Глава 15. Звездопад. Часть два. Слухи и то насколько они преувеличены.

POV Брандона Норри.

      Выйдя из выделенной нам комнаты, мы направились на кухню. Прихватить пару кувшинов вина и отправиться к отдыхающим солдатам. Расспрашивать о легендах и слухах, связанных с замком и землями Дейнов.       — Его слишком беспокоит Эшара, — отмечает Тео.       — Ты прав. Он её любит. Лицо у него страшно перекосилось. Так он ещё и умудрился как-то покоцать окно. Любит, а встретиться честь не позволит. Женат он, что будут говорить люди? — сказал Теон.       — Что Эддард Старк нормальный мужик, интересующийся бабами. Или ты не знаешь, что говорили о нашем сюзерене до случая в Харренхоле? — едко отвечаю я.       — Я слышал. Говорили, что он мужеложец, любящий Роберта Баратеона, — продолжил Тео. Роннел и Теон смотрели осоловевшими глазами.       — С чего такие выводы? — спросил Роннел.       — Ну, он ни разу не посещал бордели до помолвки. Понятно, во время помолвки. Вы поклялись друг другу, и честь велит хранить друг для друга до брака, но до этого мужчина свободен. Дальше — постоянное следование за Робертом Баратеоном, — сказал я.       — И всё? — спросил Теон.       — По сути, да. Да и тем более, это всего лишь слухи, не имевшие никаких подтверждений и опровергнутые слухами в Харренхоле о связи Эшары и Эддарда, — закончил Теон.       — И всё-таки, не лучше ли поговорить с Эшарой? — сказал Роннел.       Вздохнув, я говорю:       — Не наше дело, что у него там с Эшарой. Что он будет делать с этой связью. И как он и она будут эти проблемы решать. Тем более, судя по всему, они оба избрали тактику избегания. Наша задача — помочь с другим. Со слухами. Что мы сейчас и собираемся сделать, — говорю я.       — Да. Да. Да. Мы знаем, берём пару кувшинов вина, идём к стражам и начинаем безостановочно разносить слухи о битве у Башни Радости и далее-далее. Проходили, знаем. Но тут я предлагаю расспросить о Манвуди с Фаулерами. Хотя бы узнать, что у них происходит, — перебивает меня Тео.       — Согласен. Дагос нам помог. Мы должны узнать, что с ним случилось, — заканчивает Роннел, когда мы подходим уже к кухне, куда нам рассказали, как пройти. Пару мимо проходящих слуг, несущих подносы. Конечно, пришлось чуть поплутать, но мы нашли кухню.       На кухне царило невероятное напряжение. Все бегали, суетились, готовили, разделывали. Но нам это не интересно. Нам нужно вино.       Поймав мимо проходящего повара или слугу, не совсем понял, кто он. Я спросил у него:       — Где у вас тут лежит вино? Говори быстро.       Повар, окинув меня быстрым взглядом, полным усталости и раздражения, буркнул:       — В дальней кладовой, за бочками с соленьями. Но там сейчас завал, лучше не соваться.       — Завал нас не пугает. Нам нужно лучшее вино, какое у вас есть. Для солдат, — отрезал я, бросив ему монету.       Повар, увидев серебро, смягчился.       — Ну, если для солдат… Тогда ладно. Но не разбейте ничего, там и так тесно. И не задерживайтесь, мне тут работать надо! — сказал он, махнув рукой в сторону тёмного коридора, уходящего вглубь кухни.       Мы переглянулись и двинулись туда, лавируя между кипящими котлами, снующими поварами и слугами. Коридор оказался узким и душным, пахло специями и чем-то кислым. В конце коридора виднелась массивная деревянная дверь.       — Ну что, лезем в завал? — усмехнулся Тео.       — Лезем, — ответил я, толкая дверь.       За дверью действительно оказался завал. Бочки, ящики, мешки с мукой и зерном громоздились друг на друге, образуя непроходимые баррикады. В полумраке кладовой едва можно было различить очертания предметов.       — И где тут вино? — сказал Роннел.       — Скорее всего, за всем этим добром. Хмык. Вряд ли это вино хорошего качества, раз его так забаррикадировали, — говорит Теон.       — Южане тратят всегда невыносимо много. Уверен, вместо того, чтобы съесть старое, закупили всё новое с избытком. А после просто выкинут. Забыл, что мы на юге, а, Теон? — говорит Тео.       Так, всё время шутя, мы принялись расчищать проход, перетаскивая ящики и бочки. Работа была грязной и тяжёлой, но мы не сдавались. Наконец, за грудой мешков с зерном мы обнаружили то, что искали: полки, уставленные пыльными бутылями и кувшинами.       — Вот оно, сокровище! — воскликнул Тео, сдувая пыль с ближайшего кувшина.       Он сразу решил его открыть. Пару движений спустя, мы пробовали вино прямо из кувшина.       — Да, Тео. Ты оказался прав. Дорогое вино. Вряд ли самое дорогое, что есть у Дейнов. Иначе оно хранилось бы не так, — говорит Теон.       Мы принялись выбирать вино, отдавая предпочтение самым большим и крепким кувшинам. Набрав достаточно, чтобы утолить жажду целого отряда солдат, мы выбрались из кладовой, оставив за собой небольшой беспорядок.       — Теперь к солдатам, разнесём слухи. И узнаем, что они знают о Манвуди и Фаулерах, — сказал я, вытирая пот со лба.       Мы вышли из кладовой, забрав несколько крупных кувшинов с вином, и, пройдя по всё той же напряжённой кухне, направились искать плац, казармы или конюшни. Или, если нам совсем не повезёт, то отправимся в таверны.       Ходить по неизведанному замку было тяжеловато, но мы нашли выход во внутренний двор, а ещё чуть погодя — и плац, где тренировались стражники дома Дейнов.       Хотя, как тренировались — скорее двое тренировались, остальной десяток сидел и наблюдал. Судя по всему, они не особо беспокоились.       — Ну, приветствую. Воины дома Дейн не желаете ли отведать вина? — спрашиваю я.       — На это может быть лишь один ответ: да. Другого быть не может, — сказал один из стражников с парой седин на висках. Либо командир, либо самый авторитетный среди всех.       Рассевшись рядом со стражниками, мы начали вести беседы. Сначала о погоде, потом о службе. По их утверждениям, служба тяжёлая и очень требовательная. Особенно тяжёлой стала совсем недавно.       — И почему же она недавно стала такой тяжёлой? — задал вопрос Роннел, подводя к теме Фаулеров и Манвуди.       — Известно почему, потому что Фаулеры желают получить меч Рассвет дома Дейнов! — прокричал один стражник.       — Нет, это не так! Он просто хотел отомстить лорду Старку за смерть своего брата! — ответил второй стражник.       — За смерть брата?! Не смеши меня! Всем известно, что безумный король Эйрис держал Элию Мартелл в заложниках. Поэтому армия, собранная из Дорна, направлялась на смерть. Именно поэтому туда собрали ужасных воинов! Отправление туда своего брата — ничто иное, как отправление своего брата на смерть! — продолжил первый стражник.       — Тогда почему в этот отряд не попал ты? Раз в этот отряд собрали всех отбросов Дорна? — под смешки других сказал второй стражник.       — Ах, ты!.. — привстал раскрасневшийся первый стражник и, судя по всему, уже готовился вступить в реальный бой со своим оппонентом.       — Оба успокойтесь! — сурово сказал мужчина с сединами, пригласивший нас. Отпив из кружки вина, он продолжил:       — Вы оба ведёте себя как мальчишки. Нам всем сейчас не до склок. И уж тем более не до выяснения отношений, когда враг у наших ворот. А вы, юноши, — он кивнул на нас, — спасибо за вино. И за то, что не забываете о тех, кто несёт службу.       Он сделал ещё один глоток, задумчиво глядя на нас.       — Что касается Фаулеров и Манвуди, то, как я слышал, это связано не только со смертью брата от рук Старка. Вроде бы ему не нравились и Манвуди. Всё-таки Фаулеры заявляют себя хранителями Принцева Перевала, что бред. Их замок хоть и находится на окончании перевала, но именно Манвуди всегда принимали вторженцев первыми. Да и построили дорогу именно они. И Манвуди больше достойны зваться хранителями, чем эти Фаулеры, — сказал мужик с сединой.       Он снова отпил вина, и в его глазах мелькнула тень усталости.       — Не могли бы вы рассказать, что случилось после ухода Старка из Поднебесья? — спросил Теон.       — Точно неизвестно, но, насколько я слышал, после ухода Лорда Старка из Поднебесья Лорд Фаулер сначала заточил в темницу стражников, находившихся в комнатах лорда Старка. И, к сожалению для него, отправил тех, кто не видел спутников и самого Эддарда Старка в лицо. В результате обман не заметили до следующего утра. Лишь на следующее утро он посетил их в темнице и увидел не те лица, что ожидал. Расспросив их, он выяснил, что это стражники Манвуди, — стражник перевёл дыхание, глотнув вина. За него продолжил другой:       — Поняв, что его обманули, он потребовал от Манвуди ответов, но Дагос Манвуди не лыком шит и не только отбился от словесных нападок Манвуди, но и десятком людей разбил всю стражу Фаулера. Перебив сотню его воинов, выбрался из замка, — возбуждённо продолжил второй.       — Нет! Манвуди не спорил с Фаулером, а сбежал, как крыса с тонущего корабля! Пока Фаулер выяснял истину! — яростно сказал третий.       — Что за бред! Фаулер просто отпустил Манвуди, боясь войны! — ответил четвёртый. Снова началась перепалка. Предлагались разные варианты: и побег среди ночи сразу после Старка, и испытание поединком с целью доказать невиновность лорда Старка в смерти брата Фаулера. Одни говорили, что победил Манвуди, другие — что Фаулеры. Третьи отвечали, что поединка не было. Ребята спорили до хрипоты. Мы не вмешивались. Иногда Тео подливал масла в огонь спора, то подстрекая одних, то других. Это продолжалось до того, как Роннел не спросил:       — А куда лорд Старк и его спутники сбежали? И как они сбежали?       Лучше бы он этого не спрашивал. Большего бреда я не слышал.       — Известно, как, с помощью северной магии! — сказал стражник, и с ним все согласились.       — Как по-другому объяснить их исчезновение из комнат? Они обратились в птиц и с помощью магии перенесли все свои вещи за пределы замка. А после отправились на север к дороге, ведущей к Звездопаду! Но после магией запутали свои следы и перелетели через южную оконечность Красных гор, оказавшись по эту сторону, они отправились в Звездопад! — одухотворённо закончил стражник, и все с ним согласились.       Я не знал, что мы с товарищами владеем магией. Хоть мы и сталкивались с ней, точнее, часть нашего изначального отряда. Но мы точно ей не владели. Ни мы, ни Нед, ни Виллем, ни Этан, ни Хоуленд.       — Я вот никогда не понимал, почему на Ступенях джунгли! При этом в Дорне пустыни, а в Спорных землях леса с лугами, — сказал один.       — Это потому, что на земли Дорна упал метеорит, из которого выковали меч Рассвет. На Ступенях использовали… Этот, как его там… — начал щёлкать пальцами стражник, пытаясь вспомнить.       — Молот Вод, вроде бы, — подсказал Роннел.       — Да, бред ваш этот Молот Вод! Просто так распорядились Новые Боги, и всё. Метеорит — ещё больший бред. Если это так, то почему в Староместе нет пустынь? Тем более огромный камень не смог бы превратить весь Дорн в пустыню! — возразил самый скептически настроенный стражник. Он был единственным, кто засомневался в побеге Неда и нас с помощью магии.       — Лишь магией можно объяснить столь огромные различия между Дорном, Ступенями и Спорными землями. Так же, как и различия между разными регионами Семи Королевств нельзя объяснить логикой, а лишь магией! — сказал другой стражник, положительно настроенный на магию.       — Ха. Бред тот ещё. Всё можно объяснить и без магии, — продолжил скептик. Пока они спорили, я спросил у самого авторитетного: почему стражник-скептик так настроен против магии? Обычно этим занимаются дворяне и мейстеры. Они скептически относятся к магии и стремятся доказать, что её никогда не было. Стражники же, будучи выходцами из крестьян, очень суеверны и без сомнений верят в магию.       — Его отец когда-то был мейстером. После его изгнали и лишили цепи. Он внушил сыну бред об отсутствии в нашем мире магии и о возможности доказать всё этим, как его там, «научным» методом. Во! Вспомнил, — сказал седой стражник.       — Тогда как ты объяснишь наличие снега на Мысе Кракена и его отсутствие на Железных островах? Между ними два дня пути на лодке! А снега на Железных островах нет! Да и почему не замерзает Перешеек от таких холодов? Это магия, других причин нет! — яростно воскликнул второй.       — Да потому, что нет на Мысе Кракена снега! Вот и не замерзает ничего на Перешейке. Это ведь легко понять. Тем более, откуда ты можешь знать, какая там погода? Ты там был? — ответил, уже насмехаясь над оппонентом, скептичный стражник.       — Нет, как и ты, кстати. Но я слышал достаточно от людей, побывавших там, чтобы делать выводы. Я не настолько глуп, чтобы читать книжки мейстеров, людей, которые никогда не выбираются из своих замков и пишут свои книги на основе таких же слухов, что я рассказываю тебе, — под смешки своих товарищей ответил стражник скептичному.       Мы не вмешивались в этот спор. Тем более каждый северянин знал, что лишь на Перешейке не идёт снег зимой, а в остальных частях Севера снег идёт и зимой, и летом. Это известно каждому северянину.       Устав от их спора и посчитав, что информации достаточно, я подал знак товарищам, что нам пора рассказать о битве у Башни Радости. Потихоньку мы начали уводить разговор в эту сторону, рассказывая о битве Неда с Артуром, его компаньонов с Герольдом Хайтауэром и Освеллом Уэнтом.       Разговор очень быстро всех зацепил. Все с успехом осуждали Герольда как просторскую крысу, а Освел — просто за компанию.       Быстро выяснилось, что воины, сражавшиеся с ними, — это благородные и справедливые воины, сражавшиеся за истину и правду. Артур Дейн оказывался невинной жертвой развратного принца и клятвопреступников-гвардейцев.       Когда мы начали говорить о битве Артура с Недом, очень быстро выяснилось, что мы ничего не понимаем, что они оба — правильные воины и легко бы стали лучшими друзьями, сложись обстоятельства иначе.       Один стражник, скептик, заявил, что не верит в благородство лорда Старка. На вопрос «Почему?» он ответил так, что это всполошило всех — нас и стражников:       — Потому, что у лорда Старка есть бастард!       Я в этот момент пил вино и закашлялся от таких откровений.       — Откуда тебе это известно? — спросил седой стражник, почти впервые вступив в разговор.       — Ну, я слышал это от одного знакомого, разговаривающего с патрулем. Они вроде бы караулили госпожу Эшару Дейн и слышали, что у неё есть бастард от лорда Старка, — сказал он.       — В первый раз такое слышу. Тем более, ты уверен, что это именно наш патруль, а не патруль Манвуди? Может, они услышали это от Фаулеров? А Фаулеры легко могли переврать, чтобы опозорить госпожу Эшару и лорда Старка, — спросил седой.       — Ну, в этом я не уверен. Но как ещё объяснить отсутствие госпожи Эшары при встрече с лордом Старком и его спутниками? — спросил стражник.       — Просто заболела, и чтобы не пугать её измождённым видом гостей, лорд Дейн запретил ей показываться, — ответил другой стражник.       — Да нет, я уверен, что это не так! — спор снова набирал обороты. И мы с товарищами решили потихоньку уходить. Попрощавшись со всеми и оставив вино, мы отправились в нашу комнату.       — Этот стражник прав насчет Эшары? — спросил Роннел.       — Мы же вроде бы решили, что отношения с Эшарой — это забота Неда, — ответил ему Тео.       — Это ничего не меняет. Мы и до этого подозревали беременность у Эшары. Поэтому ничего странного в этом нет, что не только мы подозреваем беременность у Эшары Дейн, — сказал Теон.       — Ты прав, Теон. Но об этих слухах мы должны сообщить. Хоть это и их дело, но информацию о возможном бастарде Неда мы должны сообщить ему, — сказал я. С этим все согласились. Мы продолжили путь в комнату и очень скоро смогли добраться до неё. Открыв дверь, мы увидели, что Нед держит в руках письмо и думает.       — Нед, над чем ты так усиленно думаешь? Об Эшаре? А это её любовное письмо? — сморозил Теон очередную глупость.