, её глаза сверкали злостью.       — Чёрт возьми, показушник! — процедила Тамара сквозь зубы, её голос звучал раздражённо и нетерпеливо.       Густой туман окутал загадочную фигуру, и через мгновение из него выступила стройная, но мощная фигура высокого мужчины с широкими плечами. Его силуэт всё ещё мерцал остатками огненных отблесков, а в глазах отражалось что-то древнее и могущественное.       Юнги замер, не в силах оторвать взгляд от неожиданного гостя. Его первое впечатление от драконьей фигуры сменилось осознанием, что перед ними стоит кто-то куда более земной, но не менее загадочный.       Тамара, напротив, расслабилась, но всё ещё держалась настороженно. Было видно, что появление этого мужчины не стало для неё полной неожиданностью, хотя его эффектное появление явно вывело её из себя.       — Не ждала меня, Владычица болот? — с лёгкой насмешкой произнёс незнакомец, его голос был глубоким и уверенным.       — Неужели нельзя было просто прийти, как все нормальные существа? — Тамара фыркнула в ответ.       — Тамара, милая, я только что вернулся из Сеула и сразу поспешил к тебе, — произнёс мужчина, его голос звучал слащаво и приторно. Он сделал плавный шаг в её сторону, словно кот, подкрадывающийся к добыче.       Тамара лишь приподняла бровь, её лицо выражало явное презрение.       — Местные ведьмы наскучили тебе? — спросила она с едкой иронией, её голос звенел от сарказма.       Незнакомец на мгновение замер, его самодовольная улыбка дрогнула. Затем он издал искусственный смешок, пытаясь скрыть раздражение.       — О, Тамара, ты как всегда прямолинейная и колкая, — протянул он, медленно оглядывая местность. Его взгляд наконец остановился на Юнги, и в его глазах промелькнуло нечто похожее на угрозу. — А это ещё кто?       Юнги почувствовал, как по спине пробежал холодок. Этот человек излучал такую уверенность и власть, что было трудно оставаться спокойным. Он невольно напрягся.       Тамара, заметив его состояние, чуть повернулась, словно прикрывая собой.       — Это Юнги, — произнесла она холодно, не давая никаких объяснений. — Он здесь по делу.       Юнги почувствовал, как внутри всё сжалось от напряжения. Этот человек явно был не тем, с кем хотелось бы пересекаться.       — Юнги, — обращаясь к Кикиморе, сказала Тамара, — это Джей Кей, но местные называют его Змей Горыныч.       При этих словах незнакомец самодовольно улыбнулся, явно наслаждаясь своим прозвищем. Его глаза, до этого момента изучавшие Юнги с нескрываемым презрением, теперь сверкнули каким-то внутренним торжеством.       — Приятно познакомиться, — процедил Кикимора, не протягивая руки.       Мужчина усмехнулся, но в его усмешке не было ни капли теплоты.       — По делу, значит, — протянул он, не сводя взгляда с Юнги. — Интересно… Очень интересно.       — Да, и ты отвлек нас, — резко ответила Тамара, её голос звучал твёрдо и непреклонно. — Впредь сообщай заранее, когда хочешь прийти. Нечего шляться без приглашения.       Джей Кей, не отводя своих чёрных пронзительных глаз от Водяной, склонил голову в подобии извинения.       — Прости меня, любимая, — произнёс он, и в его голосе проскользнула нотка искренности. — Но коль я пришёл, удели мне некоторое своё время. Я правда скучал и ни с какими ведьмами дел не имел. Джин, эм, Кощей Бессмертный, попросил поехать с ним. Я больше там как телохранитель был.       Тамара, заметив его искренность, немного смягчилась.       — Да кому нужен он? — спросила она уже не так резко.       — Тяжело быть Всемирным красавчиком, — усмехнулся Джей Кей. — Боится, что порчу наведут или, того хуже, украдут.       Тамара фыркнула.       — Ему до сих пор никто не сказал, что Всемирным красавчиком только он сам себя считает, остальные-то не в курсе.       Джей Кей расхохотался, его смех эхом разнёсся над болотом.       — А-ха-ха, ложь становится правдой, когда сам начинаешь в неё верить, — ответил он, подмигнув.       Юнги молча наблюдал за этой сценой, чувствуя себя третьим лишним в их разговоре. Он неловко топтался на месте, не решаясь привлечь к себе внимание и нарушить их диалог.       — Милая, давай прогуляемся? — вкрадчиво предложил Джей Кей, не сводя с Тамары своего пристального взгляда. В его голосе звучала явная настойчивость.       Тамара повернулась к Юнги, уже открывая рот, чтобы что-то сказать, но он опередил её:       — Мне тоже пора, я и так засиделся здесь. Нужно возвращаться, — произнёс он, чувствуя, как внутри нарастает разочарование.       — Ладно, — протянула Тамара, словно немного сожалея о его уходе. — Ещё увидимся.       Юнги кивнул, не глядя на Джей Кея, и развернулся, чтобы уйти. Он чувствовал, как внутри него борются противоречивые эмоции: с одной стороны, облегчение от того, что можно уйти, с другой — горечь от того, что его присутствие здесь было таким кратковременным и незначительным.       Шаги его становились всё увереннее по мере удаления от болота, но в душе оставалась странная пустота.

***

      Чимин сидел на толстой сосновой ветке почти у самой вершины дерева, напряжённо вглядываясь в даль. Его зоркий взгляд не пропустил момента, когда над горизонтом показалась едва заметная чёрная точка. Спрыгнув с ветки, он ловко спустился по стволу и направился к необычному строению, стоящему в одиночестве посреди леса.       То, что издалека казалось обычной избой, вблизи оказалось настоящим произведением искусства — величественным дворцом, украшенным искусной резьбой и изящными куполами. Пройдя через резную калитку, Чимин двинулся по выложенной камнем тропинке к парадному входу. Остановившись на ступенях, он заметил, как по стенам дома пробежала едва заметная рябь.       — Тихо, тихо, это я, Чимин, — прошептал он, проводя ладонью по тёплому дереву. — Неужели ты уже забыла меня? Продолжая нежно поглаживать древесную кору и нашёптывая ласковые слова, он ждал. И вот, наконец, в начале дорожки появилась стройная женская фигура, словно сошедшая с картины древнего мастера. Её появление было настолько грациозным, что Чимин на мгновение замер, любуясь этим зрелищем.       — Здравствуй, Леший, — издали поприветствовала женщина, её голос звучал мелодично и тепло.       — И тебе желаю здоровья, Баба Яга, — ответил Чимин, его пухлые губы расплылись в сладкой, немного смущённой улыбке.       — Какими судьбами тебя занесло сюда? — спросила она, приподняв бровь.       — Обхожу подведомственную территорию, проверяю, всё ли хорошо, — отчитался Чимин, стараясь сохранить серьёзный вид.       — Ну и как, проверил? — с лёгкой насмешкой поинтересовалась Яга.       — У всех всё хорошо. Решил тебя дождаться и лично удостовериться, что у тебя тоже всё в порядке, — произнёс он, не сводя с неё взгляда.       — М-м, так и думала, что просто так ты сюда не придёшь, — ответила она с едва заметной обидой в голосе.       — Ах, Леночка, боюсь тебе докучать, вот и не надоедаю лишний раз, — смущённо ответил Чимин, теребя край своей рубахи.       — А мог бы докучать, — ответила лукаво Яга, в её глазах заплясали озорные огоньки.       — Не шути так со мной, я ведь поверить могу, а ты потом опять скажешь, что я всё неправильно понял, — с лёгкой обидой в голосе ответил Леший.       Внезапно Елена резко сменила тему:       — Давно сидишь?       — Не-е-ет, мимо проходил, да и пришёл только что, — солгал Чимин, стараясь выглядеть непринуждённо.       Но тут по избе снова прошла дрожь, и один из углов дома приподнялся над землёй, словно выдавая гостя.       — Предательница, — прошипел парень, бросая укоризненный взгляд на дом.       — А-ха-ха, Чимин, так давно тут сидишь? — рассмеялась Елена, явно наслаждаясь его смущением.       — С утра тебя жду, — нехотя признался парень, наконец признавая своё поражение.       — Эх, зелень лесная, ты уже в башке моей, печени и прочих органах засел со своими шутками, — всё так же улыбаясь, ответила Лена, её голос звучал тепло и искренне.       — А про прочие органы можно поподробнее? Меня вполне конкретные интересуют, — не удержался Чимин, его глаза заблестели от предвкушения.       — А ты работу свою закончил? Может, вина выпьем?       — Леночка, для тебя я всегда свободен.       Баба Яга достала ключи из тайного кармана юбки и, ловко щёлкнув замком, открыла дверь.       — М-м, — промурлыкал Чимин, не сводя с неё восхищённого взгляда. — У тебя причёска новая?       Елена тряхнула головой, растрепав свои остриженные по плечи тёмно-каштановые волосы. В лучах заходящего солнца они отливали холодным серебристым оттенком, создавая вокруг её головы едва заметное сияние.       Чимин протянул руку, словно не в силах сдержать своё желание, и, едва коснувшись кончиками пальцев мягких прядей, прошептал:       — Как шёлк…       Баба Яга довольно улыбнулась, её щёки слегка порозовели от комплимента.       — Все мне говорят, что я зря волосы отстригла, — призналась она, слегка смутившись.       — Эти «все» — это, наверное, Кощей? — фыркнул Чимин. — Да пошёл он! Тебе очень идёт. С такой длиной ты ещё краше.       Его глаза сияли искренним восхищением, а на губах играла тёплая улыбка.       Они прошли в просторную прихожую, где царил особенный, только Елене присущий уют. Быстро сняв обувь, они направились на кухню, наполненную тёплыми ароматами.       Елена, двигаясь с присущей ей грацией, достала из холодильника бутылку вина. Её ловкие пальцы легко справились с пробкой, и гранатового цвета напиток заиграл в гранёных стаканах, отражая последние лучи заходящего солнца.       — Проголодался? — спросила она, не отрывая от гостя внимательного взгляда.       — С удовольствием поем, — с тёплой улыбкой ответил Чимин, наслаждаясь моментом близости.       Они сделали по глотку вина, и Елена, поставив бутылку на стол, начала хлопотать у полок. Её руки порхали над кухонной утварью, доставая одну за другой изящные тарелки с замысловатыми узорами по краю.       Пока еда разогревалась, кухня наполнялась аппетитными ароматами. Елена двигалась легко и непринуждённо, превращая процесс приготовления в настоящий ритуал. Её движения были плавными и отточенными, словно она не просто раскладывала еду по тарелкам, а творила древнее колдовское действо. Каждый жест был наполнен особым смыслом, будто она читала тайное заклинание над блюдами.       Вскоре стол был накрыт. С гордой улыбкой хозяйки Елена аккуратно разложила угощение, создавая из обычных блюд настоящие произведения кулинарного искусства. Чимин наблюдал за ней с восхищением.       — Тут слушок по лесу ходит один, — начала разговор Баба Яга, когда Чимин уже доедал предложенные блюда. Её голос звучал вкрадчиво, словно она боялась спугнуть что-то важное.       — Какой? — Чимин отправил в рот последний кусок сочного мяса, не отрывая от неё внимательного взгляда.       — Говорят, у тебя появилась зазноба новая, — прямо произнесла она, внимательно наблюдая за его реакцией.       Чимин лишь пробурчал что-то невразумительное, продолжая жевать.       — Я не осуждаю, — продолжала Елена, аккуратно поправляя край скатерти. — Вкусы ведь могут меняться с течением времени.       Она сделала паузу, давая ему возможность ответить, но Чимин молчал, словно обдумывая свои слова.       — Не пойму, к чему ты ведёшь, душа моя, — наконец произнёс он, проглотив последний кусочек. В его голосе слышалось лёгкое напряжение, смешанное с любопытством.       — Мавки говорят, что ты теперь всё время с этим пареньком новеньким проводишь, — произнесла Яга, внимательно наблюдая за реакцией гостя.       — А, Юнги? Да, это кикимора домовая в доме геолога Романа, — ответил Чимин, отправляя в рот лист салата.       — Водишь его по лесу, всё показываешь, — продолжала Елена, не сводя с него пристального взгляда.       — Ну да, он же новенький, должен знать, что к чему, — пожал плечами Чимин, стараясь сохранять спокойствие.       — Много времени с ним проводишь в своём доме, — не унималась Баба Яга.       — Ну так его практически выселили из дома Запечник и его жена Кикимора, — оправдывался Леший.       — Он даже ночует у тебя, — настаивала Елена.       — Да-а, — уже не так уверенно подтвердил Чимин.       — Даже на болото вместе ходите, — добавила она.       — Так это всего раз было! — почти оправдываясь, воскликнул Леший, чувствуя, как внутри нарастает неловкость от этого разговора.       — Вот так и слух пошёл, — спокойно подытожила Елена.       — Какой ещё слух?! — воскликнул Чимин, резко выпрямившись на стуле. Его лицо выражало искреннее удивление.       — Что тебе больше девки не интересны, твоя новая услада — кикимора Юнги, — произнесла она, не отводя взгляда.       Пухлые губы Чимина искривились в гримасе отвращения.       — Так он ведь мужчина! — возмущённо произнёс он, всплеснув руками.       — Вот я и говорю тебе, что не осуждаю. Всё может поменяться, — мягко ответила Елена.       В воздухе повисла тяжёлая пауза. Чимин явно не ожидал такого поворота разговора и теперь лихорадочно искал, что ответить, чтобы развеять возникшие недоразумения.       — Лена, — тихо произнёс Леший, понизив голос до шёпота, — всё это абсолютная неправда.       — Кикимора болотная Ирина утверждает, что видела, как вы с Юнги обнимались на болоте, — спокойно парировала       Елена, не сводя с него пристального взгляда.       — Не обнимались мы! — взорвался Чимин, его голос эхом отразился от стен кухни. Но почти сразу его пыл угас, и он добавил уже гораздо тише, почти шёпотом: — Я всего лишь пытался вытащить его из тины.       Его лицо покрылось красными пятнами, выдавая внутреннее смятение. Руки нервно задрожали, выдавая его волнение. Он машинально схватился за край стола, словно ища опору в этой неловкой ситуации.       — Честное лешачье слово, Лена! — воскликнул Чимин, вновь обретая уверенность. — Юнги — просто мой друг, не больше. Я помогаю ему освоиться в наших краях, вот и всё.       В его голосе звучали неподдельная искренность и честность.       Елена не спеша допила остатки вина из бокала, на гранях которого играли последние лучи закатного солнца. Свет, проникающий через окно, создавал причудливые блики, словно танцующие в напитке.       — Чимин-а, — произнесла она, поставив бокал на стол. — Я ещё могла понять мавок, они мне не ровня. Но бороться за твоё внимание с парнем — это для меня уже слишком.       Её голос звучал спокойно, но в глубине глаз читалась лёгкая грусть.       — Не нужно ни с кем бороться, — горячо возразил Чимин, подавшись вперёд. — Я весь твой. И всё эти слухи обо мне и Юнги полная чушь.       Он хотел взять её руку, но в последний момент передумал, сжав пальцы в кулак.       — Не знаю, Чимин, не знаю, — задумчиво протянула Елена, глядя куда-то вдаль, словно видя что-то, недоступное его взору.       В воздухе повисла тяжёлая пауза. Чимин чувствовал, как внутри него нарастает тревога. Он понял, что Елена не просто так затеяла этот разговор, и теперь не был уверен, что сможет развеять все её сомнения.