Глава 19. Звездопад. Часть шестая. Трапеза и Дейны.

      После наших разговоров с Ворианом мы пошли к стоящим вдалеке стражникам дома Дейнов и моим товарищам.       — О чем вы так долго общались? — спрашивает Тео.       — О многом: об Эртуре Дейне, о семье — моей и его. А также об Эшаре Дейн, — отвечаю я, чуть-чуть задумавшись в конце.       — Все это неважно, что насчет Эшары? — бестактно говорит Тео. Все посмотрели на него с укором.       — Я сегодня вечером с ней встречусь. Вместе с Ворианом, — говорю я.       — Мы также идем? Или мы не приглашены на разговор? — спросил Брандон. А правда, каким составом мы идем? Это должен быть личный разговор. Поэтому присутствие стражи с моими товарищами там излишне. А хотя… просто постоят за дверью в конце коридора, не давая никому пройти и проверяя окрестности на наличие шпионов и шныряющих слуг.       — Я уточню у Вориана, но, скорее всего, отправитесь со мной и будете сторожить за дверью, — отвечаю я. Все кивнули.       Мы отправились на трапезу. Скорбеть по Эртуру Дейну, поедая мясо, деликатесы и пья дорнийское вино… Прекрасный способ почтить память умершего. Полностью его поддерживаю.       Зал для трапез был полон. Столы ломились от яств: жареные кабаны, дичь, запеченная с травами, устрицы, свежие фрукты и сыры. Дорогие вина. Вокруг царила атмосфера скорби, но скорби, смешанной с попыткой заглушить боль обильными угощениями и вином. Хотя кого я обманываю. Очень многие здесь пытались не упиваться вдрызг. Все-таки ужасно будет так опозориться!       После сытного перекуса, когда желудки были полны, а головы слегка отяжелели от вина, я вновь вернулся к мыслям о предстоящей встрече. Убедить женщину не самоубиться из-за смерти ее брата. Что может быть проще, если ты тот человек, которого она любит? Было бы, если бы я не был женат и не убил бы ее брата своими руками. Хотя бы один плюс у меня на руках нет. Якобы моего бастарда, который мог бы стать огромным добивающим мечом для нее. Поэтому шансы есть.       Вориан, подняв кубок с вином, обратился к присутствующим:       — Эртур был… он был сильным человеком. Человеком чести. Его потеря — это удар для всех нас, для дома Дейнов, для всего Дорна. Он оставил после себя пустоту, которую трудно заполнить. Пусть же память о нем будет вечной, а его душа найдет покой в объятиях Семи, — сказал Вориан.       Его жена, Лирия, сидевшая рядом, тихо всхлипнула, прикрыв лицо рукой. Когда она подняла глаза, в них стояли слезы, но в голосе звучала твердость:       — Брат моего мужа… он был светом в нашей семье. Всегда готовый прийти на помощь, всегда готовый защитить. Его смерть — это трагедия, которая оставит шрам на наших сердцах. Но мы должны жить дальше, ради него, ради его памяти, ради будущего дома Дейнов. Он бы не хотел, чтобы мы погрузились в отчаяние. Он бы хотел, чтобы мы были сильными, как он сам, — все зааплодировали. Мы с моими товарищами присоединились.       Трапеза продолжалась. Разговоры, поначалу приглушенные, постепенно оживились, но люди все ещё пытались скрывать мех и выражать грусть. Постепенно это отходило все дальше и дальше. Лирия и Вориан грустили. Аллирия находилась отдельно с детьми вассалов. Герольд ходил туда-сюда и был расстроен. Судя по всему, ему не нравилось, что об Эртуре грустят лишь единицы. Это его бесило. Он, судя по всему, переносил это на себя, и ему это не нравилось.       Герольд, заметив меня, направился ко мне.       — Лорд Старк… разрешите присесть рядом с вами, — замявшись, сказал он. Интересно.       — Можете сесть рядом, — дал я свое согласие. Усевшись рядом со мной и моими товарищами, он замолчал. Да, что за день такой. Я не записывался в личные психологи для дома Дейнов!       — Я… — начал говорить он и сразу замолчал.       — Если вы что-то хотели, говорите, — говорю я, пытаясь его поторопить.       — Нормально, что люди так себя ведут? Я много раз слышал восхищение от каждого из здесь сидящих вассалов дома Дейнов в сторону Эртура. Я завидовал ему. Я ведь младше него на десять лет. Но в моем возрасте он был уже известен как будущий великий воин. А через год с небольшим он стал уже королевским гвардейцем. Но сейчас никто о нем не говорит. Все восхваления резко уменьшились, как отрезало. Будто его перестало существовать одномоментно, — говорит Герольд, все понижая и понижая голос, почти переходя на шепот.       Герольд замолчал, ожидая моего ответа. Я вздохнул. Острый язык, зависть к Эртуру Дейну и абсолютная идеализация его образа как столпа, к которому нужно стремиться. Почему у всех Дейнов проблемы с Эртуром Дейном? Ответ я вряд ли найду, но ответ Герольду я найду быстро.       — Потому, что все в этом мире конечно. Конечна слава. Конечна память. Многие думают, что их запомнят навечно. Например, скажи-ка, какими воинами ты вдохновлялся? — спрашиваю я его.       — Дункан Высокий, Барристан Селми, Герольд Хайтауэр, Эртур Дейн и… вся нынешняя королевская гвардия, — отвечает Герольд.       — А как насчет других Мечей Зари? — спрашиваю я, кладя голову на ладонь.       — Это… были другие? — спросил, хлопая глазами, Герольд. Кое-кто явно прогуливал уроки мейстера по истории дома Дейнов, которая точно у них была. Придется пояснять.       — Любой, кто владеет мечом Рассвет, автоматически получает титул Меч Зари. Среди твоего дома за многие тысячелетия было множество таких людей. Помнишь ли ты хоть одного из них, кроме Эртура? — говорю я.       — Я… не помню ни одного, — отвечает Герольд потерянным голосом.       — Зачем ты хочешь славы, как у Эртура? — спрашиваю я.       — Я не хочу умереть просто ещё одним Дейном в строчках книг мейстеров, — твердо отвечает он.       — Думаю, ты теперь понимаешь, насколько это глупо, — говорю я.       — Да, благодарю вас. И ещё одно, я хотел попросить вас… сделать меня своим оруженосцем, — говорит Герольд, шокируя меня. Что вы, блять, Дейны, ко мне все липните?       — Я не рыцарь. И, насколько я знаю, ты оруженосец Вориана, — говорю я.       — Я знаю, но… насколько слышал, ваш брат тоже не рыцарь. Но у него был оруженосец. Если не ошибаюсь — Этан Гловер, — отвечает Герольд. И он прав, черт его дери. Мой брат не был рыцарем.       — Я не смогу посвятить тебя в рыцари, — подмечаю я.       — Да, но что значит это сейчас? Я слышал о покупке некоторыми лордами рыцарства. И я хочу следовать за вами и обучиться мастерству у вас, — отвечает он. Почему он такой упрямый?       — Я пообщаюсь с лордом Ворианом и после дам тебе свой ответ. Это мое окончательное решение, — говорю я.       — Я… хорошо. Благодарю, что согласились рассмотреть мою просьбу, Лорд Старк, — говорит он, вставая, кланяясь и уходя куда-то дальше.       Я наблюдал за удаляющейся фигурой Герольда, чувствуя себя несколько озадаченным. Этот юноша, казалось, был полон решимости привязаться ко мне, как клещ. И не совсем понятно, что его заставило сделать такой выбор. Мое убийство Эртура Дейна или он просто реально разочаровался в славе.       — Судя по всему, Тео своим ударом в лицо выбил из него все мозги, — сказал Роннел.       — Сомневаюсь. Не настолько Тео лидировал в бою, чтобы этот бой что-то изменил. Скорее, он стал последней каплей, заставившей его принять такое решение, — отмечает Брандон.       — Соглашусь. Понять бы, что ещё на него повлияло и на его выбор, — говорю я.       — Когда с лордом Ворианом обсудите Герольда и его становление твоим оруженосцем? — спрашивает Теон.       — Возможное становление моим оруженосцем, — отмечаю я.       — Возможное становление моим оруженосцем. Так когда? — быстро соглашается Теон.       — Честно? Понятия не имею. Возможно, после решения проблем с Эшарой. Да, скорее всего, после этого, — говорю я, кивая самому себе.       — Ну, понятно, — говорит Брандон. Спустя пару минут молчания я встаю из-за стола и говорю:       — Пойду поговорю с лордом Ворианом об вас и охране, — говорю я. Все сказали «хорошо» и продолжили есть дальше.       Я же направился к Вориану и Лирии Дейн. Они общались с многочисленными вассалами и рыцарями. Я планировал пройти быстро и легко к Вориану, но, заметив меня, Лирия направилась ко мне. Опять?!       — Лорд Старк, вы не против поговорить со мной наедине, в присутствии моей стражи. Не переживайте, они будут стоять вдалеке, — сказала Лирия, улыбаясь. Со вздохом я ответил:       — С радостью составлю вам компанию, — сказал я, и мы вместе с Лирией и ее стражей направились на выход из зала. Пошли по коридору и дошли до балкона. Мы расположились там. Она начала разговор:       — Прежде всего, я должна извиниться пред вами, что пыталась вас соблазнить. Это было бестактно с моей стороны. Вы имеете законную супругу, и я не должна была так себя вести, — говорит она. Слава Старым Богам — это не личные проблемы Лирии.       — Не переживайте, я не обиделся, но позвольте узнать, зачем вы это делали? — спрашиваю я.       — Это было по просьбе Вориана. Он… хотел, чтобы я проверила вас на вашу известную честь. Он хотел убедиться, что на вас можно положиться, ради Эшары и ее выживания, — сказала она. Угу, то есть мне настолько здесь не доверяли. Где, блин, репутация Неда Старка, самого честного человека Семи Королевств? Я теоретически должен такие проверки не встречать, но почему-то встретил. Ладно, это не важно. У них явно сильная любовь к Эртуру. Иначе это объяснить никак нельзя. Но тут есть другой вопрос.       — А что было бы, если бы я поддался на ваше очарование? — задаю вопрос.       — Ну, мы вошли бы в мою комнату. Начали бы раздеваться, а через секунд пять, я закричала бы: «Стража, насилуют!». Вас схватила бы стража и бросила бы временно в темницу. После мой муж милосердно бы вас выгнал бы из замка в Старомест на рыбацкой лодке, не дожидаясь прибытия Редвинов, — отвечает Лирия, все также улыбаясь. Ну, не смертельно. Но пиздец был бы моей репутации честного человека, точно. Что же, слава богам, я продолжал следовать образу Неда Старка. Но тут есть еще один вопрос.       — Что бы тогда случилось бы с Эшарой? — спрашиваю я. Улыбка Лирии увяла.       — Скорее всего, она бы умерла, а за ней последовал бы мой муж. Точно не сразу, но со временем. Вориан бы угас и умер. В этом я не сомневаюсь. И поэтому я прошу, сделайте так, чтобы Эшара жила. Это моя личная просьба. Мой муж слишком любит и любил Эшару и Эртура. Потеря Эртура сильно на нем сказалась, но смерть Эшары добьет его, — говорит Лирия, кланяясь мне.       — Понятно. Сделаю, что смогу. Может, подскажете, что поможет мне её убедить не совершать самоубийство? — говорю я.       — Ничем не смогу помочь. Из-за слухов она была очень агрессивна, но теперь… Я знаю, что ей будет лучше. Поэтому просто говорите от всего вашего благородного сердца, — отвечает Лирия. Я, конечно, понимаю, что время лечит, но откуда такая уверенность, что смерть Эртура не помешает? Но, судя по всему, других ответов я не получу.       — Хорошо, сделаю все возможное для выживания Эшары Дейн, — отвечаю я.       — Благодарю, лорд Старк. Полагаю, теперь можно вернуться обратно. Вы, судя по всему, хотели ещё поговорить с моим мужем до того, как я вас перехватила, — подметила Лирия Дейн.       — Да, так и есть, — отвечаю я. Мы тем же путем вернулись на трапезу.       Я отправился на поиски Вориана, чтобы обсудить вопрос сопровождения, обсудить Герольда и, конечно же, Эшару Дейн.       Очень быстро я его нашел, беседующим с несколькими пожилыми людьми. Их лица были омрачены скорбью, но в глазах читалась и некоторая усталость от долгого застолья. Я подождал, пока они закончат, и, когда Вориан обернулся, я подошел.       — Вориан. Мне с вами нужно обсудить пару вопросов, — говорю я.       — Конечно, Нед. Что ты хотел обсудить? — говорит он. — Полагаю, лучше начать с наименее важного.       — Недавно ко мне подошел Герольд и попросился стать моим оруженосцем. Я сказал ему, что пока не могу ответить и что подумаю, — говорю я.       — Вы хотите услышать мое мнение об Герольде? — спрашивает Вориан.       — Да, — отвечаю я.       — Хм. Прекрасно исполняет приказы, владеет мечом лучше меня, при этом имеет абсолютно отстойный характер, мешающий ему обучаться не только у меня, но и у других. Зациклен на славе. При этом знания во всем остальном, кроме меча, у него почти нулевые. Во время войны это ладно, но при мире — это ужасные качества для лорда, которым он является. Я бы не рекомендовал бы вам брать его своим оруженосцем, — говорит Вориан.       — Понял. Я еще подумаю, но предварительно: вы его отпустите? — спрашиваю я.       — Да. Отпущу. Хотя, у вас ведь нет рыцарского звания? — подмечает Вориан.       — Это не помешало ему настаивать на этом, — говорю я.       — Хм. Ясно, — отвечает Вориан.       — Второй вопрос: с кем мы пойдем с Эшарой? — спрашиваю.       — Полностью одни. Даже стража, охраняющая Эшару, нас покинет, — отвечает Вориан.       — Это почему? Они ведь сторожат там. Все секреты наверняка уже знают, — говорю я.       — Да, так и есть. Я верю, что они смогут защитить секреты моего дома. Но секреты вашего дома и вас? Разговор будет громким. Вы выкрикнете. Наверняка многое, что не должны знать другие, — отвечает Вориан.       — Они могут постоять вдали, не пуская никого в это крыло, — говорю я.       — Вы правы, но людям свойственно иногда поддаваться любопытству, — отвечает Вориан.       — Если там будут мои товарищи, этого не произойдет. Они будут далеко, со стражниками. Они проконтролируют их и не позволят никому слушать разговор, — говорю я.       — М-м. Хорошо, так и сделаем, — отвечает Вориан.       — И последнее: Эшара Дейн. Как мне с ней говорить, чтобы это предотвратить? — спрашиваю я.       — Я не знаю, Нед. Я хоть и буду с тобой, но, скорее всего, буду предметом интерьера. Я не особо верю, что из этого что-то удастся. Я до сих пор не уверен, что тебе удастся ее переубедить. Хотя Лирия и верит, что тебе это удастся, — сказал Вориан. — Одна уверена в невероятной легкости задачи, другой — наоборот. Они нашли друг друга! И это даже не шутка.       — Ясно. Сделаю все, что смогу, Вориан. Все, что смогу, — сказал я.       — Благодарю, — отвечает Вориан. Я направился к моим товарищам. Усевшись с ними, первым мне задал вопрос Роннел.       — Мы будем присутствовать на разговоре? — спрашивает Роннел.       — И да, и нет. Вы не будете присутствовать при разговоре, но будете вместе со стражей стоять вдалеке и не давать никому подходить близко к комнате, — говорю я.       — Понятно. Узнаем о сути разговора постфактум, получается, — говорит Теон. Все мои товарищи поддакkивали.       Трапеза продолжилась, сказали еще пару речей об Эртуре Дейне. И после трапезы, когда последние куски мяса были съедены, а кубки опустели, все разошлись. Я же со своими товарищами отправился в нашу комнату, ждать прихода Вориана и нашего отправления к Эшаре.